Любимый

Сердце забилось как бешеное, пульсируя где то под бледной кожей в районе горла. Что я творю? Придурок, отпусти её руку! Но тело не слушалось. Пальцы все так же крепко держали женское запястье. Глаза нашли чужие. Растерянные и невинные. Слова не лезли из горла. —Что такое, Акутагава-семпай? — вопрос Ичиё словно привёл парня в чувства, окатив как холодной водой. Рука отдернулась как от раскаленной сковородки, и спряталась в кармане брюк. Он сам не понимал, что творится с ним, не понимал, какого хрена вообще делает. И взгляд Ичиё, всё ещё ожидающий ответа, не помогал разобраться с внутренним состоянием. Тишина разрасталась и падала на плечи тяжелым ощущением напряженности. Слова так и сидели в глотке, а сердце отдавалось где-то в ушах. Акутагава полностью выпал из мира, и смотрел лишь на глаза своей подчинённой, словно это был весь мир. —Акутагава-семпай?.. — снова обратилась девушка, всё ещё не зная, как реагировать на подобное от своего начальника. —Если завтра ты будешь такой же рассеяной, то лучше даже не приходи на работу. — Холодный ответ прозвучал привычным тоном где-то в воздухе, но что-то поменялось. Тихо. Спокойно. Растерянно?.. Своё непонимание собственного состояния Рюноске попытался спрятать за привычной грубостью. У него не получилось. Но он надеялся, что Хигучи не поймет.. это не то, что он хотел сказать. ————————————————— Женские губы сомкнулись в тонкую полоску. Она не знала как реагировать. Запястье всё ещё казалось обожженным от прикосновения чужих прохладных пальцев. Взгляд не хотел отрываться от бледного лица, но сам парень старательно избегал взгляда. Это было странно. Всё было странно. Воздух словно горел напряжением, и от этого было неприятно. По спине пробежали мурашки. Только сейчас Хигучи заметила, как её тело отреагировало на такой незначительный контакт. Пульс участился, дыхание сбилось. Она почувствовала себя школьницей, влюбленной в крутого старшеклассника. Секунды казались вечностью. С Акутагавой в принципе всё казалось вечностью, и не хотелось, чтобы эта вечность кончалась. Но сейчас всё иначе. Ичиё молилась всем богам, чтобы это мучительное время ожидания скорее прошло. Когда барабанных перепонок коснулся мужской голос, всё её тело расслабилось, от чего и сердцебиение стало более стабильным и привычным. Холодный тон парня словно остудил её мозг. Но что-то всё равно не давало ей покоя. Что-то было не так. Что-то точно изменилось. Но что? Что таким странным осадком оставалось в воздухе? Недосказанность? Что? —Хорошо, Акутагава-семпай. До свидания. — проговорила растерянная Ичиё, стараясь не задерживаться больше ни секунды в этой напряженной обстановке, поворачивая ручку двери. Акутагава остался один в кабинете. Стоял посреди комнаты. Наедине со своими мыслями. Наедине со своими чувствами. И всё об Ичиё.