Вы дегенерат, Венцель

— Минус тысяча четыреста восемьдесят восемь баллов Гриффиндору, — небрежно бросил Снейп, пройдя мимо котла. — Э! За шо? — вскинулся оператор, высокий, полный светло-русый поляк с квадратной арийской мордой. — Что я сказал вам варить? — прищурился Снейп. — Заживляющее, пане. — Что вы сварили? — Фляки. Добжи фляки, пане. Таких фляков вам и «Под Самсоном» не подадут, не то что в Хогвартсе! — широко улыбался он из-под пушистых славянских усов, которые, скорее всего, были выращены магией. Над головой Снейпа что-то легонько взорвалось. Он посмотрел сквозь окно, невербально вырвал из Гремучей Ивы пятиметровую колодину, измолотил её об землю и только тогда успокоился достаточно, чтобы сказать: — Занятие я вам не засчитываю, явитесь на отработку сегодня после уроков. — Так, так. Явлюсь, пане. Снейп ухмыльнулся, испарил суп в котле, оставив ученика с грязной посудиной, попрощался и вышел из класса. — Разрешите войти? Ровно в пять часов вечера поляк стоял под дверью профессорского кабинета. — Оставь надежду и входи, — проворчал Снейп. — Вот вы и явились. Имя, фамилия, курс. — Вацлав Илонов, пане. Седьмой… — Ещё раз, — не повышая голоса, прервал его Снейп, — ты назовёшь меня паном — выгуляю на тебе Круциатус. — Курвиатус. — Венцель. — Вацлав, па… сэр. — Я не разбираюсь в славянских языках. Вы дегенерат, Венцель. Вы полный, законченный и клинический дегенерат, даун, идиот, кретин, дебил, обсос, додик, лантух, олух царя небесного… Что вы там делаете? — Ничего, с-сэр… Продолжайте… — Илонов, ёб твою мать! Ты что, дрочишь? — Не-е-е-еЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! Снейп терпеливо дождался, пока извержение закончится. Невербально убрал палочкой пятна с мантии, не сказал ни слова, пока поляк, покрасневший как свёкла, застёгивался крупно дрожащими руками. — Профессор… Простите, профессор… Можно я п-пой… — Нельзя. Клаузо дуо. — Снейп закрыл дверь и встал за столом во весь рост. — Венцель! Вы специально вели себя на парах как придурок, чтобы я вытащил вас в кабинет и наорал последними словами? — Да, профессор. — Вацлав уже даже не нервничал, как не нервничает человек перед расстрельной командой. — Пидорас? — Профессор… — Хуессор. Ты пидорас? С мужиками спишь? В очко жахаешься? — У меня никогда не было… — Щас будет. Раздевайся. — Я не могу… — Эванеско, — Снейп одним движением палочки оставил Вацлава в костюме Адама. Он также имел некоторое сходство с единорогом, за тем исключением, что рог торчал не совсем во лбу. — А-А-А-А! — закричал тот и попытался прикрыться. Снейп даже бровью не повёл. — Конфундо. Замри. Оглушённый студент в ужасе наблюдал, как самый страшный профессор Хогвартса лениво, не спеша приценивается к его стоящей колом херовине и развитой мускулатуре. Наконец действие Конфундуса прошло. — В знак извинения за два заклятия я начну с пассивной роли, — почти улыбнулся Снейп. — А если узнают? — Узнают. Если ты распиздишь всем и каждому. Я умею хранить секреты. — Но… Ладно… Ах… А-а-а-ах… Вацлав не мог счастью своему поверить. Ему, обычному студенту Хогвартса, как самая дешёвая шлюха, жадно сосал профессор Снейп, гроза всех курсов с первого по седьмой, декан Слизерина, Мастер Зелий и пожира-а-а-а-а… …Пожиратель Смерти. — Семнадцать с половиной секунд. Быстро ты, — одарил его презрительным взглядом Снейп, очистив с себя пятна спермы. — Это мой первый раз… — Да? Ну сейчас и второй будет. Снейп подошёл к шкафчику, вынул оттуда банку какого-то растительного масла, опрокинул Вацлава на стол и обильно смазал ему зад. Тот даже пикнуть не успел. Профессор вошёл в него и начал без особых сантиментов совершенно прозаично трахать. Вацлав осмелел. — А можно понежнее, профессор? — Ты ж моя славянская милота. Ну ладно, можно. — Снейп улыбнулся, сократил темп, стал двигаться глубже и тщательнее, обхватил Вацлава сзади, поцеловал его в шею и зашептал какую-то любовную гомосексуальную чушь ему на ухо. Парень охнул, и профессор понял, что толчки достигли цели. — Я тоже давно хотел вас… С самого первого… — Но так тупил, что не пришёл раньше и хрен знает сколько страдал в рукопашной? — Идите в жопу, профессор! — Пардон, а я сейчас где? — Да я вас! Да у нас за такое… о-ох… Договорить Вацлав не успел. Учитель и ученик застонали и почти одновременно дошли до пика. Северус Снейп быстро оделся и перешёл на официальный тон, едва нацепив мантию. — Итак, Венцель… — Слы… Ладно. Вам можно Венцель, — влюблённо улыбнулся парень. — Не перебивайте. Я ожидаю, что данная мера поощрения будет к вам применяться только за зелья, сваренные на оценку не ниже «би» по стандартной шестибалльной шкале оценивания учебных успехов в Хогвартсе. Я не приму в качестве замещения фляки, самогон или что вы мне там наварите. Вы всё поняли? — на «всё» Снейп надавил. — Всё, профессор. — Ну и славно, — Снейп кинул Вацлаву его мантию, схватил за гриву и поцеловал в лоб, — пиздуйте делать домашку, дорогуша.