Наедине с тобой

Шастун выгибает спину, громко выдыхает воздух изо рта, подставляется под прикосновения Арсения. Из настежь открытого окна подувает слабый ветер, прикладывая все усилия, чтобы остудить разгоряченные тела внутри комнаты, но тщетно. Арсений проводит рукой от живота к груди Антона, тянется за поцелуем и получает его, как только Антон справляется с захлынувшими ощущениями, заставляющими откинуть голову назад, на плечо Арса. На даче наконец кроме них никого не осталось, гости разъехались, оставив двух парней наедине друг с другом. Дача, на самом деле, принадлежала их общему знакомому, решившему закатить вечеринку в честь начала лета. Он приготовил шашлыков, салатов, небольшой торт и много, много алкоголя. Антон поначалу пить отказывался, ссылаясь на аллергию на палёный алкоголь, но в итоге его заверили, что алкоголь нормальный, и уже через минут десять Шаст был весь залитый. Стал внезапно лезть к Арсению, с пьяной улыбкой проситься поцеловаться. Арсений, конечно, понимал, что Антон слишком пьян, чтобы отдавать себе отчёт в своих же действиях, но всё же был польщён неожиданным вниманием к себе с его стороны. Конечно, на людях ни Арс, ни Антон, даже будучи под воздействием алкоголя, не хотели делать что-то выходящие за рамки приличия. Однако, когда хозяин дачного участка вдруг объявил всем, что ему срочно нужно в город, причём сразу после телефонного звонка, но он слишком много выпил, чтобы садиться за руль, то все внезапно стали разъежаться. И кто-то всё же согласился подвезти владельца дачи. Выглядел он взволнованно, но не то чтобы испуганно или бледно. Видимо, на работе случилось что-то. Арс решил остаться на подольше, он никуда не торопился. Да и вдруг кому-то придётся вернуться. Следить за участком ведь надо. А Антон, выпивший и шатающийся из стороны в сторону, всё-таки понимал, что даже до автобусной остановки в таком состоянии не дойдет. Да и не сильно ему хотелось уходить, тем более от Арсения. Сегодня Арсений казался особенно красивым, даже горячим. Неаккуратная укладка, спортивная ветровка с триколором в сочетании со свободными джинсами и черной, обтягивающей майкой, солнечные очки на волосах… Так по-домашнему, совершенно небрежно и одновременно так завораживающе и действительно горячо. Арсу реально подходил его наряд, полностью подчеркивал его фигуру и черты лица. Антон и до того, как поддался уговорам и выпил, залипал на Арса, нервно и смущенно отводя взгляд каждый раз, когда тот поворачивался на Шаста со своей лучезарной улыбкой. В конце концов, оставшись наедине, вдвоем, Антону подкатила смелость, и он чуть ли не повис на Арсе, признаваясь в том, что он на самом считает его красивым до невозможности, горячим до тряски в коленях и просил пусть не поцелуев, но хотя бы объятий. Арсений сначала отказывался, не хотел с пьяным человеком вытворять подобное. Да и был он изрядно смущен и в ступоре, ведь от обычно стеснительного Антона он такого не ожидал. Нет, Антон действительно был довольно милым и симпатичным, и Арс правда был приятно удивлен, когда тот стал к нему клеиться. В конечном итоге он сдался, однако строго объявил, что дальше поцелуев и прикосновений не зайдёт. Антон был в принципе не против хотя бы такого контакта, пусть и был слегка разочарован. Арс завёл Антона в дом, держа под плечо, усадил на кровать и сразу, без предупреждения, начал с краткого, но настойчивого прикосновения губ к губам. Шаст отшатнулся, не ожидая такой напористости, но сопротивляться не стал по понятным причинам. Под краткую усмешку Арса Антон покрылся румянцем и отвёл смущённый взгляд. — Арс, — выдыхает Антон, смотрит на Арсения из-под полуоткрытых тяжёлых век, положив голову на его плечо. Арсений нежно поглаживает пальцами по груди Антона. Улыбается, когда тело Антона непроизвольно вздрагивает от его прикосновения. — Что такое? — откликается Арсений своим бархатно-хриплым голосом, от которого у Антона мурашки по спине пробегаются. — Ты мне нравишься, — в типичной пьяной манере, но так чувственно произносит Шаст, смотря своими искренними зелёными глазами в голубые глаза Арсения. Или, по крайней мере, пытаясь это сделать. Арсений ещё сильнее растягивается в улыбке, целует Антона в мягкие губы снова, прижимает к себе крепче. Может, ему и правда приятно слышать такие слова от Антона, но всё-таки старается он воспринимать их не слишком серьёзно. Хотя сердце всё же удары пропускает, когда Шастун произносит эти свои слова. Антон под поцелуй подстраивается, растворяется в нём, тая в объятиях Арсения. Он совершенно не желает отрываться от этих губ, если так вообще можно. А когда Арсений свободной рукой опускается ниже, к бедру Антона, нежно потирая, он задыхается в поцелуе, неразборчиво стонет и извивается, пытаясь то ли поддасться чужим прикосновениям, то ли избежать их. В нос бьёт запах одеколона Арсения, такой приятный морской бриз, очень мягкий. Перед глазами воображение дорисовывает то, что Арсений ещё умеет своими руками. Да и не только руками. Антон беспомощно, но одновременно доверчиво опускается ниже в объятиях Арсения, скатывается по его груди спиной, цепляясь своей футболкой за его майку. Поцелуй в какой-то неуловимый момент прекращается, Арсений смотрит на Антона, а точнее на его затылок, недоуменно. Что-то тот совсем не реагирует. Арс неловко дёргает Антона за плечо и ноль реакции получает в ответ. Тогда он решает поддасться немного вперёд, посмотреть, всё ли в порядке. Перед его глазами открывается картина маслом: спящий Антон мирно сопит в объятиях. Видимо уснул в момент поцелуя, от нервов и воздействия алкоголя не выдержав такого напора. Арсений вскидывает брови, а затем пожимает плечами в кратком смешке, отворачивает взгляд и осознает нелепость ситуации. Бедный Антон. Как же ему будет стыдно, когда он проснётся. Арс возвращает взгляд к спящему Антону с заботливой, мягкой улыбкой. Он осторожно выскальзывает из объятий и укладывает Антона на кровать, прикрывает окно, чтобы не дуло. Встав с кровати он тянется, качает головой и в последний раз разглядывает уснувшего Антона, запечатляя его лицо и позу в своей памяти, перед тем, как выйти из дома. На участке всё ещё стоит мангал, из которого поднимается чуть заметная струйка дыма, стол и куча пластмассовых стульев вокруг. На столе стоит кем-то забытый кусочек торта. Скорее всего Антона. Арс вздыхает, садится за стол и принимается доедать этот кусочек. А что? Антону всё равно не до сладкого будет, когда он проснётся. Вдруг суставы калитки скрипят, и на участок заходит его владелец, удивлённо щурясь, когда замечает Арсения. — Ты тут один что ли остался? — спрашивает он уточняюще и недоуменно, качая головой еле заметно. — Нет, ещё Шаст в доме — перебрал чутка и уснул, — объясняется Арс непринужденно. — Я отвезу его домой, не волнуйся об этом.