Страдания Эйса в пяти актах

      Завтрак на Моби Дике всегда можно было назвать не иначе, как тщательно неконтролируемый хаос.       Впрочем, всех всё устраивало.       Особенно Папашу, который сидел, довольный, за самым большим столом, наблюдая за беспорядками на большей части камбуза и относительным покоем за полупустым столом командиров (потому что кто-то спал, иногда даже прямо на столе, кто-то тусовался со своими дивизиями, а кто-то — Джиру — гонялся за Харутой, проклиная за фиолетовую краску, добавленную в шампунь). — Слушай, Эйс, так откуда ты родом? — Виста широко зевнул и едва не опустил свои усы в кофе, но Джозу рядом с ним успел спасти напиток, забрав его себе (весьма подло). — Я? О, я с острова Рассвета. Это в Ист-Блю.       На секунду за столом командиров стало тихо, а потом, один за другим, раздались тихие, сдавленные смешки. Тэтч — у него редкий выходной, хотя дивизиону пришлось выпихивать его с камбуза едва ли не пинками — громко опустил на стол свой поднос с завтраком (весьма и весьма скромным, по сравнению с кучей, наваленной на тарелке Эйса) и потрепал Портгаса по спутанным волосам. — О, это многое объясняет! — он бросил хитрый взгляд в сторону, но тут же отвернулся, посвистывая, когда получил в ответ угрожающе оттопыренный средний палец. — Снова про эту чушь со «самым слабым морем»? — тут же надулся в ответ Эйс, на что уже Харута покачала головой с совсем лёгкой насмешкой. — Не, он про то, что это гей-бар. — Что?       Итак, как оказалось, Эйс не имел ни малейшего представления о слухах. И, более того, он не поверил в эти слухи.       И потому решил доказать своей команде, что это наглая ложь. (Дьюс, Скалл и Эгги, бывшие члены Пиковых, которые тоже были родом из Ист-Блю, только похлопали его по спине, желая удачи, потому что, ну… ни один из них не мог помочь опровергнуть ему эти слухи)

***

      Вечеринки на Моби были делом весьма частым (потому что можно отпраздновать всё, что хочется — от дней рождения едва ли не каждого члена команды до любого местного фестиваля) и напоминали собой весьма весёлый хаотичный хаос. — О, о! — вдруг закричал Эйс, вскакивая на ноги. Тэтч возмущённо взвизгнул, когда пиво из стакана Портгаса пролилось прямо на его причёску, но едва ли кто обратил на это внимание. — Я знаю! Макино точно гетеро, она встречалась с Шанксом!       На палубе вдруг стало тихо. Все уставились на парня, восторженно подпрыгивающего на месте, и одновременно зашумели: — Она что?!       Вдруг радость на лице Эйса погасла, и он расстроенно плюхнулся обратно на колени своего партнёра, тут же утешающе обнявшего его за плечи. — А, стоп, у неё же была девушка-морпех с Кокояши, да черт возьми… — проворчал он себе под нос, совершенно не замечая шок на лицах всех окружающих его людей.

***

      Где-то после очередной битвы с глупыми морпехами Эйс стоял рядом с креслом Папаши и ковырял лезвие кинжала, слегка запачканного клеем после последней шутки Тэтча. Вдруг он повернулся к капитану и запрокинул голову. — Ну мой дед! Он-то точно натурал! — Эйс топнул ногой и смешно надулся, совсем как ребёнок (очень милый ребёнок, но никто из команды не рискнет это сказать вслух, чтобы не окончить жизнь в качестве жареной курицы).       Белоус фыркнул, поперхнулся саке и закашлялся. — Папаша? Ты чего? — моргнул Эйс, с обеспокоенным взглядом оборачиваясь на Марко, но тот только махнул рукой, показывая, что все в норме и за капитана переживать не стоит. — Сын, ты не хочешь знать.       Изо за спиной Белоуса отчаянно закивал, подтверждая эти слова. Эйс поглядел его, внимательнее присмотрелся к подозрительному блеску в глазах Папаши и согласился.       Да, он совершенно точно не хочет знать.

***

      Посещения Шанксом Моби Дика было на удивление частым делом после присоединения к команде Эйса (Лаки Ру говорил что-то про «капитан просто приглядывает за ребёнком», Ясопп добавлял «а то Маленький Якорь обидится» — никто не хотел знать, как чёртов якорь мог обидеться, хотя это Гранд Лайн, ничего удивительного, а Бенн просто устало вздыхал на все вопросы и качал головой без пояснений).       Собственно, когда Шанкс решил в очередной раз явиться наперевес с огромной бутылью саке для Белоуса, кувшином поменьше для себя и целым мешком сувениров для Эйса (от особенно интересного вяленого мяса до новой подвески на шляпу), первое, что его спросили всей командой, стоило только ступить на палубу Моби Дика, это «правда, что ты встречался с барменшей из Ист-Блю?».       Бенн, заслышав вопрос, только страдальчески застонал, пока остальные начали ржать, хлопая друг друга по рукам.       Шанкс устроился на своём привычном месте, поднял свою чашу и отпил саке, с улыбкой качая головой. — Тебе Эйс про неё рассказал? Макино — моя жена! — Она что?! — разъяренно закричал Эйс, его плечи вспыхнули. — Да как ты смеешь! — Макино великолепная! — восторженно выдохнул Йонко, игнорируя очевидную (и весьма неожиданную для всех, кроме Красноволосых) ярость Огненного Кулака. — Настолько, что увела у меня однажды девушку. Эх, Белл-Мере…       Шанкс не успел договорить, как Эйс схватил его за воротник и утащил куда-то прочь от основной вечеринки. Красноволосые тут же принялись обмениваться деньгами, на ходу поясняя заинтересованным Белоусам: — Мы спорили, будет ли Эйс пытаться убить Шанкса, когда узнает, что он протянул свою загребущую руку к «самой прекрасной и потрясающей Макино», — Бенн даже изобразил кавычки и изменил голос, подражая Портгасу. Или Шанксу. Они примерно с одинаковым восхищением говорили о ней. Иногда Белоусам казалось, что о своём партнёре Эйс говорил не с такой всепоглощающей любовью.       Тем временем с дальней части корабля донеслись крики весьма угрожающего характера. Харута присвистнула и торопливо принялась записывать в свой блокнот все пытки, которым Эйс собирался подвергнуть Шанкса, если та самая таинственная Макино (никто, никто и никогда не слышал ни слова про то, кто она вообще такая, только постоянные дифирамбы) хотя бы на секунду будет им расстроена. А уж если он заставит её плакать… — Больше похоже на разговор о лопате, если честно, — рассмеялся Ракуйо, восторженно кивая головой на очередную живописную угрозу. — … И если моя сестра не будет счастлива с тобой в браке, я найду тебя! — закончил свою пламенную речь Эйс (буквально пламенную — над кораблём то и дело проносились огненные вспышки), а потом притащил Шанкса обратно к креслу Папаши, кинув на прежнее место. — А ещё не забудь попросить благословения у Лу, хотя бы постфактум. В конце концов, Макино его мать.       Шанкс тут же подхватил бутылку с саке, отхлебнул прямо из неё, игнорируя чашу, и обиженно фыркнул, ни капли не расстроенный тем, как на него напал Эйс. — А я, если что, и так его отец, какая разница…       И честно? Примерно после этого Белоусы сдались в своих попытках разобраться в родственных связях Огненного Кулака. На всем Гранд-Лайн не найдётся пирата, у которого семья безумнее, чем у Эйса… (это они просто ещё не были знакомы с его младшим братом…)

***

      Вообще-то, Революционеры не сотрудничали с Белоусами. Официально, по крайней мере.       Но иногда, очень и очень редко, они присылали в гости кого-то из высокопоставленных представителей, если предстояло какое-то особенное дело. Последние три года это был начальник штаба, и его предыдущий визит выпал ровно за месяц до появления Эйса на борту Моби. Так что, технически, они не были знакомы.       Потому Харута и Тэтч скакали вокруг Эйса в восторге, закидывая его историями о нем. — Он молодой, примерно твоего возраста, и даже ест столько же, сколько и ты! — Говорят, он бывший дворянин, у которого душа не выдержала ужаса, что творила его семья, и потому он стал Революционером! — А ещё говорят что он родной сын Драгона, которого тот оставил в младенчестве, чтобы защитить от Мирового Правительства… — Последнее точно бред, — невозмутимо прервал словесный поток Эйс, невозмутимо жуя бутерброд, нагло стащенный у Джиру. — У Драгона был один сын, и его воспитывал я. И он, поверьте мне, не Революционер.       Эйс, невинно посвистывая, пошёл дальше, пока Харута и Тэтч застыли в шоке за его спиной. Иногда Портгас их поражал.       Тем временем таинственный начальник штаба (у которого имени никто не знал в рамках сохранения таинственной таинственности) уже прибыл на Моби Дик, и, после приветствия с Белоусом, традиционно прямым курсом направился на камбуз. Потому что серьёзные дела нельзя решать на пустой желудок.       Собственно, на камбузе, у стола командиров, и столкнулись начальник штаба и командир второй дивизии, оба с подносами, нагруженными едой. — Ты же не ешь морковь, — вдруг сказал юноша в благородном костюме и цилиндре. — А у тебя что на подносе делает горошек? — ответил ему полуголый парень в ковбойской шляпе.       На камбузе повисла тишина. Подносы с тихим стуком опустились на стол, пока остальные командиры с опаской наблюдали за этим. — Какого хрена? — Кто ты такой?       Они спросили одновременно, и у обоих голос слегка дрожал. — Что за… Что я сделал не так, Сабо? — Эйс задал вопрос, сжимая кулаки до побеления. Его лицо казалось слишком пустым, он выглядел слишком раненым и обиженным. — Что я сделал не так, что ты смотришь на меня, как на гребаного незнакомца? — Ты меня знаешь? — революционер наоборот, почти трясся, словно в лихорадке. — Ты знаешь моё имя.       Плечи Эйса вспыхнули, и он зарычал, бросаясь вперёд. — Черт возьми, да, я знаю! Ещё бы я не знал имя своего мёртвого брата!       Эйс накинулся на революционера — очевидно, Сабо — с кулаками, лишь в последний миг затушив огонь, и они сцепились в драке, катаясь по полу.       Команда встревоженно зашумела, но никто не рискнул вмешиваться, особенно когда Марко преградил путь, практически позволяя двоим… братьям? разносить всё вокруг.       Их драка выглядела так, словно они делали это сотни раз. Как будто каждый знал, куда пойдёт следующий удар и как увернуться с максимальным эффектом. В конце концов, обе шляпы слетели (их аккуратно подобрал Ракуйо), и оба парня почти сразу остановились, застряв в чём-то, больше похожем на неловкое дружеское объятие, чем боевой захват. — Один-один, — тяжело выдохнул блондин. — Осталось ещё сорок девять поединков и пятьдесят против Лу.       И после этого он свалился в обморок, обмякнув на руках Эйса.       Трехдневная лихорадка, скосившая начальника штаба революционеров, явно добавила седых волос на головах всей команды (даже лысых) и убавила живых нервных клеток у командира второго дивизиона.       Первое, что сделал Сабо после того, как пришёл в себя, это почти истерично вцепился в Эйса (который, что, в принципе, неудивительно, не уходил из лазарета ни на минуту в течение последних дней) и начал извиняться, спутанно объясняя, что после взрыва (что вызвало только ещё больше вопросов у Белоусов — какая, черт возьми, была жизнь у этих детей?) он потерял память и вспомнил только теперь, что, вообще-то, имеет братьев. — Честно? Главное, что ты жив, — Эйс обнял Сабо, пряча голову (и явные слезы) в его плече. — Спасибо, что ты жив. — Я люблю тебя, — ответил Сабо (кто-то из Белоусов на заднем плане громко всхлипнул, поэтому на него зашипел Марко, требуя тишины в лазарете), сжимая его настолько же сильно в ответ. — Тебя и Лу. Но это не значит, что я позволю тебе вытирать свои сопли о мою одежду.       Эйс фыркнул, отрывая лицо от плеча брата, и обиженно надул губы: — Но ты же буквально носишь на шее носовой платок! — Ещё раз, это жабо. — Ладно, черт возьми, ты мне должен чертовски много рассказать, но перед этим кое-что я должен узнать, — Эйс, явно в попытке скинуть напряжение и развеселить вдруг восставшего из мертвых (весьма условно, но детали) брата, спросил, — Помоги мне опровергнуть слухи о гей-баре Ист-Блю. Ты натурал?       Сабо нервно кашлянул и повернул голову в сторону, почти с мольбой глядя на проходящих мимо медсестер. — Ну, у меня есть девушка, ты её ещё не видел, это Коала… — Слава богам! — И парень, я как раз хотел бы вас познакомить… Он повар из Ист-Блю.       Эйс уставился на брата пустым взглядом.       Белоусы вокруг не сдержали смеха, едва не падая на пол.

***

      Стоило Мугиварам полноценно выйти в Новый Мир, как Эйс и Сабо стали едва ли не каждый месяц заглядывать к младшему брату в гости. Никто и не был против, впрочем.       В конце концов, в один из своих визитов Эйс решил обратиться за помощью — в самом деле, чуть ли не половина команды Луффи была из Ист-Блю, кто, как не они, могли помочь ему опровергнуть эти глупые слухи?       Так что Эйс объяснил части Мугивар, собравшейся на камбузе (кто спрятался в мастерской, кто завис в библиотеке — так что далеко не все присутствовали в святилище Санджи), свою дилемму, и уставился на них с надеждой.       Пока они с извиняющими улыбками не разбили эту надежду в пыль. — А твоя команда, Луффи? — отчаянно выдохнул Эйс, с тоской оглядываясь на младшего брата.       Зоро фыркнул и поправил капитана Мугивар на своих коленях: — Единственный, кто натуральный в нашей команде, это Санни. Настоящее адамово дерево, не подделка.       Лицо Эйса исказилось таким образом, словно он собирался заплакать. Нами на мгновение посмотрела на него с сочувствием, но потом всё же добавила, добивая Портагаса: — Моя девушка из Алабасты, ты её можешь помнить, Виви. Ну, Зоро и Луффи… Чоппер олень и ребенок, он не считается. Брук раньше был в отношениях со своим капитаном. Фрэнки и Робин встречаются, но ни для кого не секрет, что оба хорошо относятся и к своему полу. — Я в принципе равнодушен к отношениям, — с лёгкой насмешкой сообщил Джинбей, почти нежно наблюдая за страданиями на лице старого друга. — Как и Дадан! — вскрикнул Луффи, подпрыгивая на коленях своего первого помощника. — Усопп? — слабо спросил Эйс, на что снайпер только покачал головой. — У меня есть Кайя, но, в принципе, мне плевать, какой пол у человека. Думаю, Кайю я бы любил, даже будь она червем. — Ну Санджи-то точно! — в отчаянии всплеснул руками Эйс, на что повар только нервно закурил. — А как же Джин? — и тут вставил свое слово Луффи. Санджи тут же громко закашлялся и яростно покраснел. — Какой такой Джин? — Тот парень на Барати! Первый помощник… Э… — Луффи задумчиво почесал затылок, но потом просто пожал плечами. — Первый помощник Дона Крига, — слабо пояснил Санджи. И замер, выронив сигарету.       Потому что «какой такой Джин» спросил не кто-то из Мугивар и даже не Эйс. Это был совершенно другой голос, впрочем, тоже весьма знакомый… — Сабо! — Луффи под сдавленное ворчание Зоро выпрыгнул на середину кухни и повис на втором своём старшем брате, и к ним тут же присоединился Эйс, сжав обоих до практически слышимого хруста костей.       Сабо, наконец, оторвался от братьев и поприветствовал всех коротким поклоном… чтобы потом направиться к Санджи и коротко поцеловать его в щеку. — А, кстати, Эйс, вот и мой парень, — Сабо слегка угрожающе улыбнулся, пока Санджи нервно пытался вытащить сигарету из портсигара, одновременно подталкивая новоприбывшего к столу. — Так какой такой Джин? — О, Санджи и Джин… — начал Луффи, но Санджи перебил его с тяжёлым вздохом, все же сдавшись в попытке зажечь сигарету. — Пересекались пару раз с ним в Ист-Блю и Рае. Задолго до нашего знакомства, не переживай, душа моя.       Сабо фыркнул и надулся (слишком мило и слишком похоже на Эйса и Луффи, чтобы хоть у кого-то возникло сомнение в их братстве). — Да я и не говорю ничего, чего сразу-то…       Зоро не сдержал насмешливого фырканья, к которому присоединился сначала Джинбей, а затем и остальные. — И вот тут даже мне стало интересно… — пробормотал Усопп. — Реально что ли все геи с нашего моря? Типа… Арлонг?       Усопп бросил на Нами слегка извиняющийся взгляд, но она только с улыбкой помотала головой, с почти издевательской насмешкой сообщая: — Курооби и Чу частенько тусовались с Арлонгом. Иногда даже ночью. Иногда даже весьма громко, — навигатор на мгновение поморщилась и пожала плечами. — Так что с ним пролёт.       Джинбей удивлённо покачал головой и поймал голову вдруг заснувшего Эйса, не давая ему свалиться лицом в салат. Впрочем, в этот раз повезло, и приступ нарколепсии продлился едва пару минут, так что он не упустил ни мгновения диалога, столь волнующего его душу. — Криг когда-то встречался с Джином, прежде чем стал капитаном своего флота, — добавил Санджи, пока Сабо пытался устроиться на скамье так, чтобы не было проблемой обнимать своего повара за талию и есть его вкуснейшую еду одновременно (слегка собственнически? возможно, но кто посмеет ему сказать это в лицо? явно не Санджи, потому что его всё устраивает). — А Куро? — Нами щёлкнула пальцами, поворачиваясь к Усоппу. — Ты слышал про него что-нибудь?       Снайпер нахмурился, явно задумавшись, но, в конце концов, он сдулся и только отрицательно помотал головой. Однако тут послышался сдавленный кашель. Зоро поперхнулся саке и некоторое время, очевидно, держался, пытаясь не издать ни звука, но, в конце концов, он сдался. — Поверь, он тоже пролетает, — откашлявшись (видать, сильно поперхнулся, раз даже все лицо у Зоро стало красным, словно помидор), сказал он.

*** Интерлюдия. Куро, деревня Сиропа, примерно два года назад ***

      Итак, ладно, хорошо… Вообще-то, Куро был в Фанки Баре. И, после почти получасовых размышлений, он мог даже вспомнить, в каких именно обстоятельствах он пересекался там с этим зеленоволосым пареньком.       Ну, а что, он тоже человек, и иногда — очень редко — хотелось все же с кем-то переспать без множества проблем и криков «ах, это же ты тот самый капитан!..».       Пусть даже и с тощим полупьяным подростком, для которого это был то ли спор с приятелями, то ли юношеский эксперимент для определения круга своих постельных интересов.       Куро сдержал порыв устало потереть глаза, потому что, несмотря на всю иронию ситуации, ослепнуть от собственных клинков было бы глупо. Хотя хотелось бы.       Потому что, очевидно, свои интересы юноша (даже толком не имеющий представления, как происходит секс между двумя мужчинами) все же с пор их… взаимодействия прояснил. Иначе как объяснить этот тупой, откровенно влюблённый взгляд в сторону идиота в шляпе?       Куро не понимал, в какой момент жизни его решения пошли не так и привели к этой дурацкой ситуации.       Хоть бы этот Зоро не помнил, чем именно они занимались в Фанки Баре, серьёзно.       А то все стало бы ещё более неловким, чем пытаться объяснить Джанго, что да, они переспали (снова), но тупой старпом ничего не помнит, потому что (снова) случайно загипнотизировал себя, а не только того, кого надо было (в частности, незадачливого журналиста, расчитывающего продать парочку горячих фотографий одного из самых опасных пиратов Ист-Блю).

***

      Черт подери его жизнь. Ророноа помнил, в каких именно обстоятельствах они пересекались.       Делало ли это их сражение еще более неловким? Возможно.       Но, судя по слегка испуганному взгляду травоголового ребёнка, можно не переживать, что этот… нелепый эпизод из общего прошлого всплывёт наружу.       Иначе они оба умрут от стыда, ну честно.       Хотя проиграть кучке детишек тоже было позорно, если честно.

***

— Ты уверен? — Усопп с интересом прищурился. — В конце концов, он три года жил в Сиропе, и я ни разу не слышал ничего подобного.       Зоро громко сглотнул, зачем-то бросил взгляд на Луффи, не сдержал лёгкой улыбки, но потом повернулся назад и почесал затылок, старательно глядя в потолок. — Пока путешествовал, слышал кое-что. Ну, знаешь, среди охотников на пиратов. Было дело, да.       Эйс уронил голову на стол — уже не от нарколепсии, а больше от отчаяния. Нами жалостливо погладила его по спине под подлый-подлый смех со стороны Сабо.       В конце концов, после этого разговор долго не продлился. Сабо первым отправился прочь по своим революционным делам, предварительно застряв в кладовой с Санджи не менее чем на полчаса под ворчание Зоро («вам значит можно, а нам с Лу нельзя» — «конечно нельзя, вы ж там всё сожрете, в отличие от нас!»). Следом распрощался и Эйс, благо уже должен был прилететь его партнёр, чтоб вернуть на Моби.       И, в самом деле, стоило Эйсу только выйти на палубу, как над кораблём вспыхнуло синее пламя. — Рад вас видеть, — Марко опустился на траву, на ходу обращаясь обратно из птицы в человека, и мельком махнул рукой Мугиварам. — Тебя особенно.       Марко наклонился, даря Эйсу приветственный поцелуй, и покрыл руки перьями, готовясь взлетать. — Ну что, домой?       Эйс с широкой улыбкой кивнул и на мгновение повернулся обратно к младшему брату, возмущенно топнул ногой и закричал: — Да черт возьми! Я все равно докажу, что не все из Ист-Блю — геи! — Да, конечно, дорогой, как скажешь, — Марко закатил глаза и обнял своего партнёра за плечи. — Пойдём, Эйс.       Портгас только обиженно надулся, но развернулся прочь.       Луффи же помахал им вслед с головы Санни, громко крича, что «даёт Ананасовой Птичке» благословение на брак с Эйсом.       Вот и опровергай после этого слухи, да.