Иной способ оплаты

Гермиона внимательно рассматривает банкноты в своих руках и не понимает, как так вышло: пришло время оплачивать счета, а денег у неё явно не хватает. Девушка вздыхает, стараясь не нервничать, и пересчитывает купюры ещё раз. Но результат остаётся тем же: аренду она оплатить не сможет. Это становится для Гермионы неожиданностью. Она всегда была осторожна в финансовых вопросах, не позволяла лишних трат и даже приобрела пару участков под застройку, потому что верила: вложение в недвижимость — лучшая инвестиция. Гриффиндорка была очень довольна собой, пока не остановилась в доме Снейпа, который её и раздражал, и восхищал. Грейнджер никогда бы не подумала, что человек, который большую часть своей жизни проработал в школе, наслаждаясь зельями и издёвками над учениками, может обладать таким талантом инвестирования в недвижимость. Если честно, она даже немного ему завидовала и с интересом следила за поведением мужчины на рынке. Стратегия Снейпа была проста: сначала он скупил все участки земли поблизости и сдавал их в аренду. И прежде чем Грейнджер успела просчитать его дальнейшие действия, на участках начали равномерно строиться дома — всё выше и выше. Затем на какое-то время девушка отвлеклась, и Луне пришлось объяснять ей, что тактика Снейпа изменилась. Когтевранка предположила, что он планирует построить отель. Его подход к деньгам и инвестициям был таким же, как сам слизеринец: резким, стремительным и импульсивным. Он рисковал всем, что имел, — Гермиона никогда бы не смогла сделать так же — но всегда выигрывал. Его состояние росло на глазах. Мисс Грейнджер никогда не считала себя меркантильной, но сейчас думала о том, что ей бы не помешали большие сбережения. Почему они вкладывались в одно и то же, но результат был разным? Она никогда не любила проигрывать и сейчас недовольно размышляла, что Снейп, возможно, жульничал или использовал магию. В любом случае, это ничего не меняло, ведь теперь Гермиона ему должна. Грейнджер глубоко вздыхает и смотрит на мужчину, который сидит рядом и терпеливо ждёт, когда она расплатится. В полумраке его чёрные глаза кажутся особенно выразительными, даже хищными, и девушка с трудом отводит взгляд. Чтобы отвлечься, смотрит на бумажки в своих руках. Проблема никуда не исчезает. Его указательный палец поглаживает край бокала, отвлекая от размышлений. Ей нужен план, как выйти из этой неловкой ситуации. Нужно обязательно что-нибудь придумать. Договориться было бы проще, если бы финансовые отношения касались друзей. Гарри наверняка простил бы ей долг и попросил не думать об этом. Луна приняла бы то, что есть, и рассказала очередную фантастическую историю с посылом «деньги — не главное». Гермиона могла найти подход к любому. Но Снейп… Она украдкой всматривается в мужчину. Он похож на дьявола, который пришел забрать её душу. Гермиона не удивится, если весь Хогсмид, а затем и магический Лондон в итоге окажутся в цепких руках. Его настойчивость и упрямство в делах возмущают и одновременно немного возбуждают. Интересно, Снейп такой же в обычной жизни? А в сексе? Грейнджер представляет, как чёрные глаза насмешливо осматривают её с ног до головы, отмечая острые коленки, юбку, которая поднялась выше необходимого, лёгкий румянец на щеках. Северус сделает глоток вина, ухмыляясь, и наклонится ближе, скользнув кончиком носа по её щеке. Мужчина глубоко вдохнёт запах кожи — а затем его губы властно накроют её. Гермиона попытается отвернуться, но ладонь скользнёт в распущенные волосы, пальцы сожмут пряди и слегка оттянут голову назад, заставляя девушку приоткрыть рот. Она протестующе простонет, но Снейпу всё равно: язык проникнет в её рот, ладонь скользнёт по внутренней части бедра. Гермиона сдвинет ноги, сопротивляясь, но он лишь хмыкнет и, помогая себе коленом, раздвинет их шире. Умелые пальцы погладят ластовицу трусиков: ей никуда не деться. Снейп возьмёт её так, как захочет — потому что это его стратегия по жизни: всё или ничего. Когда пальцы сдвинут ткань и легко надавят на вход во влагалище… — Финансовые проблемы, мисс Грейнджер? — раздается глубокий голос, и Гермиона удивляется своей чувствительности: от пары слов по спине побежали мурашки. Она понимает, что всё это время пялится на изящные пальцы, и смущенно поднимает взгляд: хорошо, что в полумраке комнаты не видно румянца на щеках. Оглянувшись, девушка придвигается к нему чуть ближе, понижая голос. — Знаете, я… Снейп насмешливо смотрит, словно понимает, что она пытается сказать, и это злит Грейнджер ещё больше: он же видел все её манипуляции с банкнотами, мог бы по-джентельменски пойти навстречу — или хотя бы не издеваться! Смущённая и раздражённая, она говорит совершенно не то, что планировала: — Да. Но я бы не хотела, чтобы об этом узнали мои друзья. Его ухмылка абсолютно невыносима, Гермиона негодует, но решается продолжить, придвигаясь ближе и надеясь на приватность разговора. Она делает пару глубоких вдохов и поворачивается к нему полубоком, пытаясь объясниться: — Скажу прямо: мне не хватает денег, чтобы оплатить аренду. Но я хочу решить этот вопрос и надеюсь, что вы пойдёте мне навстречу: мы же взрослые люди и наверняка сможем договориться. Его лицо остаётся бесстрастным, пока она говорит, но что–то мелькает в тёмных глазах: намёк на интерес или, возможно, просто увлечение её рвением. Снейп делает глоток вина — прямо как в фантазии. Гермиона нервно сглатывает. Полумрак ему определённо идет: бывший профессор выглядит… таинственным. Будоражащим. Порочным. Бледность кожи красиво сочетается с чёрной рубашкой. Гермиона отмечает, как приподнялся кадык — её пальцы дернулись, желая дотронуться до его шеи. Как всегда, мистер Снейп застёгнут на все пуговицы: такие маленькие и изящные, что их хочется покрутить, проверить, насколько плотно они прилегают к ткани. — И что же вы можете мне предложить, мисс Грейнджер? — хищно ухмыляется визави, осматривая её. Девушка недовольно щурит глаза: есть ли в словах какой-то гнусный намёк? Подтекст? Что еще ожидать от слизеринца?! А может, ему на самом деле просто интересно? Густая бровь вопросительно приподнята, дьявольская ухмылка расползлась по лицу. Мысль об альтернативных способах оплаты, безусловно, возбудила мужской интерес. Гермиона пару раз вдыхает, успокаиваясь, а затем придвигается ещё ближе, чтобы никто не услышал о её предложении. — Ну, у меня есть пара участков в Хогсмиде и ещё несколько в Лондоне… — И все они поблизости с землями Джиневры и мисс Лавгуд. Что мне с ними делать? — насмешливо заключает Снейп. Она возмущённо подается вперёд, чтобы доказать ценность своей недвижимости, и случайно задевает своей ногой его. Гермиона чувствует кожей мягкую ткань его брюк — очень приятную по текстуре. Внезапная фантазия выбивает из колеи: Снейп припечатывает её к стене, настойчивая рука шарит по податливому телу, пока второй он расстёгивает молнию на брюках. Подхватывая Гермиону за бёдра, он сильнее прижимает её к себе. Она ногами обхватывает его, чтобы не упасть, а Северус резко проникает в неё, не приспуская брюк, с каждым толчком сильнее вжимая в стену… — Нет, так не пойдёт, — хмыкает слизеринец. Гермиона, витающая в облаках, непонимающе смотрит на него. Снейп расставляет ноги чуть шире, прижимаясь своим бедром к её. — Я… — Голос звучит хрипло, гриффиндорка сглатывает, но продолжает: — Я получаю аренду со своих участков — и как только мне заплатят, я смогу отдать вам недостающую часть суммы. В комнате будто становится жарче. Гермиона тянется к блузке. Горлышко душит, она расстёгивает пару круглых пуговиц, понимая, что Северус внимательно наблюдает за ней. В тёмных глазах — что-то опасное, азарт охотника, который точно знает, как заманить добычу, и до неё доходит, что сегодня в качестве добычи может быть она. — Деньги… — презрительно кривится мужчина, его рука по-хозяйски ложится на спинку её стула. — Денег у меня достаточно, мне это неинтересно. Можете ли вы предложить иные способы оплаты? — скучающе спрашивает Снейп, но в его глазах — горячая алчность, желание получить большее. Гермиона несколько мгновений молчит, пытаясь успокоить свои мысли. Что удовлетворит его желания? Она не знает, будет ли этого достаточно, но смиренно соскальзывает со стула на пол. Грубый ворс ковра неприятно натирает колени, когда Грейнджер подползает ближе, оказываясь между его ног. Гермиона вопросительно смотрит на мужчину — тот расставляет ноги шире. Уголок его рта приподнимается в поощрительной ухмылке. Мягкие девичьи ладони поднимаются выше, пальцы дрожат, когда она расстегивает ремень, а затем и молнию, звучащую необычно резко в тишине комнаты. Ведьма не торопится приспускать его брюки — она хочет, чтобы Снейп понял, что она стоит намного больше, чем должна ему. Их сделку сложно назвать равноценной, её всегда возмущала даже мысль о том, что женское тело может быть использовано в качестве разменной монеты — но сейчас, возбуждая бывшего профессора, она думает, что для неё это что-то большее, чем просто минет. Гермиона хочет доказать ему, что достойна внимания. Девушка склоняется ниже и опускает голову, потираясь щекой о пах. Кончик носа касается его члена сквозь ткань: тот настолько твердый, что нет никаких сомнений — Северусу нравится происходящее. Грейнджер чувствует, как жесткая рука подхватывает её непослушные волосы, вторая поощрительно поглаживает, пока она трётся о него, как кошка. Гермиона останавливается: Снейп держит за волосы, фиксируя голову и не позволяя двигаться. Второй рукой он нетерпеливо приспускает брюки вместе с бельём, освобождая член, и облегчённо выдыхает. Она может дотронуться до ствола, чуть вытянув губы; очевидно, Снейп прекрасно это понимает и притягивает её голову ближе. — Какой позор, — слышит Гермиона хриплый голос, полный притворного сожаления, — такая великолепная волшебница вынуждена продавать себя, чтобы заплатить аренду. Она стыдливо пытается отвернуться, понимая, что всё начала зря, но ладонь властно держит кудрявые локоны, не позволяя пошевелиться. — Мне очень повезло, что с такой... деликатной проблемой вы обратились именно ко мне. — Грейнджер слышит в голосе довольную насмешку и уже хочет возмутиться, как Снейп грубо командует: — Возьми его в рот. С Гермионой ещё никогда не обращались так жёстко, и она с удивлением понимает, что это возбуждает. Между ног становится горячо и влажно. Головка утыкается в мягкие сжатые губы, резкий рывок за волосы — Грейнджер всхлипывает, приоткрывая рот, и член проскальзывает внутрь. У неё даже нет времени, чтобы подготовиться — Снейп сразу входит на всю длину, и Гермиона чувствует, что задыхается, а в уголках глаз появляются слёзы, когда он советует: — Дыши носом. Она покорно подчиняется и понимает, что так правда легче. Мужчина не церемонится с ней, насаживая голову на свой член снова и снова, и Грейнджер чувствует, как сводит скулы от усилий. — Теперь сама, — мурлычет он, хватка в волосах становится мягче. Гермиона бросает на Снейпа возмущённый взгляд, но обхватывает член ладонью, втягивая головку в рот. Старательно посасывая и облизывая, она понимает, что слюны слишком много. Чмокающие и хлюпающие звуки возбуждают всё сильнее. Вторая ладонь тянется ниже, приподнимая ткань юбки, пальцы касаются ластовицы и сдвигают её, чтобы подтвердить догадку: она вся мокрая. — Хорошая девочка, — хриплый голос становится одобрительным мурлыканием, Гермиона стонет с членом во рту, вызывая у бывшего профессора ответный стон удовольствия. Его бедра двигаются навстречу ей, грубые ладони обхватывают голову, насаживая на себя всё глубже и глубже: девушка лишь расслабляет горло, отдаваясь ему. Её соски настолько тверды и чувствительны, что прикосновение бюстгальтера становится пыткой. — Такая старательная, — шепчет Северус, и Гермиона постанывает. Её пальцы ловко поглаживают клитор, она чувствует — до разрядки осталось чуть-чуть. Словно читая мысли, Снейп просит: — Давай, Гермиона, ещё немного. Кончи вместе со мной. Грейнджер хныкает, представляя, как происходящее выглядит со стороны: она между широко расставленных ног Снейпа с членом во рту, его пальцы придерживают рассыпавшиеся кудри, пока она мастурбирует, выгибаясь от удовольствия. Это становится последней каплей, и Гермиона громко стонет, контролируя челюсть, чтобы не задеть ствол зубами. Её грубо тянут за волосы, член с громким чмоканием выскальзывает изо рта, и в отголосках оргазма Гермиона чувствует, как тёплые капли выплёскиваются ей на лицо. — Вот так, — тяжело дышит Снейп, — это было не так уж плохо, правда? Возвращаясь в реальность, девушка внимательно смотрит на него. Хотел бы он именно этого? С чего она вообще взяла, что он такой? Может, он сторонник нежного и бережного обращения с партнершей? Что она вообще о нём знает? По сути, ничего. Школьные воспоминания Гермиона даже не принимает во внимание — тогда её представление о нём менялось как погода в Шотландии. Импульсивный. Фанатичный. Жёсткий. Язвительный. Саркастичный. Незрелый. Властный. Только юной гриффиндорке казалось, что она приближается к разгадке Северуса Снейпа, как новая информация выбивала её из колеи. После войны он стал спокойнее. Не мягче, но харизматичнее. Как будто его тревожность и постоянное напряжение во время войны сейчас трансформировались в спокойную уверенность. Грейнджер всё так же его побаивалась, но, пересекаясь на площади Гриммо или редких встречах Ордена, всё чаще ловила себя на мысли, что восхищена их редкими разговорами. Она готова была поддержать любую тему, а он с готовностью слушал её комментарии, и это подкупало и привлекало. В каждой язвительной ремарке, в каждой усмешке Гермиона чувствовала отклик — и наслаждалась этим. Думает ли она, что бывший профессор привлекателен? Как ни странно, да. Взгляд пробегается по собранным волосам, безупречно выглаженной рубашке, лёгкой щетине на подбородке. Гермиона отмечает, что школьные обиды постепенно вытесняют другие воспоминания: о том, как Северус рецензировал её статью, укрыл своей мантией, пока они возвращались к точке аппарации, согласился оставить правки к её законопроекту. Он притягивал Гермиону, потому что теперь ей удалось узнать другого Снейпа. Грейнджер чувствует привкус крови — опять слишком сильно прикусила губу, пока думала. Северус тоже замечает это и раздражённо закатывает глаза. Девушка внимательно смотрит, как его большой палец приближается к лицу, а затем легко оттягивает её нижнюю губу. Мягкая подушечка невесомо проводит по травмированной коже, и Гермиона чувствует волну магии, которая залечивает кровоточащую ранку. Она поражена, восхищена и тронута. Чуть подавшись вперёд, девушка втягивает изящную фалангу в рот, легко посасывая. Его глаза широко распахиваются, а затем сужаются: Северус внимательно наблюдает за тем, что будет делать Гермиона. Она дразняще проводит по пальцу языком и слышит резкий выдох. Снейп поднимается на ноги. Гермиона уже думает, что он собирается уйти, но мужчина лишь протягивает ей широкую ладонь, предлагая подняться. Крепкие руки притягивают её ближе, к себе, пальцы скользят по телу, поглаживая талию, спину, бёдра. — Вы играете с огнём, мисс Грейнджер, — предупреждает он, и Гермиона, смотря ему прямо в глаза, честно признаётся: — Если вы про себя, сэр, то я готова проиграть. Уголки тонких губ дёргаются в намёке на улыбку, для неё это — поощрение. Затаив дыхание, она привстаёт на носочки и легко целует. Северус отвечает не мешкая, и Грейнджер наконец понимает, о чём пишут в романах, описывая сладкие поцелуи. Его губы уверенно и мягко ласкают её, настолько приятно, что в голове бьётся единственная мысль: лишь бы это не заканчивалось. Она словно потерялась в пространстве и времени. Гермиона даже не замечает, как они подходят к столу, целуясь: край утыкается в бедра. Северус, легко приподняв её, усаживает на столешницу, с удовольствием разглядывая. Она, растрёпанная, затуманенным взглядом рассматривает мужчину. — Такая красивая, — мягко мурлыкает он, заправив выбившиеся прядки за ухо. — Спасибо, — еле слышно шепчет Грейнджер, уверенная, что на щеках появляется предательский румянец. — Покажи мне, — хрипло просит Снейп, и она непонимающе смотрит на него, — покажи мне себя. Гермиона задумывается на мгновение, а затем стягивает рубашку через голову. На ней нет бюстгальтера — Северус заворожённо протягивает ладони к груди, обводя пальцами твёрдые соски. Девушка послушно ложится на стол, поставив пятки на край и раскрываясь перед мужчиной полностью. Он делает несколько шагов назад, чтобы осмотреть её всю, а затем, удовлетворённо хмыкнув, опускается на колени. — Посмотрим, что скрывается под этим клочком ткани. Его пальцы скользят под ластовицу, Снейп с удовольствием отмечает: Гермиона уже возбуждена. О, он и не представлял, насколько она горяча. Пара пальцев бесцеремонно проникают внутрь, заставляя всхлипнуть, и так же быстро выскальзывают обратно. Грейнджер удивлённо смотрит, как его язык ловко слизывает её смазку с изящных пальцев, и это так пошло и… сексуально. Такого для неё ещё не делал никто. — Я ненавижу банальности, — хмыкает Северус. — Но ты такая вкусная, что хочется вылизывать тебя, пока ты не потеряешь сознание. «Что ж, — думает Грейнджер. — В этом наши желания сходятся». Она, потянувшись чуть вперёд, с удовольствием гладит его по щеке, а затем, скользнув пальцами в чёрные волосы, притягивает к себе ближе, и, судя по одобрительному рыку, Снейп не против. — Блять, — стонет он, прежде чем прижаться губами к клитору. Аккуратно высунув язык, мужчина пробует её на вкус, как самый изысканный десерт. Гермиона прижимает его голову чуть ниже, так, чтобы кончик носа задевал клитор, пока его умелый язык собирает смазку, выделяющуюся из неё. — Ты ненасытная девчонка, — хмыкает Снейп между долгими, глубокими облизываниями, смакуя вкус. — Мне следовало обратить на тебя внимание намного, намного раньше. Его руки крепко сжимают бедра, удерживая неподвижно, пока он поглощает её; язык работает в неистовом темпе, чтобы доставить ей удовольствие. — Тебе нравится вылизывать меня? — хрипло шепчет Гермиона, с удовольствием наблюдая, как его голова двигается между её бедер. Вместо ответа Снейп продолжает ласкать набухшие складочки, язык проникает всё глубже. Вопрос повисает в воздухе, напоминая об их необычной ситуации. Северус отвечает не сразу, слишком сосредоточенный на текущей задаче, чтобы говорить. — Возможно, — наконец признаёт Снейп, слегка отстраняясь, чтобы заговорить. — Но одно я знаю точно, — он дразняще прикусывает губами набухший клитор, его глаза встречаются с её, — мне очень нравится зарываться лицом между этих шикарных бёдер. Хватка усиливается, Северус снова погружает язык глубоко в неё, наслаждаясь женскими всхлипами. — Чувствуешь это? — Он убирает язык только для того, чтобы заменить его двумя пальцами, которые проникают в тесное влагалище, слегка его растягивая. — Вот как сильно я жажду тебя, Грейнджер. — Грейнджер?.. — насмешливо окликает её Снейп, и Гермиона чуть смущается, но твердо смотрит на него в ответ. — Повторите, пожалуйста, я немного задумалась. — Я заметил, — хмыкает он. — Я говорил, что есть у меня одна идея… Бывший профессор объясняет ей что-то про финансовую стратегию, но Гермионе впервые в жизни абсолютно всё равно на новые знания, гораздо больше её интересует, как двигаются его пальцы по листу бумаги, обводя цифры. Некстати вспоминается, что цвет губ чаще всего такой же, как цвет сосков и половых органов. Значит ли это, что головка его члена… — Хочешь проверить? Гермиона чуть вздрагивает, поняв, что снова отвлеклась. — Что, простите? — Свою теорию о цвете губ? — хмыкает Снейп, поворачиваясь к ней. Ладони опускаются на край столешницы, загоняя её в ловушку, и Грейнджер чуть отклоняется: они слишком, слишком близко. — Не понимаю, о чём вы, — еле слышно шепчет девушка, смотря ему прямо в глаза. — Не. Лги. Мне, — вкрадчиво произносит Северус, и Гермиона понимает: ещё одна ошибка может стать фатальной. И ей интересно, насколько. — Например, цвет мягких губ, которые я вижу, сложно описать: какой-то редкий оттенок бледно-розового. Тон, который в любом другом месте выглядел бы убого, но на твоих губах… — Снейп делает многозначительную паузу, Грейнджер неосознанно облизывается. — О да, — удовлетворённо хмыкает он, — влажными они выглядят ещё лучше. При одной мысли о том, что такого же цвета твои соски и половые губы, мне хочется стянуть с тебя всё, чтобы удостовериться лично. Мужчина прижимается пахом к её телу, и Гермиона чувствует: он не шутит. Снейп хочет её. Её! Руки уверенно оглаживают бедра, нетерпеливо приподнимают ткань блузки и стягивают через голову, пальцы умело расстегивают застежку бюстгальтера, тянут за бретельки, обнажая груди. Снейп внимательно смотрит на её губы, затем на предательски твёрдые соски, и довольно ухмыляется. — В реальности это в тысячу раз красивее, чем в моих фантазиях. Его губы аккуратно, осторожно целуют чувствительную грудь, она зачарованно выдыхает: это эротично и приятно. Снейп точно знает, что делать. Его ладонь скользит под юбку, двигаясь вверх, по внутренней стороне бедра. — Но ведь ты хочешь не этого, правда? — хмыкает мужчина и убирает руки. Но лишь для того, чтобы развернуть её спиной к себе. Ладони властно ложатся на хрупкие плечи, заставляя наклониться, и Гермиона послушно ложится грудью на стол, прогибаясь в пояснице. — Знаешь, сколько раз я представлял выражение твоего лица, когда мой член войдёт в тебя? — хрипло признается Снейп, нетерпеливо задирая юбку. Чуть сдвинув белье, Северус двумя пальцами размазывает смазку по горячим влажным складкам, а затем неторопливо вводит их в неё. Гермиона всхлипывает: они туго двигаются, наполняя. — Чёрт возьми, Грейнджер, ты такая узкая и чувствительная. Мне всегда было интересно, какая ты, когда тебя жёстко и глубоко трахают, — шепчет Снейп так тихо, что она с трудом различает слова. — Покорная? Довольная? Сдержанная? Он добавляет ещё один палец, толкаясь во влагалище, ощущая, какой влажной Гермиона становится от ласк. — Знаешь, что я могу сделать с тобой, Грейнджер? — хрипло спрашивает Северус. Он увеличивает темп и глубину своих толчков, ещё глубже погружая пальцы. — Я могу ласкать тебя так долго, что ты начнёшь извиваться и умолять о моём члене. Могу свести тебя с ума от похоти и желания. Твои стоны… — его рука грубо поворачивает её голову набок, а затем мягко, почти невесомо гладит по щеке, — ты не представляешь, как мне лестно слышать, что каждый твой стон — для меня. Я хочу, чтобы ты раскрылась. Хочу наблюдать, как ты распадаешься на части от каждого оргазма, умоляешь о наказании. Я хочу показать тебе, что значит принадлежать мне, — рычит Снейп низким, опасным голосом. — Мне лестно слышать это от вас, сэр, — хрипит Гермиона, насаживаясь на его пальцы. — Разве не приятно чувствовать, что твой оргазм зависит от меня? — насмешливо спрашивает он, большой палец накрывает её клитор, приятно поглаживая. Гермиона чувствует, что готова кончить, каждая клеточка тела наполнена болезненным удовольствием. Она готова умолять Снейпа освободить её от этого мучительного блаженства. — Давай, Грейнджер, я же чувствую, что ты на грани. Кончи и покажи, насколько тебе нравится быть моей шлюхой, — властно приказывает он. Гермиона готова его ударить, вымыть ему рот с мылом, но грубые слова становятся последней каплей — и она кончает. Раскрыв рот, втягивает воздух, боясь задохнуться от нахлынувшего наслаждения: оргазм волнами омывает её, заставляя содрогаться. Измученная и удовлетворённая, она открывает глаза… — Хочешь проверить? — Что, простите? — шокировано лепечет девушка. — Мою финансовую теорию, естественно, а вы о чём подумали, мисс Грейнджер?! Да, Снейп из фантазий… много ли в нём было от Северуса, который сидел рядом с ней со скучающим видом? Губы скривились в ухмылке, когда он посмотрел на неё сверху вниз, в тёмных глазах блеснуло озорство. Гермиона разозлилась на саму себя: да что с ней такое? Ведь они обсуждают деловые вопросы! — Мне в голову ничего не приходит — может быть, у вас есть идеи? — агрессивно спрашивает она. — Почему же ничего? Я увидел как минимум три варианта развития событий. Гермиона испуганно замирает, а потом пытается отстраниться, но его рука не позволяет это сделать, привлекая её ближе. — Не понимаю, о чём вы, — шепчет Грейнджер, судорожно придумывая оправдания. — Прекрасно понимаете, мисс, — хмыкает Снейп и придвигается ближе. — Вы в качестве иного способа оплаты меня вполне удовлетворяете, — шепчет он ей на ушко. Гермиона точно знает, что слышит его смешок, когда Северус решает продолжить: — Хотя не уверен, что угол у стены — подходящее место для приёма оплаты. Когда мягкие губы невесомо прикусывают мочку уха, она уверена, что ей кажется. Такого точно не может произойти — это же Снейп! Грейнджер сжимает губы, чтобы не простонать, сильнее сводит бёдра: такое невинное прикосновение словно тумблер, зажигающий желание — в этот раз наяву. Пытаясь скрыть частое дыхание, девушка смотрит в тёмные насмешливые глаза, и на мгновение ей кажется, что сейчас, как впечатлительная барышня, она упадёт в обморок. — Кажется, вас зовут, Гермиона, — хмыкает Снейп. Грейнджер поворачивается к столу: все друзья выжидающе смотрят на неё, и она густо краснеет. Пока они со Снейпом любезно беседовали, на доске магической «Монополии» всё кардинально поменялось. — Целый круг прошёл, — недовольно бурчит Гарри. — Ты вообще собираешься ходить?! — Мисс Грейнджер объявляет банкротство, — заявляет Снейп и поднимается со своего места. Она непонимающе смотрит на него снизу вверх, чувствуя разочарование: от проигрыша и от того, что он уходит. — Мне уже пора. Мужчина изящно снимает пиджак со спинки стула и небрежно перекидывает через плечо. Пока он прощается со всеми, Гермиона тоскливо провожает взглядом того, кто сегодня стал объектом её желаний. Северус направляется к двери гостиной — ещё пару шагов, и мужчина покинет площадь Гриммо, а горячие сцены останутся лишь в фантазиях. Впрочем, а на что она ещё рассчитывала? — Мисс Грейнджер? — в последний момент Снейп окликает её от дверей, и девушка растерянно бросает: — Да? — Пойдёмте, — хмыкает он, — обсудим наши…деловые вопросы.