Точки соприкосновения

- Мам, а может, тебе пойти на «Битву экстрасенсов»? - неожиданно для всех выпалила её средняя дочь, устремляя свои невинные глазки на опешившую женщину. На секунду в доме повисла тишина, нарушаемая лишь голосом Влада Череватого, продолжавшего вещать с экрана женькиного телефона. Следом раздался отчаянный смех старшей дочери: - И правда, мам, разбавишь это общество чернушников. Хохотать теперь начали обе, наперебой выкрикивая аргументы в пользу её участия в Битве. Скрестив руки перед собой и уже привычно закатив глаза на очередную безумную мысль своих авантюристок, Лиза с лёгкой улыбкой выслушала все «за», тихонько посмеялась над подобным предложением и благополучно забыла об этом разговоре. До определённого момента. Даром своим Лиза никогда не кичилась, первое время даже побаивалась. Многое на своём пути пережила, немало испытаний выпало. В глубоком отчаянии однажды от Бога отвернулась, но с дороги праведной не свернула: старалась жить по законам божьим, людям помогала и свет несла, а какие-то шоу развлекательные никогда всерьёз не воспринимала да и не смотрела особо. Экстрасенсорика напоказ, мистика, обряды, ритуалы. Пускание крови, атрибуты жуткие, животные внутренности. Кто на что горазд, лишь бы внимание зрителей привлечь. Не её это всё, далека она от подобного зрелища. С недавних пор картинки Битвы периодически мелькали в их доме с экрана телевизора, планшета или ноутбука. Старшие дочери увлечённо смотрели новый сезон и иногда втягивали в это и маму. - О, смотри, отборочные испытания! Мам, а ты знаешь что за ширмой? - подобный вопрос впервые прозвучал дождливым осенним вечером. Лиза по подобным пустякам и ради праздного любопытства к ангелу обращаться правильным не считала, но, к её удивлению, привычный чистый голос сам ответом прозвенел в голове, рисуя вдобавок жуткие картинки: шёл обратный отсчёт, красные цифры наводили ужас, мирное тиканье сменилось резким взрывом. От подобных видений ясновидящую шарахнуло, будто от удара током. Женщина вскрикнула. - С тобой всё в порядке? - обеспокоенно обратилась к ней дочь, пожалев о заданном ранее вопросе. - Бомба, - тихо прошептала в ответ. В подверждение её слов на экране появился кадр, ракрывающий секрет ширмы. Женщина перекрестилась, а Женя завороженно переводила взгляд с экрана на маму. Против своей воли Лиза досмотрела выпуск до конца, из раза в раз угадывая местоположение человека в багажнике. Последующие вечера субботы проходили примерно по одному сценарию: сначала Елизавета упрямо отказывалась от совместного просмотра очередного выпуска вместе с дочерьми, но долгими уговорами, под восхищённые вздохи девочек, всё же, "проходила" испытания вместе с остальными участниками перед экраном, каждый раз всё больше удивляясь тому, что ответы приходят сами, без запросов. Мало-помалу она и сама втянулась, теперь уже рассматривая отдельно каждого экстрасенса. Внимание её сразу привлёк высокий, хмурый мужчина. С глазами тёмными, как сама ночь, и голосом раскатистым, бархатным. Веяло от него холодом, чем-то мрачным и совсем ей чуждым, но одновременно родным и похожим. Она смотрела выпуск за выпуском, пропуская других участников, пытаясь выискать их точки соприкосновения, докопаться до истины. Не получалось. Ангел упорно молчал, картинки не шли, а Лиза всё больше путалась в своих противоречивых ощущениях. С этих же пор сны её стали тревожными: то в лесу чёрном окажется, то в здании заброшенном, то на кладбище. И везде мгла - она одна посреди стоит, а вокруг шёпот зловещий, костры ритуальные да вспышки глаз нечеловеческих. Ангел нашёптывать ей часто стал: "Покажи. Покажи им другой путь". Кому и что показать, Лиза не понимала, пока однажды, во время очередного просмотра Битвы, к ней не пришло видение: финалисты стоят, рука синяя перед ними и она среди них себя видит. "Глупость и нелепость какая-то", - отмахнулась она тогда, но снова и снова в голове крутился вопрос: "Мам, а может, тебе на Битву пойти?" Сны не прекращались. Видения становились всё навязчивее, как и нежный голос в голове. Мысли то и дело возвращались к одному и тому же вопросу. Разговором с духовником надеялась разрушить свои сомнения и успокоить терзания души, но тот, к её изумлению, не отговорил, а наоборот, благословил. И она сдалась. А теперь, успешно пройдя все отборочные испытания, она стоит в том самом готическом зале, озирается вокруг и думает: "И на что только я согласилась..."