В последний раз

Игорь закрывает глаза Серёжи, у которого уже не бьётся сердце. А что ещё ему остаётся делать? Вряд ли какая-то скорая помощь может спасти Разумовского. Мужчина сидит в прострации держа на коленях голову Серёжи. Он не знает, что делать дальше. Вроде всё закончилось, но сильный осадок на душе остался. Смерть Прокопенко. Смерть Разумовского. Смерти других невинных людей. И ради чего всё это было сделано? Чтобы Игорь сидел в опустошении не зная как собрать себя по кусочкам для дальнейшей жизни? Тогда это прекрасно получилось. Игорь довольно долго находится в своих мыслях и не замечает как к нему подходят Юля и Дима, пытаясь растормошить. Ничего не выходит и вряд ли выйдет. Игорь еле поднимается, аккуратно оставляя тело Серёжи на полу, и идёт в никуда. Юля делает пару попыток остановить его и расспросить о случившемся, но тот никак не реагирует. После неудачи она возвращается к Диме, чтобы дождаться скорую, которую они вызвали для Разумовского, в надежде спасти его. Гром чудом доходит до своей квартиры. Он сломлен. Всё закончилось, но всё разрушено и сил восстанавливать всё это у него уже нет. Как и смысла жизни. Он, конечно, не собирается покончить с собой, но он просто продолжить существовать. Существовать. Без второго отца. Без девушки. Без друзей. Один.

***

Прошёл месяц после тех событий. Игорь как обычно сидел за кухонным столом, попивая кофе и смотря на жизнь Петербурга из окна. Уже прошёл месяц, а состояние Игоря совсем не улучшалось. Он постоянно находился в своей квартире. Смотрел в потолок и отвлекался на еду, включая на фон телевизор, чтобы не чувствовать себя так одиноко. Кофе стал ежедневным напитком Грома, хотя до этого он его терпеть не мог. Сейчас же он почти совсем не спит ночью, и чтобы днём быть хоть немножечко бодрее, он заваривает себе кофе. И так все дни были похожи на один. Вдруг его мысли прерывает звонок в дверь. Скорее всего это была Юля. Она говорила, что зайдёт на этой неделе, чтобы забрать оставшиеся вещи из квартиры Грома. Игорь подходит к двери и не смотря в глазок открывает её. — Привет, — немного смущаясь говорит Серёжа. — Эм…здравствуй. Наверное мне стоит закрыть дверь и не разговаривать с видением Разумовского, как ты считаешь? Совсем у меня крыша поехала, — Игорь решает закрыть дверь от греха подальше. — Стой! Я не видение…а вполне живой человек, — парень ставит ногу в дверной проём, чтобы дверь не закрылась. — Что?.. — Игорь раскрыл глаза в шоке. Он не мог поверить, что это реальность, а не часть его фантазии. — Успокойся и не пугайся, пожалуйста. Да, я выжил. Сам в шоке… Я к тебе зашёл, чтобы кое-что отдать. Я собираюсь уехать из города. Да и в целом из России. После операции я понял, что вторая личность ко мне больше не возвращается. Я этому рад, но больше не могу смотреть на город, который считай сам же и разрушил. Остаётся мне только исчезнуть отсюда. Поэтому это наша последняя встреча, Игорь. Гром всё ещё был в полнейшем шоке и не мог выдавить из себя и слова. Человек, которого ты уже мысленно похоронил вдруг предстаёт у тебя на пороге. Мало кто смог бы спокойно реагировать на это. — Я понимаю, всё это сложно переварить, но ты уж постарайся. Не зря же ты Майор Игорь Гром! Я знаю, что у тебя сейчас тяжёлый период, поэтому в этом пакете есть письмо от меня и ещё кое-что. Прочитай, когда будет совсем тошно, а содержимое пакета можешь вытащить уже сегодня, — он отдал небольшой пакет в руки Грому. — И ещё. Я хочу передать тебе свою соц.сеть. Мне больше некому её доверить, а те кто управляют ей сейчас — мне совсем не нравятся. Это не те люди. — Какая соц.сеть? Ты с дубу рухнул? Я этими технологиями никогда не владел. Ты видел мой прошлый телефон? — Даже если так, не обязательно продолжать моё дело. Ты в любой момент можешь прекратить действие соцсети, закрыв её. Пусть это будет сделано твоей рукой. Всё-таки в мире есть и другие соц.сети, люди как-нибудь справятся без «Vmeste». — Ты вот так бросишь дело всей своей жизни? — Можно и так сказать. Как оказалось, жизнь не построена на одном проекте, в данном случае соцсети, — задумчиво улыбнулся Сергей. — В любом случае, делай что хочешь. Когда я уеду, это будет для меня являться прошлой жизнью. К сожалению, я не хочу её вспоминать. — Хорошо, я понял. — Спасибо тебе, правда. Ты многое сделал для нашего города. Ты спас меня. Я всегда буду благодарен тебе. Но при этом буду чувствовать вину за то, сколько страданий тебе доставил. Прости меня за всё. Около полминуты они стояли и глупо смотрели друг другу в глаза. О чём думали в тот момент эти двое — загадка. — Ну что ж, думаю я всё сказал. Мне пора идти. Прощай, Игорь, — Разумовский протянул руку для рукопожатия. Гром взял его за руку, притянул Серёжу ближе к себе и почти невесомо прикоснулся губами к щеке Серёжи. — И тебе спасибо, — всё что смог выдавить Гром, улыбаясь. Серёжа улыбнулся в ответ и медленно стал спускаться по лестнице к парадной. В пакете действительно было письмо, а также лежала ещё горячая шаверма, которую Гром сразу же принялся поедать. Игорь так и не понял зачем сделал это. Может быть просто хотелось выплеснуть все накопившиеся эмоции в тот лёгкий поцелуй. А может он просто почувствовал одиночество, которое объединяло их двоих в тот миг. Они тогда не были одни… Никто уже не узнает зачем и почему. Но мы точно знаем, что они были вместе в последний раз.

Время пройдёт, и ты забудешь всё, что было С тобой у нас Нет, я не жду тебя, но знай, что я любила В последний раз