Пир звёзд

— Ты знаешь, почему маги празднуют Рождество, Лили? — спросил Джеймс, ведя подругу за руку в сторону от оживлённых уличек Хогсмида, — И почему сегодня Пир Звёзд? — Понятия не имею, — честно призналась Лили. Дело было в конце июня — лето было в самом разгаре, и им, только выпустившимся из Хогвартса, хотелось хоть каплю отдохнуть от безумия и ужаса, которые то и дело сеял Волдеморт. Профессор Дамблдор лишь недавно сказал, что хотел бы пригласить их в организацию, что борется против Пожирателей смерти, но пока что никакого разговора о вступлении не было, а самого директора было просто не поймать даже на пять минут общения. — Большинство магов не верили и не верят в христианство, но у нас был праздник Зимнего солнца — символ того, что после самой длинной ночи в году, солнце побеждает тьму. Праздник этот выпадал на то же время, что и Рождество, так что их совместили, но многие по-прежнему празднуют победу солнца, — он пригнулся, пропуская над собой стайку детишек на маленьких мётлах, что с визгом и улюлюканьем гнались за каким-то летающим котом. — Так… А при чём здесь нынешний праздник? Ай! — под конец вскрикнула Эванс, когда кто-то рядом дёрнул магическую хло-Пушку-игрушку. — Пир звёзд — противоположность праздника Зимнего солнца. Тут уже звёзды одерживают победу, и в самую короткую ночь в году пируют. Впрочем, торжества и гуляния идут целую неделю. Ну и собираемся мы, естественно, в Хогсмиде. Кстати, держи сладкую вату, — он протянул ей лакомство, которое буквально при помощи жестов приобрёл в лавке за две секунды и горсть кнатов. — Спасибо. Но почему естественно? На Рождество же такого нет… — смутилась девушка, начиная поедать полученную вату. — Зимнее солнце или Рождество — семейный праздник, и его отмечают дома. А вот Пиршество Звёзд принято отмечать с размахом: массовыми песнями, танцами, различными вкусными блюдами, чтениями стихов — в общем, кто во что горазд. «Естественно в Хогсмиде» потому что… Ну оглянись вокруг. Всё, что ты сегодня видела, это просто так, что ли? Все колдуют как хотят и где хотят, а от танцев звёзд в небе и прочих волшебных салютов в небе Статут может не то что пошатнуться, но и вообще рухнуть, если хоть один маггл будет в пределах трёх-пяти миль отсюда. А теперь скажи мне, где во всей Британии магглов нет вообще, но маги как дома? — Хогсмид, — улыбнулась Лили, — Теперь понятно. А куда ты меня ведёшь вообще? Джеймс улыбнулся и взъерошил себе волосы, затем убрал со щеки своей возлюбленной синюю нить сладкой ваты, которую тут же съел: — Смотреть на звёзды. На настоящие, а не случайно танцующие по воле пары иллюзорных заклинаний. И вправду, улицы Хогсмида, вместе с палатками торговцев фестиваля остались далеко позади, как и танцплощадки, и даже небольшой палаточный лагерь они успешно миновали. Лишь у опушки леса Джеймс остановился, достал из зачарованного кармана одеяло, увеличил его, зачаровал и, подбросив в воздух, тут же магией раскрыл и уложил на траву. Они улеглись рядом: головы так близко, что волосы смешались вместе, но ногами в разные стороны. — Начнём с простого? — с улыбкой спросил Джеймс, — Где Полярная звезда, знаешь? — У меня по Астрономии было Удовлетворительно, а не Тролль, так что да. Вот она, — ответила с тихим смешком Лили, указывая на яркую точку нужной звезды. — Если бы у меня было Удовлетворительно, то меня бы родня удавила, притом сначала Блэки, а затем Поттеры. — Это ещё почему? — Так мама моя — Блэк в девичестве. Это раз. А два, у них же традиция — называть детей именами звёзд и созвездий. Вон Орион, смотри на те три точки рядом, почти что в линию выстроились — это Пояс Ориона. А вверх и вниз. — Ха. Поняла. Но увидеть в этом человека… — Почему. Смотри, вот так туловище, вон та звёздочка — голова, вот это рука с мечем или дубиной — кому как нравится. А вон там — другая рука, держащая большой щит, состоящий из десяти звёзд. Правда видно сейчас только восемь, но в телескопе десять. — Верю, — улыбнулась Лили, — Так выходит, что Нарцисса Малфой… — Нет, с ней как раз осечка вышла. То ли в имени не сошлись, то ли тётя Друэлла очень цветы любит — Мордред его разберёт. Но вот Беллатрикс — вон там. Будто левое плечо Ориона. Кстати, эта звезда — гамма созвездия Ориона. Даже жаль, что… Он не договорил, но Лили всё понимала. Просто на этот вечер они договорились не вспоминать о Пожирателях напрямую. — Андромеда, ты знаешь, это целая туманность, но её три главные звезды вот эти, — он по очереди указал на названные звёзды, — Дедушка Арктур назван в честь звезды Арктур — это альфа Волопаса. Вон она, яркая такая. — О, а вон созвездие Кассиопеи. Что? — спросила она, в ответ на удивлённый взгляд Джеймса, — Говорю же, что не Тролль получила за СОВ по Астрономии. — Да, ты права. Просто удивлён, — улыбнулся Джеймс, и продолжил, — Регулус, братишка Бродяги — это звезда Регул, альфа Льва. Видишь? — Такая, чуть голубая, да? — Именно. Ну а вон самая известная нам звезда. Альфа Большого Пса, Канис Майорис, и как ещё её только не называют. Кстати, звезда эта сдвоенная, и у неё есть маленькая вторая звезда в той же системе. — Погоди, ты про… — О нет, — пробормотал Джеймс. — Сириуса? — закончила свой вопрос Лили. — Нет-нет-нет-не надо, — бормотал дальше Поттер, понимая, что этого уже не исправить. — Нет? — переспросила девушка, — Я не права? — Права, — почти что простонал Джеймс, — Просто теперь будут последствия. — Это какие? — удивлённо спросила та. Вместо ответа раздался хлопок аппарации, и насмешливый голос из тьмы спросил: — Болтаем про звёзды, да? Романтика от бантика, блин. — Мы с этим умником поспорили, что он не настолько популярен у женщин, как считает. А он считает, что даже говоря со мной, они спрашивают о нём. Повесил на меня заклинание, которое оповещает его, где я, если кто-то упомянул рядом его имя, — тут же сознался во всём Сохатый. — Ну а что поделать, если ярчайшая звезда на земле и в небе — я? — расхохотался своим лающим смехом Сириус. — Ты давно срамные болезни лечил, звезда? — тут же подколола его Лили, — Иди вон на праздник — может и уловишь себе какую-нибудь звёздочку. Кузину, например. — Тьфу ты, — отреагировал на последнее предложение Сириус, — Язва ты, Лили, язва. И не лечишься. — Ну а что? Вон у Беллатрисы, когда я её в последний раз видела ничего такие… — она сделала ладони лодочками и упёрла себе под грудь, будто увеличивая её, — бидончики в общем. — Да я лучше с твоей сухощавой сестрой-магглой пересплю, чем с Беллой, — пробормотал Бродяга, прикрыв лицо рукой. — Ну, если нравятся совсем уж кости, то иди на ярмарку и не гавкай, — «добила» его Эванс. — Я то может пойду, и даже не гавкну. Но вот ты, — он ткнул пальцем в сторону Джеймса, — Как на этой женишься, так не что не гавкнешь — не пискнешь даже из-под каблука. Поттер моментально выхватил палочку, и жёлтая вспышка жалящего заклинания вырвалась из неё. Сириус, правда, моментально увернулся, затем шутливо гавкнул и аппарировал. — Гад, — ёмко прокомментировал Поттер, — Ладно. Мы говорили о звёздах. Он снова лёг на одеяло, а затем посмотрел на Лили, но та встала и начала отряхиваться: — Не хочу о звёздах. Пошли лучше обратно на ярмарку — поедим, потанцуем, напьёмся в конце концов. А то фестиваль есть, а мы считай и не учавствуем! Сюда возвратимся под утро. Я назову эту «звезду» по имени, и он переместится прямо во что-то… неаппетитное, — девушка подмигнула своему будущему жениху. — Напомни мне, почему ты никогда не присоединялась к нам, к Мародёрам? — улыбнулся Сохатый. — Название не понравилось, — пожала плечами Лили. На ярмарке она потянула Джеймса, внезапно, к жонглёру. Кегли, которые он подбрасывал в воздух, были заколдованными: одни повисали в воздухе и в них разыгрывалось целое представление, например корабль на штормовых волнах или какая-то магическая дуэль; другие быстро меняли цвета; третьи жонглёр предлагал взять в руки, и те прилипали к рукам незадачливых зрителей, которые доверились шутнику. — Сириус, — твёрдо сказала Лили, и тот не заставил себя ждать. Как только Бродяга аппарировал на площадку, Эванс схватила его за руку и заставила взяться за одну липкую кеглю, а затем за вторую. — Э-это что? — спросил Сириус. Лили, вместо ответа схватила ведёрко синей жидкости из которой делали сладкую вату, и щедро плеснула в лицо Блэку. — Бежим, — крикнула она оцепеневшему Поттеру и помчалась, проталкиваясь между людьми. Веселье на этом Пиру звёзд только начиналось. И то, что следующим утром работникам ярмарки пришлось восстанавливать половину палаток и лавок было лучшим тому доказательством. Виновных, правда, так и не нашли, но пара пьяниц клялась, что всё разнёс пёс, едущий верхом на олене.