Репетитор

Удар за ударом раздается по комнате, оставляя на теле красные увечия, что скоро перерастут в синие синяки. Уши закладывает от криков и мужского голоса. По щекам льются тонкие ручейки, оставляя за собой красные пятна. "Не плачь, ты ведь мужчина!" - рычит хриплый голос, но в нем нет ни капли сочувствия, лишь безжалостная жестокость. Слова повисают в воздухе, заглушенные громогласными криками, которые терзают душу.. -Прошу, не надо! Пожалуйста.. Сердце бьется в груди, как испуганная птица, готовая вырваться из клетки. Стук оглушает, от него темнеет в глазах, и мир вокруг плывет, превращаясь в кошмарный сон. Катай переступил порог дома, не подозревая о том, что его ждет. За окном уже давно царила тьма, лишь одинокие фонари кое-где прорезали мрак, высвечивая редкие силуэты прохожих. Люди спешили домой, кто к теплому очагу и любящей семье, кто в одинокую однушку с холодными стенами. Бывают ли теплые одинокие квартиры и холодные семейные дома? Катай не знал ответа на этот вопрос, но он прекрасно знал ответ на второй вариант. Первый же звук - резкий крик и тяжелый топот - заставил его сердце замереть. Он забыл, забыл помыть кружку отчима... Тихо пискнув и попытавшись промелькнуть в свою комнату, Таяму резко останавливают и одним резким движением сажают на колени перед собой... а дальше все прошло по старой схеме. В этот момент он ненавидел весь мир, ненавидел себя за свою слабость, ненавидел отчима за его безжалостность. Усталого, заплаканного мальчика швыряют в комнату, на матрас. Все конечности болели особенно в местах где удары становились жестче. Вытирая свои очи, Катай нащупывает дрожащей рукой очки, аккуратно надевая. Теперь можно было увидеть на руках кровь, что уже начала засыхать. Похоже по носу его ударили мощнее, чем в первый раз. Находя в темноте влажные салфетки, он вытирает, красные улики с рук и с шее, переходя на лицо. Он уже привык к этим увечиям и специально заготовил салфетки. -Таяма! Мать заходит в комнату тыкая в сына листок по математике с оценкой. -Три. Это три, Таяма. Ты понимаешь? Нет, ты ничего не понимаешь в голове нет ни-че-го. Женщина скомкала и бросила листок в лицо сыну. -Или ты берешься за голову или я звоню отцу! Она не дожидается ответа, всплеснув руками тороторит: -Невозможно с тобой... -Мам, я правда не понял.. – мямлит Таяма пытаясь смегчить агрессию матери -Не понял?! И это ты мне говоришь? У тебя одно дело, у-чит-ся! - Она говорила чтото еще, громко вздыхая и иногда повышаясь на крик. -Я найду репетитора. И попробуй написать тест меньше чем на пять. - Выдав это она уходит с кухни оставляя мальчика одного.. снова. Катай боялся своего отца больше своей жизни, а совместно со страхом приходит ненависть. Всю эту злость он вымещял на себе, он не любил свое отражение, ненавидел руки, лицо, мысли. Совместно со злостью приходили и панические атаки. Царапая свое лицо и кусая свои губы в кровь он не раз задовался вопросом, а стоило ли ему жить? Все время прятаться в комнате, бежать от навящивых мыслей, венить себя во всех, снова и снова колечить и наносить увечия на тело. Он не чувствовал себя живым, каждый раз возвращаясь в то же состояние, тело перестоало его чувствовать. Каждый раз умирая на матрасе, он не мог заставить себя встать, помочь собственным мыслям уравновешенно покоиться голове. Он так устал. В школе он должен быть отличником по всем предметам, игнорировать задирания со стороны одноклассников, не обращать внимание на придирчивых учителей. Он ненавидел ровесников. Ненавидел преподавателей. Информатика же стала его отдушиной, островком спасения в этом море враждебности. Здесь, за монитором, он мог быть собой, погружаться в мир кода, творить и созидать. Мечты о будущем, где он свободен от гнета чужих ожиданий и посвящает себя любимому делу, грели его душу. Сердце билось ровно, а мысли обретали ясность. Пока родители твердили, что компьютеры это вредно, а программистом может стать каждым, Катай правда отдыхал. Усталость отходила на второй план, а мысли не били в голову. За каждым написанным строкой кода скрывалась его душа, его мир, его будущее. И он верил, что однажды его мечты обязательно осуществятся. В этот день волнение захлестнуло Катая с новой силой. Впереди его ждало знакомство с новым человеком - репетитором. Расширять круг общения он не торопился, особенно если речь шла о взрослых. Мысль о том, что новый учитель может пожаловаться матери на его "промахи", терзала его душу. Парень стоял перед зеркалом поправляя одежду. Катай всегда одевал максимально закрытую одежду, официальную. Никто не должен увидеть эту грязь, что расползалась по телу после ударов. Нервно разминая запястья, он отошёл от зеркала, стараясь унять дрожь в руках. В машине трясло и покачивало, мать бранила под нос свою жизнь странно пыхтя. Казалось, она снова говорила о нем, о его проступках и недостатках. Чувство вины вновь захлестнуло его. Он будто бы был нежеланным ребенком, на которого мать тратила лишь время и нервы. Она почти не проводила с ним время, всегда была раздражена и недовольна.. Нужен ли ей этот ребенок вообще? Он чувствовал себя одиноким и ненужным, запертым в клетке материнской нелюбви. Слезы подступили к глазам, но он сдержал их,не желая еще больше раздражать мать. Он мечтал о том, что когда-нибудь она посмотрит на него другими глазами, увидит в нем не обузу, а любимого сына. Но пока эта мечта оставалась лишь мечтой. -Здравствуйте, проходите. В прихожей их встретил высокий мужчина. Блондин с зелеными, как трава глазами. Опрятная и строгая внешность завораживала. -Доброго вечера. Это Катай Таяма. – Дама подтолкнула мальчика ближе к мужчине -Здравствуйте.. – Таяма сам не узнал свой голос. Он дрожал и был едва громче шепота.