дом, в котором цветут звезды

      Солнце, словно нехотя, пробиралось сквозь занавески, заглядывая в комнату, где Йеджи сладко спала. Тишина, лишь легкий шепот ветра, играющего с листвой старого дуба за окном. Деревянный пол слегка скрипел из-за мельчайших движений дома, но этот звук был не раздражающим, а наоборот, уютным, напоминающим о том, что время здесь течет неторопливо, подчиняясь только естественному ритму жизни. Проснувшись, Йеджи потянулась, улыбаясь. Она любила эти тихие утра на даче, когда мир еще спал, а воздух был чистым и свежим.       Эта дача — полузабытый уголок прошлого, где дедушка Йеджи, когда-то юный, строил планы на будущее. Теперь же, попросив ее присмотреть за садом, он наконец-то нашел покой. Она любила этот домик, пахнущий старым деревом и пряными травами. Деревянная веранда, с которой открывался вид на ухоженный огород, и сад, утопающий в зелени, — все это было пропитано духом спокойствия и тихой радости. Стены дома хранили множество воспоминаний: здесь дедушка рассказывал ей сказки по вечерам, а бабушка учила ее печь ароматные пироги. В этих стенах она чувствовала себя защищенной, как в коконе, где не было места суете и тревогам. Вечно преследовавшая ее грусть от ощущения, что теперь этот дом слишком пустой, постепенно отступала.       Фигура, лежащая рядом с Йеджи и опутавшая ее тело всеми своими конечностями, пошевелилась, издавая неопределенный звук. Старшая девочка повернула голову, прослеживая такие знакомые родинки и родное очертание слегка приоткрытых губ, из которых все еще слышалось мягкое похрапывание. Видеть свою девушку умиротворенной, абсолютно забывшей о тяготах реального мира, было исцеляющим опытом.       Они обе лежали голые, укрытые одной простыней, потому что любые человеческие границы были давно стерты между ними, превратившись в легкую пыль, которая иногда оседала на поверхности, когда Рюджин начинала стесняться своего тела, а Йеджи раз за разом доказывала, что это было бессмысленным переживанием. Прошлая ночь была достаточно выматывающей, потому что у Рюджин выдалась тяжелая неделя, и ей была просто необходима разрядка, которую дать могла только Йеджи (а если быть совсем точной, то ее пальцы и язык). И Йеджи была более чем за предоставить свои услуги по избавлению от стресса. В конце концов, язык секса был очень важным языком в их отношениях.       Иногда их занятия любовью проходили в одно мгновение, занимая буквально десять минут. Потому что две студентки на последнем курсе университета с работой на неполный день не могли похвастать достаточным количеством энергии для более продолжительных предварительных ласк или нескольких заходов. Но иногда их секс мог длиться всю ночь, пока они сменяли друг друга, позволяя каждой отдохнуть и получить свое освобождение раз за разом. Порой это было похоже на что-то ненасытное, необузданное и дикое, когда тела двигались хаотично, дыхание было рваным, а имя срывалось с губ так часто и так громко, что к концу голос просто пропадал. А иногда они двигались нежно и постепенно, лелея каждый миллиметр любимой кожи и выжигая горячим дыханием на ней фразы, доказывающие искреннюю и всепоглощающую привязанность.       Пожалуй, именно последний тип характеризовал их секс, которым они занимались на даче. Этот дом всей своей аурой и не предполагал чего-то более поспешного или неконтролиуемого. Просто мягкие поцелуи, легкие покусывания и шепот, полный любви. — Доброе утро, — хрипло пробормотала Рюджин куда-то в область шеи Йеджи, еще не открывая глаз.       Йеджи улыбнулась, прижимаясь щекой к влажной от пота шелковистой коже Рюджин. Солнечный луч, пробившийся сквозь занавески, скользил по плечу девушки, очерчивая линию ее тела, утопающего в тени просвечивающей простыни. Йеджи погладила ее черные волосы, замечая, как они отросли. — Ты такая красивая, когда спишь, — прошептала Йеджи, пальцами проходясь по контуру лица Рюджин. — Ты что, все это время смотрела на меня? — коротко посмеялась младшая девочка, подавляя очередной зевок. — Жутко.       На это Йеджи надулась, заметно выпятив губы и даже слегка отодвинулась (буквально на сантиметр, но это был очень заметный сантиметр). Рюджин могла лишь подавить ухмылку и потянуться вперед, чтобы поцеловать свою девушку в губы, с удовольствием замечая, как быстро расслабилось ее тело. Их языки лениво играли в игру без названия, периодически заставляя обеих девочек улыбаться в губы. Рука Йеджи уже скользнула на спину Рюджин, слегка проходясь по ней ногтями, пока последняя выгибалась навстречу. Внезапно, Рюджин прервала поцелуй, скользнув над Йеджи и усаживаясь ей на живот. — Вчера я была первой и последней, не верю, что ты заболтала меня, чтобы я не сравняла наш счет, — заметила теперь уже надувшаяся Рюджин. — Ты обещала, что будет поровну. — Мы обе устали, нам нужно было отдохнуть, — Йеджи пыталась не засмеяться. Только ее девушку могло волновать четное количество их оргазмов. — К тому же, впереди целые выходные. — И я не думаю, что дальше нам будет до подсчетов, поэтому позволь мне обнулить счетчик.       Рюджин не дождалась, пока ее девушка что-то ответит, наклоняясь и целуя ее, на этот раз несколько настойчивее. Ее пальцы переплелись с пальцами Йеджи, впечатывая их в простыни, пока рот, наконец высвободив из своих оков губы, продолжал спускаться дальше, оставляя короткие засосы на шее. В их компании друзей до близкого знакомства с Рюджин и Йеджи было принято считать, что именно первая доминировала в их отношениях, как в сексе, так и в быту. Стоило людям узнать пару получше — и они кардинально меняли свое мнение, ставя во главу их маленькой семьи именно Йеджи. И в большинстве случаев это было правильной догадкой, потому что Рюджин та еще принцесса подушек (хотя она будет яро краснеть и возмущенно утвержать, что это просто потому, что Йеджи нравится быть сверху, а она любит Йеджи).       И поэтому в те моменты, когда Рюджин хотелось позаботиться о своей девушке, а та была достаточно расслаблена и не отягощена никакими заботами, младшая девочка не теряла времени даром. Пальцы Йеджи уже давно освободились от цепких рук Рюджин и запутались где-то в волосах последней, стараясь не доставлять дискомфорта, но иногда слабо дергаясь, когда Рюджин слишком сильно прикусывала грудь. Частое дыхание превратилось в легкое постанывание, и Йеджи чувствовала нарастающее желание внизу ее живота, все сильнее сжимая бедра вокруг талии Рюджин. Та, конечно, не могла этого не заметить, продолжая спускаться вниз, не забывая при этом оставлять влажные поцелуи на всем пути до заветной цели. — Ты же знаешь, что я… — Йеджи зашипела, почувствовав, как Рюджин укусила ее за бедро, тут же оставляя на том месте клубничный поцелуй. — Что теперь я не отпущу тебя так просто. — Тогда мне придется убежать и закрыться на веранде, — голос Рюджин звучал приглушенно, и Йеджи почти пожалела, что что-то сказала, потому что вибрация от каждой буквы заставляла ее сердце подпрыгивать на своем месте.       И также неумолимо, как солнце, которое поднималось над горизонтом и забирало остатки спокойного дня, Рюджин добралась до заветного места, которое, как она уверена, заставит Йеджи вновь и вновь произносить ее имя, меняя громкость, тональности, но ни разу не останавливаясь. Йеджи запрокинула голову, стараясь не слишком сжимать голову своей девушки у себя между ногами, но чем интенсивнее работал ее язык, тем сложнее это становилось делать. Пальцы Рюджин вжались в бедра девушки. — Рю… — попыталась начать было Йеджи, как особенно сильное нажатие языка Рюджин в нужном месте прервало ее, заставив запрокинуть голову и продолжительно застонать.       Пока старшая девочка восстанавливала дыхание, ее девушка выводила аккуртные круги на покрасневших бедрах, с сердечеными глазами смотря на результат своей работы. Возможно, им действительно следует остановиться, потому что на даче все еще есть важные дела, которые нужно сделать перед отъездом. А, возможно, они смогут отложить этот вопрос на потом, потому что сверкающие глаза Йеджи уже нашли свою цель, а руки притянули Рюджин ближе, вовлекая ее в поцелуй.       Позже в тот день, когда солнце опустилось за горизонт, в воздухе появился запах вечера, а сверчки завели свою трель, Йеджи и Рюджин сидели на улице, наблюдая за потрескивающим костром. Вопреки всему, их день был продуктивным, хотя и начался несколько позже, чем они ожидали. Они успели облагородить порядком заросшие кусты цветов, почистить дорожки в саду, частично убрать хлам на чердаке, так что обе чувствовали себя довольными от проделанной работы (и не только). Рюджин подняла голову и выдохнула, наблюдая за безоблачным небом. — Сможешь найти там Полярную звезду? — спросила она, не смотря на Йеджи. — Не думаю, — отозвалась та с улыбкой. — Почему? — удивленно спросила Рюджин, переводя взгляд на свою девушку. — Зачем искать звезду на небе, когда я могу дотронуться до одной рядом со мной? — Туше, — сказала Рюджин, сморщив носик, но все равно подалась вперед, чтобы поцеловать Йеджи.