зато в лесу

пройдя порядка половины километра, дайчи останавливается, тихонько стонет и притворно хнычет, зарываясь лицом в потные и пыльные ладони, пытаясь спрятаться и забыться хоть на мгновение. куроо оборачивается на очередные разведенные сопли и смотрит на прицеп в виде савамуры с раздраженным прищуром. тоже слегка замотанный он устал слушать нытье попутчика. — слушай, ты заебал, — уже привычный вид сзади скоро въестся в роговицу. куроо думает, что он похож на кадр из аниме, только чуть-чуть бы обстановку сменить. хотя в лесу тоже неплохо. в лесу что угодно выглядит клево. — это ты виноват, — дайчи говорит в ладони, а после раскрывает их и поднимает голову, жалобно смотря на спутника. — это была не моя идея. — ой, да ну тебя, — куроо развернулся и собрался было продолжить путь прямо так, с хнычущим хвостиком, оставшимся где-то в лесных чащах, но ноги сами его остановили. — мог бы и отказаться. дайчи поменялся в выражении, морщинки тут же разгладились и парень посмотрел на куроо, полнимая брови, а немой вопрос глухим эхом раздается у тецуро в голове. — ну ладно, — прыскает куроо. — не мог. но ты же спортсмен, дайчи! где же твой здоровый дух? тецуро разворачивается и подходит близко-близко в савамуре, берет того за плечи и начинает трясти туда-сюда, как он обычно делает это в моменты бессилия и упадка отчаяния у второго. к дайчи возвращается жалобная мина и он окунает лицо на этот раз в плечо близ стоящего куроо, перенося вес всего тела лишь на лобную долю. тецуро помнит, вообще, что дайчи уставший, но не ожидал, что от навалившегося веса будет давить на землю на пару-тройку ньютонов больше. — я хочу с тобой расстаться, — уже родное. — нет, — куроо слегка чухает дайчи по голове, будоража волосы, а после вновь приглаживает выбившиеся из прически пряди.— давай, собирай свои нюни и пошли. куроо осторожно освободил себя от лица на плече, развернулся и принялся продолжать путь средь леса, однако, пройдя несколько метров, ему кажется, что путь идет слишком тихо и спокойно. повернув голову назад, он видит не сдвинувшегося ни на сантиметр дайчи, стоявшего в приобморочной позе, свесив голову и руки к земле. куроо принял стандартное выражение скепсиса на лице и опять подумал про себя, что такая сцена точно есть в каком-нибудь аниме. он вновь подошел ближе к отстающему. — ты скоро корни пустишь, — куро остановился в метре от дайчи, стоявшего все так же согнув спину. — ну не тащить же мне тебя. дайчи пару секунд думает. куроо тоже хватает этого времени, чтобы осознать, что за язык его никто не тянул. — отвали, саамура, — куроо фыркает и разворачивается, давая понять, что тема закрыта и никакие просьбы не будут услышаны или приняты на рассмотрение. — у меня осталась доля самоуважения. дайчи цокает, и куроо уже заранее знает, что тот закатил глаза и так демонстративно повернул голову в бок, словно кукольный, всей натурой показывая, что он ни в коем случае не обижен. ни капли. савамура начинает идти и обгоняет куроо, который только-только начинал принимать, что, возможно, ручная кладь слегка (да, на пару-тройку ньютонов) увеличится. он пару секунд думает, но все же догоняет спутника, сравниваясь с ним по скорости и ничего не может поделать со своей улыбкой. хотя казалось бы, ничего эдакого не произошло. куроо просто нравится, когда дайчи беспокоен. — знаешь, ты мне так нравишься. — давай расстанемся. — расскажи что-нибудь, саамура. какую-нибудь историю. дайчи лишь украдкой смотрит на куроо, обдумывая, что можно рассказать. — когда мне было, кажется, восемь, мама привезла домой щеночка. маленького-маленького, размером с мою восьмилетнюю ладонь. помню, как она зашла с пледом в руках, а я ее встречал. она распаковывает этот плед, а там лежит этот пушистый комочек. хотя про пушистость, конечно, как знать: он лысым был тогда, совсем кроха. куроо тихонько прыскает от такой мелочи. — ну вот, я смотрю на этот хвостик, а он действительно крохотный, ему, вроде, тогда две недели было. у него глазки даже не до конца раскрылись. он смотрит на меня, а я на него, и тогда он впервые меня лизнул в лицо. — первый поцелуй всегда самый волнительный. — да, у меня ведь раньше не было пса. а он, вообще, такой смешной был, вонял зоопарком. ну мать в дом прошла, собакена на пол пустила, а он реально такой потешный! еле передвигается на своих полутора сантиметровых лапках, качается, не может уравновесить свое тельце. а у щеночков же как бывает: бошка составляет 40% всего тела. куроо слушает очень-очень внимательно. моменты, когда дайчи раскрывается и рассказывает что угодно, совершенно не стесняясь, он особенно ценит. он немного глупенький и в силу воспитания и традиций наивен, но от этого еще милее. хотя куроо знает, что он влияет на дайчи. но не может сказать, в хорошую или в плохую сторону. второе, наверное. в перспективе второго года дайчи очень испортился и опошлился. — ну я, конечно, в восторге был. ходит тут что-то себе в разволыночку, вообще ничего не соображает. а тогда еще отец сказал, что либо собака, либо он. а мне восемь лет. я в штаны отложил пару десятков кирпичей. но он, разумеется, потом его больше всех любил. — это такой дефолт. — ну суть в том, что сначала-то он дулся! щеночек начал осматривать каждый сантиметр дома, а мы с мамой решили ему устроить небольшую лежанку. и у отца была свободная коробка. песик подходит к отцу, тот на диване сидит. просто на всю жизнь запомню это недовольное ебало. жаль, что снимков нет, я бы ему каждый раз показывал, когда у него был прилив нежности к щенку. но коробку он, короче, дал. и мама постелила ему в этой коробке пледик, подушечки положила, игрушечки. все очень уютно там было, я бы даже сам заночевал в такой коробке. — все в твоих руках, саамура-кун… осталось только сблизиться с десятым коротышкой. — да я бы лучше в коробке с хинатой жил, чем с тобой. — у вас тайный роман с ним, да? мы расстаемся. ты меня не любишь. у нас нет будущего в уютной квартире на окраине токио. — ура! я уже думал, ты не предложишь, — куроо часто не понимает, почему именно на такие высказывания реакция дайчи такая лучезарная. — ну все, не отвлекай меня. в итоге перед сном мама с отцом положили его в эту коробку, чтоб он там спал, а они его не раздавили. и он, боже, когда уже все спали, как начнет орать на всю хату. представь табло отца. но он просто просился спать в кровать. когда его взяли на руки, он мгновенно успокоился, так они и уснули. а на утро я проснулся, как мне сначала показалось, от криков петуха, но это не петух был, а песик. на этот очаровательный момент тецуро тоже про себя умилительно хмыкнул. — я, как герой и заботливый хозяин, вскочил к родителям спальню. они мне сказали, что щенок-то всю ночь выл (но это клевета была, как потом выяснилось). ну я и взял его себе, олицетворение слово эмпатия, чтобы мои бедные родители поспали, подремали. кресло, которое у меня в комнате стоит, помнишь? там раньше была подушка, которую мать моя сшила. на тот момент совсем недавно. я щеночка положил на эту подушку на кресле, а он обоссался. куроо принялся хохотать. — тебе смешно, потому что жиза в глаз попала. только щенку было две недели, а тебе десять лет. я испугался, как и он, видимо. но я изначально не про это хотел рассказать. в тот день, когда он только появился, остаток дня мы только с ним и возились. я с ним много игрался, гладил, чесал. ну, в общем, в какой-то момент он оказался в моих ладонях. и я не помню уже, почему так вышло, но, — дайчи слегка замялся и промолчал пару секунд, прежде чем договорить, — я его уронил бошкой в низ. реакция куроо была немного замедленной, но как только его мозг обработал сказанное, тот остановился, выпучил глаза и и уставился на дайчи, словно тот не щенка уронил, а мыло в каком-то другом месте. он кладет руку на грудь и нервно хныкает, будто надеюсь, что ранее мозг его подвел в достоверности обработки информации. — и этот человек шутит про то, что я мочился в постель. дайчи хихикает, жмуря глаза. — ну ты реально лошок. куроо, до десяти лет! это безобразие. — дайчи, ты заостряешь внимание не на том, — тецуро шокировано перекрыл рот ладонью. — мой парень оказался живодером. — дайчи? — савамура тоже принял шокированную физиономию. — эта новость так вскружила тебе голову, что ты мгновенно от меня отдалился? — ах, да, спасибо, что напомнил, любимый. мой бывший парень оказался живодером. мы же расстались из-за твоего романа на стороне. просто кошмар. какие еще грехи таит в душе эта ответственная мордашка? — переходи на темную сторону, куроо. сходи налево к бокуто. — но тогда я буду на месте коротышки. бокуто ведь занятой молодой человек. с таким успехом я могу начать встречаться с кенмой. — нет, тебе нельзя встречаться с кенмой. — а это еще почему? — это извращение. вы совершенно друг другу не подходите. вы знакомы с раннего детства. вы скорее братья, чем любовники. и мне его очень жалко. савамура говорит это с совершенно серьезным лицом, словно и не пытаясь обернуть все в шутку, а куроо улыбается так нежно, насколько позволяет его мимика. несмотря на тот бред, что они обсуждают, несмотря на шутки, которые шутят, тецуро просто рад, что у них есть такое взаимопонимание, их общая волна. и все равно, что у них океан различий. пока они могут вот так идти по густому, забытому богом лесу, разговаривая, смеясь, ничего не важно боле. — как же я люблю тебя, пидораса! куроо почти мурлычет и преодолевает и без того ничтожное расстояние между ними в разволыночку, закидывает руки дайчи за плечи, сгибает из в локтях и зарывается пальцами в короткие волосы. прищуривает глаза сильно-сильно, так, что лицо напротив почти неразличимо, а окружающая чаща затуманена. и кратко целует, невесомо касаясь своими губами чужих. а потом еще раз. и еще. дайчи надоедает эта прелюдия, так что он решает взять ситуацию под свой контроль. зажимает ладонями щеки куроо, не позволяя тому сделать еще один легкий поцелуй, смотрит в его по-прежнему прикрытые глаза, словно пытаясь за эти доли секунды взглядом сказать что-то, может, высмеять внезапный прилив нежности. только вот он сам не против. поэтому мягко притягивает лицо тецуро к себе и вновь целуют, но теперь по-настоящему. так, словно минуту назад не обсуждали свое расставание. они простояли в таком положении, может, треть часа, целуясь посреди леса, пока их не прервала капля, упавшая между их губ. они отстранились друг от друга и одновременно посмотрели на тучное небо, а затем на землю под их ногами. на почву падали маленькие капли, но их было достаточно, чтобы почва стала липкой и мягкой. если так посмотреть, то весь лес был окутан смогом. и когда кончилась солнечная погода, с которой они пришли в лес? — это… странно, — куроо смотрит вокруг с прищуром, пытаясь поверить в туманную действительность. — в прогнозе не было ничего подобного. если бы я знал, я бы тебя сюда не потащил. — ладно, пойдем, а то намокнем. ты знаешь, сколько нам до выхода из леса? — минут пятнадцать идти, думаю. — ну идем. дайчи касается ладони куроо, будто стесняется, а потом переплетает их пальцы и идет следом. дайчи, вообще, хоть и не очень желал долгих вылазных путешествий, сейчас кажется, что туманный лес в сочетании с дождем выглядит почти волшебно, нереально. он смотрит под ноги, на размякшие веточки и отчего-то опавшие зеленые листья. морось не идет стеной, но талая грязь без того неприятной пленкой липнет в подошве, а идти становится тяжелее. через некоторое время от дождя вылезают черви и улитки. дайчи старается их обходить, но это трудно дается. он смотрит на пару ног рядом и видит, как она давит парочку прибывших из под почвы представителей и морщит нос. их становится больше, и, кажется, дождь усиливается. а где они, кстати? дайчи смотрит на воображаемые часы на свободной руке, поворачивается к куроо и спрашивает: — разве уже не прошло пятнадцать минут? где мы? он взглянул на куроо впервые за то время, что они шли под дождем, поэтому не заметил, как напряглось его лицо, а небесные капли испортили укладку. его глаз почти не разглядеть под челкой. — я не знаю, дайчи. что? куроо не перестает держать савамуру за руку, достает из кармана телефон и что-то делает там, дайчи не видит. спустя пару десятков секунд он чуть возвышает телефон выше прежнего положения. нет, только этого не хватало. — пиздец. — куроо. — ладно, мы никогда не отчаиваемся! — куроо мгновенно меняется в лице и отпускает ладонь дайчи, полезая в рюкзак. и достает иглу и небольшую миску. да, пиздец, лучше и не скажешь. — только не говори мне, что ты…. — тихо, родной, не отвлекай меня. тут же куроо достал воду, налил в миску, положил на поверхность воды листок, а еще сверху - иголку. — ты меня поражаешь. ты не додумался хотя бы скачать приложение компаса на телефон, но взял с собой иглу. — ну я же гений, мне надо выебнуться перед тобой, — он улыбается уголками губ и наблюдает за самодельным компасом. — о, так мы все это время в противоположную сторону шли. — мы что делали!? — тихо, тихо, капитан. давай пошли, — куроо почти бегом собирает компас по частям в рюкзак. — нам нужно поторопиться, а то стемнеет не дай бог. сначала куроо шел быстрым шагом, а дайчи догонял, но через пару десятков метров первый побежал, ускоряясь с каждой минутой. дайчи старался не отставать. а дождь усилился. — куроо, ну почему все так! — дайчи почти захлебывался в ливне. — мы могли просто посмотреть фильм. или покидать мяч. или полистать тиктоки в обнимку. но ты всегда делаешь это! ты ведешь меня в какую-то пизду каждый раз, когда я приезжаю! неужели тебе не хочется просто провести со мной обычный день, куроо?! — но ведь все вышеперечисленное мы можем сделать в мияги, а красоту окраин токио тебе кто покажет? ты как собрался поступать, не зная города? — блять, куроо, я не буду учиться в лесу! спор подогрел (а их физическое тело охладил) еще больше усилившийся дождь, хотя казалось бы, куда еще больше. он уже напоминал град, направление, в котором они бежали, была размыто за стеной водопада. штаны по колено в грязи, кроссовки, возможно, придется выкинуть. в некоторых местах образовывались небольшие лужицы. а потом они услышали рычание. они мгновенно замерли и дождь, похоже, для них вовсе прекратился в момент. они плавно повернули голову к источнику звука. ливень, как оказалось, не прекратился, так что через стену дождя они увидели еле различимый облик. слева от них стоял кабан. они пару секунд гипнотизировали друг друга, а потом куроо очухался. — блять, савамура! — куроо кричал, параллельно перевешивая рюкзак со спины на грудь. — полезай на спину! дайчи послушно залез. погоня началась. — блять, куроо, если мы умрем от кабана, то я тебя даже там достану! а куроо лишь хохотал то ли от абсурдности ситуации, то ли от верещащего савамуры. уже позже дайчи думает, что они с куроо настоящие везунчики, раз они выжили, да еще и в таких условиях. куроо бежал так быстро, как никогда в жизни не бегал, что было удивительно, ведь мало того, что у него прицеп, так еще и земля под ногами больше напоминает ил. кабан что-то рычал им в след, отчего дайчи множество раз себя похоронил, но пришел к тому, что умереть с любимым парнем (полным идиотом) — не такая уж и плохая идея. а потом они выбежали на шоссе. кабан оторвался не так давно, но, видимо, знал, где обычно ходят люди. дайчи с куроо перекинулись взглядами. у обоих была отдышка. — блять? — ну зато в лесу побывали. в следующий раз куроо приедет к дайчи, и они будут листать тиктоки в обнимку.