Август. Когда мы вместе — никто не круче

      — А вот я, когда вырасту, стану самым крутым танцором в мире, поняли все?       Ечан показывает язык Джиншику и тут же начинает от него убегать. По пути успевает сбить Сумина, который уже несколько минут сосредоточенно наблюдал за божьей коровкой. Громкий вопль полный недовольства разрезает площадку, заставляя Юджуна зажать уши руками.       — Ечан-а, зачем ты меня толкнул, — верещит Сумин, потирая сшибленные колени, — мне больно!       — Сумин-а-а-а, прости-и-и-и, но меня сейчас съест Джиншик-и-и-и, — растягивая гласные, Ечан продолжает убегать от злого Джиншика, — видишь? Видишь?       — С таким плохим поведением тебе никогда не стать крутым танцором, понял? Тебя никуда не возьмут, — ворчит Сумин, рассматривая ссадины на коже, — блин, мама теперь наругает…       Ечан аж останавливается от возмущения. В него врезается Джиншик, и они оба летят прямо на стоящего недалеко Минджэ. Этот комок из трёх маленьких тельцев барахтается пару секунд на земле, пока к ним на помощь не подбегает растерянный Юджун.       — Блин, Ечан-и, от тебя всегда одни проблемы, — капризно произносит Джиншик, когда поднимается на ноги и начинает отряхиваться от земли и песка, — я надел новые джинсы, меня мама убьёт!       — Я вообще с вами не буду разговаривать, — ворчит Ечан и дует губы, продолжая сидеть на земле, — Минджэ, скажи им, чтобы они меня не обижали!       — Не обижайте Ечана, а ты не дуйся, — выдыхает Минджэ, вставая на ноги с помощью Юджуна, — и не бегай так, будто тебя в одно место ужалила пчела, всех посбивал.       — Но я правда хочу стать крутым танцором, — слезливо произносит Ечан и отворачивается, — почему мне никто не верит?       Сумин, Джиншик, Юджун и Минджэ растерянно переглядываются между собой, а когда слышат всхлип — сразу же лезут обниматься. В итоге эта куча-мала милуется ещё какое-то время, пока Ечан не успокаивается окончательно.       — Я даже пробовал записывать видео, — продолжает Ечан, прижимаясь ближе к Юджуну, — мама говорит, что у меня хорошо получается. И хочет отдать меня на танцы!       — Ты молодец, — кивает Минджэ, поглаживая младшего по голове, — я уверен, что у тебя всё получится.       — А кем вы хотите стать, ребята?       Все остальные как-то сразу задумываются и пожимают плечами. Первый из ступора выходит Сумин:       — Я буду художником, мне нравится рисовать, — просто заявляет он и улыбается, — я открою свою супер выставку! Вы же придёте посмотреть?       Маленькие тут же кивают, оживлённые таким разнообразием будущих профессий.       — Я стану самым красивым в мире, — гордо произносит Джиншик, — все будут мной восхищаться!       — Это как, — хмурится Ечан, — ты типа зеркалом будешь?       — Сам ты зеркало, — фыркает Джиншик, — я буду в журналах и по телевизору! Все будут завидовать моей красоте!       — А я хочу, — подхватывает Минджэ, но тут же осекается, — не знаю чего… Я ещё не решил. Мне слишком многим хочется заниматься.       Все переводят взгляд на Юджуна, который восхищённо наблюдал за бабочкой. Она сидела недалеко от них на цветке. Заметив, что все на него смотрят, он ойкнул и засмущался, а потом со вздохом ответил:       — А я… Котят люблю.       — И кем ты станешь? Котёнком?       — Ечан, — прерывает Минджэ и взмахивает рукой, — Юджун, ты, наверное, будешь ветеринаром? Который лечит животных.       — Да, хён!       — Откуда ты такие умные слова знаешь…       Все коллективно смеются с растерянного Ечана, а Минджэ утешает его и говорит, что скоро он станет таким же умным. Когда пойдёт в первый класс, прямо как Минджэ сейчас.       Они дожидаются остальных друзей. Джунмин тоже говорит, что ему нравится танцевать и совсем не нравиться учиться. Сэын сообщает, что будет пожарным, а Хёну без умолку трещит про репортёра:       — Я тоже буду в телевизоре, только по-другому, — активно кивает Хёну, — я уже много новостей посмотрел, я всё в мире знаю!       — Прямо всё-всё? — Недоверчиво спрашивает Джиншик и щурится: — Что сейчас происходит в Антарктике?       — Ну понятное дело, там зима и очень холодно! Это и происходит.       — Капец, какие вы все умные… Поскорее бы мне вырасти, — мечтательно произносит Ечан, — Чонхун, а ты кем хочешь стать?       — Не знаю, — пожимает плечами в ответ уставший Чонхун, — я не думал ещё об этом.       — Скучные вы все, — вздыхает Ечан, а потом вдруг собирает всех в круг и вытягивает руку вперёд, — ребята! Давайте сейчас мы все пообещаем друг другу, что обязательно встретимся через… Десять лет! И скажем, получилось у нас или нет. Давайте! Обещание на мизинцах!       Вся их большая компания дружно хватается мизинцами друг за друга и каждый по очереди начинает говорить:       — Я, Ким Минджэ, обещаю вернуться через десять лет и рассказать, кем я стал.       — Я, Ли Ечан, обещаю вернуться через десять лет и показать, каким крутым танцором я стал!       — Я, Чон Юджун, обещаю вернуться через десять лет и рассказать, каким хорошим ветеринаром я стал.       — Я, Пак Джунмин, обещаю вернуться через десять лет и показать, как я научился танцевать.       — Я, Чхве Хёну, обещаю вернуться через десять лет и рассказать вам обо всех новостях в мире!       — Я, Ким Чонхун, обещаю вернуться через десять лет.       Все недоумённо смотрят на друга и ждут продолжения. Чонхун, видимо не до конца сообразив, что от него хотят, заканчивает мысль только через несколько секунд:       — …И рассказать, кем я стал.       — Я, Хам Джиншик, обещаю вернуться через десять лет самым красивым на планете!       — Я, Чхве Сумин, обещаю вернуться через десять лет и показать вам свои самые лучшие рисунки.       — Я, Пак Сэын, обещаю вернуться через десять лет самым смелым пожарным.       Девять маленьких мизинцев скрепляются между собой, а потом раздаётся громкое девятикратное:       — Клянусь!

***

      Минджэ усмехается, покручиваясь на рабочем стуле в студии, когда вспоминает самый яркий момент из детства. Перед ним на столе куча исписанных листов, открытый ноутбук, незаконченная дорожка на компьютере и заметки с набросками лирики.       Интересно, у всех ли из них получилось стать тем, кем они хотели?       Будучи маленькими детьми они совершенно не догадывались, что жизнь разбросает их по разным городам. Подрастая, их компания продолжала общаться, но с каждым днём всё реже и реже.       Минджэ помнил, как переезжал Джунмин, как родители увозили Юджуна, а однажды во двор не вышел Ечан. Их дружба прервалась слишком резко. Они слишком много не успели, хотя планов, конечно же, было выше крыши. Вскоре исчезли все, оставив после себя лишь ту самую клятву.       Он до сих пор грустно улыбается, когда думает об этом. Сейчас Минджэ был начинающим продюсером, активно вёл тикток (насколько позволяли силы), являлся старостой группы второго курса и подрабатывал везде, где только мог. В принципе, он занимался тем, что ему нравилось.       Рядом с ним был старший хён — Ким Хонджун, с которым они были удивительно похожи. Работали тоже вместе. Минджэ набирался опыта и умилялся с его отношений. Молодой человек у Хонджуна по имени Сонхва был просто невероятный. Во всех смыслах.       Сейчас Минджэ решает отвлечься и лезет в тикток, чтобы разгрузить голову. Мысли крутятся вокруг незаконченной лирики, но он отвлекается на смутно знакомый силуэт, который высветился на экране. Парень танцевал какой-то известный сейчас трэнд и смутно напоминал ему…       — Ечан? Даже ник похожий, ну-ка…       И следующие полчаса Минджэ просто тратит на изучение аккаунта младшего. Сомнений в том, что это Ечан, у него не было. Минджэ везде узнает эти лисьи глаза, пухлые щёки и горящий огнями азарт.       Но стоит отметить и то, что Ечан стал красивый. Он вырос и кажется вытянулся ещё выше. Минджэ точно будет ниже, но это сейчас не так важно. Пальцы сами переходят по ссылке в инстаграмм, а потом подписываются на профиль.       Они списываются тем же вечером. И эмоций от простого представления так много, что Минджэ соглашается на спонтанное предложение Ечана созвониться по видеосвязи. Он понятия не имеет, что говорить и как вообще себя вести. Но когда на экране появляется улыбающийся ярко-рыжий Ечан, сердце выпрыгивает из груди.       — Хён! Минджэ-хён, я так рад тебя видеть! Как ты? Где ты?       — Ечан-и, боже, — Минджэ смеётся, выдыхая, — я тоже рад тебя видеть. Я в Сеуле, а конкретно сейчас в студии. Со мной всё в порядке, а у тебя как дела? Куда ты делся?       — Я в Ильсане сейчас, родители решили, что тут будет лучше всего, — Ечан вздыхает и чем-то шуршит на фоне, а потом показывает пачку самого острого рамёна, который только существует в Корее, — твоё любимое, да, хён?       — Умоляю, убери, — мотает головой Минджэ и смеётся, — я ем только сырный! Не переношу острое теперь совсем.       — Кошмар, как только живёшь, — Ечан улыбается и убирает пачку, — кстати, я недавно написал Сумину! Прикинь, он реально рисует картины.       — Ты серьёзно? Скинь мне его аккаунт, — Минджэ не может перестать улыбаться, — как ты нашёл его?       — Да в инсте ленту листал и заметил смутно знакомое лицо. Сначала ещё подумал, что ошибся, но потом зашёл в профиль и понял, что это хён, — Ечан трясёт мокрыми прядями головы, — извини, я только из душа.       — Ничего, — кивает Минджэ, — блин, было бы круто найти остальных, что думаешь? Мы же… Обещали.       Ечан вдруг резко замирает, а Минджэ в этот момент закусывает губу. Они сидят молча какое-то время, пока младший не отмирает и кивает в ответ:       — Да, хён. Мы действительно обещали. Я так рад, что ты это помнишь, — Ечан мягко улыбается, — я скоро планирую поступать в Сеульский. Давай для начала создадим общую беседу с Сумином и постараемся найти всех остальных?       — Это просто замечательная идея, — соглашается Минджэ, потягиваясь на стуле, — кстати, ты очень круто танцуешь! Я лайкнул все твои видео, ты молодец. А ещё ты стал очень красивый и такой высокий, я…       — Хён, ты смущаешься.       — Что? Неправда!       Минджэ прячется за воротом толстовки и смотрит на Ечана одними глазами. Младший смеётся и кивает, одновременно с этим издавая умилённые звуки.       Прощаться не хочется, но Ечану нужно помочь маме, а Минджэ дописать песню. Сердце всё ещё не на месте, а когда Ечан присылает ему сердечко в диалог, рука каким-то образом сама заканчивает лирику.       Через Сумина они находят и Джиншика, который в своём молодом возрасте уже был начинающей моделью. Постепенно их чат расширялся. После пришёл Хёну, который нашёл их самостоятельно через знакомых своих друзей и их друзей, а за ним объявился и Сэын.       — Я, кстати, передумал быть пожарным, — говорил Сэын, когда они созвонились снова, — и решил стать госслужащим. Пойду на экономиста или юриста. Ещё не решил.       Зато Чонхун точно решил, что будет экономистом. Его привёл Хёну после двухнедельных поисков. Вскоре после этого все узнали, что Чонхун перенёс операцию на колено. Минджэ чуть не умер, ощутив острую необходимость обнять младшего.       Юджуна они нашли случайно. В группах помощи животным его посты и лайки были чуть ли не в топе. Минджэ написал ему первый, а потом несколько часов успокаивал расчувствовавшегося младшего.       — Я помогаю животным, да, но поступать буду на воспитателя. Мне очень нравится работа с детьми, — скромно рассказывал Юджун, параллельно показывая целую коробку котят, — знакомьтесь, я нашёл их совсем недавно, они ещё маленькие…       Последним в их чате оказался Джунмин, но не один! Когда все выслушали его увлекательную историю о пробах в несколько компаний, он пригласил в чат своего друга и представил его, как Хантера.       — Он таец, мы познакомились с ним на прослушивании, — объяснял Джунмин, — Хантер очень хороший, интересный и добрый. Вы же не будете против принять его в нашу команду?       Таким образом их и стало десять.       Минджэ был на седьмом небе от счастья. Они общались каждый день, скидывали фотки и видео, рассказывали о своём дне, смотрели дорамы в рэйве и возвращали давно потерянную дружбу.       Но с Ечаном общение у них было намного ближе. Минджэ всё ещё работал допоздна, но на этот раз с ним постоянно засиживался Ечан. Они могли созваниваться по видеосвязи и просто молча заниматься своими делами. Минджэ было комфортно от осознания, что младший тоже горит желанием общаться больше двадцати четырёх часов в сутки.       — Хён, ты же будешь ждать меня в Сеуле?       — Конечно буду, Ечан-и, — Минджэ улыбается, рассматривая сонное лицо младшего, — ложись спать. Я тоже скоро пойду.       — Не смей делать скрины, хён, — сонно бубнит Ечан, — и тоже ложись, ладно? Обещай мне.       — Обещаю, — улыбается Минджэ, — спокойной ночи.       — Спокойной ночи, хён.       Минджэ ставит один из скринов на фото контакта, рисуя маленькое сердечко в уголке.

***

      — Хён! Минджэ-хён, я здесь! Тут! В сторону посмотри! Да нет же, сюда!       Минджэ не спал ночь перед приездом Ечана, поэтому сейчас был сонный и тормознутый. Но он честно пытался заметить яркую рыжую макушку в этой огромной толпе. Только ему хочется развернуться, как сильные руки тут же обхватывают его и прижимают к сильному телу.       — Ечан-и? Ечан-и!       Они обнимают друг друга так крепко, как только могут. Минджэ приходится встать на носочки, Ечан оказывается очень высоким. Младший поддерживает его за талию, а потом подхватывает, чтобы покрутить.       Минджэ смеётся и прижимается ближе, цепляясь руками сильнее. Тревога и страх, который преследовал его последнюю неделю, уходит, а на его месте появляется что-то похожее на нежность, спокойствие и…       — Я не буду больше медлить, хён, ты мне нравишься, и с этого момента мы встречаемся, — выпаливает Ечан на одном дыхании, — и нет, я не шучу!       — Ечан-и, а не слишком ли быстро?       — Я ждал десять лет, хён, — Ечан пожимает плечами, — и вообще, Сэын Хантера развёл на отношения через два дня. Так что мы ещё хорошо продержались.       — Погоди, что? Они встречаются?       — Ага, на расстоянии типа. Но Сэын-и там уже всё спланировал, всё у него схвачено. Как и ты в моих руках прямо сейчас.       Минджэ больше не видит смысла терпеть. Он целует неугомонного младшего в губы и чувствует себя самым счастливым на свете, когда Ечан прижимает его ещё ближе к себе.

***

      Они встретятся все вместе и выполнят своё обещание. Найдя счастье друг в друге, их дружба станет основным двигателем карьерного и личностного роста.       Джунмин ощутит спокойствие рядом с Юджуном. Они вместе будут помогать бездомным животным.       Вечно активного Хёну будет уравновешивать спокойный Чонхун. Молодой журналист будет торопиться вернуться домой, чтобы поскорее увидеть смысл своей жизни.       На рисунках Сумина вскоре будет мелькать один Джиншик, потому что «красота должна быть запечатлена руками самого талантливого художника» и тут больше не нужны никакие объяснения.       Сэын с Хантером, как слияние двух культур, будут строить самые крепкие отношения на доверии друг к другу.       А Минджэ с Ечаном найдут своё собственное счастье в ночных разговорах, совместном написании песен и внезапных свиданиях посреди недели.       И все они обязательно будут вместе. Всегда.