«Огненная принцесса. Сквозь вечность»

***

      Боль была похожа на острые иглы. Они впивались в грудь с каждым вздохом, с каждым ударом сердца, которое почему-то всё ещё билось, хотя его не было.       Казалось, весь мир обесцветился, потерял смысл.       Её сияние, её дар — всё стало ненужным, абсурдным украшением на теле бездушной куклы.       Эти безжалостные боги, каковыми они себя считали, говорили:       — Смирись. Таков закон. Даже для нас.       Они предлагали «время», которое всё залечит. Но зачем нужно было время, когда каждое мгновение — это пытка, осознание его вечного отсутствия?       Нет.       Девушка не готова была мириться с этим.       Именно в тот самый момент в её душе... пустой, выжженной дотла болью и отчаянием... Зародился зловещий тёмный росток. Идея, от которой она раньше с отвращением отшатнулась бы.       Закон был бессилен?       Значит, нужно то, что стоит выше него. Или ниже.       Она знала, к кому идти. К единственному, кто смел смотреть ей в глаза не с благоговением, а с голодом. Кто был связан с тишиной, которую она так возненавидела.       К Рику, творению Мортиса. ***       Девушка брела по узкой тропинке, вырубленной в скале. Справа бушевала и пенилась горная река, будто всем своим видом предупреждающая об опасности. Её ледяные брызги заливали дорогу, заставляя скользить и цепляться за мокрую каменную стену, чтобы не сорваться вниз.       Это оказался непростой путь, но она преодолела его, чтобы подняться в одну из пещер.       — Я знал, что ты придешь, — он встретил её на самом пороге. Его бархатный голос прозвучал тихо, но пробрался в самую душу, словно ледяной ветер. — Лия...       Парень произнёс её имя с таким безумным желанием, что у девушки ёкнуло сердце, и она едва удержалась, чтобы не пуститься в бегство. Она замерла на краю обрыва. Её собственный свет, казалось, оскорблял вечную тьму, что царила здесь. Как она дошла до такой жизни? Умолять... того, кого сама же презирала когда-то...       — Помоги мне, — отчаянно выдохнула та. Это была мольба сломленного человека. — Проси, что угодно. Я сделаю всё. Отдам всё, что у меня есть: мою силу, моё место... Всё, — девушка наконец решилась поднять на него взгляд, не замечая дрожь, пронзившую тело. — Рик, они убили его... Фир мертв.       На лице парня не было и тени удивления. Конечно. Ведь он являлся правой рукой самой Смерти. Именно поэтому Лия стояла перед ним сейчас. Темноволосый медленно поднял руку, смахнув одинокую слезу, скатившуюся по ее щеке.       — Ты понимаешь, о чём просишь? — он изучал ее взгляд, полный надежды и ужаса. — То, что ты хочешь... это против всех законов. Против... Великих Сил, — Рик сделал шаг вперед, нависая над хрупкой фигурой. — Против самой жизни, Лия.       — Мне все равно... — выдавила из себя она, всматриваясь в его бездонные глаза. Рядом с ним девушка чувствовала себя загнанной мышкой в клетке. — Я хочу, чтобы он вернулся.       Парень прищурился, считывая эмоции, вытягивая каждую из них на поверхность. Он понимал, что отчаяние — это ключ, который отопрёт её душу для него. И был готов воспользоваться этим.       — Мне не нужны твои силы, а уж тем более место, — вкрадчиво произнес Рик, проводя холодной рукой по пульсирующей точке на ее тонкой шее. — Но есть иная цена, — он наклонился к ее уху, и по телу девушки пробежала волна мурашек. — Ты станешь моей. И тогда я сделаю для тебя то, на что не способен никто из твоего сияющего окружения.       Лия застыла, выражая полную покорность. Она не отталкивала его, не применяла свою энергию. Её душу вывернули наизнанку, растоптали, оставив лишь вязкую пустоту, в которой бушевала одна-единственная, запретная, безумная мысль.       Мысль, за которую она готова платить.       — Я согласна, — обессиленно прошептала девушка.       Рик отпрянул от её уха и положил тяжёлую ладонь на миниатюрную талию. Повелительным движением он притянул Лию к себе, отводя от самого края обрыва, у которого они всё ещё стояли.       — Тогда добро пожаловать, — хищно ухмыльнулся парень. — В твой новый дом.