Дыши

      Шон заметил, что в последнее время Блэк изменился. Он стал более раздражительным, чем прежде. Они все даже не знали, что такое вообще возможно. Но, к сожалению, факт остаётся фактом.       Не то чтобы Шон хотел или мог как-то помочь. Он был не в самых лучших отношениях с Блэком, хотя они вроде как считались друзьями. Ключевое слово — вроде как. Но Блэк, правда, мог быть адекватным, просто это было на так часто, как хотелось бы. — Эй, ты в порядке? — спросил его Грэм. — В полном, — лишь буркнул Блэк. — Занимайся своими делами. — Ну, как скажешь. Если что я всегда здесь.       Шон лишь наблюдал за этим взаимодействиями со стороны. Обычно он не лез в голову Блэка, да и зачем ему теряться там в потемках, если можно этого буквально не делать. Но сейчас его что-то всё же заинтересовало. Может быть, даже можно было сказать, что в этом было виновато беспокойство, противное чувство в голове, которое никак не давало ему покоя.       Неожиданно в его глаза стали бросаться и другие изменения. Блэк стал легче отвлекаться. Казалось, что он вообще летал где-то в облаках, а на реальный мир ему как бы было и плевать. Шон мог понять такую позицию, но не видел в этом никакой причины. Что вообще могло измениться в его жизни настолько сильно, что вся банда уловила это ухудшение состояния?       Ему хотелось немного придушить Блэка, уложить на кровать и укутать парочку одеял, чтобы остановить это отвратительное распространение этой негативной энергии. Сейчас Шон, может быть, и хотел разобраться во всём происходящем, хотя ему определённо не хотелось, чтобы Блэк срывался на него. Как говорится, это неприятно, а иногда даже значительно болезненно. — Серьёзно, в чем твоя проблема? — спросил Шон, когда они остались в гараже наедине. — Иди нахер.       По крайней мере, Блэк не посылал Грэма куда подальше. Он видел в этом гребанный фаворитизм. Не то чтобы он сильно возмущался по этому поводу. — Знаешь, говорить — это не так уж и сложно. Ты уже всех достал. Йок вообще чуть не получил от тебя пулю. — Потому что он идиот. — Ты тоже идиот, но я же не стреляю в тебя. — Это ты идиот, потому что не додумался до этого.       Шон не был слепым и видел, что Блэк находился на грани срыва. Оно и неудивительно, он не совсем был любителем делиться своими эмоциями. Скорее даже наоборот, он делал всё, чтобы этого не делать. Шон был похож на него, но у него всё-таки находилось время хотя бы на парочку фраз, которые он мог бросить Гумпе. У Блэка этого не было. Ему почему-то хотелось закрыть от их банды, хотя никто из них не собирался его осуждать. Если, естественно, он не поддерживает Тави. — Что с тобой вообще происходит? Ты и так не подарок, но в последнее время ты бьёшь все свои рекорды. — Ты меня не поймёшь, — Блэк повысил голос. — И даже не думай лезть в мою голову. — Да ладно тебе, ты хоть задумался на секунду, что мы можем тебе помочь? — Мне не нужна твоя жалость! — Да какая жалость? Я буквально живу здесь, потому что у меня никого не осталось!       Его родители умерли, и Шон не знал, остались ли у него кровные родственники. Его семья всегда жила как-то обособленно, и именно поэтому в какой-то момент он оказался у Гумпы. Возможно, это был наиболее благоприятный исход в его жизни. Жизнь в гараже никогда не была и не будет лёгкой, но Шон здесь ощущал себя частью чего-то большего.       Блэк всегда казался каким-то другим, и это было нормально, ничего такого. Но сейчас его глаза заслезились, и он отвернулся, чтобы скрыть это. Хотя, с другой стороны, это было ожидаемо, ведь этот придурок всегда всё держал в себе. — Эй, Блэк, да ты чего?       И тут плотину прорвало. Шон никогда не видел, чтобы Блэк плакал, но вот они оба были здесь. Он не знал, что сделать кроме того, как обнять его. У него были невеликие ожидания: но его не оттолкнули. Блэк прижался сильнее к нему и ещё раз всхлипнул. — Я убью тебя, если ты кому-нибудь об этом расскажешь, — пробормотал он ему в плечо. — А если и расскажешь, то тебе никто не поверит. — Я знаю, — успокаивающим тоном произнёс Шон.       Он провел рукой по его волосам, надеясь, что тот придёт в порядок как можно скорее. В любом случае, это прошло успешно. Его минута слабости прошла, и Блэк отодвинулся от него, рашве что шмыкая носом. — Хорошо, что ты понимаешь это. — Слушай, ты, конечно, раздражаешь меня большую часть времени, но разве мы не друзья? — спросил его Шон, проводя пальцами по его чёлке. — Расскажи мне, тебе, правда, станет легче.       Почему-то Блэк позволил ему это. Возможно, он всё ещё был не в порядке. Возможно, во всем этом был просто виноват этот срыв, который скорее всего должен был начаться давным давно. Почему-то Шон хотел выслушать и в каком-то роде даже помочь по мере своих возможностей. Блэк нервно вытер слезы, смотря куда угодно, но не на своего собеседника. — Обещай, что никому не расскажешь. — Честное слово! — Шон поднял руки вверх. — А если расскажешь, то я отрежу тебе язык и скормлю его тебе же. — Клянусь, что буду молчать. Ну, если это только не приблизит тебя к смерти.       Шон прекрасно осознавал, что Блэк мог выполнить свою угрозу, но тогда это бы привело к разочарованию Гумпы. Так что скорее всего он бы выбрал что-то другое в качестве своеобразно мести. Но не то чтобы он собирался кому-то что-то рассказывать по поводу этого разговора или ситуации в целом. Они оба осознавали, что это останется между ними. — Меня это устраивает. Звучит справедливо. На самом деле, ничего серьёзного, — Блэк пожал плечами. — Может быть, я упоминал, что мои родители в разводе? — Ни разу. — И что у меня есть брат-близнец, и наш отец увёз его в другую страну? — В первый раз слышу.       Вот же скрытная крыса! Блэк не любил делиться подробностями своей жизни. В какой-то момент он вообще думал, что его родители — пришельцы и они сбросили своего сына на Землю, потому что он их достал. Хотя сейчас Шон был просто в шоке от переизбытка информации. С каких пор у Блэка был близнец? — Наши родители не хотят, чтобы мы общались. И как ты понимаешь, мы не можем выйти на связь друг с другом. Это отстой, но большую часть времени я могу мириться с этим. Но каждый раз с приближением нашего дня рождения это становится труднее. Он часть меня, понимаешь? Я практически физически ощущаю боль от его отсутствия. — Твои родители идиоты, без обид, — совершенно справедливо уверил его Шон. — Они отвратительные. Им плевать на нас, им просто нравится выставлять нас, как трофей, — Блэк почему-то ещё раз всхлипнул. — Понимаешь, в детстве я хотел получить внимание своей матери. Я умею играть на скрипке, знаешь? Я говорю на нескольких языках. Но ей всегда был важен только результат. И что я не позорю её. А в итоге, я вообще здесь, — он влажно рассмеялся.       Шон обнял его. Всё это звучало так, как будто Блэк копил это в себе годами. Хотя чего греха таить, скорее всего так оно и было. Это было так странно, сопереживать ему. Создавалось ощущение, что внезапно между ними разрушилась стена, которая до этого только увеличивалась. — Твоя мама звучит как не самая приятная компания, — Шон почему-то поцеловал его в макушку. Почему-то сейчас это имело какой-то смысл. Это было правильно. — Я рад, что ты здесь. — Здесь, правда, получше. — Если хочешь, я могу подговорить одних парней, чтобы они разбили машину твоей матери. — Никогда не знал, что в твоей голове есть такие приятные идеи, — Блэк слегка улыбнулся. — Я подумаю над твоим предложением. — Я подарю тебе его на день рождения.       Удивительно, что почему-то им обоим стало лучше.