Я чувствую тоже самое...

На улице стоял поздний вечер. На небе появлялись первые звёздочки, а луна светила так, будто заменяла палящее солнце. Гул машин, люди спешили с работы домой, а некоторые и вовсе бежали на своей последний автобус, многие магазины уже закрыты и работали только небольшие круглосуточные ларьки, под домом. Муромов обожал ночь, только если в это время он находился дома. Такое ощущение, будто ночью все чувство словно выворачиваются, ты можешь говорить обо всем наболевшем без стыда, можешь признаться кому-то в любви, даже если утром пожалеешь, но именно ночью ты будешь уверен в своем решении, ты можешь рыдать и плакать, ведь никто не услышит и не увидит. Именно ночью хочется жить, именно ночью ты понимаешь свои действия и поступки, именно ночью ты готов поставить себе планы как у Македонского и идти к ним через пот и кровь, а на утро, это рвение обычно угасает. Но на улицах огромного Питера, ночь, страшное место, особенно где-то в закоулках дворов. Мальчишка опоздал к репетитору на пару минут, из-за того что не успел сесть на свой автобус, за это его наказали дополнительным часом уроков, а родителям сказали, якобы, Илья захотел позаниматься чуть больше обычного. Совсем недавно ходили слухи, что в этом районе убили мужчину, убийцу так и не нашли, но не многочисленные свидетели заверяют, что эта была какая-то банда гопников. Питерские гопники, что может быть страшнее? Разве что какой-то маньяк-убийца, не более. Парень шел неспеша, постоянно оглядывался и наблюдал за людьми, вдруг увидит какую-то компанию, чтоб готов был бежать заранее. Телефон в кармане куртки завибрировал, скорее всего это была разъярённая мама, которую он так боялся, но даже щас это было последним что его гложило. Он отвлекался от рассматривания прохожих и уж было потянулся за телефоном, как все фонари резко отключились. Не только фонари, свет в домах полностью погас и теперь нигде не горел, из круглосуточных магазинов тоже пропал весь свет. Пугало даже не это, а мертвая тишина. Все люди будто исчезли, машин было не слышно. Парень не нашел решения как просто перевести дух и пойти быстрым шагом к своей остановке. Но пришел он совсем не туда, куда шел изначально. Теперь Илья стоял в плотном тумане, а яркое свечение луны его ослепляло, из-за чего он ничего не видел, как не стараясь. /Будто в Сайлент Хилл попал/ — попытался пошутить Илья у себя в голове, и даже усмехнулся. Мальчик медленно шел в перед, неравно оглядываясь и молясь чтоб его никто не убил, как того несчастного мужчину. Тут, в мертвой тишине, хрустнула ветка позади него. Давление в секунду превысило 150, всё тело залилось холодным потом, ноги начали дрожать, а в голове начал выстраиваться план побега и план как его будут расчленять. –Эй, пацан.– раздался прокуренный голос мужчины из тумана, а затем смех толпы. –Д-да? — голос предательски дрожал, а сам Илья смотрел по сторонам и не понимал с какой стороны стоят эти людьми, чтоб заранее знать куда бежать. –Сигаретки не найдется? — прохрипел уже другой мужчина, а толпа за ним снова начала смеяться. –Простите, я не курю. Мужчины начали переговариваться, а затем резко замолчали, будто пришли к единому решению. –Ну знаешь, пацан, не прокуренные лёгкие, можно продать по хорошей цене. — даже не видя их лица, можно почувствовать их улыбки. Голосов 6 снова засмеялись, но уже как-то более зловещее, словно поймали хорошую наживу, или одержали триумф в подлой игре. Муромов сразу вспомнил что у того мужчины не хватало органов. Он даже залез в интернет чтоб посмотреть цену всех недостающих, потому что было интересно. Одни лишь лёгкие стояли двести тысяч долларов, а другие и подавно. Огромная компания мужчин стала медленно надвигается, это было слышно по шорохом камушков, на которые они наступали. Илья тут же понял где они находятся и резко рванул в противоположную сторону. –Только дайте ему сбежать, я вас пристрелю! — громко прорычал первый мужчина. Это точно было не похоже на шутку или запугивание. Илья проклинал себя, что никогда не ходил в спорт зал или хоть бы серьезно не занимался на уроках физкультуры. Через метров 200 этого забега, мальчик начал выдыхается, а селезёнка стала болеть так невыносимо, что даже просто ходить было трудно. Он уже слышал толпу бегущих к нему мужчин и уже успел попрощаться со всеми родными, вспомнил всю свою жизнь и счастливые воспоминания, но когда он вспомнил его, сердце больно закололо. Илья даже не понимал почему, также чувство будто ему он что-то забыл сказать, что-то очень важное, но такое нужное. Парень вспомнил приятные улыбку Фила и сам невольно улыбнулся. /Если умирать, то только с улыбкой и мыслями о хорошем, правильно ведь? / Голоса стали ближе, буквально в метрах 10 от Ильи, но тут кто-то взял его за капюшон и резко затащил в подъезд, а через секунду, огромная железная дверь захлопнулась. Парень упал на старый, побитый кафель, в глазах стояли слезы и панический испуг, а взгляд сверлил железную дверь. Прошло пару минут и Илья заплакал, это было так тихо, от чего больше терзало душу. Через ещё какое время, сквозь слезы он начал разговаривать сам с собой. Говорил о том какой он ужасный, что у него нет друзей, как он хочет быть по настоящему счастливым и улыбается с друзьями, даже вспомнил про Филиппа, говорил в его адрес гадости, но подытожил словами «…тогда почему перед ним замирает сердце?» И затих. А через минуту послышались тихие сопения. Через пару часов включился свет, оказывается были технические неполадки и его выключили во всем районе. Илья продолжал сидеть у стены и мирно спать, положив голову на колени, а у противоположной стены сидел Фил и задумчиво смотрел на рыжего. Именно Черных спас его и именно он всё это время находился рядом. Конечно он хотел что-то сказать, но увидев слезы в глазах Муромов, понял, что щас ему лучше помолчать. Фил аккуратно протянул руку к волосам Ильи, и поправил прядь, которая падала ему на лицо. –Я чувствую то же самое…– ели слышно прошептал Филлип.