Ну здравствуй, Аврорат

      Обоняние Гарри включилось первым, и сквозь тяжёлый похмельный сон его нос почувствовал странные запахи — вонючего пота, мокрой псины, ядреного табака и ещё какой-то гадости непонятного происхождения. В голове словно поселилась стая дятлов и активно долбила виски, просясь на волю. Во рту всё пересохло, как в пустыне, и даже лежащий сзади любимый Хоречек ощущался как-то неправильно. Пока Гарри пытался сообразить, что происходит, Драко прижался потеснее и хрипло пробормотал: — Миона, любовь моя, принеси водички, а то во рту как кошки нассали.       По поводу кошек Поттер был согласен целиком и полностью, а вот остальное напрягало. Пока он пытался понять, что происходит, шаловливая мужская рука нырнула в область паха и вцепилась в геройские причандалы. Вцепилась, замерла, потом сжала посильнее, как бы удостоверяясь в их наличии, замерла снова, а потом исчезла, и Гарри резко полетел на пол. Приземлившись на холодную каменную поверхность, Герой наконец-то полностью разлепил глаза и увидел сидящего на деревянных нарах Рона, обалдевшим взглядом уставившегося на друга. Поттер отзеркалил взгляд, пытаясь всё-таки понять, что происходит, и где они находятся, а Рон с натугой прохрипел: — Это я, тебя, Героя, за яйца ухватил. Вот этой самой рукой, — он с укором уставился на свою провинившуюся конечность. — Блин, что происходит? Где мы вообще, в параллельной вселенной?       Лежащая в углу куча тряпья пошевелилась, отчего вонь усилились так, что заслезились глаза, и из неё раздался до боли знакомый голос: — Ну шо, герои, очухались? — и из кучи показалась голова Наземникуса Флетчера, а следом, с некоторой задержкой, и остальные части тела. — Вот же ж, молодёжь, пить не умеют, а туда же. Говорят же ж вам, не умеешь — не берись, так нет, туда же, за рюмку хватаются. А правильно пить, это вам не Волан-де-Морта мочить, тут навык нужен. Та шо я вам говорю, всё равно ж ни хрена не понимаете с похмелья. — Наземник, а мы вообще где? — всё так же хрипло спросил Рон. — Та где-где? Шо заладил, как дятел, — ехидно прищурился Флетчер. — В Аврорате, в предвариловке, где ж ещё. — В предва… чëм? — переспросил Гарри, пытаясь понять, о чем говорит бывший соратник по Ордену Феникса. — Камеры предварительного заключения при Аврорате, — пояснил Наземникус, позиционируя себя очень знающим человеком. — Посидите тут, потом допросят и решат, шо с вами делать. Ну, типа штраф, общественные работы или сразу в Азкабан. Хотя, думаю, до Азкабана вы ещё не допрыгались, так шо не переживайте, сынки, много не дадут.       Правду говорят — нельзя объять необъятное. Гарри просто не мог вместить в свой мозг информацию, полученную от Флетчера и понять, как же всё так лихо обернулось — пошёл человек за справочниками и вот, вуаля, оказался в камере Аврората, да ещё и на прямом пути к Азкабану. С перепугу отягощенный алкоголем мозг начал работать в аварийном режиме, и в море похмельного тумана появились островки вчерашних событий. Точнее, вчерашнего вечера. Видимо, мозг Рона работал в том же направлении, ибо после пары минут напряжённого молчания он выдал: — Точно. Мы же после «Флориш и Блотс» в «Дырявый котёл» зашли. Ну, покушать. — Вот и накушались до поросячьего визга, — констатировал Флетчер, с интересом наблюдая за парнями из своего угла. — Вам бы сейчас, по уму, похмелиться надо, тогда и прояснится в мозгу. Так только кто ж вам здесь нальет.       Гарри огляделся, чтобы иметь представление, как выглядит это самое здесь. Они находились в небольшом помещении, отгороженном решёткой от коридора. Из мебели присутствовали нары, на которых в данный момент сидел Рон, небольшой столик, намертво прикреплённый к стене, и грязноватая потрёпанная ширма, за которой, предположительно, находился туалет. Тусклый факел, прикреплённый к каменной стене, с трудом освещал помещение. В общем, говоря языком литературным, отовсюду веяло мрачным средневековьем. Напротив, через коридор, находилась такая же камера, в которой, судя по рычанью и вони от мокрой шерсти, сидела парочка оборотней. В коридоре, освещенном такими же тусклыми факелами, никого не наблюдалось.       Рон, видимо тоже изучавший камеру, с радостным возгласом подскочил и метнулся за ширму. Тут же оттуда послышалось бодрое журчание, а через некоторое время появился воспрянувший духом Уизли: — Надо будет потом у Мионы спросить, почему так получается: мочевой пузырь опорожнил и сразу голова заработала, — он задумчиво покачал этой самой головой. — Видимо, в организме всё взаимосвязано. — Если Миона с тобой разговаривать захочет после этого, — мрачно проговорил Гарри, щуря глаза. — Про Хоречка я даже думать боюсь. Тем более, что голова не думает вообще.       В камере повисло мрачное молчание, периодически прерываемое унылыми вздохами то Рона, то Гарри. Первым не выдержал Уизли. Ещё раз тоскливо вздохнув, он спросил: — Наземник, а Наземник, а тут хоть жрать-то дают? — Тут не дают, — авторитетно пояснил Флетчер. Он был очень доволен тем фактом, что наконец хоть в чём-то оказался более осведомлённым, чем всё эти грамотные умники, которых он в глубине души слегка презирал. — Это ж предвариловка, туточки долго не держат. Скоро на допрос вызовут, так шо напрягайте память, сынки. Вспоминайте, чем будете участь облегчать.       От слова «облегчать», Гарри тут же захотел в туалет и помчался за ширму. Правило мочевого пузыря, недавно придуманное Роном, сработало безупречно, и Герой заорал, не отрываясь от дела: — Рон, мы же в «Дырявом Котле» компанию слизеринцев встретили. Ну тех, которые выпустились уже — Маркус Флинт, Эдриан Пьюси, ещё кто-то там. Помнишь? — Точно, — подскочил на нарах Рон. — Они нас за свой стол позвали и за дружбу предложили выпить. Сразу целый стакан и до дна, как положено. А потом за единение факультетов, и ещё за мир во всём мире. А дальше, — Рон задумался, — дальше пока не помню.       Наземникус в своём углу аж хрюкнул от восторга: — Это ж надо — полный стакан огневиски на голодный желудок, — прохрипел он. — Вот умный человек был Дамблдор, ничего не скажешь, а главному детей не научил. Это ж так желудок можно обжечь.       Но Рон и Гарри уже не слушали старого прохиндея. Ключевые слова о слизеринцах наконец-то прорвались сквозь похмельный туман, и островки воспоминаний стали чётче и понятней. Не то чтобы вспомнилось всё, но кое-что прояснилось. Хитрые слизеринцы действительно уговорили их выпить по первому стакану до дна. Ну, за встречу. Честно говоря, парни и не особо сопротивлялись. Потому что, во-первых, они гриффиндорцы и не пасуют перед вызовом, а во-вторых, очень хотелось почувствовать себя взрослыми и знающими. Вот хитрожопый Пьюси и взял их на «слабо». За первым стаканом последовал второй, а потом, увы, в сознании появились только короткие вспышки — крики, кто-то кого-то отталкивает, рёв и возмущённые вопли, кулак, летящий в лицо, всполохи заклинаний, крики бармена Тома, красные аврорские формы. Ну, в общем, основное направление высветилось — они устроили драку и их арестовали. — А где же тогда вся эта слизеринская компания? — пробормотал Рон. — Они же тоже должны были здесь сидеть.       Наземникус ехидно захихикал в своём углу: — Вот же ж интеллигенция, ничего не соображают. Это ж слизеринцы, они и пьяными умными остаются. Слиняли через запасной выход, как токо авроров увидали. А вы, гриффиндорцы дурные, остались, шоб ещё и аврорам по морде надавать. Вот вас и повязали, тепленьких и пьяненьких. — А ты откуда всё так хорошо знаешь? — подозрительно прищурился Рон. — Тоже там был? Подглядывал? — Я, сынок, стоко пьянок пережил, шо пора орден почётного алкаша давать, — гордо приосанился Флетчер. — Все они одинаково проходят, так, если в мелочах разница. Тем более, сынки, шо я как те слизеринцы, по таким мелочам в предвариловку не попадаю. — А за что ты тогда попал? — спросил Рон. — Да так, поторговал немного кое-чем запрещённым, — скромно потупился Наземникус. — И что, в Азкабан теперь? — поинтересовался Рон. — Не, какой там Азкабан, — махнул рукой Флетчер. — Я ж того, информатор. Маленький, но важный винтик в системе правосудия, — с долей гордости заявил он, — без меня никак не справятся. Так шо попугают, оштрафуют да отпустят дальше информировать. — То есть, ты стукач? — уточнил Рон.       Наземникус тут же взбеленился. Куча тряпья возмущённо подлетела в воздух, как будто произошёл магический выброс, а сам Флетчер возмущённо зашипел: — Ах ты ж, гадюка рыжая! Ты меня, честного мошенника Флетчера, стукачом назвал? Да шоб тебя, шкета малолетнего, нужники чистить отправили лет этак на пять!       После такого доброго пожелания Флетчер вновь завернулся в своё тряпьё, и в камере воцарилась гробовая тишина. Гарри честно пытался осознать разницу между стукачом и информатором, но получалось не очень, а Рон и вовсе задремал.       Вскоре из коридора послышались шаги. К их камере подошли два аврора, судя по слишком деловому виду, стажёры. Они наставили свои палочки на камеру, и один из них грозно произнёс: — Задержанные Поттер и Уизли! Руки за спину и на допрос!       Два похмельных гриффиндорца молча подчинились приказу и вышли навстречу своей судьбе. Куча тряпья в углу даже не шевельнулась.