Ну здравствуй, Аврорат

Пятнадцать суток спустя.

      Гарри тихонько крался по тёмным коридорам Хогвартса. Рон убежал в башню Гриффиндора каяться перед Гермионой и, честно говоря, Поттер ему искренне сочувствовал. Герою тоже предстояла непростая задача — объясняться с Хоречком.       В спальне слизеринского старосты царила сонная тишина. Прислонившись к дверного косяку, уставший до трясучки Поттер с умилением разглядывал столь дорогую сердцу домашнюю картину. Потолок мягко светится зачарованными звёздочками, а на кровати уютно посапывал Драко. Хотя, да, Малфои не сопят. Видимо, это делал Волдеморт, мило свернувшийся клубочком в маленькой кроватке. Гарри удовлетворено вздохнул и, сбросив с себя пропахшую Авроратом одежду, быстренько нырнул под бок к своему бойфренду. Драко тут же открыл глаза и сонно уставился на Поттера. — Явился, наконец-то, заключённый, — проворчал он, прижимаясь к горячему геройскому боку. — Ну и как оно, в Аврорате? — Хорëчек, давай не сейчас, — виновато побормотал в ответ Гарри. — Спать хочется, спасу нет. — Нет сейчас, — настойчиво заявил окончательно проснувшийся Драко. — Я хочу знать, что там скрывается за закрытыми дверями? Камеры пыток? Тайные подземелья для государственным преступников?       Глаза Малфоя засветились нездоровым любопытством, и Гарри понял, что отмолчаться не получится. — Да нет там ничего такого, — с трудом подавляя зевок, пробормотал он. — Ну, по крайней мере, мы с Роном ничего такого не убирали. Кабинеты ты и сам видел, длинная такая череда дверей. И за каждой по два Аврора сидят, напарники. Отчеты пишут, гогочут чего-то, матерятся. Ну, и на расследование бегают иногда. А в конце коридора такая широкая дверь, вот за ней самые противные комнаты находятся — курилка и комната отдыха. Ну и ещё служебные помещения — архив, отдел хранения улик и всякая прочая лабуда. Но нас туда не пускали, говорят, допуска нет. — А курилка и комната отдыха почему противные? — спросил Малфой. — А потому, что там убираться приходилось чаще всего. И без магии, вручную, — понимая, что разговор будет долгим, Гарри устроился поудобнее и продолжил. — Они же, авроры эти, на перекуры бегают чуть ли не каждые полчаса, и обязательно компаниями. Торчат там, один Мерлин знает сколько времени, анекдоты травят, баб, то есть женщин, обсуждают. Ну, типично мужской коллектив. А мы потом после них пепельницы вытряхивай. И в комнате отдыха всякий фаст-фуд жрут, кофе литрами в себя вливают, а ты потом после них весь этот мусор оставшийся убирай. Кошмар, короче.       Драко ненадолго задумался, переваривая информацию, потом спросил: — А ты там с кем-нибудь из старших познакомился? Ну, нужные связи, деловые знакомства? — Даже вспоминать не хочу про эти знакомства, — сразу насупился Гарри. — Особенно про Долиша, век бы его не видеть. Всю кровушку выпил. — Он вампир? — восхитился Драко. — Он дебил, — все так же мрачно ответил Гарри. — Достал своими придирками и шутками идиотским. Я теперь не аврором стать хочу, а начальником Отдела Правопорядка. Чтобы за работой авроров наблюдать и за каждую провинность наказывать.       Он мечтательно закатил вверх глаза: — Вот тогда я этому Долишу устрою. Он у меня сам унитазы зубной щеткой чистить будет. И ботинки мне до блеска начищать. Я ему все, гаду, припомню. — А вот чтобы всего этого достичь — нужно хорошо учиться, — назидательно произнес Драко. — С плохим дипломом тебе начальником не стать, и Долишу не отомстить. — Люциус поможет, если что, — беззаботно отмахнулся Гарри. — Он же живёт по принципу: сделал гадость — сердцу радость. Так что справимся. А теперь спать, а то я за эти пятнадцать суток вообще про нормальный сон забыл. — Давай, — умиротворенно пробормотал Драко, поудобнее устраивая голову на груди Гарри. — И, кстати, после этого чокнутого Грюма я решил называть Волдеморта просто Волли. А то ещё убьют мою зверюшку ненароком. — Вот и правильно, — облегчённо вздохнул Поттер, который и сам собирался поговорить с Драко на эту тему. — Уж больно провокационное имечко ты ему придумал.       И они уснули. Во сне Гарри всё-таки становился большим начальником и наказывал мерзкого Долиша, ехидно хихикая в глубине души. И Грюма тоже. И всех слишком умных слизеринцев отправлял служить на благо Родины. И даже вредного Наземникуса лишал почетной службы информатора. И во сне Гарри был счастлив.