Беседа

      Отплытие на Остров Рыболюдей прошло, как и всегда для Мугивар, ярко и оживленно. Плюс ко всему, наконец, оконченная двухлетняя разлука давала им возможность делиться историями день и ночь, а потому на корабле было оживленно. Беседы, смех и восклицания не утихали, но было одно место, где царило спокойствие. Зоро поднялся на носовую палубу и устремил взгляд на капитана корабля, что привычно восседал на гальюнной фигуре.       Вопреки всеобщей суматохе, Луффи сидел тут один и глядел в глубь моря, куда неспешно опускался корабль. Зоро бы, может, и подумал бы, что это странно, если бы одна рука юноши не лежала на его груди. Там, где все члены команды ныне могли лицезреть страшный шрам, напоминающий о том, с чего началось их столь долгое расставание. — Эй, Луффи, — его голос тихий. Он уверен, что не стоит привлекать внимание остальных к их беседе. — Как ты?       Капитан оборачивается на него и, слегка склонив голову на бок, улыбается. — Всё отлично! Мне не терпится посмотреть на этот остров! — почти со смехом отвечает он. — Нет, я не про сейчас. Как ты после, — Зоро вдруг замолкает на секунду, впервые в жизни засомневавшийся в собственных словах. Может лучше было молчать и никогда не поднимать эту тему? — Маринфорда.       И он с волнением замечает, как счастливая улыбка юноши меркнет, только чтобы на её месте расцвела другая, полная печали и принятия. Зоро не в силах как-то отреагировать или выдавить ещё хоть слово. Они просто смотрят друг на друга, и уже этого достаточно, чтобы понять всю тяжесть предстоящего ответа. Именно так. Луффи не оставит его без ответа, он чувствует это где-то на подсознании.       Мугивара отворачивается, и его глаза скрывают поля дражайшей соломенной шляпы. — Всё нормально, — непривычно тихо отвечает он, и от того в его голосе слышится приятная хрипотца. Зоро слегка поджимает губы. У Луффи не бывает «нормально», не бывает даже хуже «хорошо», но они оба предпочитают опустить этот факт. Такой ответ уже сам по себе достаточно исчерпывающий.       Они молчат какое-то время. Луффи смотрит вперёд, в приближающиеся морские глубины. Зоро смотрит на Луффи, умело считывая все его эмоции и мысли. Он, как самый первый и преданный из членов команды, словно на уровне инстинктов понимает всё, что творится в голове их сумасбродного капитана, так что часто им даже не нужны слова. Но тем не менее он чувствует, что не может закончить всё так. Он уже заговорил, и Луффи ответил — а значит пути назад нет. — Как это было? — он по привычке укладывает руку на мечи, ощущая как непроизвольно напрягаются мышцы. Он готов поклясться, что его собственное сердцебиение участилось от волнения, словно это он пережил те страшные события.       Луффи молчит несколько секунд, прежде чем неожиданно ответить. — Шумно, — всё также спокойно говорит он. И вдруг издает легкий смешок, от чего Зоро удивленно моргает. — Там столько народу собралось. Я никогда в жизни столько дозорных не видел.       Зоро опускает взгляд в пол, вспоминая статьи, которые перечитывал снова и снова, коря себя за то, что даже не может быть рядом со своим капитаном в такой момент. — А ещё холодно, — задумчиво продолжает Луффи. Это удивляет Ророноа, но вопрос не успевает сорваться с губ. — Этот ледяной адмирал всё море заморозил. — В газетах писали, — слегка кивает Ророноа, и не может не испытывать вины за то, что может говорить обо всём только лишь благодаря прессе. — И что там собрался весь флот Белоуса. — Да, — задумчиво протягивает Луффи, и его улыбка становится чуть веселее. — Они очень крутые пираты. Нереально сильные. Они действительно любили Эйса. Я рад, что у него была такая команда.       Луффи спустя время снова оборачивается на Зоро и тот выдыхает, не подозревая, что задержал дыхание, стоило только прозвучать заветному имени. Но парень выглядит расслабленным и открытым к диалогу. То, как в его речи Эйс остался в прошлом времени не может не ранить. Зоро откровенно ожидал иной реакции, не думал, что Луффи сможет сказать это так просто. Хотя на самом деле он понимает, что вовсе это не просто. Потому он не может не отметить, как сильно эти события изменили Монки Д. Нет уже той безрассудной веселости и легкости. Он сильно вырос, ментально, и только идиот мог бы не заметить этого. Луффи создавал впечатление человека, что уверен в каждом своём шаге, и знает, что отныне ничто не остановит его на пути к цели, и от этого перехватывало дыхание. Таким и должен быть его капитан, будущий Король Пиратов. — Уверен, он тоже был счастлив, — у Зоро пересохло во рту. Он бы всё отдал за бутылку рома, но он не посмеет себе отвлечься, не сейчас. — Эйс заплакал, когда увидел их всех, можешь себе представить? — тихонько смеётся Луффи. И мягкая улыбка трогает губы мечника. — Никак не выходит, — усмехается он. — А на меня он вообще ругался, — Луффи почесывает кончик носа пальцем, а потом опускает руки и скрепляет их в замок на сложенных ногах. Взгляд также опущен. — Зато он умер с улыбкой.       Тут Зоро не выдерживает, и улыбка криво сходит с его лица. Он неотрывно глядит на Монки Д. Шрам на его груди, на который Зоро просто не может не обращать внимания, ярче всех рассказов. Его капитан потерял единственного брата и сам чуть не погиб. Но ему всё равно хватило сил вернуться в то место и провести обряд морского захоронения. Да ещё и передать послание, что их встреча откладывается на два года. Луффи, переживший такое, как никто понимал важность этого решения, и команда приняла его без нарицаний. — Прости, что нас не было с тобой, — Зоро покорно склоняет голову, словно готов принять любое наказание. — Вы никак не могли знать, — он не может видеть, но по крайней мере голос у Луффи по-капитански снисходительный. — Если бы мы… — Зоро в отчаянии поднимает голову и замирает на полуслове.       Луффи улыбается ему одним уголком губ и смотрит прямо и открыто. Что толку рассуждать как бы было, если оно уже в прошлом. Их не было, Луффи остался один, и Эйс умер на его руках, и ни с чем из этого уже ничего не сделать. Так зачем теперь бередить эти раны напрасными мечтаниями. Вместо этого Зоро шумно выдыхает и вытягивает вперед кулак. — Отныне и впредь, — он специально подчеркивает это слово, — мы будем подле тебя, что бы ни встало на пути. И исполним любой твой приказ. Больше мы тебя не подведем.       Луффи опускает голову, скрывая глаза за полями шляпы, но Зоро видит, как улыбка его становится шире. Капитан Соломенных шляп поднимает голову и выглядит абсолютно уверенным, протягивая руку в ответ. — Я и не сомневался в вас, ребята, — они стукаются кулаками.       Они молчат какое-то время, но более в этой тишине нет ничего давящего или неуютного. Словно и не было этих двух лет между ними, и не было расставания. И не было войны. Но она была. И хоть на первый взгляд этого не скажешь, но она оставила Монки Д Луффи не только шрам на груди, но и куда более глубокую и болезненную рану, с которой он научился жить, пока был один. А уж сейчас, когда его верная команда снова с ним, это будет ещё легче. — Кстати, я видел там этого соколиного парня. Он реально крутой, хотя и пираты Старика были офигенными.       Зоро усмехается. — У этого ублюдка остров на задворках океана. Он вернулся раньше, чем я смог получить последнюю газету. Но на кой чёрт ты вытащил из тюрьмы Крокодайла? — он выгибает бровь. — Да мне, в общем-то, было всё равно, — Луффи беззаботно пожимает плечами. — Если бы он что-то натворил, я бы его снова побил. Плюс Ива-чан сказал, что он нам поможет, потому что он его должник. — Крокодайл-то? А этот окама не лыком шит, — хмыкает Зоро, складывая руки на груди. — Да, он классный, — Луффи смеётся, и тёплое «ши-ши-ши» окутывает их, расслабляя. — А ещё там был Коби! Я его не видел, но Джимбей рассказал, что он выступил против Акаину. — Наш малыш Коби? Об этом в газетах не писали. Но ему выдали награду и новую должность. Полагаю, хотели заставить его и других помалкивать об этой выходке. — Коби ещё обязательно покажет, на что он способен, — Луффи заговорщически переглянулся со своим старпомом. — Может быть, однажды мы увидим на нём форму адмирала, — соглашается Зоро. — Ши-ши-ши! — смеётся Луффи. — Уверен, мой дед будет им гордиться!       Беседа течет неспешно и легко. А вскоре они повстречаются с огромным осьминогом. Но эту историю вы уже знаете.