Летнее солнцестояние

Стоя перед Почтенным Старцем, Чимин вызывал у того смятение чувств — от полного охуения происходящим до желания сбегать и почитать пару свитков, так как чувствовал себя неопытным юнцом. Выглядел посетитель очень своеобразно: на голове в разные стороны торчало множество косичек, на концах которых были яркие разноцветные резинки; на лице жёлтой краской были нарисованы узоры; в ушах висели массивные золотые серьги-полумесяцы; на шее в несколько слоёв накручены разноцветные крупные бусы; голое тело было обмотано безумно красным полотном, которое наискось пересекало грудь и сворачивалось внизу в виде штанов длиной по колено; на ногах были сандалии, также украшенные бусами. Дополнялась вся эта красота бубном, в который он периодически бил, заставляя вздрагивать Старейшин. Вот уже полчаса Чимин танцевал, завывал, закатывал глаза и строил смешные рожицы. Терпение Почтенного Старца заканчивалось, и, почувствовав это, гость резко остановился, замолчал и уставился невидящими глазами вперёд. — Я прибыл к вам из Тилимилитрямдии! — завывающим голосом начал он, входя в свою роль, думая, что в нём умер великий актёр. — О, бедные единороги! — резко упав на колени, ударился лбом об пол, что заставило всех вздрогнуть. — Они заболели и не могут больше летать! Когда не летают единороги, они не осыпают нас розовой пыльцой, вследствие чего наш мир меркнет, теряет краски, превращаясь в тёмное, мрачное место.

***

Вернёмся в тот момент, когда губы Юнги целовали Чимина, и он, закрыв глаза, почувствовал, как медленно поднимается к облакам. В этот момент в голову пришёл фрагмент мультфильма, где заяц поднимается в небо, держа в руках букет одуванчиков. Сюжет он не помнил, но в голове прозвучало: «Тилимилитрямдия». Потом облака отозвались единорогами, которые по ним скачут и пускают розовую пыльцу. Он не понял, откуда пришёл второй образ, но вдруг они сошлись в голове, и — бац! — идея возникла во всех красках. Резко сев и посмотрев на упавшего мага, он с воодушевлением рассказал свой план. — Я буду изображать Вождя гибнущего мира, где единороги перестали осыпать своей розовой пыльцой, что привело к вымиранию всего живого, — и в глазах его отразилась вселенская трагедия. — Кто такие единороги? — ещё не до конца усмирив возбуждение, что, видимо, не давало мозгу работать на полную катушку, спросил Мин. — И почему они осыпают мир пыльцой? — Вот в этом-то и вся соль! Такая информация заставит их впасть в ступор, а я буду постоянно вываливать на них новую информацию, чтобы они не расслаблялись, — Юнги уважительно покачал головой, чем вызвал горделивую улыбку у Чимина. — Нам понадобится много людей из моего мира. Мы скажем, что снимаем фильм, и нам нужны люди для массовки. Такое можно провернуть? — Думаю, да, — сказал он, почесав затылок. — Потом мы сможем стереть их воспоминания. — Тогда у нас много работы! Нам надо придумать образ и предысторию. Работа закипела. Они ещё смогут вернуться к прерванному занятию, когда одолеют всех злодеев.

***

— Со мной прибыл мой народ, — на глазах Вождя стали появляться слёзы, которые крупными каплями стекали по щекам. — Они вымотаны и очень голодны. Вы сможете помочь им? — глазами, полными мольбы и печали, он посмотрел на Владлена. Даже под толщей краски была видна красота Вождя, на которую и запал с первого взгляда Старейшина. Весь цирк, который тот устроил, лишь сильнее разжёг в нём симпатию и желание обладать этим прекрасным мужчиной. Он постоянно сглатывал слюну, которая появлялась от каждого движения и звука чудесного голоса. А ещё весь покрылся испариной и постоянно елозил по скамье. Руки так и тянулись дотронуться до оголённых плеч, провести по обнажённой спине, притянуть и впиться в манящие пухлые губы. — Почтеннейший?! — лёгкое похлопывание по плечу вывело того из транса, в который он впал, наблюдая за странным шаманом. — Гость ждёт ваш ответ. — Да, конечно, мы поможем вам. Разместить прибывших и накормить, — обратился он к секретарю, который так и не убрал руку с его плеча. — Как вас зовут, милейший? — проговорил он елейным голосом, вызывая мурашки у гостя. — Джон Бон Джови, — выпалил Чимин, сам не понимая, почему вспомнил своего любимого певца. Также поставил мысленную галочку — треснуть Юнги за промашку в виде непродуманного имени. — Для вас — просто Джон, — ослепительная улыбка окончательно добила Старца. — Джон, приглашаю вас откушать вместе со мной, заодно обсудим, чем ещё я вам могу помочь, — и получил утвердительный кивок в ответ.

***

Следящий за представлением Юнги медленно закипал. Он видел и слышал всё, что происходило в приёмной Старейшин. Кулаки были сжаты до предела, кровь стучала в висках. Хотелось ворваться и приложить эту похотливую морду к столу, выколоть глаза, чтобы больше не могли смотреть на его парня (искренне веря, что Чимин им будет). А когда они остались наедине, и Старейшина коснулся пальцев Вождя, зарычал во всё горло, оскалив зубы. Удивился сам себя — ведь всегда был спокойным, миролюбивым магом. Ревность сжимала его горло своими холодными, жёсткими пальцами, перекрывая кислород и затуманивая мозг. Глаза налились кровью, которая пульсировала по всему телу. В этот момент появился Мирас, спасший мага от необратимых действий. — Клюнул? — Юнги сделал глубокий вдох и выдохнул через нос, что стабилизировало его эмоциональное состояние. Переключил внимание на внезапно появившегося члена их отряда. — Даже чересчур, — недовольство просто плескалось внутри Мина. — Прекрасно! Не переживай, на него поставили защиту — никто не сможет причинить ему вред, — понимая переживания, успокоил Мирас. — Думаю, у нас есть нужное нам время. Они обсудили дальнейший план действий и решили ночью навестить Чимина, а затем продолжили наблюдение за Старцами.

***

Владлен совсем забыл про Тёмного, полностью отдав внимание — и своё, и своих подчинённых — прибывшим гостям. Ни на минуту не отходил от Вождя, всеми имеющимися способами привлекая его внимание. Вождю, как казалось Старцу, очень нравилось такое проявление заботы и доброты. Он, находясь в преклонном возрасте, ни разу не испытывал романтических чувств, слепо следуя за Тёмным. Теперь же терялся от нахлынувших эмоций, которые сводили с ума, не давали дышать и еле удерживали на ногах, когда от каждого взгляда Джона ослабевали колени. Чимин же находился в невероятном вдохновении от того, что их план сработал и нужный им персонаж полностью переключился на него. Он совсем не догадывался об истинных причинах доброты Старца, считая себя великим актёром, сумевшим своей игрой привлечь к себе внимание. Видя в нём доброго дедушку, расслабился, не замечая случайных прикосновений и возбуждённого взгляда. Спасало приближение ночи. Прощаясь и дольше положенного пожимая руку, он наконец закрыл дверь перед носом Владлена и выдохнул. Чимин устал притворяться другим человеком. Это не так просто, как думалось. Он уже хотел было плюхнуться в мягкую постель, как в воздухе образовалась дыра и появился злой до ужаса Юнги. Увидев усталого Вождя, злость стала отступать, а вместо неё пришло желание обнять. Сделав несколько шагов и приблизившись, обхватил Чимина и прижал к себе. Вдыхая запах его кожи, Юнги потихоньку стал приходить в норму. — Всё хорошо, — не до конца понимая причину эмоционального состояния мага, списывая всё на переживания о его безопасности, выдохнул Чимин. — Можно, я останусь с тобой? Утром я уйду. Никто не заметит, — перспектива провести ночь в объятьях Юнги была именно тем, что нужно измученному парню. Кивнув, они повалились на кровать, не разрывая объятий, и уснули, как только головы коснулись подушки. День был выматывающим для всех.