Личный секретарь

~...~ Был обычный прохладный денек. Адам сидел в саду своего дома и не спеша пил виски со льдом. Он наконец получил выходной, которого так давно хотел. Рассправившись с документами, Айноске наконец мог по-настоящему насладиться вкусом выпивки и расслабиться. Но все же его отдых продлился не долго. —Господин, я к Вам с поручением,—раздался тихий голос над ухом. Повернув голову, Шиндо увидел своего секретаря–Тадаши Кикучи. Айноске томно вздохнул. —Что там еще? —Вам передали новую пачку документов, с которыми нужно разобраться.—ответил Кикучи. От прежней расслабленности не осталось и следа. Раздражение стало закипать в груди, сменяя удовлетворенность. —Ты что, ослеп? Не видишь, у меня выходной.—в его тоне все же просочилось раздражение. Немного помолчав и подумав, Адаму в голову пришла идея. —Ты займешься этими документами. Тадаши застыл в нерешительности. Доверить ему такие важные документы. А вдруг он допустит в них какую-то ошибку? Заметя колебания своего секретаря, Айноске сказал. —Это не обсуждается. Что-то не устраивает? —Как скажите, господин. У меня нет права на собственное мнение.—ответил Тадаши. —Вот и славно. Приступай. Кикучи удалился из сада, оставив Адама в долгожданной тишине. В такой расслабленности Шиндо провел два с половиной часа. Насладившись спокойствием, Айноске решил проверить, как там его секретарь. Зайдя в дом, он прошел к своему кабинету и заглянул в щель между дверью и стеной. Тадаши, нахмурив брови, что-то усердно писал на бумаге. Рядом с ним на столе лежит стопка готовых документов. —Ну, как успехи,—войдя в комнату, спросил Адам. —Господин, я закончил.—ответил Кикучи, кладя в общую стопку последнюю бумагу. Айноске подошел к столу. Он взглянул на проделанную секретарем работу и резко нахмурился. —Это что такое!?—возмутился Шиндо, взяв в руки документ, указывая на ошибку. —Прошу прощения, господин. Я сейчас же все исправлю. Когда Тадаши протянул руку, чтобы исправить ошибку, Адам оттолкнул ее. —Я сам исправлю.—воскликнул Айноске. Тяжело вздохнув, Шиндо сел за стол и стал перебирать бумаги. Почти в каждом документе была одна ошибка или больше. Так, с этим нужно что-то сделать. —Иди сюда,—позвал Адам Тадаши. Освободив место, Айноске усадил за него Кикучи. —Сейчас будешь сам искать свои ошибки. Адам протянул документ. Кикучи стал искать ошубку. Просидев так пару минут, Айноске не вытерпел. —Вот,—указывая пальцем и склонившись ближе, сказал Шиндо. Услышав внезапный голос возле уха, Тадаши непроизвольно вздрогнул. Адам удивился такой реакции. —Да,—ответил Кикучи, исправляя ошибку. Не заостряя внимание на том незначительном действии своего секретаря, Адам передал следующий листок. —Здесь,—снова указал на ошибку Айноске. Взглянув на Тадаши, Шиндо заметил, что у того покраснели кончики ушей. Теперь этоц заинтересовало его. —Что-то не так?—спросил Адам, специально наклоняясь ближе к уху Кикучи. —Нет, все в порядке,—ответил Тадаши. Было заметно, как его голос дрогнул. Теперь это еще больше привлекло внимание Адама. Издав смешок и хитро улыбнувшись, Айноске наклонился ближе к уху своего секретаря. —И все же, тебя что-то беспокоит,—лукаво произнес Шиндо,—ты такой напряженный. —Из-за моих ошибок, у Вас могут быть проблемы,—произнес в ответ Тадаши. "Какой умный щенок"—подумал про себя Адам. Он провел двумя пальцами по затылку, от чего Кикучи удивился еще больше. Он итак был на нервах от действий Адама, так тот еще и руки распустил. Прочистив горло, Тадаши отложил листок и хотел взяться за следующий. —Нет, ты пропустил ошибку,—вернух листок, сказал Айноске. —Извините,—произнес Кикучи. —Будь внимательней. Пальцы двинулись ниже и проникли за шиворот, медленно поглаживая спину круговыми движениями. —Извините, но что Вы... —Тише, сосредоточься на документах. А то опять ошибок наделаешь,—сказал Адам с неожиданной серьезностью. В голове Тадаши проносилось множество мыслей, которые мешали сосредоточиться. Адам же в свою очередь нежно прикусил мочку уха, от чего Кикучи снова вздрогнул. За прикусыванием последовал легкий поцелуй в шею. Тадаши больше не мог концентрироваться на бумагах. Поцелуи распространялись по боковой части шеи, от чего у секретаря появилось легкое чувство возбуждения, отдающего небольшой теплотой в области паха. —Пожалуйста, хватит. Вы мешаете мне сосредоточиться,—попросил Кикучи. —Ах,—радостно вздохнул Адам,—разве может хозяин оставить своего питомца безнаказанным за проступок? Кикучи был в удивлении. Он не понимал, что происходит. Какое еще наказание? Все, что раньше с ним делали за проступок, так это кричали или грубо обзывали. Тадаши повернул голову в сторону Адама и вопросительно посмотрел на него. Но не успев что либо спросить, его губы ловят в легком поцелуе. От этого жеста Кикучи удивился еще больше. Поцелуй был недолгим. Как только Айноске отстранился, Тадаши слегка отодвинулся от мужчины и прикрыл рот тыльной сторой ладони. Теперь он смотрел на своего господина широко раскрытыми от удивления глазами. —Ой, ну что за выражение лица?—пожурил Адам. Он снова приблизился к своему секретарю и поцеловал того в внутренюю сторону ладони. —Господин, что на Вас нашло,—с опаской спросил Тадаши. За вопросом последовала небольшая тишина. —Знаешь, раньше я думал, что ты обычная собачка на побегушках, готовая выполнить любое указание. До недавнего времени,—произнес Адам.—Ты меня заинтересовал. Тадаши не знал, радоваться ему или плакать. Пока секретарь был отвлечен своими раздумьями, Айноске схватил того за запястье и потянул, тем самым заставив его встать с кресла. Шиндо обнял брюнета за талию и притянул к себе, прижимая к груди. Теперь Кикучи мог чувствовать его учащенное сердцебиение. Адам приподнял голову Тадаши за подпородок, заставив его смотреть на себя. —И почему я раньше не замечал, что у меня под боком есть такой красивый парнишка?—пристально всматриваясь в лицо своего секретаря, задал риторический вопрос Шиндо. Щеки Тадаши стали покрываться небольшим румянцем, и он отвел взгляд. —Не отводи взгляд. Смотри прямо на меня,—приказал Адам серьезным тоном. Вновь встретившись с Айноске взглядом, Тадаши было уже некуда бежать. Все пути отступления были перекрыты. Полюбовавшись личиком секретаря, Адам вдруг отпустил его. —За мной,—скомандовал Айноске, разворачиваясь и направляясь к выходу из кабинета. —А как же бумаги?—спросил Тадаши. Но Адам лишь махнул рукой. —Эти бумажки могут и подождать. Бросив на стопки документов последний взгляд, Тадаши направился за Адамом. Пока мужчины шли по коридору, Кикучи заметил, что раньше не бывал в этой части дома. Это та часть, в которую ему запрещалось ходить. Здесь находились личные комнаты тетушек и Айноске. Дойдя до нужной двери, Шиндо открывает ее и запускает Тадаши внутрь. Как Кикучи и ожидал, это личная комната Адама. Она была просторной. Письменный стол, заваленный бумагами; шкаф, наполненый книгами; комод, над которым весит зеркало – вся мебель была удачно вписана в интерьер. Большую часть комнаты занимает довольно большая кровать, на которой вполне могли поместиться два человека. —Ну, чего застыл?—вырвал Тадаши из тишины голос Адама.—Ты же понимаешь, зачем мы сюда пришли? Щелкнула защелка на двери. Намёков было достаточно. Вдруг Айноске резко развернул Тадаши к себе лицом и впился в его губы. На этот раз поцелуй был грубым и жадным. Язык Адама вторгся в рот Кикучи, пройдясь по небу и переплетаясь с чужим языком. Тадаши так еще никто не целовал. Да его вообще никто не целовал. У него ведь даже девушки не было. Он либо постоянно в работе, либо на побегушках у Шиндо. Разорвав поцелуй, Айноске повел своего секретаря к кровати. Он мягко толкнул его на матрас и сам последовал за ним. Теперь, когда Адам нависал над своим секретарем, он принялся постепенно, одна за одной, расстегивать пуговицы на футболке нижнего, одаряя шею мягкими поцелуями. От такой ласки по телу Тадаши словно пробежал электрический разряд. Дыхание сбилось. Адам проделал дорожку влажных поцелуев к уже открытой ключице. Но надолго он там не задержался, решив двинуться к обнаженной груди. Зажав между зубами и слекга покусывая правый сосок, Айноске нежно потирал между пальцами левый. Удовольствие разлилось по венам секретаря. Кикучи прикрыл рот рукой, пытаясь сдержать рвущиеся наружу звуки. Подразнив еще немного грудь шатена, губы Шиндо двинулись вниз на плоский живот Тадаши. Влажная дорожка на дрожащем теле образовывала запутанный след. Айноске осыпал нежную кожу более страстными поцелуями. Тело Кикучи слегка выгнулось навстречу поддразнивантям. Еще немного помучив своего секретаря, Адам отстранился, любуясь своей работой. Перед ним открывался прекрасный вид дрожащего тела; грудь и живот были усыпаны алыми отметками, создающими витьеватый путь. Шиндо вновь наклонился к шатену, на этот раз выцеловывая нижнюю часть живота. Его губы двинулись ниже, находясь в опасной близости к паху, но обошли его стороной. Адам стянул брюки с Тадаши и начал покрывать поцелуями уже внутреннюю сторону бедра. Тадаши чуть ли не всхлипнул. Ему нравились ласки, но его тело требовало больше. Нижнее белье секретаря уже намокли от предэякулята. —Прошу, не мучай меня,—взмолил шатен. Айноске усмехнулся: —Прояви терпение. Но все же он не хотел заставлять Кикучи ждать. И прежде чем отстраниться, оставил свой укус на бедре шатена. Тот всхлипнул от пронзившей его ногу боли. —Это тебе небольшой подарок,—ответил Шиндо. Стянув последний элемент одежды, трусы, Адам провел рукой по члену Тадаши. Наклонившись к уху секретаря, он прошептал: —Да ты уже весь течешь, моя маленькая сучка. Пальцы Айноске двинулись вниз к входу. Достигнув своей цели, он слегка надовил на колечко мышц. От шатена послышался рваный вдох. Подразнив немного вход, Адам ввел палец внутрь. Со стороны Тадаши послышался тихий стон. Шиндо вынул палец и потянулся к прикроватной тумбочке. Он достал из ящика смазку. —Мне бы, конечно, хватило и твоего предэякулята, но чтобы предоставить полный комфорт, я дуиаю, нам стоит воспользоваться этим. Выдавив немного смазки, Айноске распределил ее по двум пальцам. Он ввел сразу два пальца. Тадаши почувствовал дискомфорт и нахмурился. Заметив выражение лица своего секреторя, Шиндо ответил: —Этот дискомфорт пройдет. Пальцы нежно скользили по стенка, слегка надавливая. Это давление вызывало волны жара и удовольствия по телу; дискомфорт в скором времени исчез. Вскоре пальцы достигли простаты, надавливая и сколзя по ней. Тело Тадаши выгнулось, с губ слетел протяжный стон. Секретарь хотел провалиться сквозь землю из-за пошлости звука. —Нашел,—усмехнувшись, сказал Адам. Он продолжил двигать пальцами и надавливать на это сладкое местечко. Кикучи прикусил губу, пытаясь хоть как-то сдержать стоны. —Не сдерживай себя,—произнес Шиндо. Как следует подготовив Тадаши, Адам вытащил пальцы. Айноске снял с себя штаны и нижнее белье. Вылив еще немного смазки и распределив ее по своему члену и входу Кикучи, он устроился между ног секретаря. —Вначале будет немного больно,—предупредил Шиндо. Адам медленно и аккуратно вошел в Кикучи, но лишь на половину. Небольшая боль пронзила тело Тадаши. Он всхлипнул. Давай привыкнуть к своему размеру, Айноске стал целовать секретаря в шею. —Готов?—спросил Шиндо через какое-то время. Шатен кивнул, и Адам вошел до конца, давая привыкнуть. После согласия Айноске начал двигаться. Шиндо нашел такой угол для входа, что теперь без проблем проходился по простате секретаря. С губ Тадаши срывались стоны; его тело поддрагивало, когда член Адама задевал нужную точку. Удовольствие лилось через край. Кикучи прикрыл лицо руками, сгорая от стыда и наслождения. —Не закрывай от меня свое прекрасное личико,—послышался голос Шиндо. Взяв оба запястья в руки и зажав их над головой Тадаши, Айноске продолжил делать толчки в тело шатена. Стоны и влажные шлепки заполнили комнату. Продолжая движения, Адам почувствовал, как кульминация подбиралась все ближе и ближе. Он опустил одну руку на член Кикучи и стал надрачивать ему, добавляя ощущений. Перед глазами Тадаши все плыло. Он еще никогда не испытывал таких ярких и запоминающихся ощущений. Мышцы напряглись; еще несколько движений, и оба мужчины кончили. Тела выгнулись в экстазе; громкие протяжные, наполненные удовольствием стоны пронзили воздух, отражаясь от стен. Немного отдышавшись, Адам вышел из Тадаши и лег рядом с ним. Наблюдая за тяжелым дыхание Кикучи, Айноске убрал локон волос с вспотевшего лба секретаря. Спустя несколько минут шатен отдышался. Он повернул голову в сторону Адам. Шиндо улыбнулся. —Теперь ты полностью мой,—сказал Айноске. Он притянул тело секретаря и заключил в объятиях. С одной стороны, Тадаши было не по себе. Все для него сегодня было впервые: поцелуи, прикосновения, секс. Но с другой стороны, он чувствовал тепло, исходящее от другого тела рядом, ровное дыхание, и это так успокаивало. Спокойствие–вот что Тадаши так долго искал. Ему казалось, что после всего этого отношение его господина к нему изменится в лучшую сторону. И он не ошибся. А пока Кикучи крепко уснул в этих объятиях, забыв о тревоге и беспокойствах.