Мне не всё равно

Люцифер рассекал накалённый воздух шестью крыльями. Кровавые облака были окрашены в золотой. Дело дрянь: битва в Отеле уже началась! Он должен успеть вовремя, пока не стало совсем жарко… Пролетая над «Хребтом Дьявола», падший опустил взгляд: его место всегда внушало ужас. Даже у Короля Ада были свои страхи. Вдруг послышался вскрик. Острые скалы закончились, открывая вход в пещеру. Люцифер глянул вперёд: за милю был видел Отель Хазбин; демоны храбро отбивались и пока что одерживали вверх. Он должен был проверить, что за невообразимые пытки происходят внизу. Если это новая угроза, пострашнее экзорцистов? Если ангелы нашли другой способ добраться до его семьи? «Держись, Чарли, я скоро» - попытался мысленно передать послание своей дочери Король Ада. Он спикировал к земле и приземлился у разломленного входа. Пещера была мала и не глубока. В углу, прижавшись к холодным камням, сидел демон. Дыхание сбито, грудь рассечена и тёмная кровь лилась небольшими струйками по открытому торсу. Аластор испепеляюще смотрел на ангела. – Решил не помогать дочери? – голова демона откинулась на каменную стену, он закрыл глаза. Люцифер не стал терять времени зря. Он быстро преодолел расстояние между ними и присел на колени перед раненым. Аластор бросил презрительный взгляд и снова закрыл красные глаза, которые до сих пор были ослеплены ударом первого человека. – Адам… – только и сказал Люцифер, рассматривая глубокую рану. – Да, – выдохнул демон. Голос был хриплым, но уже без злобных ноток. – Я убью его. Аластор ухмыльнулся: – Пожелать удачи? Люцифер проигнорировал подколку и приложил руку к груди Аластора. Тот вскрикнул сквозь зубы и схватил ангельскую руку, но заклинание уже начало действовать… Точнее, должно было… не сработало. Почему не заживает?! Красные зрачки Дьявола бегали из стороны в сторону. Надо было спешить, но кинуть его он не мог… Или мог? Кто этот демон вообще для Короля Ада? – Иди. – Тогда, ты умрёшь, – Люцифер должен что-то придумать. Давай же! Что, нет идей?! – Тебе как будто не всё равно, – Аластор сильнее сжал тонкое запястье. Их глаза встретились. Демон больно вздохнул. Железный вкус появился во рту. – Я буду в порядке, – уверил он существо, чьи светлые волосы никак не сочетались с адским миром, – А вот Чарли… Ангел прищурился. – Ей нужна помощь, Люцифер, – Аластор прикрыл уставшие глаза. Тело ныло от побоев и свежих невидимых швов. Тени только начали зашивать, а тут явился он. – Дай слово, – падший взял демона за подбородок и заглянул тому в душу, – Пообещай. Чтобы, когда мы встретимся, ты был в порядке. Секунда молчания, и ангел встал с колен: Аластор не отпускал запястье и перехватил руку ангела, взяв чужие пальцы в свои: – И ты тоже: что всё останется, как и было раньше, – он сам себе не верил. – Договорились. Время ускользало. Нужно идти. Нет, лететь с бешенной скоростью. – Тогда, и я обещаю, – прошептал демон и их пальцы разъединились. Ослабленная рука упала на землю, оставив на белоснежных ногтях ангела красные разводы. Сквозь закрывающиеся веки он увидел, как три пары крыльев поднимают блондина в воздух.

……………………………………….

Битва за Отель была выиграна. Все вздохнули с облегчением, или почти все… Они сдержали обещания: Аластор вернулся в Отель без ссадин, а Люцифер старался вести себя так, как будто ничего не было. Их взгляды пересекались, наэлектризовывая атмосферу отеля, и отдалялись в свои покои. Две башни отеля Хазбин: яблоко и радиостанция, специально расположенные подальше друг от друга. И их жильцы, избегающие любые встречи друг с другом. Здесь не нужно много говорить, весь всё даже чёрту будет понятно: они приглянулись друг другу. Даже немного смешно… Что аж до милоты забавно смотреть на их тщетные попытки отвергать чувства. Хотя, постояльцы отеля, похоже, ничего не замечали: были другие дела и новости. Например, ничего что тот змееподобный влюбленный грешник сейчас нежится в раю? Как бы это в порядке вещей, да? И новость еще хуже: поди всё решает любовь? А если Аластор откроет свои упрятанные чувства и попадет в это поистине ужасное место, называемое Раем? Тошно представить. Бо-оже. Поэтому на странные признания в любви соседи не реагировали. Это и к лучшему. Ведь – наконец-таки! – они стали ближе проходить около друг друга в коридоре, ближе и сильнее дышать в затылок и задевать, якобы ненароком, мягко, но с нажимом, чужую руку. И всё это было таким… Лёгким. Незаметным. Их навязчивые движения стали приводить в тупики и повторяться. Пока один из них не сделал первый шаг. Главный шаг. Демон размеренным шагом шёл до своей комнаты. Стук каблуков эхом разлетался, точно осколки, по стенам нового здания. Гладкие лакированные стены поддавались и принимали на себя все колкости этих звуков, донося их до покоев Короля Ада. Тот мог узнать этот шаг среди тысячи других и стал прислушиваться. Вдруг стук прекратился около двери, ведущей прямо к нему. Люцифер тихо встал со стула и босиком, аккуратно, приблизился к двери, ступая копытцами по холодной плитке. Падший прислонил ухо к двери. Казалось, что сердца двух обеспокоенных душ отбивают одну и ту же мелодию. Но сердце ангела было неумолимо. Ему стало больно, и Люцифер отпрянул. Последними оторвались от поверхности тонкие пальцы, на вытянутой руке все ещё тянувшиеся и стремившиеся притянуть сквозь деревянную границу обладателя такого же разгорячённого сердца. Король сделал шаг назад, и нежные оленьи уши уловили этот акт поражения. Вот он! Сдался под напором чувств! Непреклонный король… Аластор понимал, что сам нарушает обещание, которое предложил Люциферу. Но он не может так больше. Он должен знать. Если между ними что-то есть, то пусть это решиться сегодня ночью. Если нет – он отступиться. Уши прижались к голове, глаза отдали жадностью и испугом. Красный цвет их пожирал ручку двери, и все тело сковало путами. Есть только один шанс открыть эту проклятую дверь. Аластор слышал, как ещё одно копытце коснулось плитки, отдаляясь. Небрежный шелест. Кое-кто запустил руку в жирные от пота волосы. О! Как ему хочется прикоснуться к ним, пропустить через пальцы… белоснежные, как и божественная кожа. Всё ещё скованный своим испугом, Радио-Демон отогнал сладкие мысли и растворился в тени, закрываясь от жгучего и сбивающего с толку света ночников. Он исчез и появился во мраке неизвестной комнаты. Люцифер, стоящий спиной и взявшийся за хрупкие золота волос, упирался безнадёжным взглядом в пол: он не знал, что делать, а если… Но ничего уже и не нужно, дорогой… Всё сделали за тебя. Тень с ухмылкой приоткрыла дверь, впуская линию яркого света из коридора и давая ангелу увидеть силуэт демона. Медовые глаза вспыхнули в испуге и тайном восторге. Кровавые зрачки прожгли грудь и улыбку Аластора насквозь, пока тень, беззвучно и не ощущаемо, повинуясь первым мыслям хозяина, заковывала владыку в крепкие цепи. Люцифер пристыл к месту, не зная, что сказать. Бежевая рубашка промокла от пота, а ноги, заплетаясь, не хотели удерживать ангельское тело на месте. Шаг, и Люцифер с силой упёрся поясницей в резной стол. Ау! – зажгло от боли. Тело обмякло, и ноги подкосились, пальцы слабо впились в дерево: лишь стол удерживал его от падения. Он, словно загнанный в угол зверь. Бежать не куда. Но и не хочется. Так приятно ощущать себя пойманным… Сдавливающее ощущение подало сигнал в одурманенный разум. Люцифер заворожённо наблюдал, всё с той же беспомощностью, за своим пленением. Тень подарила прощальную зубастую улыбку и, облизнувшись, исчезла в тёмном углу. Цепи блеснули золотом в красном свечении. Чёрт!.. Аластор сделал пару смелых шажков под пристальным взором. Они находились на расстоянии в полметра. Ангельское Тело пробивала дрожь, и демону так хотелось успокоить его поглаживанием и поцелуями. Люцифер заметил внимательный взгляд на своей талии, невидимой сквозь рубашку. Рука было потянулась к слабым пуговицам, как её одёрнули, и обе руки взмыли вверх под натягом цепей. Тень вернулась, цепляясь за стену, и усмехалась над владыкой Ада. Аластор зло зыркнул в её сторону: он - мой. Теперь ничего не должно было останавливать его. Передав мелким теням микрофон, Аластор снял пиджак и жилет, небрежно кинув в сторону демонят. На нём осталась лишь белая льняная рубашка и повисший распущенный бант. Во рту слюна не знала куда деваться, а сердце под ударами разрывалось на части. Ничего, зашьем. А Люцифер, не дыша, заворожённо наблюдал за этим. Демон приблизился ещё на шаг. Оставались некие дюймы. Горячие дыхания обдавали лица, заставляя ещё сильнее вспотеть. И за всё это время ни одно слово не удосужилось объяснить происходящее. А нужно было? Сколько времени всё шло к этому? Сколько дней они терпели и сколько потеряли? Ноги онемели. Руки дрожат. Как неловко. Наконец, Люцифер опять было потянулся к нему, но ошейник не дал свершить задуманное. Застонав, он издал первый звук, что наполнил уши началом блаженной мелодии, которая будет ещё долго звучать сегодня ночью. Аластор жадно впился взглядом с пуговицы, затем поднял, прикупил губу и посмотрел прямо в медовые глаза. Они оба хотели этого. Одним порывом он схватил владыку за талию, сминая мешающую ткань, подтянул когтем подбородок и жарко припал к высохшим губам. Он держал голову Люцифера и запустил алые пальцы в струящиеся локоны волос. Язык проходил по белоснежным губам. О, это поистине неземное чувство. Губы... Горят. Нехотя отпустив, Люцифер, закрыв глаза, снова потянулся за отдаляющимися губами, шею охватила новая боль. Ошейник щемил нежную кожу, отчего он поморщился. Аластор, заметив это, припал к шее с новыми поцелуями. – Мм… – ангел не мог сдержаться... Как приятно! Боже, он готов был снова упасть в ад, лишь бы это не прекращалось... и чтобы продолжалось и перерастало в нечто... Ошейник снова натянули, отчего перехватило дыхание. Золотая струйка крови катилась по ключице. Красный блеск глаз, и тут же золото коснулось горячего языка. Руки были всё ещё на талии, поглаживая и успокаивая. Но тело била ещё большая дрожь. Но не от испуга. Оно требовало. Желало. Он издевается? Чего ждёт? Это невыносимо. – Ал...! – впервые назвав его так, ангел приоткрыл глаза, судорожно вздохнув, – Рубашка... Горячий выдох, казалось, опалил волосы демона; голос перешёл в жалобный хрип; воздуха не хватало. Как жарко, а ведь только что он стоял, окоченев от холода. Долго требовать не пришлось. Когти разорвали бедную шёлковую ткань, обнажая все прелести торса. Глаза демона заметались, руки прильнули к влажной коже, начав легко водить когтями и оставляя желтоватые линии. Поцелуи не прекращались. Они были везде. Спускались от шеи до живота. Люцифер дрожал и выгибал спину, запрокинув голову назад. Он наслаждался. Все движения были такими жгучими, но в душе, робкими, что хотелось вырваться из оков и показать этому демону весь свой опыт. Но эта жажда только усиливала терпение. Люциферу нравилось, как Радио-демон издевается нам ним, смакует момент. Это придавало моменту нежность. Никто не хотел использовать ни того, ни другого, как жалкую игрушку для развлечения. Они равны… Только один не может пошевелиться, но это так забавляет. Горячая влага от языка ощутилась на животе. От чего Самаэль закусил губу, чуть не до крови, но не смог заглушить стон. Он так давно не испытывал этого. И сейчас он отдастся полностью… Пальцы Аластора поднимались вверх, скользя по бокам. Пройдясь по плечам, разминая и поглаживая ослабленные руки владыки и языком приходясь по изысканным ключицам. Каждое прикосновение было ожогом. Люцифер перекатывал голову от плеча к плечу, захлёбываетесь в сладостных ощущениях. Кисти трепетно сжались в кулаки над головой, когда кончик языка коснулся алого соска. Люцифер не мог говорить. Он задыхался. Казалось, он утратил все способности ангела, когда впустил демона в свои покои. Ох, какая прекрасная ошибка! Алые волосы были смяты, верхние пуговицы рубашки расстегнулись, обнажая широкую грудь. Ладони ныли от бесконечного трения по гладкой коже, в которую так и хочется впиться зубами и потерять сознание, захлебнувшись золотой горячей кровью. Уши прижимались к голове при каждом вздохе владыки, а хвост невольно вставал дыбом. Аластор понимал: Люциферу недостаточно простых поцелуев и жарких прикосновений. Напоследок, одарив соски прикосновением губ, Аластор запустил когти в искрящееся на свету волосы и закончил эти мучения длинным любовным поцелуем. Пора идти дальше… Хватит с него этих нежностей. Находясь в эйфории, Люцифер не замечал, как болит голова от чуть не выдранных волос, и как кровь тонкими манящими струйками капает на пол с растерзанной кожи от цепей. Было больно вот так болтаться в бессилье, когда тебе опора только мебель позади и горячие руки партнёра. Невероятное ощущение покорности. Закрытыми глазами он не видел, как сдирают обрывки рубашки. Лишь звуки ломающихся нитей где-то отдалённо заглушали блаженные вздохи. Он боялся вдохнуть полной грудью, спугнуть момент… Крепкие пальцы ухватились за бёдра, приподняв Люцифера и рывком усадив на стол. Любовный всхлип от растирающих движений по бёдрам сопроводил томные звуки падающих канцелярских вещиц. Руки сжали талию и увели блаженство за спину. И дальше скользнули под ненужные сырые ткани штанов. Прогнувшись, пытаясь пододвинуться ближе и направляя руки, Люцифер представлял, как сминается кожа на его ягодицах, и медленно ладони опоясывают таз. И всё это подкрепляется тёплым дыханием в шею. Тень, прищурившись, наблюдала и не спускала глаз. Как противно. Она стягивала наручи и ошейник крепче, и при удобном случае, при случайно ворвавшемся звуке, хотела завязать рот податливому ангелу, чтобы хозяин смог насладиться действом сполна, и ему не мешал глупый ненужный трёп какого-то пернатого. Но Оверлорд был другого мнения. Он прочитал мысли своего теневого «я» и назло дотронулся губами уголков рта Короля Ада, а после заставил тень сгинуть прочь под вой боли. Ангельская кровь сделала Радио-Демона сильнее приверженцев сделки. Ухмыльнувшись на то, как густая тень затыкается в угол и устремляется бегством в окно, поджав олений хвост, Аластор поймал концы золотых цепей, небрежно брошенных в приступе боли. Он разорвал оковы со слабых рук и притянул ошейник к себе. – Вот вы и попались, Ваше Величество… На удивление Люцифера, только ещё осознавшего свободу рук, в голосе Аластора не было привычных радиопомех. Это был мелодичный альтовый голос, так приятно гладивший перепонки ушей и ласкающий эхо покоев. – Разве я убегал? – подняв голову, Люцифер посмотрел в широко раскрытые глаза демона. Ответа не последовало. Люцифер закинул руки на плечи любимому и размял кисти, пока тот слизывал кровавые подтёки на предплечьях Короля. – А я всё думал, когда ты уже сможешь приструнить свою сучку… – Люцифер насмехался над зависимость Аластора своей тенью. – Заткнись! – мягко шикнул мужчина, - Или ты хочешь снова быть прикованным, а, дорогой? – он взял в охапку золотые локоны и приблизившись совсем близко, прошептал, опуская свободную руку на бедро, – Или ты хочешь прекратить… Партнёр застонал, облизываясь и, хотя потянуться назад, но цепь на шее не желала отпускать драгоценное тело не на дюйм. – Размечтался, – съязвил ангел и обхватил ногами стройную талию. Он медленно расстёгивал каждую пуговицу рубашки Оверлорда, поглаживая ткань и дотрагиваясь пальцами пепельной кожи. Вылизывая каждый шрам. Спуская ткань всё ниже и ниже. – Как-то мы сбавили темп, не кажется? – уши Аластора были прижаты. Он никак не ожидал, что прикосновения нахлынут так быстро и будут насколько… приятны? – Заткнись, – теперь шеи горели у обоих. – Может уже… – Чш... – Люцифер приложил палец к губам мужчины и поцеловал, тихо заводя руку за волосы. Другая рука потянулась к бедрам демона, без резких движений, расстегнув ширинку штанов. Тело Аластора напряглось. – Чш… – любовно повторил ангел, положив руку на нервно воздымающийся живот. Губа партнёра была разорвана, и в нос падшего попал железный запах. Он поднял голову и аккуратно слизал демоническую кровь. Пытаясь отвлечь Аластора тягучим поцелуем, Люцифер медленно стал снимать оставшиеся одежду. Губы утопали, обволакивались чужим ртом. Демон ещё сильнее впился когтями в холодную цепь. Он продолжал разминать белоснежную кожу на бедрах и одним незаметным движением расстегнул штаны владыки. – Стой, – жалобный крик Люцифера жёстко прервал его. Тот к закрытыми глазами мучительно проговорил: – Кровать… Остатки ошейника валялись на полу, когда Люцифер обвил демона, и тот перенёс ангела на холодные простыни постели. Люцифер медленного перебрался на середину кровати, взглядом завлекая Аластора следовать за ним. Он растянулся на постели, сминая ткани и перебирая ногами. Давай же, Ал! Он долго не стерпит. Демон оказался сверху. Люцифер блаженно закрыл глаза и впился когтями в мягкие пуха тканей, когда Радио-демон прижался губами к животу, а после нежными движениями снял остатки одежд. Всё тело пульсировало, согревая постель. Люцифер хотел прикоснуться, подняться, но когтистая рука прижала его к подушке, вызвав сдавленный стон. – Мне всё же придётся тебя привязать, – с искрой в кровавых глазах сказал Аластор. Цепи окутали руки ангела и притянули к изголовью подушки. А руки демона, издеваясь, прильнули к пояснице. Они спускались ниже. И вот пальцы коснулись напряжённого органа. Нетерпеливый стон. – Тише, Ваше Величество, – Аластор усмехнулся про себя. Один палец раздвинул стенки, второй. Смазка была призвана магией. Люцифер протяжной охнул, когда член полностью погрузился в него. Он судорожно закрыл глаза. – Мм, – толчки бёдрами усиливались. Аластор насел на него, наклонился ближе, положив свободную руку на грудь. – Тише, дорогой, – прошептал демон. Ещё толчок, и это был последний его вздох. Он кончил. Захлёбываясь блаженством, Люцифер ощутил прилив кипятка, распространяющего по телу. И одновременно опустошение внутри. Аластор отпустил пульсирующий орган и снова одарил ангела поцелуями, массируя бёдра, плечи, ключицы. Он немного раскусывал кожу и слизывал кровь щекочущим языком. А Люцифер извивался под ним, больно натягивая цепи. Вдруг оковы пропали. Аластор помог ему перевернуться на живот и провёл пальцем по всей длине позвоночника, вызвал невероятным импульс по всему телу ангела. Взяв красивый таз свои руки, Радио-демон приподнял его. Он нежно гладил пальцами живот и бока. Смазав проход, и он сделал первый толчок. Член приятно сжимали чужие ягодицы. Внезапно появились крылья и демонический хвост, который тут же дрожа поджался к телу. Три пары крыльев попеременно вздымались и взъерошивали воздух с каждым толчком, пока оба партнёра не пришли к оргазму. Люцифер порвал руками и копытами все простыни, издав победный вскрик. Когда так Аластор закрыв глаза и придался долгожданному моменту. Люцифер медленного опустился на ткань и тихо начал дышать, всё ещё пытаясь прийти в себя. Аластор прилёг рядом и погладил волосы. Лицо ангел спрятал в локтях: он в тайне улыбался, но Аластор и так это знал.

…………..........

Это была прекрасная ночь. Здесь не нужно говорить лишнего. Это было невероятно. Люцифер лежал на груди у демона, прикрыв глаза и наслаждаясь теплом, что лилось по всему телу. Одеяло отдавало жаром. Душно. Все простыни смяты. И как приятно слышать биение другого сердца рядом со своим. Он был совершенно неподвижен, только изредка менял положение головы. Аластор гладил золотые локоны, гибкую скину и плечи. Нет слов. Ангел привстал и потянулся к нему. Без лишних слов ему был подарен поцелуй. На этот раз немного короче: сил почти хватало. Аластор тоже хотел привстать, но владыка уложил его обратно. – Чш... – поцелуи покрыли широкую грудь, – Ты же понимаешь, что из-за тебя я нарушил обещание. Аластор ухмыльнулся: – Скорее, это был я, но раз уж ты берёшь вину на себя… Люцифер ахнул. Он серьёзно?! Чёртов демон! – Ну уж, не-ет. Ты виноват. Тебе и платить, – Блондин затянул его в долгий поцелуй, переплетая их пальцы и сжимая до побеления костяшек. Аластору придётся привыкнуть к этому. Но позже. Ведь это только первая ночь, среди тысячи, что им суждено провести вдвоём. Он повернулся на бок и прижал к себе Люцифера. Тот уткнулся в мягкий мех. Им так хотелось спать. Но ещё больше не отпускать друга, даже в объятия сладостного сна. Радио-Демон посмотрел на золотой клубочек у себя на груди. Люцифер был меньше ростом и, казалось, возрастом тоже. По непонятным причинам, Аластор ощутил себя подростком, который первый раз ощутил приток любви и в первые испытал блаженства секса. У него этого не было раньше. Подростковая жизнь была сущим Адом. А сейчас... Если он назовёт это Раем, то оскорбит эту ночь. Они оба ещё молоды. Для Ада даже возраст Короля ничего не значит. Аластор ещё раз глянул на сексуального блондина, мило сопящего рядом, прежде чем прикрыть глаза: – Обещай, что это перерастёт в большее, чем просто секс, – он уткнулся носом с золотые локоны и ещё сильнее прижал к себе ангела. Тот сжал его руку: – Это всегда было большим и будет, если до тебя ещё не дошло, чёртов ты придурок. Про себя они ухмыльнулись. В аду наступал новый день, не подозревая о новом грехе и искрящемся счастьи в королевских покоях.