Шагающее пламя

Ветер катал перекати-поле и несколько шариков скопилось у стоянки, приближался закат, за которым следовало вечернее шоу. Соседи разминались перед танцем. В наш шатёр доносились их разговоры и ритмичное дыхание, перемежающейся махами и позвякиванием цепей пои. Запах керосина разливался, файерщики уже готовили чаши и пропитывали губки. Кто-то поругиваясь приводила в порядок дреды. Судя по отражению голоса, она сидела перед большим зеркалом, напротив входа на их стоянку. А исходя из подбора слов, я делаю вывод, что дреды у неё давно и доставляют немало сложностей. Думаю, персона скоро их сбреет к чёртовой матери. Пустыня охлаждалась, скоро начнут появляться её обитатели и надо закрыть москитную сетку и достать тёплые вещи. Я поднялась и лёгкий беспорядок открылся мне во всём великолепии. До нашего выступления остались сутки, надо сказать ребятам, что всё должно быть в порядке к началу шоу. Свернув коврик, на котором лежала, я убираю его в фанерный сундук на колёсах. Люминесцентные надписи уже светятся рыжим и светло-зелёным. Мы расписывали его в конце тура по Балканам и были ооочень усталые, так что теперь едва ли кто-то скажет, что именно на нём изображено. Похоже на абстрактные разводы, перемежающиеся тонкими чёрными росчерками. Достаю и натягиваю мягкую флиску с покатым вырезом и наматываю поверх неё шарф, оба они служат мне ещё с тех далёких времён, когда кружевной театр был ещё мечтой. Флиска хранит на рукавах отметки искр с множества местных и зарубежный фестивалей, а ведь её путь начался на огромной раскладушке Уделки, где мы понравились друг другу. Слегка попинав песок, чтобы он не слишком забивался внутрь, я покидаю шатёр, который проводил меня взвизгиванием закрывающейся молнии. Надо уже озаботиться хорошим тентом. Посоветуюсь на этот счёт с командой. Клара как раз составляла список для закупки. Звук вчера не работал и ещё узнать бы, встанут ли купленные колёса от фэтбайка на наш велосипед... Ладно, отдохну. Прочь, деловые мысли, я тоже здесь отдыхаю. Несколько глубоких вдохов рёбрами, расслабляюсь. Думаю, дойду до главной сцены, там сегодня обещали какую-то особенную программу. Улица если это слово будет уместно, ведущая к сцене освещалась кострами к чашах, размерами с крупный таз. У меня бы руки не сошлись обхватить такую. Стоянки зазывали мигающими гирляндами, дома на колёсах подсвечивались изнутри переливающимися огнями, где-то напоминающими северное сияние. Над всем великолепием фестиваля небо окрашивались в зефирные цвета, розовый, белый, голубой, дальше от горизонта уже показывались звёзды, а закатное солнце напоминало невероятно пахнущую золотую дыню, только что с бахчи. Запах благовоний, сжигаемых на ближайшей стоянке донёсся до меня, Наг Чампа, сладкая, с приятной остринкой. Зайду туда. На стоянке, под крышей сплетённой из каких-то веток в окружении небольших барханов, собралась приятная компания, музыканты с гитарой, виолончелью и флейтой, и человек десять слушателей, фургон стоял в темноте, и пришедшие туда освещались лишь свечными фонариками, свисающими с плетёной крыши. Тёплые блики обнимали лица и отражались в блестящих деталях костюмов. Замечаю нашего техника в дальнем углу и обойдя компанию по краю, приваливаюсь к песочной «стене». --Привет! Наслаждаешься музыкой? --Да, здесь ещё стихи читали великолепные, я аж прослезился. --Хорошо, я пришла тебя немного отвлечь, если ты не против. --Да, сюда я тоже не за стихами пришедши, на самом деле. Попросили помочь с генератором. Фестивальный техник умотал куда-то, а эта модель давно снята с производства. --Значит, они не по причине экономии в темноте сидят? --Да, не очень-то по доброй воле они эти фонарики сделали. Но, симпатично получилось. --Шикарно вышло! Я рада что тебя нашла, хочу, чтобы ты посмотрел звук у нас на стоянке. Можно и завтра, главное до прогона успеть. --Буду, обязательно. --И приберись, пожалуйста в шатре, завтра он нам понадобится. --Конечно, всё сделаю и остальным скажу. Отдыхай, завтра будем трудиться. --Отлично! Музыка, которая плавно разворачивалась в течение нашего разговора успела завершиться, возникла какая-то заминка и пока на стоянке обосновалась уютная воркующая тишина, чуть разбавляется шёпотом и смехом, как будто никому не хотелось её нарушать. Я раздумывала, не рассказать ли сказку, вспоминая как по-английски будет то или иное слово, как вдруг... --Смотрите! Он идёт! Громадный! Как он двигается? Что происходит? Тишина была прервана сильным треском пламени, громадная жёлто - оранжевая фигура с колеблющимися контурами медленно пересекала фестиваль. Вся стоянка столпилась у входа и наблюдала. Статуя ставила ноги на песок и в тех местах расцветали рыже - чёрные горящие стеклянные цветы, похожие на бархатцы. Я поёжилась и только сейчас почувствовала, как похолодало. Надо было ещё пару свитеров надеть и термобельё. Смотри - ка, получилось отдохнуть и рабочие мысли совсем в голову не лезут. За пламенеющей фигурой бежала группа, одетых в чёрное женщин. Я их узнала, это наши соседки - ведьмы, они стоят справа от лагеря, а файерщики через дорогу. Только, их лидерки не видать, хотя, она наверняка скоро узнает, что тут громадный костёр погулять вышел. Просочившись сквозь музыкантов и слушая, как гитарист недоволен соседством моих ног и его гитары и догнала ведьм. Раз они так озабочены, значит, наверняка знают, что стряслось и ищут решение. Одна совсем молоденькая девушка плакала, я подошла и спросила, можно ли её обнять. Она кивнула, сбитая тёмная фата и помятые белые цветы на высветленных волосах съехали чуть в сторону. --Это моя вина, я подумала, что то дрова и это дрова. Когда мы проводили обряд, под действием оказались дрова для общей статуи и теперь, они попали ему в голову и оживили! Она залилась слезами. Протянув ей носовой платок, я обняла девушку за плечи и стала утешать. --Пока, вроде бы ничего кроме статуи не горит, вы наблюдаете, паники нет, этот Burning Man точно всем запомнится. Если вы правильно это используете, ваша группа может отлично прославиться. --Правда? --Конечно. Смотри, как всё аккуратно себя ведут, не подходят, только смотрят. И само зрелище просто восхитительное, я бы многое отдала, чтобы на наш спектакль так смотрели. Пойдём, догоним ваш ковен? Мы отправились, ходьба и близость к такому источнику тепла согревали и я перестала мёрзуть. Лия, как выяснилось, вступила в ковен совсем недавно, но мероприятия бёрнеров посещала часто. Когда я заверила её, что такая история точно произведёт впечатление на других ведьм, мы уже догнали группу. Они неплохо организовались, несли вёдра с водой, благо фигура шагала плавно и наблюдали по двое с каждой стороны, чтобы искры не падали на тенты и инсталляции. --Скоро всё закончится, сообщила нам старшая ведьма, когда поленья, участвовавшие в обряде сгорят, фигура рассыпется. Самое главное, чтобы это произошло за пределами лагеря. К тому моменту мы почти добрались до края полумесяца, образованного стоянками. От шагающей фигуры начали отваливаться поленья. Ведьмы посовещались и обогнали её. Они увидели широкий проход, ответвляющийся от главной улицы и двинулись туда. Лидерка, её зовут Вий, что меня позабавило, улыбнулась, зажгла рыжую свечу, от которой пахло соевым воском и начала что-то нашёптывать, вслед за ней остальные сделали так же. Мне свечу не дали и я начала молиться, чтобы у них получилось, пройдя за группой. Какое-то время мы стояли под огромным звёздным небом, концентрируя нашу волю и моля высшие силы, чтобы пламя к нам прислушалось. Фигура замерла и двинулась к нам, чуть ускорившись, пошатываясь и уронив пару поленьев в областной близости от растяжки жёлто - зелёного люминесцентного шатра, развалилась метров через двадцать. Сноп искр брызнул в сторону высоченного неба. Мы, обессиленные упали возле костра.