Ты развей душу, она все равно останется жива.

Се Лянь прильнул к холодным губам демона, закрыв глаза. Его тело в миг наполнилось бурлящей энергией, усталость быстро пропала. Принц отстранился от Хуа Чэна, лёгкий румянец появился по его щеках. Ухмылка не сползала с уст князя демонов, когда тот наклонился к принцу. — Попробуй ещё раз, гэгэ, у тебя обязательно получится победить его, — Заверил демон, затем отстранился и наследный принц направился к Безликому Баю. Чуть сгорбившись, Се Лянь пытался отдышаться, когда Безликий Бай сидел на земле, опустив голову. Принц поднял взор к Хуа Чэну и сразу заметил неровную поступь того. Наследный принц сразу же ринулся на встречу демону и коснулся губ демона своими собственными, отдав ему оставшуюся духовную силу. Что бы было, если бы Се Лянь помедлил хоть на минуту? Отстранившись от князя демонов, он опустил взор на рукава красных одежд, будто знал, что Хуа Чэн мог исчезнуть. Удостоверившись, что с демонов все хорошо, он перевел глаза на место, где раньше находился Безликий Бай, но оно уже было пусто. Сердце будто пропустило удар, принц стал оглядываться по сторонам, дабы найти пропавшего врага. По возвращению в Призрачный Город, потерянный из виду Бай так и не нашелся, он как будто сквозь землю провалился. В то же время Се Лянь и Хуа Чэн были в храме Тысячи Фонарей, демон тренировался в каллиграфии. Сделав пропись для князя демонов, Се Лянь отложил кисть в сторону и повернулся к Хуа Чэну. — Можешь приступать, — Сказал наследный принц, в свою очередь Хуа Чэн нехотя взял в руку кисть, начав писать на бумаге изогнутые иероглифы. Написав всего три иероглифа, демон повернулся к принцу. — У меня уже в глазах рябит от них, — Начал было жаловаться князь демонов, когда принц прикрыл свои глаза. — Не придумывай, ты почти неделю не писал, — Ответил принц, чуть подтолкнув демона локтем, говоря о том, что нужно продолжать. Хуа Чэн досадно вздохнул, с неохотой начав писать дальше. Выведя три четверостишия, демон отложил в сторону кисть, сжав руку в кулак. Заметив, что князь демонов не намеревался продолжать писать, принц вздохнул и положил руки на плечи демона, притянув его к себе. Хуа Чэн довольно ухмыльнулся и перевернулся на живот, обхватив руками талию принца, прижимаясь к нему. Демон закрыл глаза и расслабился в объятиях принца. Спустя время, Хуа Чэн нехотя отстранился от принца и они направились в зал, дабы переодеться в обычные одежды. Те направились на выход из города, дабы остаться наедине и отдохнуть от вечных голосов демонов. Наконец принц и князь демонов вышли из Призрачного города на небольшую прогулку по горным тропам. Демон держал за руку принца, сжимая ее в своей ладони, будто боялся потерять его. Се Лянь шел рядом, что-то бурно рассказывая, как вдруг ощутил пустоту в ладони. Он сразу открыл глаза и перевел взор на место, где недавно с ним рядом шел Хуа Чэн. Его зрачки расширились, а сердце бешено застучали в груди. — Саньлан?.. Саньлан! — Принц стал звать демона, но никто не отвечал. Его руки задрожали, когда он боковым зрением заметил белую фигуру в деревьях. Се Лянь тут же повернулся к нему. И кто стоял перед ним? Безликий Бай, который пропал на 3 года после битвы на мосту! Сзади него он заметил демона в красных как клён одеяниях, который стоял неподвижно и не говорил не слова, лишь виновато смотрел на принца. — Сяньлэ, как же вовремя ты появился в нужное время и в нужном месте! Добыча сама пришла охотнику в руки! — Ехидно проронил демон в белых одеяниях, выражения лица его не было видно, его скрывала маска, но Се Лянь точно знал, что демон улыбается. — Чего ты хочешь? — Выдавил принц, пытаясь выровнять сбившиеся дыхание, он стиснул руки в кулаки, пытаясь унять нарастающую дрожь. Бай хихикнул и склонил голову на бок. Улыбка под маской померкла. — Мести, — Просто ответил демон. Глаза принца расширились, когда тот со страхом поднял взор на него. — Тогда отпусти Саньлана, ты можешь мстить мне, но не трогай его! — Дрожащим голосов воскликнул принц, переведя испуганные глаза на князя демонов. Тот лишь прищурил единственный глаз, явно чувствовал себя виноватым, из-за того, что попался в руки Безликого Бая. — Это и будет месть именно тебе, — Улыбаясь проронил демон в белом, когда достал сосуд из своего рукава. Зрачки Хуа Чэна расширились, он вскинул брови, будто знал, что в руках у Бая. Принц же, в свою очередь, вопросительно выгнул бровь, с опаской изучая сосуд в руке у демона. Будто прочитав мысли принца, Безликий Бай улыбнулся под маской. — Сяньлэ, это прах твоего Саньлана, — Хихикнул демон в белых одеяниях. Сердце нашлось в груди у принца, когда тот уставился на сосуд в руках того. Слова сами застряли в горле у принца, он не мог сдвинуться с места, дабы не спровоцировать демона. Воспользовавшись моментом, Безликий Бай поднял вторую руку и снял крышку с сосуда, открыв ее. Расстояние между Се Лянем и Баем было меньше одной ли, поэтому заметив поспешные действия демона, принц ринулся с места. Демон в белом ухмыльнулся и наклонил сосуд вниз, из-за чего прах в свою очередь, высыпался из него, развеявшись в вечернем воздухе. Поскольку принц был уже достаточно близко к Хуа Чэну и Баю, он хотел было перехватить сосуд, дабы душа князя демонов не развеялась на ветру. Слезы хлынули сами собой, когда принц упал на колени на месте, где недавно стоял демон в красных одеяниях. Сотни бабочек вспорхнули в воздух вокруг принца, освещая вечерние сумерки своим серебряным свечением и тут же пропали. Наследный принц схватился на голову, послышались громкие всхлипы, а с губ срывалось лишь одно имя. Безликий Бай уже давно пропал, наследный принц остался сидеть в полном одиночестве. За исключением призрачного огонька... Красный огонек подлетел к принцу и попытался потеряться о спину, голову, руки принца. Се Лянь не сразу заметил того, лишь спустя время он поднял голову и увидел огонька. — Саньлан?.. — Тихо проронил принц и протянул руку к тому, огонек попытался опуститься на пальцы Сяньлэ, но прошел сквозь их. И почему душа князя демонов не развеялась полностью? Все очень просто - человек, которого он любит всем сердцем, ещё дышит. После того злополучного дня прошла неделя. Се Лянь находился в храме Тысячи Фонарей. Сидя около стола, где находилась бумага и письменные принадлежности, принц разглядывал прописи, осматривал каждый кривой иероглиф, слезы сами собой хлынули по щекам. Он отложил бумагу в сторону и закрыл лицо ладонями, всхлипывая. Он сгорбился, его тело сильно задрожало. Сжав кулаки, принц схватился за голову, стаскивая в руках темные длинные волосы. Яркий красный цвет мелькнул рядом с ним, когда Се Лянь заметил его боковым зрением. Он поднял на него заплаканные глаза, а сам огонек подлетел к принцу ближе. — Его высочество, не волнуйтесь, я обязательно вернусь, — Послышался голос от огонька, яркий красный свет вспыхнул и душа князя демонов испарилась из виду. Он верил, что Хуа Чэн вернётся, верил всем сердцем, надеялся на чудо, и не зря. За два дня перед битвой демонов, незнакомец вошёл в Призрачный город. Принц ходил по улицам, не зная куда идти. Юноша подошёл к принцу и коснулся его плеча, а сам Се Лянь вышел из забытья и вздрогнул, обернувшись к незнакомцу. Наследный принц хотел было отшатнуться от него и ринутся по улицам, но юноша схватил его плечо, стиснув его в ладони. — Кто вы?.. — Промямлил принц, ошарашенно смотря на незнакомца широко распахнутыми глазами. Незнакомец улыбнулся и вскинул брови, это напомнило принцу о Хуа Чэне, из-за чего тот отвёл взгляд в сторону, сжав кулаки. — Ваше высочество, помните я говорил, что вернусь? — Ответил юноша, ожидая реакцию принца. Вспомнив тот день в храме Тысячи Фонарей, зрачки Се Ляня сузились, а сердце бешено застучали в груди, отдавая в уши. Что-то подсказывало, что перед ним стоял его Саньлан. Принц поднял взор на юношу и ринулся к нему, прижавшись. Он обхватил плечи того, уткнувшись лицом в плечо юноши. Саньлан слегка пошатнулся, но устоял на месте и обнял принца в ответ, уткнувшись лицом в шею Ляня и вдыхая аромат волос. В уголках глаз принца появились накатывающиеся слезы, его тело легко задрожало. — Его высочество, скоро на горе Тунлу будет сражение между демонами, я пойду туда, вы оставайтесь в Призрачном городе, — Проронил юноша, не отстраняясь от принца. Се Лянь кивнул, не в силах отпрянуть от Саньлана, будто они не виделись года два. Настал день сражений. Выйдя на горную тропу, Саньлан забирался вверх вместе с демонами, которые шли впереди. Его запах человека скрывали конфеты из Призрачного города, дабы демона не распознали в нем человека. А зачем могущественному князю демонов эти конфеты? Все просто - Хуа Чэн в теле мертвого юноши. Подобравшись к подножию горы Тунлу, перед ними встала высокая стена, как в предыдущий раз, когда Хуа Чэн и Се Лянь явились на гору, дабы предотвратить появление нового "непревзойдённого". Оказавшись под деревом, юноша уселся на землю и прикрыл глаза, чуть задремав. Спустя время он проснулся от криков демонов, которые сгрудились толпой около стены. Саньлан вопросительно вскинул брови и встал, направляясь в сторону толпы демонов. Подойдя поближе, он привстал на цыпочки и заглянул в середину потасовки — в толпе демонов находился юноша, которые сгорбился и сидел на коленях, пока его тело покрывали удары ног и рук. Что-то фыркнув, Саньлан прикрыл глаза. — Уважаемые, а что, собственно, происходит? — Воскликнул Хуа Чэн. В миг на него направились несколько десятков взглядов, пока юноша в толпе демонов аккуратно поднял голову. Нечисть загалдела в разнобой. — Этот паршивей пытался отобрать у меня меч! — Выкрикнул один из демонов, который больше всех осыпал мальчишку ударами и бранью. Вопросительно выгнул бровь, он проснулся сквозь толпу и заметил юношу — весь перемазанный в крови и грязи, синяки и ссадины виднелись на открытых участков тела. Хуа Чэн оттолкнул наступающую толпу, а нечисть неодобрительно загалдела, уже указывая на самого Саньлана. Юноша фыркнул и подал руку незнакомцу на земле. Сначала тот испугался и сгорбился, будто готовился получить новый град ударов, но потом поднял голову и вопросительно посмотрел на Саньлана. — Поднимайся, — Проронил Саньлан, а юноша взял его руку и поднялся на неровных ногах. Он чуть было не упал, но Хуа Чэн успел подставить руку незнакомцу. Юноша поднялся и они вместе с Хуа Чэном отошли от галдящей толпы нечисти. В итоге Саньлана помог незнакомцу обработать раны и ссадины на его теле, а самого юношу знали — Лан Сюань. Стена в итоге пропала, а спустя четыре дня Хуа Чэн и Лан Сюань добрались до Медной печи. У самого входа в печь Саньлан передал Лан Сюаню свой меч, дабы тот защищался, а сам Хуа Чэн может защищаться голыми руками. Как только печь начала закрываться, два юноши спрыгнули вниз. Первый приземлился Хуа Чэн, когда Лан Сюань оказался рядом. Юноши оглядел темное пространство, лишь какие-то отблески света играли на гладких камнях. Саньлан насторожиться и тут же обернулся, когда с Лан Сюанем оказалась толпа нечисти, которая сгруппировались против сильных демонов или людей. Хуа Чэн подскочил к приятелю и стал вместе с ним отбиваться от кучки нечисти. Покончив с ними, они отошли в сторону и пошли дальше в темном помещении Медной Печи. С момента, когда Хуа Чэн отправился на сражение демонов прошло больше недели. За это время Се Лянь места себе не находил. Волнение и беспомощность переполняли его, он постоянно думал о том, в порядке ли Хуа Чэн в теле смертного. Вот настал 17 день после ухода князя демонов. Как обычно принц встал рано утром, сонно хлопая глазами. Пока Хуа Чэна не было, он помогал демонам и решал различные вопросы, дабы сохранить порядок в Призрачном городе по прибытию Хуа Чэна. В очередной раз решав один из вопросов связанный с Ци Жуном, он вымотался и отдал указания Инь Юю, а подчинённый ушел выполнять указ. Наследный принц совсем позабыл счёт времени, уже было под вечер. Сделав все свои дела, Се Лянь переоделся в нижнее лёгкое одеяние, как вдруг дверь в Дворец Невероятного Наслаждения распахнулась. В спешке накинув на себя даосский халат, Се Лянь вышел из спальни Дворца, как вдруг на пороге помещения стоял высокий юноша в красных как клён одеждах. Сердце бешено застучали в его груди, когда Се Лянь ринулся к Хуа Чэну. Слезы скатились с его щек, когда тот поспешно подбежал к демону. Он обхватил руками плечи князя демонов и прижался к нему, а Хуа Чэн даже не пошатнулся, обнял принца и поцеловал его в макушку. В голове принца стучало: «Я верил!»