Новое солнце

      …и такие моменты повторялись вновь и вновь.       Привыкнуть к ним было так же невозможно, как к боли проклятия. Такое же острое чувство, пронзающее до самых костей — только, в отличие от рвущих нервы сизых нитей, счастливое.       Кэйа звал Дайнслейфа к себе каждый вечер, когда был дома. Дайнслейф, конечно, хотел бы сопровождать его и снаружи… но ему уже запретили, и оспаривать запрет он не смел. Всё равно он не мог мечтать о большем — его принц позволял ему быть рядом, даже если они просто молчали, Кэйа занимался своими делами, а Дайнслейф — своими.       В один вечер Кэйа завалился в дом весь грязный и пахнущий костром и мокрой землёй. Дайнслейф, который совершенно точно не следил за своим принцем, чтоб встретить вовремя, сначала взволновался: вдруг с ним что-то случилось? вдруг тяжёлый бой? — но Кэйа расхохотался, явно довольный собой.       — Ей-Барбатос, этот патруль был — сплошное удовольствие! — воскликнул, скинул грязную обувь и прошёл напрямую в спальню. Молчаливой тенью Дайнслейф направился за ним. — Даже жалею, что тебя там не было! Хотя нет, ты б наверняка испортил всё удовольствие, — Дайнслейф чуть нахмурился. Его принц обернулся на него и, ухмыльнувшись, трепанул по волосам.       Желание хмуриться пропало.       — Ты бы вряд ли подпустил меня к этим хиличурлам в принципе, только и всего, — пояснил Кэйа, стягивая с себя накидку.       Первое время, пока Дайнслейфу было разрешено ходить за принцем повсюду, так оно и было. Патрули не натыкались ни на одно живое угрожающее существо — все уничтожались заранее, но принц не говорил об этом, и Дайнслейф думал…       — Да-да, я замечал это, просто разговаривать тогда с тобой не хотел и не знал, как, — пожал плечами Кэйа. Дайнслейф опустил взгляд. Кэйа фыркнул и, проходя в ванную, мимоходом погладил по плечу. Едва принц скрылся из виду, Дайнслейф шумно вдохнул и потёр зарумянившиеся щёки.       Теперь его принц касался его. Постоянно. Мимоходом, будто совсем не замечая этого. Будто это было нечто естественное и само собой разумеющееся…       Кэйа вышел из ванной распаренный, довольный и в домашней пижаме. Жонглируя шариками Крио в одной руке и напевая что-то, прошёл на кухню.       — Дайн, ты ужинал без меня? — это, пожалуй, была одна из самых трогательных вещей, что делал его принц.       — Нет, Ваше Высочество.       — Тц, ну я же говорил, чтоб не ждал меня, когда я задерживаюсь! — воскликнул Кэйа и указал на стул напротив. Дайнслейф сел. — Меня, небось, за такое с потрохами бы съел…       — Вы же знаете, что я бы не…       — Это такое образное выражение. Я знаю, что ты меня не тронул бы. Приятного аппетита, — Дайнслейф не был голоден, но всё равно взялся за еду. Он не стал делать замечание, что, конечно, понял выражение, но имел в виду, что не стал бы упрекать своего принца ни за что на свете. Кэйа отчего-то считал, что его рыцарь вовсе не знает, как разговаривают и выражаются люди, и Дайнслейф с ним не спорил.       В спальне Кэйа, забравшись на кровать с ногами, тут же взялся за свою порвавшуюся накидку, закусив губу и сосредоточенно возясь с иголкой и нитками. Дайнслейф было начал:       — Ваше Высочество, может, я… — но Кэйа привычно его перебил:       — Я не доверю свою одежду человеку, который за пятьсот лет так и не поменял стиль, — и Дайнслейф оскорблённо замолк. Он мог бы сказать, что это форма, назначенная отцом Кэйи, что это память и дань уважения, но тут его принц поднял взгляд и улыбнулся. — Не обессудь, я просто люблю сам разбираться со своей одеждой, — и возражения отпали.       Принц на некоторое время затих, разбираясь со своей накидкой. А Дайнслейф сидел в кресле напротив и думал: зачем его сюда позвали? Это происходило часто в последнее время. Раньше, пока Кэйа не хотел поговорить, Дайнслейф всегда оставался за дверью, а теперь…       Кэйа шуршал тканью, а Дайнслейф любовался им и думал, пока не осмелился заговорить:       — Мой принц, могу я спросить?       — Конечно, — пробормотал Кэйа, вдевая нить в иголку.        — Зачем я здесь? Я имею в виду, вы всё равно заняты, и вы могли бы поручить мне что-то, но оставляете меня тут.       Кэйа в ответ поднял голову, вскинув брови. Глянул как-то неверяще.       — Мне просто хочется, чтобы ты был здесь, рядышком, — пожал плечами и вернулся к накидке, пока Дайнслейф замер на месте, осознавая, что только что услышал.

***

      Как отплатить за это, как отблагодарить? Дайнслейф не знал, да и ему казалось, что любой благодарности будет недостаточно. Так что… он продолжал оставаться рядом, выполнять всякие мелкие дела. Хотелось — приносить большие жертвы, хотелось — как когда-то в Каэнри'ах, вести войска за собой во славу короля, а можно было — приготовить вкусный завтрак и подать в постель, а потом сесть в изножье по кивку довольного, разнеженного с утра Кэйи и любоваться тем, как тот уплетает его.       Но этого было мало. Отчаянно мало. Мало, чтоб действительно заслужить право, когда Кэйа поманит рукой, укладывать голову к нему на колени и замирать так, ощущая тепло руки в волосах, чтоб правда проводить ночи в одной комнате с ним — не на кухне, стараясь не шуметь, а стелить себе на полу возле кровати… порой Кэйа во сне тянул к нему руку, нащупывал его рядом, и Дайнслейф забывал, как дышать.       Его принц приближал его к себе. Пусть и не разрешал опекать постоянно, как хотелось, но дозволял быть ближе и ближе. Невинными, ласковыми жестами — от которых было так хорошо, что больно.

***

      — Дайн?       — Да, мой принц?       Кэйа поставил локти на стол и опустил подбородок на переплетённые пальцы. Взглянул необычно серьёзно.       — Я давно хочу тебя спросить, но всё думаю, будет ли это уместно.       — Вы можете спрашивать всё, что пожелаете. Я отвечу.       — В этом-то и проблема, — хмыкнул Кэйа. — Я всё смотрел на твоё… ну, ты понимаешь, — Дайнслейф кивнул. Проклятие. — Но ты ведь даже спишь в одежде, я никогда его не видел. Можно взглянуть?       Такая мелочь, а его принц сомневался. Дайнслейф протянул руку ближе к лицу, снял полумаску. Положил её на стол.       — Вы могли приказать в любой момент, — заметил. Кэйа поднялся, пододвинул свой стул ближе.       — Я знаю, — ответил и протянул руку к щеке. — Можно? — Дайнслейф прикрыл глаза, обозначая согласие, и пальцы его принца коснулись иссиня-чёрных следов. — Ты бы позволил, в том и проблема, Дайн. Если бы ты мог отказать, я бы любопытствовал, старался заставить. Но знать, что ты позволишь так и так, даже если не захочешь, и причинять тебе боль неуместными расспросами?       Его принц был слишком добр. Дайнслейф прижмурился и сглотнул.       Пальцы погладили щёку. Прошлись вдоль нитей изучающими лёгкими прикосновениями, потом — спустились к шее. Дайнслейф податливо запрокинул голову, позволяя своему принцу всё, что угодно.       Кэйа убрал руку, и только тогда Дайнслейф открыл глаза и вновь взглянул на него.       — Оно… болит? — осторожно спросил его принц. Дайнслейф кивнул. — Сильно? — опять кивок. — Это… то, что могло бы ждать меня.       — Я счастлив, что с вами этого не случилось.       Кэйа задумчиво покачал головой.       — Мне жаль, что это случилось с тобой, — откликнулся негромко.