Пуговка

Иногда живешь себе, живешь, строишь планы всякие разные интересные на будущее, а потом внезапно все твои планы, надежды и мечты вылетают в трубу, потому что у родителей на тебя совершенно другие планы. И им, мягко говоря, плевать, что ты уже подала документы куда-то. Они твои документы подали куда было надо им. И пока я переживала поступила я или нет на журфак в МГУ, мама и папа якобы случайно оказавшись на кухне, пока я делала себе кофе, поставили меня перед фактом: -Ты прошла первый отбор в МГМУ. Завтра будет второй отбор. В восемь утра будь готова, за тобой придут. Я открыла рот возразить отцу, но увидев ледяной взгляд матери, рот закрыла. Понятно, чья была это идея. Мама у меня целый полковник Федерального Магического Розыска. Правда я надеялась, что она запихнет к себе моего старшего брата - Ваню. Тот хотя бы не такой… как я. Я с трудом представляла себя в форме и вообще не представляла, что делать с преступниками, ведь во мне целых 156 сантиметров хрупкого телосложения. Буквально дунь и я улечу. Может быть даже в Тайланд. -Пап, но я же… маленькая? - предприняла я робкую попытку вправить мозги отцу. -Ничего страшного, Пуговка, там нужна будет только твоя магия, - «успокоила» меня мама и, не дождавшись от меня ответа, ушла. Я жалобно посмотрела на отца, но тот лишь тяжело вздохнул: -Твой брат сбежал. Вторая новость ударила по мне сильнее. Брат, который должен был закончить военно-магическое училище в Питере сбежал и все планы на него, плавно перестроились на меня. Отец вышел из кухни, а я продолжила помешивать в кофе ложкой, вновь и вновь пытаясь представить себя в роли следователя Федерального Магического Розыска. И у меня категорически не получалось. Все что я видела, так это беснующуюся на моем хладном трупике нечисть. *** Вечером того же дня я приняла важное решение в жизни. Сбежать. Чем я хуже брата? Собрала в рюкзак свои скромные пожитки и даже не взяла зубную щетку, чтобы родители ничего не заподозрили. После посещения туалета аккуратно, словно вор - домушник, стащила свои собственные кроссовки из прихожей и, крадясь, закрылась в своей комнате. Осторожно разрезала огненным лезвием брюхо своей свиньи-копилки и достала деньги, которые должны были спасти меня от голодной смерти в ближайшее время. Открыла окно и меня обдало теплым июньским ветерком. Внизу было двадцать два этажа и я, прикинув свои резервы, сотворила магический аркан. Закрепила его о трубы батареи и начала спуск. Вниз я не смотрела принципиально. У меня не такие крепкие нервы, чтобы заниматься экстремальными видами деятельности. Мой максимум экстрима это поездка вечером через парк на электросамокате. На тринадцатом этаже я робко улыбнулась, успокаивая себя тем, что если упаду, то теперь хотя бы есть шанс остаться в живых. На седьмом я уже была почти что счастлива и в предвкушении свободы. А когда была на втором, снизу раздался ледяной голос матери: -Отлично, физические нормативы ты точно сдашь, Анна. Руки непроизвольно дрогнули и я с ужасом уставилась вниз. Мама поймала меня заклинанием «ловчей сети», а потом открыв дверь в подъезд, внимательно посмотрела на меня. У меня не было другого выбора кроме как зайти внутрь. Всю поездку до 23 этажа мама молчала. Я тоже молчала, пытаясь понять как она догадалась, что я попытаюсь сбежать. -Даже не пытайся, Анна. У тебя нет выбора. Весь наш род служил в ФМР и это не прервется на моих собственных детях, - сказала она, едва двери лифта открылись, чтобы выпустить нас. Она прошла вперед, к двери квартиры и замерла, взявшись за ручку. - Я тоже не горела желанием идти туда, когда окончила школу, но я выполнила свой долг. И, в конце концов, мне это даже понравилось. Надеюсь, тебе тоже понравится. Она открыла дверь и вошла в квартиру, а я обиженно поджав губы поспешила в свою комнату, где предалась страстному избиению подушки. Спать ложилась с твердой уверенностью завалить завтрашний отборочный тест. *** Утром за мной приехали двое: женщина лет тридцати с короткой стрижкой в спортивном костюме и старый хрыч, которому явно оставалось до пенсии пару дней. Культурно сопроводили меня в черный джип с тонированными окнами и сели по обе стороны от меня. Водителем оказался третий - лысый и рыжебородый мужик в темных авиаторах. Всю нашу недолгую поездку стояла мертвая тишина. Ни музыки, ни разговоров. И это было не потому что женщина была нежитью. Точнее личом. Полагаю, это было приказом моей драгоценной матери, чтобы я не расслаблялась и не строила пустых надежд на побег. Приехали мы через час в какую-то деревушку за МКАД и джип остановился у приличной, но достаточно старой на вид избы в «русском классическом стиле». Цвет был небесно голубой, ставни резными и белыми, а стекла обыкновенными пластиковыми. Лич вышла, а за ней вышел и старый хрыч. Я выползла следом за ними и под конвоем пошла к входной двери. Я думала меня будут записывать на нормативы и проверять меткость и рукожопость, а оказалось, что меня подвели под светлы очи какой-то полоумной старухи, которая шумно вдохнула, потянув носом. Волосатые ноздри на длинном крючкообразном носе затрепетали и старуха выдала: -Годна. И все. Мы развернулись и пошли назад в машину. Я с недоумением посмотрела на женщину лича, а потом на старого хрыча, на лицах которых явно читалось облегчение и не выдержала: -И это все? -Все, - кивнул старый хрыч, открывая дверь в машину. - Учеба начинается завтра с восьми утра. С собой ничего не брать. Не понадобится. Он сел в салон и я забралась за ним следом, прибывая в полном шоке от этого теста. И это набор в МГМУ? -А как эта… женщина, - нашла я быстро синоним, - поняла, что я годна? Она, что, врач? -Гадалка, - отмахнулся старик и я удивлённо подняла бровь. Да как так? Что она там увидела? Нагадала? Что у меня конское здоровье? -Бред, - вздыхаю. -Анфиса еще ни разу не ошиблась, - бросил старый хрыч и мы поехали назад. Меня проводили до двери, сообщили матери, что я принята, а я закрывшись в комнате, снова выместила все обиды на подушке. Утро обещало быть неважным. Лето. Жара. Июнь. И тополиный пух. Все как в песне. Только это все у нормальных людей. В Московском Государственном Магическом Университете занятия начинались летом. *** Первое свое занятие на факультете Общественной Безопастности я бегала, прыгала и пыталась изобразить женщину кошку, повиснув на стене, которую должна была изящно перепрыгнуть. Как почти все мои одногруппники. Увы, но меня не готовили ни морально ни физически к такому, поэтому преподавателю приходилось тратить на меня свою магическую силу, чтобы мотивировать меня. Сейчас это были крокодилы и ров подо мной. И я не особо хотела проверять иллюзия это или нет. Кое как перелезла через стену и вяло побежала к грязной трубе, в которую мне предстояло влезть. Я остановилась перед ней всего лишь перевести дыхание, но преподаватель снова оказался рядом: -Не отлынивать, Пуговкина! Я бросила на него взгляд, которым мысленно посылала его на все буквы алфавита, за что он намагичил мне под ногами лужу дерьма. От запаха заслезились глаза, а дыхание перехватило. Ком чего-то страшного подкатил к горлу. Пришлось лезть в трубу. В трубе было тихо, спокойно, темно и даже почти что уютно. А главное, тут не было преподавателя и запаха дерьма. Поэтому я села и перевела дух. Физическая и боевая подготовка у нас в расписании на сегодня занимала аж четыре часа. И это был только первый час из четырех. -Пуговкина! - послышалось эхо преподавателя в трубе. - Ты там жива? Если отвечу, что да, то он и трубу зальет дерьмом? Я решила не отвечать, а предпринять последнюю попытку к побегу. Вырезала воздушным лезвием дыру в трубе и прошмыгнула мимо орущего в трубу препода. Марш бросок до леса, в котором и находился полигон получился без сучка и задоринки. Мои одногруппники уже занимались на дальнем поле, с которого доносились крики боли, страданий и ужаса. В лесу я поспешила исключительно вперед, периодически оглядываясь, чтобы быть уверенной, что позади нет этого мясника преподавателя или моей горячо любимой матери. Расслабилась я только ночью, когда добралась до окраин Люберец. Денег не было, да и плевать мне было на них. Когда есть магия и ты в бегах вариантов не так уж и много. У меня их было намного больше, потому что я с детства только слышала разговоры матери о ловкости магов преступников и хитрожопости нечисти. Первым делом нашла круглосуточный ларек и впихнула заспанной продавщице пятьсот рублей морока. Теперь у меня были сосиски, вода и хлеб. Сдачу я благородно оставила в магазине. Запивая водой хлеб с сосиской, я задумалась о жизни. На журфак мне теперь не попасть. Розыск мне обеспечен, как пить дать, и значит выходит выбор у меня из двух зол: вернуться и учиться, а потом стать как мама. Либо пойти в преступники. Делать, что хочу, в меру своей испорченности. Разум говорил вернуться. Убеждал. Уговаривал. Давил. Деньги. Власть. Положение. Долг. Душа… а вот душа и сердце разрывались от «не хочу», «не буду», «не заставите». Выбор был очевиден.