Better than me

Everyone is better than me, I think, Everyone is better than, better than me, Everyone is better than, better than me,

***

– Антон, – дверь в комнату приоткрылась, и на пороге показалась Майя. – уроки делаешь? – Да, – кивнул парень и вновь уткнулся в учебник биологии. – Пошли есть, потом выучишь, – женщина облокотилась о дверной косяк и выжидающе посмотрела на сына. – Я не хочу. – Ладно, сиди, учи, – выдохнула она и уже стала закрывать дверь, как вдруг остановилась, повернулась и бросила взгляд на парня. – Как у тебя с оценками? – Антон оторвал взгляд от учебника и посмотрел на Майю. – Всё хорошо. Сегодня две пятёрки по алгебре, – женщина кивнула и покинула комнату, прикрыв за собой дверь. Антон устало повесил голову и кинул учебник на стол. Тот приземлился с грохотом, а сам стол жалостно скрипнул. – Сука-а... – протянул парень и облокотился на стул. Вот уже как десять лет Антон лучший ученик в классе. Староста и любимчик многих учителей. Победитель олимпиад, конкурсов и различных мероприятий. Десятый класс должен был пройти так же, как и остальные, но планы неожиданно изменились. Новый ученик Арсений Попов перешёл в их школу около двух месяцев назад, но уже завоевал сердца многих учителей. В отличие от вспыльчивого Антона, Попов был идеальным со всех сторон. Дружелюбным, понимающим, красивым. Как казалось Шастуну, он даже не старается, а уже получил то, чего Антон добивался годами - признания. Несмотря на хорошие оценки и прекрасные отношения с учителями, он никогда не был окружен вниманием людей. Сколько бы он не старался, одноклассники всё так же скептически относились к, как им казалось, "странному Антону, который кроме учебников перед собой ничего не видит". Без разницы, как бы сильно он не пытался влиться в коллектив, он всегда был отвергнут. Всегда был кто-то лучше его. Для матери сын её подруги, который, по её рассказам, в свои шестнадцать уже приносил деньги в семью. Для одноклассников идеальный Попов. Но, несмотря на ненависть, которою он испытывает к Арсению, он старается быть максимально доброжелательным. И к его удивлению, Попов начинает втягивать парня в разговоры с одноклассниками и то и дело ходит за ним хвостиком и все время что-то говорит и рассказывает. А Антон сильно и не против. На него теперь хотя бы не смотрят, как на фрика. Через несколько дней состоится олимпиада по биологии, к которой Антон готовится как ненормальный. Ведь в ней также будет участвовать Попов. Он не может уступить ему, не может разочаровать людей. Он отдаст все силы для того, чтобы идеально её написать. Чтобы быть лучшим.

***

Вот в доме напротив выключается последний огонёк. Парень смотрит на часы и видит, что уже пол третьего. В руках на этот раз учебник геометрии, а на столе кружка горячего кофе. Свет настольной лампы заполнил всю комнату небольшим свечением. Глаза уже слипались и не спать только за счёт кофе было проблематично. Поэтому Антон встал из-за стола, выключил лампу и поплелся к кровати. Он укутался в прохладное одеяло и, обняв подушку, наконец, прикрыл глаза. – Антон! – громкий голос неприятно наполнил небольшую кухню. – Антон, я с тобой разговариваю! Посмотри на меня! – Антон неловко поднял голову и взглянул в зелёные, наполненные ярость, глаза матери. – Что? – раздался жалостный детский голосок. – Ты ещё спрашиваешь?! – Майя резко схватила сына за плечи и силой притянула ближе к себе. – Антон, ты получил тройку! Тройку в четвёртом классе! Что там сложного?! Ты настолько глупый, что не можешь понять какую-то тему? Я думала, что у меня хороший сын, но, похоже, я ошиблась, – с каждым словом она все сильнее сжимала детские плечи, и всё сильнее слова терзали душу. – Я... Я... – попытался что-то сказать Антон, но его голос дрожал, а дышать резко стало тяжело. Пелена на глазах, громкий голос матери, пронизываемый самое сердце, и мокрые ладошки, которые как каменные впились в домашние шорты. Настолько сильно, что несколько капелек крови потекли по ноге мальчика. – Не нужен мне такой сын, – Антон резко пришёл в себя и поднял голову, что бы взглянуть в глаза матери, но подняв голову, увидел лишь пустоту. Больше не было кома в горле, слез на глазах и крови. Лишь бескрайняя пустота. Мальчик обернулся и увидел позади себя небольшой огонёк света. Он побыстрее пошёл в его сторону, но на полпути понял, что не может передвигать ногами. Он как вкопанный глядел на этот лучик света, который с каждой секундой удалялся всё дальше и дальше, пока и вовсе не пропал. Теперь Антон остался стоять в полной темноте, без понимания того, что ему делать. – Антон! – послышался, знакомый женский голос, и мальчик повернулся на него. – Антоша, беги сюда! – Майя стояла с раскрытыми руками и тепло улыбалась. Антон попытался пойти в её сторону, и ему это удалось. Он со всех ног бежал к матери, а когда добежал, упал в её объятья. Тепло приятно растеклось по телу, а родной запах заполнил лёгкие мальчика. Майя шептала какие-то нежности ему на ушко и почти невесомо гладила его по спине. – Антон, – обратилась она к мальчику и немного отодвинулась от него. – ты такое разочарование. Антон распахнул глаза и резко сел. Голова неприятно болела, а в горле пересохло. Перед глазами пелена, а в горле неприятный ком. Он попытался найти в темноте бутылку воды, которая всегда стояла на столе рядом с кроватью. Наконец, нащупав что-то формой похожей на бутылку, он потянул её на себя, но задел ту самую кружку, которая со всей силы полетел на пол и разбилась вдребезги. Антон испуганно кинул взгляд на дверь в комнату. За ней ничего не менялось. Всё такая же ненавистная и давящая тишина. Парень вскочил на ноги и подбежал к осколкам. Те неприятно намокли от кофе, от чего собирать их было ещё тяжелее. В какой-то момент один довольно крупный осколок впился в руку парня, от чего тот вздрогнул и все собранные кусочки кружки полетели на пол. Кофе вперемешку с кровью и осколками всё так же были на полу, пока Антон всеми силами пытался успокоиться. В ушах звенящий звук. Перед глазами все плыло, рука пульсировала от боли, а глаза наполнились слезами. Дышать было тяжело, почти невозможно. Лишь редкие коротенькие вздохи и такие же короткие выдохи. Антон начал бегать глазами по комнате. – Две синие ручки, – прошептал парень и стал пересчитывать предметы на столе. – Один к-карандаш... Антон сделал один медленный вздох и шумно выдохнул. После ещё раз. И ещё, и ещё... На часах пять часов утра, а парень сидит на кровати уже с перебинтованной рукой. В голове очередное размышление по поводу сна, а в здоровой руке очередной стакан воды. Этот сон уже как традиция. Без него не проходит ни один месяц. Каждый раз он начинается практически одинаково, но конец предсказать невозможно. Сегодняшний конец можно назвать хорошим. Несмотря на последние слова матери и начало сна, объятия были приятными и тем, чего парню не хватало больше жизни. – Сука, – прошептал Антон и вытер свободной рукой слезу. Он с силой ударил себя по запястью и, почувствовав неприятную боль, прикрыл глаза.

***

– Антон! – Арсений подошёл к парню и дружелюбно улыбнулся. – Ты чего такой уставший? Не спал, что ли? – Уснуть долго не мог. – Ужас какой! Ну, ты отдохни, когда домой придёшь. А то завтра на олимпиаде уснёшь, и я лучше тебя напишу, – Антон взглянул в голубые глаза напротив, которые излучали позитив, и ему захотелось со всей силы впечатать Арсений в стену и приложить руку к его красивому лицу. – Это шутка, если что, не обижайся! – И не думал, – улыбнулся парень и, заметив учительницу, которая шла открывать кабинет, направился в его сторону, оставив Арсения в одиночестве, но ненадолго. Уже через несколько секунд к нему подошла добрая половина класса. Антон напоследок взглянул на толпу и, поймав на себе взгляд Попова, юркнул в кабинет за учительницей. – Здравствуйте, – улыбнулся он Екатерине Юрьевне. – я по поводу вечеринки к Новому году! – Здравствуй, Антон, – ответила она кратко и начала раскладывать однотонные тетради на столе. – Что хотел сказать? – В этом году, я же отвечаю за приготовление? – Я тебя не сказала? – она удивленно посмотрела на Шастуна. – в этом году за неё отвечает Попов, но если хочешь, можешь быть его помощником, – Антон удивленно посмотрел на учительницу, и что-то внутри у него надломилось. Он не был фанатом подготовки к каким-либо мероприятиям, но всегда был рад, когда после всей подготовки его хвалили и говорили, что он отлично справился. В этом году такого не будет. В этом году всё внимание будет отдано идеальном Попову, а Антон останется в тени. – А почему? – парень попытался максимально скрыть дрожащий голос, что у него неплохо получилось. – Ты уже очень давно подготавливаешь всё к праздникам, вот я и подумала, что ты уже устал. Поэтому можешь спокойно ходить в школу и не переживать, что тебе нужно что-то делать! – улыбнулась учительница. – Возможно, это несправедливо по отношению к Арсению, но он неплохо сдружился с классом и учителями, поэтому все должно быть хорошо. – Я не устал, я могу все устроить, – начал Антон. – Я... – Антон, – перебила его Екатерина Юрьевна. – Я же хорошо все подготавливаю, вы сами меня хвалили. Почему... – Антон! – уже повысила голос девушка и обеспокоенно взглянула на парня. – Я же вижу, что ты очень устаёшь... – Но... – Никаких но, – девушка устало потёрла виски. – Ты сегодня вообще спал? Ты последнее время выглядишь очень уставшим. – Я сплю. Со мной все хорошо, – ответил Антон и попытался улыбнуться, но получилась лишь странная гримаса. – Я вижу... Урок скоро начнётся. Зови ребят. И разговор окончен, – парень слабо кивнул и пошёл в сторону двери, чтобы позвать всех в класс. Урок алгебры проходил так же, как и обычно. Половина класса витала в облаках, другая половина пыталась уловить суть происходящего. Оставшиеся пять человек решали очередную задачу. – Ну что ж, давайте кто-нибудь выйдет к доске и решил эту задачу у доски. Хорошо? А то я чувствую, что мы тут ещё долго просидим, – устало улыбнулась девушка. – Кто хочет выйти к доске? – после этих слов руку подняли сразу два человека. Она взглянула на Антона, который из-за всех сил пытался не уснуть прямо на уроке, и на Арсения, который сидел с привычной полуулыбкой. – Арсений, выходи к доске, – она взглянула в разочарованные глаза Шастуна, но тут же её внимание переместилось на Попова. Сосед по парте Антона Дима Позов, искоса поглядывал на парня. Тот выглядел максимально болезненно. Бледное лицо, искусанные губы и нога, из-за которой парта ходила ходуном. Шастун мог справиться с тем, что не его вызвали к доске, но то, что не ему поручили какое-то дело... Отсутствие сна давало о себе знать, и он то и дело почти проваливался в сон. Только благодаря Позову он каждый раз приходил в себя. – Антон, все нормально? – обратился Дима к парню. – может, к медсестре сходишь? – Все хорошо, – он на секунду взглянул на соседа, но после вернулся к своей тетради. Антон незаметно ущипнул себя за ногу, чтобы прийти в себя, но, поняв, что это не помогло, поднял руку и отпросился выйти. Шагая по утреннему коридору, парень напевал себе под нос незамысловатую мелодию и, увидев знакомую дверь туалета, зашёл внутрь. Все так же стены, выложенные плиткой, такие же раковины и такие же кабинки, у половины из которых нет замков. Антон, как обычно, юркнул в знакомую третью кабинку и сел на сидушку унитаза. В голове была каша. Он не знал, о чем думать. О его плачевном состояние или о его школьной жизни. Он взглянул на свое запястье и несильно надавил на него пальцем. Больно не было, поэтому он добавил ещё один палец, потом ещё один и ещё. Не почувствовав ничего, кроме неприятного чувства, он ударил в то место, в которое давил. Сначала не сильно, потом немного сильнее, пока не начал ударять по нему со всей силы. В какой-то момент он понял, что ему тяжело согнуть пальцы и остановился. Запястье пульсировало и болело, но на душе стало легче, и он мог хотя бы немного соображать. Антон вытащил из кармана телефон и взглянул на время. До конца урока оставалось десять минут, поэтому он вышел из кабинки и, ополоснув лицо холодной водой, чтобы взбодриться, пошёл в сторону кабинета. К этому временю запястье было красным, но рука уже могла нормально функционировать. Он зашёл в класс, поймал тревожный взгляд Арсения и пошёл на свое место. Перемена была двадцать минут, поэтому почти весь класс шастал по школе. Антон сидел в телефоне и играл в какую-то игру. Пока Арсений в очередной раз что-то ему рассказывал. – Ты меня ненавидишь? – вдруг спросил Арсений. На его лице всё так же была улыбка. Антон удивленно посмотрел в голубые глаза и через секунду засмеялся. – С чего ты взял? – Я же вижу, как ты на меня смотришь и как ты мне отвечаешь, – начал он. – Но на самом деле это не плохо. Твои чувства можно понять, – Шастун никак не ответил и вернулся к игре. – Просто знай, что я тебя не ненавижу и общаюсь с тобой, потому что мне нравится, а не просто что бы казаться дружелюбным. – "Да что ты понимаешь", – сказал про себя Антон.

***

Неприятный осадок после этого разговора до сих пор остался у Антона. Он уже сидел за уроками, но, последовав совету Арсения, немного поспал после школы, чтобы прийти в себя. Но было чувство, что стало только хуже. Голова стала болеть сильнее, а глаза стали слипались. На часах девять вечера. Антон всё ещё сидит за конспектами по биологии и пытается всё идеально выучить. Он знал все темы которые класс проходил, но все равно был не уверен в этих знаниях. Он всегда был не уверен. – Антон, нужно поговорить, – раздался голос Майи за спиной парня. Он повернулся и посмотрел на мать. – Что-то случилось? – У тебя же завтра олимпиада, да? – Антон кивнул и понял, что это будет таким же разговором, как и все. О том, что он должен стать лучшим, написать её лучше всех и показать, что он достоин признания. – постарайся как следует, хорошо? Ты должен написать её лучше всех, понял? – Я знаю, – ответил парень вяло. – Антон, я серьёзно! Смотри на меня, а не мимо меня! – крикнула женщина, и подросток послушно посмотрел в глаза матери. – Не разочаруй меня. – Хорошо, – уже бодрее кивнул Антон и проводил женщину взглядом. – Сука... Парень прикрыл глаза и взял большую кружку со стола. Он сделал глоток, но почувствовав горько-сладкий вкус кофе, поморщился и вернул её на свое место. Он не любил кофе, но оно помогало ему взбодриться, поэтому он частенько его пил. С каждой минутой парень все меньше и меньше понимает, что читает. Спать хотелось невыносимо. Он кидает взгляд на часы, и видя, что уже два часа ночи, убирает тетрадь в сторону. Выключает настольную лампу и плетется к кровати. Опять он укрывается холодным одеялом. Опять он обнимает подушку и закрывает глаза. – Антон! – громкий голос наполняет небольшую кухню. – Ты уже проснулся? – М? – маленький Антон перебирает ножками и доходит до кухни. Внутри приятно пахнет жареным тестом, и мальчик, недолго думая садиться на стул рядом с мамой. – Антон, завтра у тебя конкурс, ты не забыл? Ты подготовился? – Майя нервно теребила в руках полотенце и смотрела в зелёные глаза напротив. – Я подготовился, – кивнул Антон и увидел на столе тарелку блинчиков. Он потянулся, чтобы взять один, но Майя ударила по детской руке полотенцем и схватила его руку. – Антон, ты не должен меня разочаровать, ты меня понял? Ты не станешь таким, какой стала я – с каждой секундой её хватка становилась сильнее, а голос громче, пока вовсе не перешёл в крик. – Ты понял?! – мальчик несколько раз кивнул и испуганно посмотрел на маму. Женщина уже глядела мимо Антона. Она начала что-то бормотать, а после толкнула мальчика со стула, из-за чего тот стал падать. Опять пустота и лишь небольшой огонёк вдали. Антон поднялся на ноги и направился в сторону света. С каждым шагом он был всё ближе и ближе, пока не оказался в шаге от него. – Тоша! – мальчик повернулся на звук и увидел заплаканную Майю. – Антоша, беги сюда! прости меня, – начала плакать женщина. Мальчик ещё раз взглянул на огонёк света, а после развернулся на пятках и побежал в сторону женщины. Та тепло улыбнулась и расставила руки для объятий. Антон нырнул в объятья и прикрыл глаза. – Антоша, – ласково сказала Майя, и мальчик немного отстранился от неё, чтобы взглянуть в глаза. – Ты не должен меня разочаровать, – повторила женщина и толкнула Антона. Антон распахнул глаза и сел на кровать. Сердце бешено колотилось, капельки пота стекали по лицу, а в помещение было слишком жарко. Подросток встал с кровати и на ватных ногах подошёл к окну. Он распахнул форточку, и в комнату повалил холодный декабрьский воздух вперемешку со снегом. Антон сел на стул напротив окна и взглянул на часы. – Пять утра, – прошептал парень. Он понял, что больше не сможет уснуть. Да и смысла не было. Спать все ещё хотелось очень сильно. Глаза слипались, но холодный воздух не давал закрыть их на слишком долгое время. Антон сильно ущипнул себя и, включив настольную лампу, решил повторить биологию.

***

Прошло уже десять дней, и сегодня должны были объявить результаты олимпиады. Всё это будет происходить в актовом зале перед новогодней вечеринкой, которую помогал организовывать Попов. Все эти дни Антон ходил как труп. Кошмары, если его сны можно назвать таковыми, снились каждую ночь. Снотворное помогало, но не сильно и ненадолго. Парень переживал из-за результатов. Тревога переполняла его, и с каждым днём было всё тяжелее и тяжелее идти в школу. Майя твердила, что он обязан написать её лучше всех. Арсений все так же болтал с ним и ходил хвостиком, иногда говоря про олимпиаду, но, замечая взгляд Антона, сразу же менял тему диалога. И вот в пятницу, наконец, стали известны результаты, поэтому почти всю школу собрали в актовом зале. Антон сидел как на иголках, пока Арсений болтал о чём-то с одноклассником, привычно улыбаясь. Он то и дело поглядывал на Шастуна, который, как ему казалось, вот-вот потеряет сознание. Резко весь зал замолчал и уставился на сцену, на которой появилась миловидная девушка с листом в руках. Антон не слушал речь, не обращал внимание на Попова, который рассматривал его руку и спрашивал, где он так упал, что у него всё запястье красное. Шастун лишь ждал объявления результатов. – И победителем городской олимпиады по биологии становится ученик десятого "Б" класса, – Антон задержали дыхание и вжался в кресло сильнее обычного. – Арсений Попов! – зал заопладировал и парня пригласили на сцену для вручения грамоты. Попов, как обычно, вышел с тёплой улыбкой и, пожав руку девушке, взял грамоту. Он осмотрел весь зал глазами и увидел, что Антон что-то говорит учителю, а после быстро идёт к выходу из зала. В коридоре, как и в голове, пустота. Уже десять минут, как прозвенел звонок, поэтому большинство людей были в кабинетах, а остальные в актовом зале. Перед глазами пелена, ком в горле не даёт вздохнуть, а ноги резко стали ватными. – Антон! – парень повернул голову и увидел Арсения, которым быстрым шагом шёл в его сторону. – Твою ж мать...– – Ч-чего тебе, – еле выдавил из себя парень. – Ты чего? – начал Попов. – Это из-за того, что победил не ты? – Тебя ебёт? – огрызнулся Антон, но тут же схватился за горло. – Сука... – Эй-эй-эй... – Арсений схватил парня за плечо и повернул на себя. – Антон... – Отъебись! – подросток попробовал вырваться. – Отпусти! – Антон, дыши, тебе нужно дышать, – начал ласково Попов. – давай, вздох... – он сделал глубокий вздох. – Выдох. – Отпусти... – тише повторил подросток, но вздох всё же сделал. – Вздох. Выдох... – Арсений улыбнулся и заглянул в зелёные глаза. – Лучше? – А-ага... – парень кивнул. Попов осмотрелся по сторонам, а после взял Шастуна за запястье и повёл в сторону медицинского кабинета, который находился на том же этаже. – Сука, о-отпусти! Ты куда меня ведёшь? – Антон дёрнулся в сторону, но Арсений сильнее сжал руку. – Ай-ай-яй! Больно! – Тише ты! – шикнул парень и постучал в дверь в медпункт. – Да? – послышался женский голос из-за двери. – А это ты Арсюш? Заходи. – Привет! – Арсений одарил девушку улыбкой. – Можно у тебя мой друг посидит? – он кивнул в сторону Антона. – Что-то случилось? – медсестра обеспокоенно посмотрела на Шастуна, который старался быть ниже травы, тише воды. – Пожалуйста. – Ладно, но если из-за тебя мне влетит... – она пригрозила ему кулаком, но всё же пропустила их в отдельное помещение. Внутри пахло медикаментами. А все стены, пол и потолок были белыми. Лишь кушетка выделялась на их фоне и была жёлтого цвета. – Почему ты с ней был на "ты"? – вдруг спросил Антон. – Потому что она моя сестра, – улыбнулся парень. – Ты не знал? – Шастун отрицательно покачал головой. – Ложись давай. – Ложиться? – переспросил Антон. – Да ложись давай, а то на тебя смотреть больно. – Тебя никто смотреть не заставляет... – Не могу на тебя не смотреть, – Арсений сел на кушетку и похлопал место рядом с собой. Антон на секунду замялся, но всё же сел рядом. – Вот и молодец. – Замолчи, – закатил он глаза. – Ну? – он посмотрел на парня. – Что? – Что это было? В коридоре, – Антон перевёл взгляд на окно и немного отодвинулся. – Не думал, что странно что-то рассказывать однокласснику, с которым, во-первых, почти не общаешься, а во-вторых, которого ненавидишь. – Ты хотя бы признался, что ненавидишь меня, – Арсений положил руку на плечо Антона. – может, и ещё что-нибудь расскажешь? – Ты пиздец странный... – Ого! ты первый человек, который выразился именно так! – Попов засмеялся и смех наполнил всю комнату. – Ты не лучше, если честно. Живёшь только учёбой. Я даже сомневаюсь, что ты спишь. Ходишь все время, как трупик. А на олимпиаде было такое чувство, что ты вообще не здесь. – Тебе не понять, идеальный Попов, – Антон всё же прилёг на кушетку. – такое чувство, что ты даже не стараешься, а получаешь всё. – Звучит довольно жестоко. Ты же не знаешь, что мне пришлось сделать, чтобы стать таким. – А я когда-нибудь узнаю? – спросил парень и повернулся на бок. – Ну, не знаю, может быть. Но точно не сегодня. – Ну, теперь я стал разочарованием, поэтому могу ждать хоть полжизни, – выдохнул Антон. – Ты не разочарование. Ты большой молодец! Почему ты так считаешь? Я уверен, что если бы ты как следует выспался, ты бы написал всё лучше меня. – Замолчи. – Но почему? Антон, это ведь правда. Я бы не стал тебе врать. Ты... – Заткнись! – крикнул Антон, и Арсений замолчал. Он смотрел в зелёные глаза, которые метались по всей комнате, как будто в поисках ответа. Шастун сел на кушетку и попытался сдержать слезы. Он отвернулся от Попова, чтобы тот не видел его лицо, и ущипнул себя за руку. – Зачем ты опять себя ущипнул? – спросил подросток и схватил руку Антона. – Не знаю. – Эх-х, ты большой травмированный ребёнок... – Ага блять, говорит ребёнок. Ты не психолог, что бы что-то говорить обо мне, – Шаст недовольно закатил глаза. – Ты считаешь, это нормально? – он указал пальцем на ногу парня, которой он дёргал. – Я сомневаюсь. – Я просто волнуюсь. – Ложись. Поспи немного. – Не буду я тут спать. Мне на уроки надо. – В таком состоянии? – Да блять, что не так с моим состоянием? Да, возможно, я выгляжу как трупак, но думать-то ещё могу. Мне нужно на уроки. Мне нельзя пропуск... – Антош, – сказал Арсений, и Антон испуганно посмотрел на парня. – Пожалуйста, тебе нужно поспать, я скажу классной, что тебе стало плохо, и ты ушёл домой, – парень никак не ответил, но всё-таки вновь лёг на кушетку. – вот и умница. Спи, я разбужу тебя. – Завались, – ответил Антон и прикрыл глаза. Мальчик стоял в центре ничего. Лишь огонёк, но на это раз очень близко. Антон оглянулся и увидел Майю, которая с каменным лицом смотрела на мальчика. Она ничего не говорила. На её лице не было эмоций. Тоша повернулся в сторону огонька. На это раз он был дальше. Недолго думая, Антон побежал в его сторону. В очередной раз это окликнула мать, и он повернулся в её сторону. – Антош, беги сюда! – крикнула женщина. – Беги, я тебя обниму! – мальчик сделал несколько шагов в сторону мамы, но резко повернулся и дотронулся до огонька. По телу растеклось тепло, и темнота сменилась на свет. Антон огляделся, но никого не увидел. Потому, недолго думая, побрел в случайное направление. – Антон! – услышал он знакомый голос и повернулся на него. Вдали он увидел светлый силуэт. – Антош! – вновь крикнул голос и мальчик побежал в его сторону, как вдруг его кто-то схватил за руку. – Антон, куда же ты бежишь? Ты хочешь стать разочарованием? – спросила Майя у Антона. Позади женщины стояли две тёмные фигуры, которые с каждой секундой становились все ближе и ближе. – Отпусти! – попытался вырваться мальчик. – Отпусти меня! – Антош... – Я сказал отпустить! – крикнул Антон и сильнее дёрнул руку, от чего упал на пол. Рядом больше не было Майи, а уже три тёмные фигуры отдалялись от мальчика. Он повернул голову и увидел, что светлый силуэт все ещё стоял на месте и махал рукой. Он вскочил на ноги и побежал к нему. – Антон! – Антош! – Антон! – подросток распахнул глаза и увидел перед собой два голубых глаза, которые обеспокоенно на него смотрели. – Тебе снился кошмар? Часто у тебя такое? – Последнее время да, – осипший голос наполнил помещение, от чего сам парень скривился. – Извини... – Ничего страшного, не извиняйся, – сказал Арсений и загреб того в объятья. Такие тёплые и приятные... Это именно то, чего не хватало Антону. Он вжался в парня, и по его щекам покатились слёзы. – Поплачь, станет легче, – зашептал Арсений. – Ты большой молодец, веришь мне? Ты молодец. Ты заслуживаешь всего самого лучшего... Бедный мой...