Ещё один год

      Капли дождя барабанили по стеклу, выдавая извечный ритм. За пределами уютного салона было темно, часы на приборной панели показывали 02.18.       Сяо Чжань откинулся на спинку сидения, устало потирая лицо ладонями. Сегодня он снова встал ещё до рассвета. Через две недели начинаются новые неожиданные съёмки, а значит ему нужно срочно закончить все мешающие рекламные проекты. Последнюю неделю Сяо Чжань спал по два часа, что не лучшим образом отражалось на внешнем виде. Менеджер только грустно вздыхал, понимая, что они оба не могу ничего изменить. Радовало лишь то, что ему не нужно было садиться на диету перед съемками, наоборот, немного набрать мышечную массу, поэтому каждый вечер заканчивался в спортивном зале. Или скорее ночь.       — Сяо-сюн, вы как? Нам осталось ехать где-то минут пятнадцать, — менеджер кинул на него взгляд через зеркало заднего вида.       — Всё в порядке, не переживай ты так, — Сяо Чжань бодрился как мог, но голос выдавал его усталость.       — Да какой тут в порядке, — себе под нос пробубнил Сю Вэй, прибавляя газу.       Видимо, Сяо Чжань всё-таки задремал под монотонные звуки. Проснулся, только когда менеджер открыл заднюю дверь и потряс его за плечо. Свет на подземной парковке резанул глаза, и Сяо Чжань рефлекторно прошипел, потянувшись за снятой в машине панамой.       В лифте ехали молча. Сю Вэй отлично знал своего подопечного: по утрам и поздним вечером лучше не лезь к нему с разговорами. От усталости он становился слишком раздражительным и очень чувствительным. Стоило дверям квартиры показаться, как менеджер откланялся, пожелав отдохнуть получше и напомнив, что приедет завтра позже, аж в 6.30 утра. Сяо Чжань проводил его усталым взглядом и набрал код квартиры. Как это ни странно Орешек не выбежала его встречать. Сяо Чжань недоумённо хмыкнул и шагнул в прихожую.       Оставив пальто на вешалке, он первым делом свернул в ванную. В душ хотелось неимоверно. Он слишком хорошо знал, стоит зайти в спальню, и его оттуда будет уже не вытащить. А позаботиться о себе было необходимо.       Скинув абсолютно всю одежду в корзину для белья, Сяо Чжань встал под горячие струи воды. Тело тут же расслабилось, грозя подогнувшимися коленями, но он стоически держался, позволяя воде смыть усталость и лишние мысли. Потратив на душ не меньше пятнадцати минут, Сяо Чжань замотался в махровый халат и, не утруждаясь сушкой волос, поплелся на кухню. Орешка не оказалось и там. Смутное беспокойство начинало усиливаться. Сил на еду не было, как и на чай, поэтому Сяо Чжань вынул из холодильника пачку пуддинга и банку сока, и с этим уловом отправился в спальню. В голове сам собой раздался родной голос, отчитывающий его за ужины в кровати. Сяо Чжань не смог сдержать широкой улыбки от этих воспоминаний. Он скучает даже по таким глупостям, уму не постижимо.       Однако, стоило открыть двери спальни, как все мысли вылетели из головы. Хотя, более правильным будет сказать, что все они просто встали на свои места.       Раскинувшись поперёк его кровати, в сером спортивном костюме спал Ван Ибо. Орешек свернулась клубком прямо у него на животе. Маленькая предательница даже головы к хозяину не повернула, предпочитая другую компанию. Впрочем, Сяо Чжань её полностью понимал. В комнате горел ночник, чужая спортивная сумка лежала в кресле у окна, а телефон заряжался на прикроватной тумбочке. Такая знакомая и одновременно почти забытая картина.       Осторожно подойдя ближе, Сяо Чжань поставил пуддинг с соком на тумбочку и наклонился, всматриваясь в родное лицо. Ван Ибо выглядел усталым. Сяо Чжань не сдержал грустной усмешки. Они оба в последнее время были безумно заняты. Сил и времени хватало разве что на редкие сообщения, что уж там говорить про звонки, а тем более встречи. Сяо Чжань готов поклясться, что не видел Ван Ибо уже два месяца. А уж на своей собственной кровати и все три.       Безумно хотелось просто лечь к Ван Ибо под бок и проспать пару недель. Но Сяо Чжань не мог им позволить так бессмысленно потратить время. Опустившись коленом на край кровати, он наклонился ещё ближе, чуть касаясь губами чужих. Его любимые глаза тут же открылись. Затуманенный взор ещё не успел стать осмысленным, а Ван Ибо уже потянулся навстречу. В этот раз это действительно был поцелуй. Мягкий и нежный. Пытающийся передать все щемящие чувства от долгой разлуки.       — Привет, гэгэ, — прошептал ему в губы Ван Ибо, стоило им только прерваться ради живительного глотка кислорода.       — Привет, И-эр, — мягкая улыбка скользнула по губам Сяо Чжаня. Так он улыбался только Ван Ибо и своим родителям. Ну и Орешку иногда.       Взгляд тёмных глаз Ван Ибо, как всегда, говорил намного больше слов. «Я так скучал.» «Мне тебя очень не хватало.» «Хочу смотреть в твои глаза следующие сто лет.» «Я очень устал.» «Ты даёшь мне силы продолжать.» «Пожалуйста, оставайся со мной.» «Я люблю тебя.» И так было всегда. Наверное, с их самой первой встречи на шоу. Или с той самой первой читки сценария. Сяо Чжань всегда видел в глазах Ван Ибо любовь. Необъятную и несокрушимую. Было очень сложно не ответить ему тем же.       — Что ты здесь делаешь? Разве у тебя сегодня не съёмки в Цзянси?       — Съёмки, — Ван Ибо потянул его на себя, заставляя улечься рядом. Орешек поворчала и переползла в ноги, на ходу потеревшись лбом о коленку Сяо Чжаня. — Я буквально на ночь. Завтра утром улетаю назад.       Сердце Сяо Чжаня невольно защемило. Вот такой был его Ван Ибо. Человек не слов, а дела. Готовый каждый день совершать маленькие подвиги.       — Соскучился? — мягко протянул Сяо Чжань, опуская руку на чужую грудь. Сердце то и дело сбивалось с ритма.       — Очень.       — Я тоже, — губы легко прижались к подбородку. — Но лучше бы дал себе немного времени на отдых.       До этого абсолютно расслабленный Ван Ибо тут же вскинулся, посмотрев на Сяо Чжаня обиженным взглядом. Столько лет прошло, а он иногда всё такой же ребёнок.       — Лучший мой отдых это время с тобой, — сказал, как отрезал. — К тому же ничто не заставит меня нарушить обещание.       Воздух словно выбило из груди Сяо Чжаня. Обещание? Какое обещание? Он что-то забыл? Как он мог забыть обещание, данное Ван Ибо?! И как ему теперь смотреть в глаза любимому человеку, пролетевшему полстраны ради встречи с ним?!       Тихий смех привёл Сяо Чжаня в чувство, заставляя посмотреть на Ван Ибо. Тот улыбался широко и игриво. Словно сделал какую-то шалость и очень этим гордился.       — Ай-яй-яй, — протянул он. — Ты что правда не помнишь?       Сяо Чжаню не оставалось ничего другого как признать поражение. Ван Ибо снова рассмеялся, беря чужую руку в свою и переплетя их пальцы.       — Три года назад в этот самый день мы с тобой праздновали годовщину с начала съемок «Неукротимого» с Вэнь Нином, Лань Сичэнем и Вэнь Цин. А потом сбежали от них и уехали ко мне, помнишь? — Сяо Чжань кивнул, огоньки понимания вспыхнули в его глазах. — Это был потрясающий вечер. Ты тогда сказал, что скучал по спокойному времени наедине со мной. А я пообещал тебе, что отныне каждый год в этот самый день я всегда буду рядом.       Сердце предательски сжалось, а потом пустилось в скачь, словно пытаясь поспорить в скорости с любимым мотоциклом Ван Ибо. Сяо Чжань готов был расплакаться. Он совершенно не помнил этой глупой клятвы. Но отчётливо понял сейчас, что его Ван Ибо исправно её выполнял, каждый год зубами выгрызая себе время побыть с ним наедине.       Вместо слов благодарности и извинений, не способных передать и десятой доли испытываемых сейчас эмоций, Сяо Чжань посмотрел на Ван Ибо, передавая ему всю свою любовь, а потом, поймав новую зарождающуюся счастливую улыбку потянулся к родным губам, запечатывая их чувства. И мысленно пообещал себе тоже помнить этот день и не позволять Ван Ибо стараться в одиночку. Ведь они давно уже неотъемлимые части друг друга.