Нефритовая жизнь

Девочка, насильно ставшая принцессой, устала быстро. На неё свалилось столько обязанностей и забот, что казалось, лучше бы она навсегда осталась в приюте. Никаких тебе игрушек, сладостей и развлечений — только учёба и постоянные поездки, мероприятия, встречи. Харуми казалось, что её взяли не как приёмную дочь, а как питомца или хуже того, аксессуар или игрушку. Сколько бы император с императрицей не делали ей знаки внимания и заботы, она была к ним глуха. А те были настолько добры, что не трогали её лишний раз — девочка лишилась родных родителей, затем попала в ужасное место, а потом — в обстоятельства, где от неё требовалась вся стойкость и мужество, какие в ней были. Но императрица предприняла попытку подружить Харуми с новой жизнью.        Девочку звали Хитоми, очень похоже на Харуми. Она была дочерью уважаемого при дворе человека, а ещё — родной племянницей Хатчинса, командующего стражей дворца. Девочка с юных лет прославилась красотой, скромностью и дружелюбием, отчего и её стали называть «принцессой». Харуми была Нефритовой, а Хитоми — Аметистовой. Императрица надеялась, что подруга — сверстница вернёт девочке улыбку на лице, и не прогадала — Харуми и правда оживилась с момента первой встречи с Хитоми. Они вместе гуляли и обедали, наряжались и играли. Хитоми настолько привязалась к новой принцессе, что как только отец приезжал за ней и забирал домой, она тут же просилась обратно. В конце концов, Хатчинсу пришлось становиться нянькой для своей племянницы…        Что же до самой Харуми, то она быстро распознала в Хитоми наивную натуру, неспособную поддержать ход её мыслей, и даже начала её ненавидеть. Дело было в том, что Аметистовая принцесса оказалась ненормальной фанаткой ниндзя, в особенности самого заметного из них — Зелёного. Она могла часами рассказывать Харуми, как завидует ей, что она носит зелёные платья… В то же время сама Хитоми носила фиолетовый, который нравился Харуми гораздо больше. Однажды Нефритовая принцесса даже предложила в шутку:        — А давай поменяемся? Тебя удочерят мои родители, а твой отец — меня!        — Что ты такое говоришь? Я ведь родная дочка моего отца! Он не отдаст меня!        — Родная, да… — в глазах её сверкнул злобный огонёк.        — Руми, прости, я не хотела! Если ты того желаешь, мы обязательно поменяемся!        — Хах, — усмехнулась Харуми, — я же просто шучу! Ты всё правильно сказала, твой отец не сможет решиться на такое.        Хитоми неловко отвела взгляд, а Харуми продолжала смотреть на неё и зло смеяться про себя.        Чуть повзрослев, Харуми стала обходится с подругой лучше, но заметно холоднее. Императрица предпочла считать, что таким образом девочка взрослеет и смиряется с ролью принцессы — время шалостей и громкого смеха осталось позади. На самом же деле сердце Харуми попросту затвердело, в то время как Хитоми продолжала считать её подругой. Аметистовая принцесса тоже была одинока и оттого не знала, какой на самом деле должна быть дружба.        Наблюдая долгое время за тем, как Харуми молча смотрит в окно, предаваясь тяжёлым мыслям, она вдруг заявила:        — Руми, я попрошу дядю организовать нам поездку к морю! Ты ведь никогда его не видела?        — Море? — Харуми чуть приподняла голову, но снова положила её на руки, — нет, а там интересно?        — Очень! Можно наслаждаться солнышком, гулять, пробовать разные вкусности… Моя мама очень любила море, поэтому отец купил один тихий участок. Там такая чистая вода! В нём отражается сама душа!        — Душа, говоришь… Ну ладно, хочу посмотреть.        Хитоми хлопнула в ладоши.        — Тогда я сейчас же обо всём договорюсь! Выбери самое красивое платье! Оно того стоит!        — Как скажешь, — улыбнулась Харуми краешком губ. Когда девушка выскользнула из её покоев, Нефритовая принцесса задумалась… Осталось ли в этом мире то, что обрадовало бы её? А если нет, то, что она должна сделать? Изменить себя она пыталась, вышло не очень, тогда может стоит пойти другим путём и изменить мир вокруг себя?       

***

Это было воистину прекрасное место. Часть дикого пляжа была скрыта под кронами деревьев, и в отличии от Хитоми, Харуми предпочла оставаться в их тени. Свежий воздух и восхитительный вид наполняли Нефритовую принцессу ощущением чего-то нового, оттого она даже почувствовала лёгкость и частичку радости. Девушка сняла обувь и прошлась по песку босыми ногами, устремив взгляд вдаль. Ей казалось, что она видит Тёмный остров, неизведанные земли — незнакомый никому из Ниндзяго мир… Она тоскливо вздохнула и внезапно услышала писк. Это была крыса, большая и толстая, которая еле волочила своё тело на коротких лапах. У неё была чёрная шерсть и необыкновенные фиолетовые глаза. Они мерцали среди травы, будто призывая Харуми следовать за собой… И правда, стоило девочке потерять её из виду, как крыса выглядывала из зарослей и пищала.        Давно скрылись за деревьями Хитоми с её отцом и Хатчинс… Харуми продолжала идти, пока не дошла до места на берегу, где из-за искусственного песочного вала образовалось маленькое озеро. Вода была чиста и в ней действительно отражалось всё… Харуми заглянула и увидела вместо своего лица страшную маску какого-то чудовища с рогами, а руки и ноги её были непривычного серого цвета. Отшатнувшись, она услышала писк крысы, очень похожий на смех. И правда, оглянувшись, Харуми увидела существо с чёрной кожей, а голова его была похожа на ту маску…        — Обычная девчонка жаждет изменить мир…? Ничего из этого не выйдет!        — Кто ты?        — Тебе не нужно это знать… Но, если в человеческом теле есть хоть капля решимости — нырни туда. В воду! Или же тебя подтолкнуть? Хи-хи-хи…        Харуми не успела ответить, как почувствовала прикосновение схватившего её монстра… А через мгновение над головой её сомкнулась морская гладь. Она стремительно шла на дно, в тяжёлом платье не было возможности выбраться… Несмотря на то, что Харуми ничего не видела, она отчётливо слышала:        — Мир погрязнет во тьме, света много, баланс нарушен… Мой век сочтён, но стоит усыпить бдительность… Нас мало, но мы обязаны… Давай же, поддайся!        В голове её мелькали образы… Тот день, Великий Поглотитель, ниндзя, которые ничего не могли сделать… Её родная мама, схватившая за руку и оттащившая от окна… Их последние с отцом слова, а затем вспышка — голубое небо, чёрная тень… похожая на того монстра! Чёрная, с четырьмя руками, и тело огромной змеи тут же разлетелось на куски! Значит, к ней пришёл он? Это был Гармадон…? Но что-то подсказывало ей, что нет. Отец Зелёного ниндзя спасал город, а не убивал её…        — Отпусти! — но из горла вырвалось лишь несколько пузырьков, устремившихся вверх. Туда же отправилась бы и её душа, если бы Харуми не схватилась за шею чудовища и не сдавила бы её из последних сил. Оно смеялось, хохотало над ней, но в конце концов сказало:        — Хорошо, хорошо… Спасибо, что развлекла напоследок. Я оставлю тебе подарок… Подарочек… Он поможет тебе!       

***

Очнулась Харуми уже на берегу. Взволнованное лицо Хитоми заполнило всю зону видимости, оно покраснело, а по щекам текли слёзы. Когда её физиономия наконец исчезла, Хатчинс спросил:        — Вы в порядке, принцесса?        — Всё хорошо… — но голос, как и руки, дрожал. Харуми поднялась с помощью Хитоми и обнаружила возле себя грубую шкатулку из камня.        — Если вы увидели что-то на дне, вы могли попросить кого-то достать это, — сказал отец Хитоми, — но вместо этого вы заставили нас беспокоиться. А что, если бы я не заметил вас?        — Это моя вина. Я плохо обучил новых стражников, — ответил ему Хатчинс.        — Не стоит волноваться, — сказала Харуми, — со мной всё хорошо.        — Нет уж, давайте вернёмся во дворец. Я ответственен перед императором за вашу жизнь и безопасность!        — Прости меня, Руми… — хныкала Хитоми, обнимая подругу.        — Ладно, нам и правда лучше уехать, — наконец согласилась Харуми, — но попрошу вас вызвать мастеров и открыть эту шкатулку!        — Как скажете… Я займусь этим сразу по приезду, — Хатчинс поклонился и подозвал служанок, чтобы те помогли Харуми собраться в обратную дорогу.       

***

У Харуми долго не выходил из головы образ того морского чудовища… Оказалось, что его последним даром была книга, вся исписанная тёмными заклинаниями. Чуть позже она узнала об они, их масках и о том, как можно было изменить мир… Чтобы настоящий герой вернулся к жизни, а фальшивые — исчезли без следа.        Тогда она наконец увидела краски — обрела то, что её радует. У неё появилась цель…