Ты будешь Омегой

      Вэй Ин и Цзян вернулись на пристань Лотоса, и Цзян Фэнмянь призвал всех заинтересованных лиц предстать перед омегой через месяц, на торжественном мероприятии, которое должно было закончиться свадьбой. Это была самая благоприятная и ближайшая дата.       Вэй Ин был озлоблен и держался особняком, не желая взаимодействовать с остальными членами секты, за исключением брата и сестры, которые, по возможности, не оставляли его в покое.       Он чувствовал себя куском мяса, проданным тому, кто предложит самую высокую цену. Слова госпожи Юй не помогли. Последнее общение между ними хорошо сохранилось в его памяти:       - Грязная омега для альфа-услуг.       Цзян Фэнмянь был в ярости и заставил жену запереться в своей комнате, а она ушла, смеясь.       Она не должна так сильно ненавидеть мальчика. Но если было унизительно то, что ее муж хотел, чтобы Цансэ Саньжэнь стала его второй женой, еще более унизительно было видеть, что он предпочитал ее сына больше, чем своему собственному сыну. Даже сейчас он, казалось, предпочитал его. Юй Цзыюань иногда даже думала, что сможет убить Вэй Ина и не пожалеть об этом.       Время шло, Вэй Ин был заперт, чтобы медитировать и учиться познавать свою омегу.       Поначалу это было трудно. Вся ситуация вызывала раздражение и диссонанс. Он отверг ее: если бы он мог вытащить из себя омегу, он бы с радостью это сделал.       Однажды ночью, когда он спал, мягкий голос в его сознании с тоской произнес:       - Альфа.       Вэй Ин приподнялся в постели в поисках источника голоса. Он был один в своей комнате, это мог быть только сон…       - Альфа.       Голос повторился.       Вэй Ин зажег лампу, чтобы убедиться, что он один, хотя на самом деле голос, похоже, звучал в его собственном сознании.       Раздраженный, он пробормотал:       - Прекрати это делать, уйди из моей головы.       Голос повторил еще более протяжно, сопровождаемый внезапной болью в сердце:        - Альфа.       Вэй Ину вдруг захотелось поискать что-нибудь, что могло бы успокоить муки, он не понимал, что нужно его омеге, он действительно чувствовал себя одержимым духом или демоном.       Он начал перебирать свою одежду, что-то заставило его обнюхать собственную одежду в поисках чего-то.       По крайней мере, он уже был спокойнее, чем тогда, когда только проснулся, когда у него была возможность проверить себя и убедиться, что вся его мужественность осталась нетронутой, он был все тем же мужчиной.       Он знал, что обычно развитие мужчин-омег останавливается с момента их проявления в возрасте от девяти до двенадцати лет, поэтому гениталии у них обычно маленькие. Но у Вэй Ина их рост не прекращался до сих пор, поэтому он был рад, что они там хорошо представлены.       В конце концов, альфы соревновались и гордились размером своих членов. Они считали, что чем они крупнее, тем больше вероятность того, что омеги забеременеют.       Вэй Ин хотел бы быть приличным альфой, но теперь... он ненавидел свою омегу. Он вырос, думая, что будет хорошим, безопасным и защищающим альфой, а не размножающейся омегой, в которого проникает альфа. "Хью!" От этой идеи ему стало плохо.       Прошло уже десять дней, и единственным общением с омегой были эти тоскливые слова.       Однажды ночью, когда он не мог заснуть, задыхаясь от жары и своих негативных мыслей, он вышел из спальни и пошел вдоль пруда с лотосами, следуя за сиянием луны.       Все спали, кроме охранников, которые патрулировали и наблюдали за ним издалека.       Вэй Ин долго шел, глядя на лотосы, которые вот-вот распустятся, - ночь была теплой и влажной.       Вэй Ин думал, что не хочет покидать свой дом, ему нравилась пристань Лотоса, он любил своего дядю и брата с сестрой, он любил своих шиди.       В голове раздался голос омеги:       - Ты можешь делать все, что хочешь, ты главный.       - Что случилось? - сказал он шепотом.       Голос в его сознании произнес:       - Осторожно.       И Вэй Ин обернулся в тот момент, когда почувствовал древесный аромат мадам Юй.       Женщина направилась к нему, выпуская цзыдянь:       - Отвратительный омега, ты даже не смог стать разумным альфой, столько ресурсов на тебя потрачено.       Омега Вэй Ина насторожился, у него вылезли клыки, а ногти превратились в когти. Это давало альфе оправдание. По крайней мере, она не отпустила бы его без личной метки.       Цзыдянь потянулся, чтобы нанести удар, омега взревел и увернулся, отступая от нее назад и хватая ее за волосы, чтобы повалить на землю и перевернуть.       Юй Цзыюань, удивленная, но не безоружная, снова атаковала. Она никогда не ожидала, что омега сможет защитить себя. Вэй Ин всегда был покорным и уважительным.       Когда Вэй Ин в считанных сантиметрах увернулся от цзыдяна и бросился на нее с когтями, Цзян Чэн обхватил его, оттаскивая назад, а Цзян Фэнмянь встал между женой и Вэй Ином. В этот момент появились служанки-близнецы, и глава приказал им отвести госпожу Юй в ее комнату.       Оставшись один, Цзян Чэн легко заставил Вэй Ина подчиниться. На самом деле Вэй Ин был парализован от удивления, поскольку напал омега, а не он.       Вэй Ин позволил бы госпоже Юй причинить ему боль. Несмотря ни на что, он уважал ее как мать своих братьев и жену вождя.       Когда он смог двигаться, он преклонил колени перед Цзян Фэнмянем:       - Накажи меня лидер.       Охранник, который предупредил Цзян, прибыл и объяснил сцену, которую он увидел. Цзян Фэнмянь знал, что это правда, он знал свою жену. Он посмотрел на Вэй Ина и сказал:       - Ты останешься в уединении до дня выборов альфы.       Это было ужасное наказание для неугомонного, бродячего Вэй Ина, слишком свободного, чтобы сидеть взаперти. Тем не менее он покорно принял наказание.       Вскоре поползли слухи, что омегу Юньмэна держат в заточении, потому что он жесток и опасен.       Однако Вэй Ин был доволен тем, что его братья и дядя ежедневно навещали его.       Его сестра даже организовывала семейные обеды в комнате омеги, чтобы поднять ему настроение и убедиться, что он поел.       Тем временем он прилагал усилия, чтобы встретиться со своей омегой, медитировал и изобретал новые талисманы.       Вскоре он обнаружил, что его омега очень проницателен, поэтому очень полезен, если он научится с ним жить. Его омега ни перед чем не склонялся, он доказал это перед госпожой Юй, он был доминантным и агрессивным, в отличие от Вэй Ина, который предпочитал принимать удары, а не наносить свои. Или позволял бить более слабых.       Месяц пролетел незаметно, и утром, перед рассветом, его встретили братья, нарядив в красно-золотое ханьфу, всего в семь слоев для довольно жаркого дня. Затем на него надели корону из золота и камней, приподняли волосы, оставив лишь несколько прядей свободными сзади, чтобы альфы могли любоваться его прекрасными длинными волосами.       Вэй Ин дрожал, запах альф уже достиг его ноздрей. Отвратительный. Эти альфы жаждали его увидеть, запах от них был резким и неприятным.       Цзян Чэн тоже нервничал, хотя он и пытался надушить его своим успокаивающим ароматом. К счастью, Яньли, будучи бетой, не обращала внимания на эту войну запахов.       Лидер Цзян приказал зажечь несколько благовоний мирры, чтобы избавиться от такого количества выброшенных феромонов.       Наконец, альфы собрались на большом тренировочном дворе. Был только полдень, солнце нещадно палило. Их было так много, что они не могли разместиться где-либо еще.       Если бы Вэй Ин был обычным омегой, там были бы только заинтересованные лидеры сект. Но поскольку доминанта нельзя было навязать тому, кого он не хотел, то надо было обеспечить достаточное количество кандидатов, чтобы не провалиться.       Впереди всех стояли Вэнь и Лань лицом друг к другу, оставляя широкий коридор, по которому должен был пройти омега. Затем были Не и Цзинь, также стоявшие лицом друг к другу, дальше секта Юй и секта Яо, а затем все остальные. Рядом с Лань были и ученики Цзян - одинокие альфы, выросшие вместе с Вэй Ином и не состоящие с ним в кровном родстве.       Цзян Фэнмянь в сопровождении своих детей, жены и охранников стоял перед двором, чтобы продиктовать правила:       - Добро пожаловать в мой дом, все вы. Правила этих выборов нельзя нарушать. Поскольку омега очень ценен, правила очень требовательны. Тот, кто не согласен, может уйти прямо сейчас без конфликта. Вэй Усянь выбирает своего альфу. Никто не может прикасаться к нему или принуждать его, никто не может говорить с ним, пока он находится посреди подиума. Тот, кого выберут, должен знать, что за согласие на помолвку ему придется заплатить в десять раз больше золота. Даже если омега выйдет замуж за представителя другой секты, он все равно останется Цзяном.       Секта, которая его примет, должна поклясться в верности Цзян. Культиватор, который возьмет его, должен поклясться защищать и заботиться о нем, иначе омега может вернуться обратно без каких-либо обязательств по возмещению. Омега может расторгнуть брак, если его что-то не устроит. - сказав это, он стал ждать, кто же решит покинуть арену.       Две небольшие секты и несколько младших культиваторов отступили, даже если Вэй Ин выберет их, у них не будет возможности заплатить все это золото. Вскоре наиболее известные секты остались.       Наконец, час спустя, когда все выстроились на площадке, появился Вэй Ин, одетый как невеста перед алтарем, в сопровождении четырех лучших культиваторов Цзян.       Цзян Яньли слегка подкрасила его глаза и губы, он был ослепителен. Аромат его омеги был мягким и сладким. Альфы начали проявлять нетерпение, им очень хотелось прикоснуться к нему, приласкать.       Вэнь Чао, с все еще изуродованным лицом, не хотел прикасаться к нему, он предпочел бы убить его. Если бы у него была возможность сделать его своим, он заставил бы его страдать, к черту правила.       Вэнь Сюй хотел завладеть им и сделать его своим на следующие три месяца.       Вэнь Жохань хотел же дать ему детей и культивировать двойное совершенствование до бессмертия. Говорили, что с ним нельзя было разговаривать, но о феромонах ничего не говорилось, поэтому внезапно воздух наполнился феромонами, пытавшимися соблазнить его.       Вэй Ин ошеломленно смотрел на Лань Ванцзи, почти не отрываясь, его омега мурлыкал.       - Альфа.       Мягкий, успокаивающий запах сандалового дерева окружал его и заставлял чувствовать себя в безопасности. Вэй Ин не заметил, как ноги привели его ко второму нефриту.       - Лань Чжань.       Он вздохнул, остановившись перед ним.       Лань мягко улыбнулся ему:       - Вэй Ин.       Вэй Ин наблюдал за остальными нетерпеливыми и расстроенными альфами. Было бы забавно, если бы это не казалось таким опасным и подавляющим. Он попытался расслабиться, пока его вечно сварливый омега теперь радостно мурлыкал.       Второй нефрит перед ним сиял особым светом, затмевая все остальное. Никто не мог существовать, кроме того одного альфы, который всегда привлекал его с разрушительной силой.       Вэй Ин мог только смотреть на него и пытаться дышать. Их глаза встретились.       - Лань Чжань, ты здесь, в первом ряду, потому что любишь меня. Так ли это, или тебя заставляют участвовать? Если это из-за обязательств, просто скажи это, и тебя отпустят, мне бы не хотелось заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.       Лань Ванцзи слегка нахмурился, а затем собрал все свои слова воедино, чтобы ответить:       - Я был вынужден все это время оставаться в уединении, чтобы не побежать за Вэй Ином. Это может быть только Вэй Ин.       Вэй Ин улыбнулся и приблизился, почти касаясь альфы. Он был так рад признанию, что мог бы прыгнуть на него и покрыть поцелуями. Но ему пришлось сдержаться и показать другим свое превосходное воспитание.       - О, Лань Чжань! Я тоже все это время хотел быть с тобой. Лань Чжань, Лань Ванцзи, это можешь быть только ты. Я хочу спать с тобой каждую ночь, ходить на ночную охоту только с тобой, быть твоим мужем.       Вэй Ин обнял его, поскольку Лань Ванцзи не должен этого делать, и Цзян Фэнмянь сказал:       - Омега выбрал. Будут заключены договоры и брачные ритуалы. Затем банкет.       Казалось, Вэнь собираются устроить беспорядки, но Вэнь Жохань остановил их, омега сделал выбор, а у него уже был опыт того, что происходит с омегами, так что силой он ничего не завоюет, он повторял им это весь месяц.       Нет.       Он всегда мог подождать, пока выбранный альфа случайно или подло не умрет, и тогда омега сможет искать себе следующего альфу. На этот раз ему следовало быть более осмотрительным. К тому же, у Лань Ванцзи была репутация холодного, как у могилы, и омега мог быстро ему надоесть.       Особый ханьфу в красно-золотом цвете ждал, чтобы обернуть Лань Ванцзи. Религиозные обряды предназначались только для участвующих кланов.       Во время чайной церемонии Цзян Фэнмянь дал понять обеим сторонам, что, хотя они будут женаты и оба могут пометить друг друга, если захотят, им не будет разрешено жить вместе или вступать в сексуальные отношения до тех пор, пока у омеги не наступит третья течка. Цзян Фэнмянь объяснил, что Вэй Ин был почти ребенком, неопытным и не имеющим достаточных знаний о сексуальности и беременности. Хотя обычно омег выдают замуж после восемнадцатилетия, Вэй Ину было еще пятнадцать, даже через месяц.       Ответственные взрослые согласились, поэтому после церемонии все будут участвовать в торжествах, а после этого спрячут новых супругов от мира совершенствования.       Для этого Цзян Фэнмянь и Лань Цижэнь заключили взаимное соглашение.       Сначала Лань Ванцзи проведет следующие два месяца на пристани Лотоса, изучая искусство секты, ему предоставят отдельную комнату, а Вэй Ин будет спать в своей комнате под постоянной опекой.       Тогда Лань Ванцзи вернется один в секту Лань, чтобы Вэй Ин провел вторую течку мирно и вдали от искушений.       После того, как течка утихнет, Вэй Ин отправится в секту Лань и получит отдельную и охраняемую хижину для изучения и совершенствования культуры Лань. Он вернется в свою секту на следующую течку.       Столько труда и заботы не были простой прихотью, они были двумя будущими лидерами секты Гусу Лань и железной связью с сектой Цзян, которую нужно было защищать и укреплять. Если бы этот брак был удачным, он мог бы укрепить генетику обеих сект в будущем, подарив надежное потомство.       Поэтому омегу нужно было беречь, не допуская риска, что он умрет во время беременности.       На празднике было много грустных лиц, в том числе и Лань Сичэня, который сам пожелал омегу и заставлял себя радоваться за брата.       Пока все праздновали, Вэй Ин и Лань Ванцзи перед Лань Цижэнем и Цзян Фэнмянем внутри священного храма совершили обряд укуса. Они оба прокусили железы на шее, чтобы навсегда принадлежать друг другу, смешали свои феромоны и объединили свои души. Оба старца испытали облегчение, что подростки согласились совершить обряд добровольно. Таким образом, Вэй Ин будет более защищен от альф, он перестанет быть таким желанным, потому что его запах будет скрыт и перекрыт запахом Лань Ванцзи.       Укус был болезненным, а ощущения - странными, почти бредовыми. Лань Ванцзи укусил первым, его клыки альфы выросли острыми и тонкими, не слишком большими, едва выглядывающими из-под губ, и показались Вэй Инe очень красивыми.       Лань Ванцзи самозабвенно вылизал брачную железу, прежде чем укусить ее, и это щекотало и электризовало Вэй Ина, который тихо и беспомощно смеялся. Это должен был быть очень серьезный обряд, никаких хихиканий, но он ничего не мог с собой поделать.       Когда Лань Ванцзи вонзил клыки в плоть, Вэй Ин почувствовал взрыв боли и наслаждения, его мозг словно отключился и поплыл, омега начал мурлыкать, он чувствовал, что его любят, собственнические чувства Лань Ванцзи словно вливались в вены, овладевая им. Глаза Вэй Ина стали ярко-красными, старейшины были потрясены, они никогда не видели такой реакции. Мужья сидели друг напротив друга, а Вэй Ин вытянулся и лег под мужа, чтобы дать ему легкий доступ к своей железе.       Клыки Вэй Ина начали опускаться, его омега полностью контролировал ситуацию, и когти тоже вылезли наружу. Клыки были огромными и настолько длинными, что почти достигали его подбородка. На это была своя причина. У омеги были более совершенные защитные механизмы, поэтому он мог защитить молодых особей от альф, которые хотели украсть или убить их, что было более инстинктивным и первобытным.       Лань Ванцзи втянул клыки и еще раз погладил языком разорванную и кровоточащую железу. Этот человек имел гораздо больше контроля над своим альфой с тех пор, как много лет назад научился жить с ним и доминировать над ним. Если бы всё было не так, возможно, он бы захотел полностью овладеть своим омегой, оплодотворить его.       Лань Ванцзи отпустил своего омегу и посмотрел на него. Вэй Ин был от природы красив, с этими клыками он мог бы походить на зверя, но его ярко-красные глаза завораживали, клыки были длинными и острыми, но они были прекрасными, безупречно белыми, Лань Ванцзи все равно считал его невероятно красивым и своим. Вэй Ин поднял одну руку и тонким движением когтей погладил его лицо, ласки были подобны перьям на коже альфы.       - Альфа. - устало прошептал омега, пожирая Лань Ванцзи взглядом.       Альфа присел перед омегой, предлагая свою спаривающуюся железу.       Лань Цижэнь внезапно забеспокоился, увидев огромные клыки, думая, что, возможно, он серьёзно поранит шею племянника. Не имея возможности избежать этого, он захотел остановить омегу, положив руку на шею Лань Ванцзи и предупредив:       - Вэй Усянь...       Из груди омеги послышалось низкое рычание, красные глаза с явным предупреждением сосредоточились на старике.       - Не причиняй ему вреда, - попросил Лань Цижэнь, не отводя взгляда, но медленно убирая руку.       Омега был по-настоящему устрашающим, когда взял контроль.       Вэй Ин сменил рычание на мурлыканье и начал целенаправленно лизать железу альфы. Когти ласкали шею альфы, скользя достаточно мягко, чтобы не причинить вреда, и достаточно заметными, чтобы альфа почувствовал покалывание во всем теле.       Лань Ванцзи расслабился, с уверенностью отдавшись своему омеге. Вэй Ин вонзил клыки достаточно глубоко для соединения, но не настолько, чтобы нанести ущерб.       На этот раз Лань Ванцзи почувствовал все эмоции омеги, это было похоже на огонь в его жилах, огонь, который не обжигал, а вызывал сильный жар. По позвоночнику пробежало электрическое ощущение удовольствия. Единственное, что чувствовал его мозг - это мурлыканье внутреннего голоса омеги:       - Альфа.       Клыки втянулись, и Вэй Ин снова преданно лизнул кровоточащую железу. Лань Ванцзи все еще находился в каком-то трансе, с закрытыми глазами расслабляясь в когтях омеги.       Вэй Ин обхватил его лицо обеими руками и пальцами обвел его губы, покрывая альфу своими феромонами. Лань Ванцзи отреагировал на него собственническим жестом, обхватив руками талию омеги прижимая к себе, а также надушил его ароматом сандалового дерева.       - Мой...       Альфа радостно мурлыкал, пока не улыбнулся, как только они разделились на несколько сантиметров. Вэй Ин улыбнулся в ответ и тихо ответил:       - Твой.       Они прижимались друг к другу, выпуская свои феромоны, пока Вэй Ин не оказался между ног альфы. Он потерся своим бедром о него, не отрываясь. Затем громкое и настойчивое покашливание попыталось привлечь внимание мужей, но безуспешно.       Цзян Фэнмянь схватил Вэй Ина за одну руку и потянул его назад, пытаясь оторвать от бедер Лань Ванцзи:       - А-Сянь этого достаточно.       Лань Цижэнь оттащил племянника назад, чтобы разлучить их. Лань Ванцзи недовольно рыкнул, но развел руки, позволив мужу вырваться из его объятий.       Несмотря на то, что омега по-прежнему доминировал, он был кротким и послушным человеку, который его вырастил.       Цзян Фэнмянь обнял за плечи подростка, который смотрел только на своего альфу, находившегося далеко от него.       - А-Сянь, хватит, ты будешь с ним всю оставшуюся жизнь, ты еще ребенок, ты должен остановиться. Смотри, он уже стал твоим мужем раньше всех, теперь вы должны научиться быть достойным партнером.       Омега успокоился и пропустил самого Вэй Ина, его глаза снова стали серыми, а ногти и клыки исчезли.       Хотя омега всегда доминировал, по крайней мере, Вэй Ин на этот раз тоже был там и мог чувствовать и помнить все, он мог чувствовать Лань Ванцзи и наполнять свою грудь любовью к нему.       Лань Цижэнь вручил Лань Ванцзи красивую деревянную шкатулку. Им еще предстояло завершить ритуал. Лань Ванцзи встал позади омеги, который все еще стоял на коленях рядом со своим дядей.       - Вэй Ин, мой муж, теперь тоже член семьи Лань. - сказал Лань Ванцзи, умело завязывая ленту Лань вокруг головы Вэй Ина.       - Ты можешь носить ее на лбу или на запястье, - заключил Лань Ванцзи.       Оба старейшины выглядели довольными, переглядываясь друг с другом.       После этого супругов проводили на банкет, где они поднимали тосты и получали поздравления от всех сект. Никто не мог не заметить ленту Лань со знаками главного рода на голове омеги.       Вэнь Жохань хотел бы сорвать ее оттуда, но у него не было другого выбора, кроме как сдержаться: омега вся была пропитана сущностью Лань Ванцзи.       Цзян Яньли не могла перестать улыбаться от счастья, когда увидела своего младшего брата таким счастливым и улыбающимся рядом с мужем.       Вэй Ин, теперь член секты Лань, уже нарушал правила, показывая чрезмерного счастья. Лань Цижэнь решил проигнорировать это.