Да, давай

Быть может, Скольд принял верное решение, приоткрыв свою душу Джону. Всё-таки, Джон всегда внушает доверие и чужие секреты никому не выдаёт, никого не обсуждает за спиной и просто ведёт себя не как долбаёб. Тиму приятно находиться в компании такого человека. Приятно, но всё ещё не хочется пускать его в самые тёмные места сущности Тима. Поэтому он о многом не говорит и хочет подождать, посмотреть, какой Файв вне сцены. Сегодня как раз было запланировано что-то типо первого свидания. На улице таял снег, было светло и в целом красиво, прям располагало к себе. Парни договорились погулять и сходить в кафе, чтобы не сильно замёрзнуть за всё время. А Лоури сейчас как раз стоял на морозе и ждал Тима. В груди ощущалось предвкушение всего что будет. Он с нетерпением ждал пока Скольд откроет дверь. Ему тоже было интересно каков он внутри, и речь даже не о органах. Тим - человек загадка, которую Джону уж очень хотелось разгадать. Тим - пунктуальный человек, поэтому он был давно готов к выходу. Он просто вышел, когда пришло время. Скольд выглядел не как обычно. Он был похож на милого соседа, с которым максимально комфортно общаться или просто молча ехать в лифте, потому он не пугает. Тим подошёл к Джону и обнял его, как это обычно делают друзья. Джон издал тихий звук «оооу» и принял его распахнутые объятия как родной. Джон редко обнимается с кем либо, но с Тимом он почувствовал себя готовым к этому. — Без приветствия даже… Как ты? Тим сразу осознал свою ошибку. Он обнял Джона в качестве приветствия. Но чтобы не делать ситуацию глупее и более неловкой, он ничего не сказал по этому поводу. Он для себя подметил этот момент. — Я впервые за долгое время выспался. Думаю, это делает весь день довольно красочным. Скольд почему-то не может выйти из образа. Хотя безумно этого хочет. Хочет показать себя Файву не с этой немного поэтичной стороны, которую он видел. Хочет показать свою сторону, которую прячет. Похоже, доверие слишком маленькое. — В остальном всё как обычно. Ты как? Надеюсь, у тебя подвиги поинтереснее. Тим улыбнулся. Эту улыбку видели далеко не все. Такая улыбка не заученная для образа. Она неидеальная, от того и милая. Файв не смог сдержать свою лыбу при виде этого зрелища и сказал: — Ой, а я сегодня уснуть не мог долго, всё думал и думал о наших отношениях. Но в целом, знаешь, я счастлив. Ты кажешься приятным человеком с которым очень интересно проводить время. — Я? Приятный человек? Не делай поспешных выводов. Я на любителя. По подобным фразам легко понять, что у Тима низкая самооценка. На самом деле, ему легче говорить о себе как о пустом месте и бесполезном создании, нежели как о просто скрытном параноике, который в душе просто напуганный ребёнок. Тем более, сложно говорить о себе как о "короле семи морей". Сейчас можно не притворяться. И Тим начал с такой довольно важной детали. Пусть Джон будет постепенно узнавать Скольда, как это обычно делается. — Ты себя занижаешь. Ты же ничего не делаешь из ряда вон. Джону не нравилась эта черта в его характере - обсирать самого себя, и он был намерен исправить это дело. Интересно, каким Тим станет после этакой терапии в виде любви. — Я существую. Тим попытался вывести это в шутку, преувеличивая по максимуму. Чтобы вот так облажаться, нужен особый дар. Неожиданно такое поведение от человека, который переебал весь город. Джон на секунду не знал что ответить. — В смысле, блять? Он не понял юмора. "Вот это я дебил" - пронеслось в голове Тима. Маска упала быстрее, чем он хотел. — Я и сам не понял, что сказал. "Я сказочный долбаёб" - в мыслях Скольд сделал вывод о себе. Вот он, настоящий Тим. Позорится направо и налево, потому что говорит всякую дичь. Но это делает его живее и искреннее. Джон опешил и спросил: — Точно всё хорошо? Ты это так сказал… - Файв пару секунд искал подходящее слово - Пессимистично. Этот человек всегда был готов на помощь даже к малознакомым людям. Дело в том что он был эмпатичным с детства. В юности животным помогал, поддерживал детей которых не собирают с садика родители, а теперь это. — Всё нормально. Я всегда такой. Тим решил позориться до конца. Он сам себя закапывает в могилу. Он это понимает и смирился с этим. Если Джон правда адекватный, то всё будет хорошо. — Что-то я в этом не уверен… Но ладно, опустим. Лоури решил что раз он не хочет рассказывать свой дальний уголок в шкафу сразу, то и не надо. Потом сознается. Такие ситуации уже были, потом, при определённом уровне доверия, рассказывали всё как миленькие. Тим выдохнул с облегчением. Наконец-то никто не пытается вытянуть признание. Но Скольд не был бы Скольдлм, если бы не закинул ответочку на "Ты это так сказал...пессимистично". — Ты какой-то слишком позитивный. — Ну каким получился, что уж тут поделаешь - вздохнул Джон. Это немного раздражало, но в целом терпимо. — Ты мне и таким нравишься. Выкрутился. Но не думал, что сможет. Это похоже на игру в карты, когда раздают карты случайным образом, и что попадёт зависит от удачи. Но у Тима оказался козырь. Джон замолчал и решил перевести тему. Однако было приятно слышать это в свою сторону. — Слуш, а как ты начал пить? И тут Тим задумался. Он попытался быстро прокрутить в голове воспоминания. На каком-то моменте всё становится смутно и обрывается. — Я и сам плохо помню, если честно. Скорее всего, захотел попробовать ради интереса, когда был подростком, а то и моложе. И пил я дома, при матери. Она придерживалась идеи того, что я должен пить дома один, потому что в баре или клубе со мной может что-то случиться. Как видишь, не помогло это. Я всё равно шатаюсь по барам. Тим достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. — Ты куришь? — Нет, но спасибо. Вообще не видел смысла во всём этом. Для меня это всё иллюзия, а на самом деле становится только хуже. Однако… Я пробывал когда-то и пить, и курить. Ощущения так себе, привыкания к счастью не вызвало. Джон печально вздохнул посмотрев на то, как Тим уже начинает закуривать. Странно говорить, но с сигаретой во рту он выглядел очень даже ничего. — А ты не переставал с того момента пить? Тим сделал затяжку и выпустил облако дыма с ужасным запахом. — Ну... Почти каждый, кто зависим от чего-то, пытался это бросить хоть раз. Конечно, я пытался. И не раз. Но всё возвращалось на круги своя после концерта. - Ещё одна затяжка. - Несколько раз меня напаивал Пого. Тогда я и стал уходить в бары, чтобы самому напиваться. Были концерты, после которых я валил в отель и не пил. Просто если никуда не свалить, то меня будет поить или Пого, или Брайан, он пытался. Как тебя ещё никто не заставлять пить, я не понимаю. Или я просто такой "везучий". Несмотря на такое пьянство, Скольд никогда не заливал горе бухлом. Когда происходит горе, он просто прячется от всех и плачет. Не хочет показаться нытиком. — Меня пытались по-началу, но быстро уяснили что я «правильнуша» и от пивка всегда отказываюсь. Просто отчётливо говори нет и не бери ничего. Вода может оказаться водкой. Джону довелось детально рассмотреть лицо Скольда, даже еле выросшие волосы на подбородке. Так пялился откровенно что многим бы стало не по себе. Многим, но не Тиму. Ему просто глубоко плевать на такие взгляды. Тим отворачивался, когда делал затяжки, чтобы дым не попадал в лицо Файва. Просто он знает, что это неприятно. Пауза ему не казалась неловкой. Иногда надо просто помолчать и что-то обдумать. Тим докуривает сигарету и тушит окурок ботинком. — С сегодняшнего дня хочу бросить курить. Просто почему бы и нет. На этот раз точно серьёзно. В прошлые разы я просто проверял себя. Он достал из кармана пачку сигарет и выбросил в ближайший бак. Зажигалку он оставил, пригодится. Джон хмыкнул глядя на это. Такой неожиданно ожидаемый поворот. — Замечательная новость, я держу за тебя кулачки. Лоури для показухи действительно их сжал. Интересный какой. — А вот это было не обязательно. Тим усмехнулся, потом нежно положил свои ладони на кулаки Джона. Странный способ проявить нежность. Но для Скольда это нормальный способ. Он, на самом деле, тактильный человек. Тим попытался согреть холодные костяшки чужих пальцев своими тёплыми касаниями. Он бы хотел дать свои перчатки, но он их забыл дома. У Тима всегда тёплые руки. Даже если у него с носа свисает сосулька, а ресницы и брови покрыты толстым слоем инея. Файв замер, это был неожиданный, но приятный жест. Возникло ощущение что стало теплее не только рукам но и душа вся растаяла перед ним сию минуту. Джон почувствовал себя маленьким ребёнком перед своим объектом воздыхания. — Это было внезапно, но знаешь, в прочем меня всё устраивает. Я так понимаю ты тактильное существо? — Ты мыслишь в верном направлении. Тим не стал отпускать руки Джона. Всё тело Джона - неизведанная территория, которую так и хочется поскорее изучить. Но пока что Скольду хватает и скромных жестов. Тим всегда любил обниматься. Просто со временем стало меньше людей, к которым хочется прикасаться. Он начал считать, что касания - не только что-то приятное, но и способ показать свои чувства, причём в очень интимной форме. Иногда простое "подержаться за руки" или "погладить по щеке" намного интимнее, чем секс. Просто надо языком тела и касаниями показывать свою душу. — Ой - Джон хихикнул от прикосновения — ну ты меня уже согрел, совсем совсем. Давай просто идти за руку. Лоури не хотелось отпускать Скольда, но так обниматься часами он не мог, на улице так тем более. Ещё предстоял долгий путь по городу. Тим кивнул. Он спрятал одну руку в карман, а другой взял руку Джона удобнее. Они пошли в одном ритме. Их ноги двигались синхронно. Будто они маршируют на параде. Болтовня обо всём и ни о чём одновременно легко убивала время. Не надо никак напрягаться. И вот так от разговора про прикосновения они постепенно перешли к построению плана по порабощению человечества и захвату мира. У Тима с детства есть глупая, но милая мечта. Он хотел бы захватить весь мир. Он уверен, что все хотели когда-то это сделать, но не все пытались. Это самое обычное желание для злодеев из мультиков. А вот для людей из реальной жизни это просто скрытая глупая мечта, о которой мало кто может без смущения говорить. Тим никогда не уточнял, как именно он хочет поработить человечество. Возможно, он захватил небольшую часть людей, которым он запал в душу. И он вполне доаолен, ведь начало положено. Джон то и дело пытался не засмеяться, но ему было искренне интересно слушать балаболку товарища. Не иронично. Он рассказывает это так будто действительно собирается это сделать, а до этого уже делал не раз, ибо расписать это в таких подробностях умеет только он. — Так ты любишь властвовать? - с улыбкой спросил Файв, намекая. — Когда не лень, люблю. - Хихикнул Тим. - Когда лень, я превращаюсь в тюленя. Скольд попытался выкинуть из головы грязные мысли, чтобы ненароком чего не натворить. Но лёгкий румянец на его щеках предательски выдаёт почти всё, что он так пытается скрыть. Но он контролирует свои движения, поэтому всё хорошо. — Ну, я бы поспорил с тем что тюлени ленивые. Джон заметил смущение Тима, однако решил не торопить события. Либо начало идёт нежное, красивое, чисто платоническое, либо сразу же секас. С Тимом второе не очень хотелось. Может как-нибудь потом, но точно не на этом этапе отношений. Но представляя всё наперёд, Лоури было бы интересно посмотреть на то как Тим будет иметь власть над ним. — Вообще, моё тотемное животное - медуза. Я стремлюсь к тому чтобы быть как медуза. Нет мозгов, нет чувств. Просто плаваешь себе и всё. Хотя интереснее быть медоедом. Ему похер на всё. Может и льва разорвать, и ядовитую змею сожрать. Тим пытается отвлечься от пошлых мыслей. Он чувствует, что Джон не готов на этом этапе отношений к таким вещам. Да и сам хочет побыть просто милым и заботливым. Хочет, чтобы было огромное доверие. А доверие, как известно, трудно завоевать, но легко потерять. — Любопытно, думаю тебе очень даже подходит. Я слышал что животное которое символизирует недосып и недовольство это горная вискаша. Так вот, это прям я. Джон любил животных, сам смотрит всякие шоу по телику про них, ходит по зоопаркам и имеет котов и собаку у себя дома, которых очень любит и боится расставаться. — Я не держу никаких домашних животных, хотя люблю животных. Я просто не хочу, чтобы мои братки страдали, когда меня подолгу нет дома. Тим вздохнул и ненадолго представил образ идеального кота. — Когда-нибудь я заведу себе толстого и чертовски болтливого кота, который будет по ночам скакать по дому и орать. Но днём он будет ходить за мной по пятам, просить ласки, которую я ему дам и будет со мной ходить есть. После ночных забегов он будет приходить ко мне и спать в обнимку. Это идеальный кот, такой у меня в детстве был. Я его обожал. — Некоторые умудряются оставлять своих питомцев на условной даче, пока сами тусуются в городе - хмыкнул Джон — Я так понимаю кот умер? - с грустью спросил он — Я не представляю какая у меня будет реакция на смерть моих нынешних животных. Как долго я буду отходить - незнаю, и знать сейчас не хочу. Но в принципе им не так много лет, так что нормально. Тим перестал держать Джона за руку и обнял его за плечо. — Я рыдал около двух месяцев ежедневно. Потом просто отходил примерно полгода. Пока родители не решили завести другого кота. Я не считаю это предательством. Новый друг помог быстрее оправиться от горя. Но никакое животное не сможет заменить этого кота, который вырос со мной. Когда я родился, кот был мелким совсем. Он сжал плечо Лоури. — Я могу только пожелать твоим питомцам очень долгих лет жизни. — Оу… - тихо сказал Джон. От прикосновения он почувствовал себя подушкой, но понимал, что это абсолютно нормально. Да и не то что бы было неприятно. — Я думаю сейчас он в лучшем месте. Сколько тебе лет было когда он погиб? — Он умер за день до моего дня рождения. Мне было тринадцать. Скольду немного больно это вспоминать. Такие раны не заживают и не перестают болеть. Они просто перестают кровоточить и беспокоить. Но стоит просто о них вспомнить, как боль возвращается, но не с такой силой. — Худший подарок от жизни, ноль из десяти. Я так понимаю следующий день рождения прошёл херово… Это был даже не вопрос, Джон просто понимал это. — Ничего хуже этого не случалось, хотя я всякое повидал. Даже не хочу представлять, что может быть хуже. Тим старается не разныться или не погрузиться в воспоминания. Иначе в конце-концов рыданий не избежать. А этого ему пока не хочется. Не тот настрой. — Вот и не надо. Не будем о грустном. Расскажи мне… О своей игре в Shotgun Messiah. Перевёл тему, молодец. Джон почувствовал как Тим может расплакаться в любой момент, а плакать на улице, при всех, да и мужчине вообще отвратительно. Скольд если и плакал то только перед близкими ему людьми. Лоури в целом тоже. Тим на мгновение прикрыл глаза. И за это мгновение перед ним пронеслись очень приятные воспоминания. — Это были прекрасные времена, в которые я бы не хотел вернуться. Но я люблю это время, мне даже грустно, что оно прошло. Но возвращаться туда не хочу, потому что сейчас у меня и навыки другие, и многое в моей голове изменилось с тех пор. Я тогда был молодым и шабутным. Меня так и тянуло на тусовки, я много пил, иногда и употреблял всякие порошки, девчонки были не проблемой, а даже приятным бонусом. Порошки мне не понравились, поэтому я быстро бросил эту тупую идею. Девчонки на мне висели пачками, больше, чем сейчас. Я не искал спутницу жизни. Я просто отрывался по полной. Скольд с улыбкой рассказывал об этом. Время и приятное, и не очень. Везде есть две стороны. — Во мне тогда кипела именно страсть. Я ебал всех подряд. И мне было плевать на всякие болячки. Постепенно мой этот пыл утих, и я стал более придирчивым. В любом случае, это всё драгоценный опыт. Ну а что касается музыки, то я до сих пор переслушиваю песни Shotgun Messiah, когда хочу понастольгировать по лохматым годам. Такая музыка для того времени была очень хороша. — Взрослеешь… - вздохнул Джон — Помню сам говорил только с теми у кого есть сиськи. Да в принципе так оно и осталось, даже ты - хыхнул он, оборачиваясь назад к лицу Тима. Файв шёл впереди — А от наркотиков зависимости никакой не было? Страшно, когда у тебя сразу несколько зависимостей или если просто пару пережил в разных периодах времени. — От наркоты не было. Я попробовал мало что, но мне ничего не понравилось. - Тим немного ускорил шаг, чтобы сравняться с Джоном. - Отходняк вообще говно, хуже, чем после убийственной смеси из абсента, пива, водки, мартини, коньяка, вина и ягера. А ведь я за вечер делал только одну затяжку, укол или вдыхал дорожку. Это не для меня оказалось. - Тим ненадолго замолчал. - Ты удивишься, но я был зависим от глицина. Это было около месяца и не сильно меня подкосило. Я в тот месяц был вообще невозмутимым. Довольно необычно. Можно спокойно купить в любой аптеке и закидываться, никто ничего не скажет. Я это бросил, потому что надоел похуизм. Было довольно легко, кстати. Я думал, будет ад. — Нихуя себе… Зачем тебе понадобились успокоительные? - Джон забеспокоился, мало ли что могло случится. Просто так не пьют такие вещи. Тим сократил расстояние между ним и Джоном, чтобы снова положить руку ему на плечо. — Это уже прошлое. Всё стало гораздо лучше. Скольд почему-то не хочет про это говорить. Возможно, опыт был травмирующий или всё ещё больно...или же просто не хочет, чтобы Джон ещё больше переживал. Иногда лучше не знать всю правду. Джон глубоко вздохнул и посмотрел на Тима. — Хорошо… Поверю. Рад что всё стало лучше. Глицин тебе помог или ты по большей части сам справился? Лоури знал, что лучше не пытаться выбивать слова, когда человек явно не хочет болтать, но кое-что узнать ему всё-таки хотелось. В противном случае, то есть если не скажет, то он просто смирится с этим. — Ну...я даже не знаю. Поначалу помогал, потом перестал. Я не хотел накачивать себя чем-то убийственным, да и без рецепта мало что можно купить. Я не ходил к психологу, времени не было. Мне помог плотный график концертов. Я попросту выматывал себя по максимуму, чтобы не было сил думать о плохом. Я отрубался почти сразу после концертов. Тогда меня никто не мог напоить. Все думали, что я успел ужраться и отрубиться. Конечно, я и пар выпускал на выступлениях. И мне помогло это всё. У Тима единичный случай, когда удаётся самостоятельно справиться с чем-то по-настоящему ужасным и отвратительным. Он знал, что самокопание - ужасный способ. Поэтому он ушёл в другую крайность. — Временами у меня случилось тоже самое. Или встречи с друзьями помогали отвлечься от дерьма подаренным жизнью. Так что прекрасно тебя понимаю. Я всё-таки думаю что каждый человек должен попасть к психологу, ты когда-нибудь там был? Прикол в том что Файв сам у психолога ещё не был. — Никогда не был. Норальных специалистов найти трудно. Многих вызывали к школьному психологу, который нёс полную чушь и о котором стоит забыть, потому что он ничего не сделал. — Даже у школьного. Хотя я в школьные годы был хулиганом. У нас всех хулиганов хоть раз водили к наитупейшему психологу. Странно, что до меня очередь так и не дошла. Даже когда я внезапно перестал докучать всем и превратился в очень тихого и странного чувака, который ещё и резался, меня не отвели. - Он вздохнул, посмотрел на свою руку, скрытую одеждой. Все царапки давно зажили, он не делал глубоких порезов. Максимум было до маленьких капелек крови. Но в то время это было прекрасно видно. Скольд даже не скрывался. — Не судьба, значит. — Резался? Блять, бро, что ж у тебя тогда происходило… И ты пытался этим затмить душевную боль или ты был мазохистом? - сказал Джон испуганным тоном. С Тимом начинаются диалоги всё более интересные и пугающие одновременно. Он этого не ожидал на первом свидание, но и не сильно против. Файв решил тоже посмотреть на конечность. Ничего он там конечно не увидел, но неприятный осадок что он занимался подобным остался. Но главное что сейчас всё в порядке. — Если бы в то время были эмо, я бы был представителем именно этой субкультуры. Дело не во внешности, а в состоянии души и поведении. Я не знаю, как я резко перешёл от грозы всех младшеклашек и участника местной группы хулиганов к фрику, которого все игнорировали. Мне повезло, что моим одноклассникам было похер на друг друга, поэтому меня и не травили. Я перестал общаться с хулиганами и просто был в таком душевном состоянии, никому не мешал. Когда был расцвет эмо, я даже захотел вернуться в школу, чтобы быть одним из них. Тогда я был одиноким и совершенно непохожим на других, а теперь появились единомышленники. Но с другой стороны, мне совершенно не нравилась школа. Кому же она нравится? Я не знаю ни одного человека, который бы любил школу. Честно говоря, я и сейчас обхожу школы стороной. Тим попытался сделать разговор не таким грустным, но всё ещё правдивым. Скольд в каких-то моментах вырос, в каких-то - нет. В отношении школ он остался при мнении которое у него появилось ещё в самом начале. Школа - говно, но без неё нельзя, поэтому надо терпеть. Тим ни за что не благодарен школе, поэтому и до сих пор терпеть её не может. — Бля, представляю тебя с косой чёлкой. Это внезапно слышать на самом деле. В смысле, ты и эмо? Я против них ничего не имею, но это просто забавно. На самом деле мне в школе было очень даже неплохо. Были и переломные моменты, но в целом, мне нравилось учиться и дружить с одноклассниками. Правда я с ними уже давно не общаюсь. Хорошие воспоминания - это главное. Джон иногда вспоминает о тех деньках с теплотой в душе. Ах, эта диавная первая парта… — У меня от школы ничего хорошего не осталось...кроме сожжённых тетрадей. Тим грустно улыбнулся, вспоминая тот костёр, на котором он жарил маршмэллоу. На удивление, маршмэллоу на костре из тетрадей с конспектами и пятнами слёз, пролитых за сложной домашкой, было вкуснее, чем на обычном костре. — Ах, было бы прекрасно сжечь школу. Вернее, дожечь. За год, в среднем, было минимум 3 не учебных пожарных тревоги. И каждый раз горели разные части школы. В первые разы было стрёмно, потом весело. Я, кстати, пару раз стал причиной пожара. — Как? - спросил Джон удивлённо. Перед вопросом он слабо хихикнул над историей Тима. Аж сам пожалел что такого не делает. Его тетради до сих пор где-то валяются в глубине дома. Скольд ухмыльнулся от накативших прекрасных воспоминаний о попытках сделать будущее лучше. — В первый раз я на уроке химии устроил пожар, потому что неправильно смешал реактивы, да ещё и разлил смесь на парту. Было эпично, когда я засунул несколько петард в унитаз, зажёт одну и бросил к остальным. Я не думал, что что-то загорится. Остальные разы я просто сигареты не тушил. — Из-за блядский сигарет? Ты был мощным и неуправляемым, конечно… - хмыкнул он — Ну, мне наверное уже пора, встретимся ещё.