Faded

       Звонко хлопнула деревянная дверь. Приехавшая в летний лагерь четверка друзей с подозрением осмотрела комнату, в которой они будут жить следующие три недели. Слегка обшарпанные стены, пол и потолок. Места было немного. В комнату уместились лишь две двухэтажные кровати, общая тумбочка да шкаф с деревянным комодом. Мда, не роскошь, но и не ощущалось, словно камера в тюрьме. Уже хоть что-то. Главное, чтобы не было как в некоторых общежитиях. Старое, потрепанное, с живущими в трущобах тараканами и сгнившей едой, которую никто так и не убрал за прошедшие десять лет. Кавех, как только кинул взгляд на это жалкое подобие спальни, тут же начал возмущаться, заставляя остальных прикрыть уши: — И это они называют спальней? Это скорее сральня, чем спальня! Места мало, а дизайн просто отвратительный! — Ну а что ты хотел от одного из самых дешевых лагерей, Кавех? — усмехнулся Аль-Хайтам, не отрывая взгляд от своей книги. — кинг-сайз кровати, белые, выглаженные подушки и одеяла, золотой унитаз и пол из мрамора? — Ты не понимаешь, Хайтам! Тут буквально негде развернуться одному человеку, что уж о четырех говорить! Мы ж тут согнемся все! — Вынужден согласиться с Кавехом. — поднял палец Тигнари, начиная приводить аргументы из лекций, которые им читали на биологии. — нехватка пространства пагубно влияет на нашу психигику, тем самым…        Дальше Сайно не слушал. Конечно, он уважал своего друга Тигнари за его большой мозг и невероятные познания в биологии, но сейчас слушать утомительные лекции по учебе у него не было сил. Да и вообще, он неспроста приехал именно в этот лагерь. Конечно, компания его закадычных школьных друзей, состоящая из Тигнари, Кавеха и Хайтама приехала сюда случайно. И так получилось, что они здесь встретились, и их распределили в одну комнату. Всё это было совпадением, Сайно вообще думал, что будет он здесь один. Но знакомые лица в принципе не помешают, что было хорошо. Может даже наоборот, с ними будет легче расследовать то, что он хотел расследовать, приехав сюда. Легче по крайней мере в психологическом плане. Друзья если что поддержат, выслушает, поделятся советом. А впутывать их в свое расследование… нет, Сайно не хотел. Потому что это не их дело. Это было лишь его дело. Его и Сетоса.        — Сетос не приедет. — В смысле? Как не приедет? Он же обещал! — голос Сайно был пропитан грустью, болью, обидой. На красных, словно рубин, глазах скопились слёзы, которые мальчишка даже не пытался смахнуть или спрятать. Только вытирал длинным рукавом своего плащика. — Он уехал учиться за границу. Это было его собственное решение. — единственный родственник и опекун Сетоса, его дед, посмотрел на дитё холодным, бесчувственным взглядом. — я рассказал ему о программе обучения несовершеннолетних в других странах. Про приемные семьи и тому подобное. Он сам согласился уехать за границу. — А как же общение? У Вас же есть его номер? Или он так и использует старый? — Сетос сменил номер. Чтобы он не отвлекался от учебы, я велел ему сменить номер и из старых сохранить только мой номер телефона, и больше ничей. Ваше общение подошло к концу, Сайно. Мне очень жаль.        Сайно не верил, что Сетос бы оставил его просто так. Он бы обязательно тогда написал ему! Сетос не тот человек, который неожиданно проваливается сквозь землю. Поэтому слова его деда слегка напрягли беловолосого. Сайно словно нутром чувствовал, что что-то здесь нечисто. Вообще Сетоса ограждали от общества как только могли. Он был на домашнем обучении, и даже не был прикреплен к какой-либо школе. Его обучал дед по старым книгам и лекциям, которые когда-то в свое время писали почившие родители брюнета. У Сетоса не было друзей. Единственным другом мальчишки был Сайно, и то опекун блондина не знал о его закадычном дружке. И так и не узнал о нём, даже когда они начали встречаться. Поэтому можно было сказать, что Сетос был немного изолирован от общества. Дед словно поместил его в пузырь, в пузырь, который смог пробить лишь Сайно, и никто более. У Сетоса не было знакомых. Никого. В его жизни присутствовало только два человека: его дед и Сайно. С остальным миром Сетос был незнаком. И именно этот странный факт заставил Сайно задуматься. Прошлым летом Сетос был в лагере. Именно в этом лагере, в котором сейчас находится он. Неужели он так там ни с кем и не познакомился, не подружился? Даже если и ни с кем, ребята ж должны были его видеть, так? Вожатые там, те, кто жил с ним в одной комнате. Об этом Сайно тоже спросил деда Сетоса, на что получил ответ: «они могут подтвердить то, что я сказал. Сетос уехал, и больше никогда не вернется обратно». Сайно смог выпросить у взрослого номера и контакты тех людей. Они, как и ожидалось, подтвердили слова деда Сетоса. Сетос действительно уехал учиться за границу, и больше никогда не вернется в Сумеру. Но Сайно знал. Он подозревал, что что-то здесь не так. Поэтому и выбил на следующее лето себе поездку в этот же лагерь, чтобы выяснить, что же произошло здесь на самом деле.

***

       День был утомительным. Разные активности, занятия, дискотеки. Ужин, обед, прогулки, общение. Всё это изрядно вымотало четверку друзей, и потому самый активный во всех делах Кавех, как только явился в комнату, тут же упал лицом на ближайшую кровать и заснул. Тигнари, кому принадлежала эта самая кровать, лишь тихо вздохнул, укрывая утомившегося друга одеялом, а сам отправился в ванную, доделывать водные процедуры. Хайтам и Сайно лишь молча расселись по своим кроватям, завершая все насущные дела и готовясь ко сну. Все же, лагерь этот умел выжимать из человека все силы. Даже делать особо ничего не хотелось. Хотелось лишь провалиться лицом в подушку, как Кавех, и вырубиться до следующего утра. Что в принципе Сайно и сделал, заранее пожелав спокойной ночи Хайтаму и Тигнари. Думать сейчас особо не хотелось, хотелось только лечь спать и отдохнуть наконец-то от всего. Активности и деятельность срабатывали лучше любого снотворного, а потому Сайно через пять минут уже дрых волчком, свернувшись в одеяло и посапывая. Ему было плевать, что свет в комнате ещё был включен, и что из ванной раздавался громкий звук воды. Его беспокоил только утомленный организм, слипающиеся глаза и драгоценный сон. Сон, в котором он увидел… Сетоса? Сетоса, который смотрел на него своими яркими, зелеными глазами. Сетоса, которого Сайно так полюбил. Сетоса, который… плакал и извинялся, крепко обнимая блондина. Но за что он извинялся? Что случилось? Неужели это правда, что он уехал и оставил Сайно одного? Но этого ведь быть не может, правда? Они же стоят на их любимом месте, на их любимой полянке в Сумеру. Тогда почему? Почему Сетос его обнимает и отчаянно шепчет что-то на ухо? Все шепчет, шепчет, шепчет… неужели он не хочет провести как можно больше времени вместе? Сетос тряс Сайно за плечи, крепко обнимал, шептал: «проснись! Сайно, проснись!». И Сайно проснулся.

***

       С того дня Сайно постоянно начал сниться Сетос. Тот каждый день делал что-то разное: слушал музыку, качался на качелях, убирался, устраивая воображаемый концерт. Одно лишь оставалось неизменным. Каждый раз он подходил к Сайно, обнимал его и шептал «проснись». И Сайно просыпался. Просыпался, даже если не хотел этого делать. Даже если противился, держал глаза закрытыми. Но он все равно просыпался. Вскакивал посреди ночи и вглядывался в темноту. Дальше он уже не мог заснуть. Все никак не получалось, даже снотворные не помогали. Всю оставшуюся ночь до пробуждения Сайно просто лежал, смотря куда-то в одну точку и размышляя. Анализировал действия Сетоса. Пытался найти причину его странного поведения. Пытался заново заснуть, но так просто и лежал с закрытыми глазами. Без возможности снова впасть в драгоценный мир снов. Что удивительно, на следующий день он все так же ощущал себя бодрым. Ни капли усталости, ни капли вялости. Сайно все так же выглядел свежий, как огурчик. Но с каждым днём он становился все беспокойнее. Он не мог найти причины действий Сетоса. Не мог разгадать загадки, найти хоть какие-то подсказки. И каждую ночь продолжал видеть с ним сон, а затем по команде просыпаться, чтобы не иметь возможности заснуть обратно. Так продолжалось долго. Пока в одну ночь не случилось чудо. Словно по привычке, Сайно вынырнул из сна по команде «проснись». Однако на этот раз ощущения были совсем другими. Было словно… холоднее, чем обычно. Как будто его обдувало невидимым кондиционером, из-за чего телу становилось даже приятно. Сайно открыл глаза. И встретился взглядом с любимыми яркими зелеными глазами, что смотрели на него прямо в душу. Блондин замер. Эти зелёные глаза, эти коричневые пушистые волосы, завязанные в хвост… Это точно он. Это точно Сетос. Сетос, черты которого Сайно навсегда запомнил и полюбил, как свои. Сетос, которому Сайно готов был отдать самого себя. Сетос, который внезапно исчез и появился только сейчас. Сетос, который… сидит на его коленях самым бесстыдным образом на свете и смотрит на него так невинно, будто он здесь не при чем. — Сетос? — слышится ломаный шёпот. Все таки Сайно не хотел разбудить своих соседей по комнате. Пусть спят, они и так устали. — Ох, ты меня видишь? — раздался мягкий, звонкий и такой родной голос брюнета, по которому блондин успел изрядно соскучиться. — ура, у меня получилось! — Тише, тише, ты ж сейчас разбудишь их! — зашипел Сайно, с опаской смотря на своих друзей, которых, казалось бы, настолько сильно вырубило, что даже стреляющий поблизости танк их не разбудит. — А? Та не, они меня даже не слышат. — для подтвержения своих слов Сетос подошёл к лежащему рядышком Тигнари и похлопал прямо напротив его пушистых лисьих ушей. Тот лишь пошевелил одним ухом, перевернулся на другой бок и продолжил сопеть. — … ахренеть. А как? — Сайно был в шоке. Обычно чуткий ко всем звукам и шевелениям Тигнари никак не прореагировал на довольно смелый поступок Сетоса. То ли он очень сильно устал, то ли ребята действительно не могли услышать Сетоса. — и вообще, у меня к тебе вопросов много! Где ты? Что ты здесь делаешь? Каким образом вообще… — Тшшш. В отличие от меня, они тебя слышат. — подмигнул брюнет, хихикая и показывая на шевелящегося Кавеха. — давай выйдем? Там я на все-все-все твои вопросы отвечу.        Сайно, не мешкаясь, тут же встал с кровати и пошел за Сетосом. Который каким-то образом просто так прошел сквозь дверь и исчез, оставляя за собой лишь лёгкий холодный ветер. Сайно тут же поспешил за ним, чуть не разбивая себе лицо об жесткое дерево, но все же умудряясь неловко проскользнуть мимо охраны и выйти во дворик. Ночью он выглядел слегка иначе. Желтый свет фонарей смотрел на главную часть сего построения, позволяя непутевым совам ориентироваться в пространстве и не ломать себе по случайности что-нибудь, споткнувшись о скамейку или кирпич. На дворе стояли многочисленные лавочки, расположенные по периметру, а так же урны и несколько клумб. На одной такой скамейке сидел, болтая ногами, Сетос и напевал себе под нос незамысловатую мелодию. Сайно осторожно подошел к нему, попытался прикоснуться. Но рука его прошла сквозь плечо брюнета. — М? А, ты не сможешь меня коснуться, Сайно. Прости. — виновато улыбнулся Сетос. — я призрак, бомжую здесь уже который месяц. — Призрак? Погоди… Сетос, ты мертв? — глаза Сайно расширились. Впервые за последний год он почувствовал, как в уголках скопились горячие солёные слёзы. — Ага. Мертв уже как год. А что, тебе не сказали? — Нет… мне сказали, что ты уехал учиться за границу, и что… ты никогда больше не вернешься. — Мгм… так и знал, что дед хотел от меня избавиться с самого начала. — горестно вздохнул зеленоглазый, вставая рядом с Сайно и фантомно пытаясь его обнять. Блондин тут же, не мешкаясь, обвил свои руки вокруг талии возлюбленного, слёзы непрерывным потоком струились по его щекам. Ему было поистине плевать, что объятия эти ненастоящие, что по факту он обнимает ночной холодный воздух. Для него на этом месте стоит Сетос, и именно его Сайно обнимает. — Сетос… как ты умер? — Я? Меня убили. Отравили чем-то непонятным во время приёма пищи. Потом мне стало плохо, но этого не заметил никто. Кроме медсестры. Меня отвели в медпункт, где вкололи что-то, от чего я и откинул коньки. Подозреваю, что вкололи ещё больше выпитого мною яда. И что это мой дед подговорил весь персонал и обеспечил его всем необходимым. А затем просто… прикрыл мою смерть. Так как это был последний день в лагере, никто особо и не заметил. Тем более когда дед успел замести следы. — Сетос… — у Сайно не было слов. Он так и знал, так и знал, что с дедом Сетоса что-то творилось не так! Ну не мог же верный и лояльный Сетос исчезнуть просто так, ничего не сказав своему парню! Сайно почувствовал в груди прилив злости. Он непременно, непременно отомстит за Сетоса. Поймает его деда и передаст суду. Чтобы этот кусок дерьма гнил в тюрьме до конца своих дней. Руки Сайно сжались в кулаки, сам он испустил тихий глухой рык. Дед Сетоса отобрал у Сайно его парня, его любовь, его самого дорогого в мире человека. Масла в огонь подливало ещё то, что Сетос был несовершеннолетним внуком, что делало ситуацию хуже в несколько раз. Этот человек не заслужил внуков. Этот человек не должен был становиться дедом такого прекрасного человека, как Сетос. Сайно выдохнул. С этим они разберутся потом. Теперь, когда он знает, что произошло, ему нужно будет рассказать все своим друзьям. Сайно уверен: они ему помогут. — Сетос… — М? Что случилось, Сай? — Где… где твое тело? Где тебя похоронили? — Ась? Нигде. Моё тело сожгли в печи. У деда был друг, у которого есть крематорная печь. Вот меня туда повезли и сожгли, а пепел рассеяли в воздухе. — Но… Как так получилось, что тебя никто не заметил? Люди должны были быть обеспокоены, что где-то там везут тело покойника! — Ой, это я не знаю, прости, Сай. Могу только подозревать, что весь персонал лагеря и крематория был предупрежден и подкуплен довольно большими деньгами. И как-то они между собой договорились и провернули план по свержению меня. — Я… обязательно отомщу. Обязательно отомщу за тебя, Сет! Слышишь? — Слышу, слышу, Сай. И буду очень благодарен, если ты отомстишь.        Сетос улыбнулся краешками губ, чем очаровал уже и так очарованного Сайно. Казалось бы, куда больше? Но любовь — штука такая, когда партнера хочется всегда. Хочется всего, и даже больше, чем всего. На небе расступились темные облака, обнажая белую полную луну. Сайно и Сетос оба перевели свои взгляды на неё. Хоть эта ночь и была самой обычной, для них она являлась по-настоящему особенной, ведь именно сегодня, именно в этот момент они смогли увидеться снова, воссоединиться хотя бы на недолгий миг. — Сай… — М? — Луна сегодня красивая, правда? — эта фраза ударила блондина в самое сердце. Именно таким образом ему признавался в любви Сетос. Признавался этому глупой фразой, под покровом ночи, где единственным свидетелем их зарождающейся любви была белая полная луна. Сайно усмехнулся, тихо шепча. — …настолько, что умереть можно.