ссоры и сон

просто очередная глупая ссора. просто снова не поделили что-то. так мелочно и глупо, что скулы сводит при осознании. и мы можем каждый раз клясться и божиться, что не будем больше, но будем - будем - будем. однажды это поставит точку на нас, а сегодня просто снова заснём в тишине. сегодня ты снова молча лезешь под одеяло, прижимаясь поближе. хмуришь брови, дуясь, а я сжимаю губы, пытаясь остановить ненужные слова. это всё так привычно, заучено. я уже почти не улавливаю твой запах, когда утыкаюсь тебе в загривок. чем там от тебя пахнет? кажется, амбра? от меня пахнет сырой землёй, а ты всегда говоришь, что вишней. я хотел бы пахнуть вечерним лесом, знаешь? первым лучшим другом, может последним летом юности… ты привычно тычешься носом в мои татуировки на сгибе локтя. ты помнишь, что там набито? уж если не помню я сам. помню был фанфик (так это называется..?), ты там разрисовывал фломастерами эти рисунки на моём теле. мы могли бы попробовать, да? почему я говорю с тобой в своих мыслях, если ты лежишь рядом? — поговори со мной, тём? — я окутываю руками всё твое тело, ты чувствуешь? надеюсь, тебе не всё равно. — ты пахнешь как двести двадцать вольт, — ты вкладываешь свою ладонь в мою и бегаешь глазами по комнате, я этого не вижу, но знаю тебя слишком давно. я знаю, что у тебя в голове, но спрашиваю каждый раз. сегодня не буду. сегодня ты читаешь мои мысли. — ты знаешь. — что я знаю? тём. — прикидываюсь, что не понимаю о чём ты. это ты меня научил. я вообще перенял от тебя очень много глупых привычек. хотя ты от меня точно больше. — что я чувствую. ты знаешь. ты всегда знаешь. я обнимаю тебя крепче, до хруста наших костей, и мне хочется плакать. знаешь этот секундный порыв, а потом всё снова нормально? я всё знаю, просто молчу, ты должен сказать сам, иначе мы точно продули. ты лезешь ледяными стопами меж моих голеней и это, кажется, первый раз, когда мы заснём примирившись. я целую твой затылок и твои волосы щекочут мне ноздри. тебе бы подстричься. ты съеживаешься, когда в открытое окно залетает прохладный ветер. колышет шторы. очень щедро с его стороны обогащать эту комнату кислородом, но ты не очень то благодарен, когда бурчишь ругательства себе под нос. на жару ты тоже ругаешься, а мне, знаешь, плевать на погоду. я с возрастом научился искать везде плюсы. жаль, что этого ты у меня не перенял. я сейчас выпил бы чаю с тем пирожным, что лежит на кухне уже третий день. оно, наверное, уже совершенно невкусное. ты пьешь только черный чай, а я пью зеленый. от черного у меня в груди разливается тревога и тоска смертная. от тревоги хорошо помогает звук твоего мерного дыхания, а от тоски… может, психолог? но я к нему не пойду, а то разберусь со своей головой и уж точно в край заскучаю. ты как-то делился, что боишься проснуться нормальным, мол, откуда тогда взяться красивым строкам. ты, небось, не думал, что это так на меня подействует. а я каждую ночь засыпаю с тех пор с этой грёбаной мыслью. не дай бог стать нормальным, тём. я тогда точно тебя разлюблю. мы так мало говорим в последнее время. я не уверен, что знаю тебя в настоящем. я знаю, что ты в прошлом любил ромашки (я люблю лютики и гиацинты), любил завтракать цитрусами и плевать, что это вредно. любил вонючие мальборо и дешёвый коньяк. любил мои волосы и мои острые коленки. ты и сейчас продолжаешь завтракать апельсинами, выкуривать пол пачки мальборо за день, хлестать коньяк и зарываться в мои волосы, а я продолжаю приносить домой полевые ромашки, но… действительно ли тебе всё это нравится сейчас? не стало ли это простой привычкой? не стал ли я для тебя просто тупой привычкой?  в любом случае, ты по-прежнему спишь у меня под боком и я всё ещё могу слушать твоё сопение, трогая острые плечи. и в следующую ссору мы не будем снова молчать.