Массаж

— тебе просто нужно расслабиться, Лололошка, — Джодах подходит к нему и давит на плечи, заставляя сесть на кровать. Стоп, откуда в Prunus'е кровать? — Джодах, мне это не нужно, правда, — Он хватается руками за богемские предплечья и пытается убрать чужие ладони с себя, — всегда обходился без этого. — я считаю, что тебе правда стоит отдохнуть, — Джодах свёл брови, и провел ладонями по плечам в манер массажа, — ты только вернулся с другой реальности. — Ты из-за этого решил дать мне отдохнуть? — Лололошка смотрит на него с явным вопросом. — Ну да, — Бог сильнее давит на плечи, заставляя лечь. И Мироходец подчиняется. Ложится на мягкие простыни и смотрит удивлённо на Джодаха. А бог наступает коленом, чуть поодаль бедра Мироходца. — Повернись на спину, — звучало как приказ, хоть им и не было. Лололошка пожал плечами и лёг, уткнувшись носом в сложенные локти. С другого бедра кровать просела — Джодах тепеоь нависал нал ним полностью. Большие и тёплые ладонь сначала на пробу коснулись напряжённой спины. Надавили и массажем пошли по лопаткам, особенно часто останавливаясь на плечах. Лололошке сначала было странно, а потом… Он прочувствовал. О Время, это правда было хорошо. Мироходец медленно расслабляются и пытается сдержать довольное мычание. Бог умещается на бёдрах — Лололошка сильный, он явно выдержит его вес — и теперь давит увереннее. По ледяной мироходской спине расходится богемское приятное тепло и Лололошку пьянит. Ужасно прекрасно, так, что кажется ещё немного и искар заставить его вновь забыться. Лололошка и правда отключается от реальности, погружаясь в бездумное удовольствие и сдержано мыча в локти. Джодах повел ухом и крылышком за раковиной дрогнуло. Мычание приятно ударило в улитку — Лололошке хорошо, и видимо очень, ведь Мироходец в эмоциях сдержан. Бог сводит кисти к пояснице, ритмично давя, и Лололошка заходится в локти приятным звуком, вытягивая спину. Стоп, это было не мычание. Богемские крылья аж дрогнули, О Время, Боже мой, не может быть, это был самый натуральный стон. Лололошка, кажется, сам прихуел и как-то ломанно повернул голову к Богу. — Это я сделал? — Мироходец сводит брови к переносице. Бог лишь тупо мотнул головой в знак согласия. Ему было… приятно. Приятно, что он был причиной стона Мироходца. Очень приятно. Так что в паху что-то сводило. — ну… Ты продолжай, — Лололошка зарделся и отвернулся обратно в локти. — как пожелаешь, маленький мироходец, — Джодах нагибается к уху Мироходца, говоря это «Время, блять, он что меня соблазняет?» — Подумал Лололошка. «Время, блять, я что его соблазняю?» — подумал Джодах. Впрочем, он и правда его соблазнял, но не понимал на что. Руки вернулись к пояснице, снова разнося тепло. Медленно, всё ниже и ниже, в итоге опускаясь к резинке штанов. — я… — начал неуверенно Бог. — сейчас, — Лололошка еле перевернулся под ним и теперь лежал на спине, — да. Джодах остолбенел. Очки спали с Мироходца и все лицо его мило-красное. А учитывая что Джодах причина смущения и возбуждения — еслм невольно свести взгляд к паху — то становится не только мило. Бог опирается рукой около его головы и нагибается ближе к раскрасневшемуся лицу. — Ло, — начинает он, щуря глаза. — Джодах… — Можно я… — можно, — И Джодах целует. Сухими губами обкусанные, медленно невинно чмокая и облизывая, а после переходя на страстный. Он терзает его нежно и Лололошке крышу сносит, его руки обхватывают богемские и он готов разреветься, хотя ему это совсем не присуще. Джодах спускается с губ, целует подбородок, линию челюсти, очень судорожно, будто Ло исчезнет в любой момент, как было раньше. Опускается ниже, снимая рывком шарф и зацыловывая шею. Лололошка мычит и отводит взгляд нетерпимо ерзая ногами, он скрывал шарфом чувствительную зону и Бог в ней. Бесповоротно, развратно и нежно в ней, он кусает оставляет красные метки и сводит с ума и Мироходцу нравится. Джодах невтерпёж, они не виделись лет пять, казалось мало, но, сука, без Лололошки долго, очень, сука, долго. Бог кастует и одежда с мироходца исчезает — Лололошка шипит от внезапного холода и Джодах торопиться помочь. Он расцепляет руки и опускает их к телу, одной водит по впалому животу, разукрашеному шрамами, а другой кругами водит вокруг соска. Издевается, с довольной ухмылкой и Ло почти хнычет. Рука с живота опускается вниз, к отверстию и медленно палцем кружит там. — Готов, — Джодах опять нагибается к его уху, наваливаясь на его тело своим и прикусывая мочку. — да… И Джодах начинает. Один палец входит трудно, медленно массируя изнутри, пока другая рука теребит грудь, и Лололошку всего карёжит. Не так как от болезненных воспоминаний, а карёжит приятно, и в низу живота так же приятно сводит. Бог добавляет второй, томительно изнуряя Лололошку до степени каления: Мироходец чуть скулит. И Джодах довольно скалится, наклоняется к его шее и посасывает кожу под вздохи. Разводит ножницами пальцы, мягко обводя пальцем другой руки сосок. — Лололошка? — он шепчет тихо, выдувая горячий воздух в мироходческую мочку и названный весь дрожит. — Ну… — Лололошка прикрывает глаза, сжимая губы, — давай уже. Джодах скалится довольнее, пуша птичий хвост, и убирает руку с груди. Тянется к своей одежде и снимает стремительно, вставляя третий палец. Мироходец готов взывать и одновременно кончить. Трёх пальцем одновременно много и мало, и единственное в чём он уверен — он хочет чтобы, мать его, Джодах вошёл в него. Тогда всё было бы просто чудесно! Лололошка ахнул: внизу стало неприятно пусто. — Я начинаю, — Джодах чмокнул его в мочку и опустился к ключицам, медленно вставляя под стоны, — громче, Лололошка, громче, прошу. Мироходца бьёт приятно и нежно от бесконечных касаний и поцелуев. И Джодах рад. И Джодах водит руками в успокоение, пока вставляет по половину и крылья дрожат от наслаждения. Медленно начинает двигаться, вставляя по основание и Лололошка весь мычит и мягко царапает предплечья. Джодах целует в макушку, распуская хвост. Темп чуть ускоряется и Бог целует, заносчиво кусая губу и спускаясь на челюсть. Темп чуть ускоряется и Лололошка стонет, сводит ноги сильнее, щиколоткой касаясь пера и руками терзая сильнее. Он запрокидывает голову в наслаждение и нетерпеливо начинает насаживаться сам. Джодах с этого утыкается носом в междушейе и рычит, ускоряясь. Он давит его в постель, поднимает сцепленные чужие руки за голову и оставляет засосы. Много. Он метит его и уже представляет как Лололошка будет всё это прикрывать шарфом. Бог ведёт, вдалбливается, искоса поглядывая на появляющийся бугорок в нижней части живота, и в ритм исчезающий. Лололошка мычит и часто ахает, зажмурив глаза. — Джодах… Джода… — Бог чуть поднимает голову выше к мироходцу, ритмично входя и выходя, — м… Богемское ухо дрогнуло от стона и рука пустилась вниз к мироходческому члену, огладив. Джодах елельно чмокнул скулу и в такт еле надрачивал. — Джодах, я… — Лололошка не договорил, пискнув — его мочку укусили и накрыли пальцем головку, — …сейчас кончу… — я тоже, — Джодах птицей проворковал в раковину и сделал еще пару толчков, отпуская чужой член и давя в плечи. Лололошка излился себе на живот, как только почувствовал теплоту и наполненность под рычание Бога. Он тяжело дышал ему в ухо в унисон мироходцу. — Лололошка, — он медленно вышел из него и лёг рядом, накрыв крылом, — я люблю тебя. — своевременно, — Мироходец хрипло хмыкнул и повернул голову к нему, — но ее вижу причин не отвечать взаимностью. — Значит… — и я люблю тебя, Джодах, — Лололошка слабо улыбнулся, — а теперь наколдуй чистоту. — Ха-ха, хорошо. Теперь нужно как-то обьяснить Смотрящему, почему его так долго не было.