Я не успел тебе сказать

      Юля старательно поправляет рубашку Грома, ворча себе под нос, какой же Игорь неаккуратный, и что она не собирается опять тратить полчаса на то, чтобы привести его внешний вид в нормальное состояние. Непривычно тихий Дима сидит за столом на кухне, задумчиво рассматривая что-то за окном. «Может тоже волнуется?» — пронеслось у Игоря в голове. Будто прочитав его мысли, Юля поспешила успокоить: — Все будет хорошо, у тебя лучший адвокат. Если будешь делать все как надо и читать по бумажке, все пройдет отлично. А, ну и еще, если не помнешь костюм. Пусть все будут очарованы тем, какой ты аккуратный. — Юля улыбнулась — Срази их наповал, Игорь.       Добавив последние штрихи, Пчелкина убежала сушить волосы, а Дима наконец-то повернулся к Грому. — Все пройдет хорошо, Игорь, — мягкая улыбка Дубина озарила комнату, но Гром нахмурился. Это первый раз, когда они увиделись, после того, как Дима чуть не умер. Сначала Игорь был в больнице, потом Дубин начал оправдываться делами в участке, и у них не было возможности даже созвониться. А сегодня Дима просто появился в громовской квартире, разбудил его, заварил им двоим чай и развлекал Игоря новыми байками из участка, которые успели накопиться за время его отсутствия. — Знаешь, Дим, — Гром вздыхает, пытаясь подобрать слова, — я рад, что ты жив. Правда. Я ведь когда увидел на том экране, что ты погиб, я думал все. Как я без тебя жил бы, а? А ты вон какой хитрый, в бронежилете был. Не снимай его никогда, хорошо? Я ж не переживу второй раз такое. — Все ведь хорошо, Игорь. Я тут. — Дима слабо улыбнулся и подошел к Грому. Тот схватил его в объятья и зарылся носом в волосы напарника. От него пахло какой-то пылью и железом. «Когда только успел измазаться?» — Обещаю, больше такого не случится. Будем всегда вместе. Гром улыбнулся, сильнее сжимая Диму у себя в руках: — Я же тебя люблю, Димка. Сильно-сильно. Прости, что раньше не говорил, ты ж меня знаешь. Сложно это все для меня. Дима молчал, но Игорь чувствовал, как тот улыбается ему куда-то в плечо. Они простояли так минут пять, пока шум фена из ванной не прекратился, и в комнату не вошла Юля. Дима отпрянул от Грома, бросил недовольный взгляд на девушку и снова отошел к окну. Пчелкина, будто не заметив этих странных действий, показала Игорю экран телефона, намекая, что им уже пора выходить. Гром посмотрел в сторону окна, но Дима все еще рассматривал что-то за стеклом, не обращая внимания на слова Юли. — Игорь! Мы опаздываем, собирайся быстрее! — донеслось из коридора. Дима посмотрел на Грома и покачал головой. Мол, идите без меня. Игорю такое однозначно не нравилось. Он, значит, только что Дубину в любви признался, а тот отказывается его поддержать во время слушания? И Пчелкину его напарник как-то странно игнорировал. Что случилось у этих двоих? — Юля, — девушка обернулась, кинув вопросительный взгляд — что происходит у вас с Димой? Вы поссорились? — О каком Диме ты говоришь? — Ну, Юль, у нас много знакомых Дим? — Гром растеряно улыбается — что за кошка между вами пробежала, что вы так старательно друг друга игнорируете? Юля смотрит недоумевающе. Вдруг в ее глазах проскакивает что-то, отчего Игорю стало некомфортно. Ему захотелось обернуться, найти поддержку в Диме, но Пчелкина осторожно подошла к нему, будто боясь спугнуть, и взяла его лицо в руки, не давая Грому двинуться. — Игорь, — девушка вздохнула, а Игорь внезапно понял, что ее глаза странно блестят. — Димы нет. Его убили, ты помнишь? Гром продолжает стоять, удивленно смотря на Юлю, будто его внезапно ударили по голове, а после вырывается из ее рук. Да не может быть, Дубин только что был тут! Он смотрит туда, где еще минуту назад стоял Дима, но там нет никого. Игорь медленно оседает на пол. Ему почудился Дима? Гром не слышит ничего, что говорит ему Юля, которая пытается привести его в чувство, говорит что-то про Рубинштейна, к которому он будет обязан сходить, и про суд, но все ее слова превращаются в белый шум. Неужели Дима действительно погиб из-за него? Неужели Игорь действительно не успел сказать ему, что чувствует? Гром не замечает, как начинает беззвучно рыдать.       На месте, где стоял Дима, лежит только черное перо.