need a break

Лиз стоит перед зеркалом, надевая сережки, поток тяжелых мыслей нескончаемо шумит в голове. может, мне не стоит идти на эту вечеринку? что будет с ним? сможет ли он справится? не причинит себе вреда? Девушка вздыхает пару раз, пытаясь не разрыдаться от всей ситуации, ей невыносимо видеть, как ее любимый человек страдает, медленно погибая изнутри, еще хуже от того, что она бессильна. Лиз выходит из ванной, проходя в небольшую кухню, где за столом, чуть сгорбившись, сидит Ян. Она подходит к нему, нежно опустив руку ему на голову, поглаживая непослушные кудри. Янек медленно поднимает голову, отрываясь от компьютера и натянуто улыбается, потому что не может по-другому, потому что он больше не чувствует себя живым, где же тот жизнерадостный парень? Да он и сам не знает. От прежнего Яна осталась только оболочка, и то, заметно похудевшая и с синяками под глазами от недосыпа. Она целует его в светлую макушку и заглядывает в его глаза, смотрящие, как будто в самую душу. -Янек, ты уверен, что справишься? Я ненадолго, но мне страшно оставлять тебя одного. Ян пытается приподнять уголки губ, но выходит очень неестественно, поэтому он вздыхает, берет ее руку и оставляет невесомый поцелуй. -Лиззи, я справлюсь, ты же знаешь, я большой мальчик. Она глубоко вздыхает и смотрит на него, пытаясь запомнить каждую чёрточку его лица, потому что закрадываются сомнения, сможет ли она увидеть его еще раз. В душе девушки скребутся кошки, чувство чего-то необратимого засело внутри, но он же сказал, что справится. справится ли?.. Розмановски провожает девушку долгим взглядом и вздрагивает, когда дверь за ней закрывается. Ян кладёт голову на руки и пробегает беглым взглядом по квартире, останавливаясь на их совместных полароидных фотографиях. Тяжелый комок появляется в горле, «прежний Ян» с искренней улыбкой смотрит с фотографии. Сейчас он сидит где-то в глубине его души, отчаянно желая вырваться, но пелена печали захлёстывает с новой силой. Янек переводит взгляд на Лиз, ее прежние счастливые глаза сейчас померкли, он и представить не может, как тяжело ей видеть его таким. Розмановски переводит взгляд на окно, всматриваясь в даль. Ночь была такой же тёмной как его будущее, такой же смутной как и их прошлое. Парень встает и идет в ванную, подходит к зеркалу, проводит руками по щекам и не узнает себя. Глаза потухли, в них больше нет тех искорок, которые освещали его девушке самый ужасный день, губы потрескались, одна рана перекрывала другую, даже легкое движение вызывало легкую боль и жжение. Взгляд Розмановски падает на чехол его телефона, под ним он хранит лезвие, которое тщательно прячет от нее, ведь он не хотел, чтобы она разочаровалась в нем, не хотел, чтобы она узнала, что он врал ей все это время, когда говорил, что перестал причинять себе вред, поэтому всегда искал новые отговорки, создавая мнимое ощущение для нее, что его состояние улучшилось. Любит ли она его все также как и раньше, собирается ли она остаться с ним до конца, не отвратно ли ей смотреть на него, после всех его пролитых слез и криков, которые он глушит, утыкаясь в подушку? Розмановски проводит лезвием вдоль вены, не сильно, умирать ему еще рано, кривиться, чувствуя жгучую, опаляющую боль, наблюдая, как тонкая струя бордовой жидкости стекает вниз на белоснежный кафель, вырисовывая непонятный узор. Он слышит звук ключа в замочной скважине, это действует отрезвляюще, Ян быстро прячет лезвие, обрабатывает руки, прикрывает свежие порезы длинными рукавами толстовки, умывает лицо холодной водой, и натягивая улыбку, выходит из ванной, понимая, что каждый такой раз может стать для него последним.