тихая жизнь

Проходя мимо студентов, с которыми учился Кавех, он замечал их улыбки, смех и радость от общения с другими однокурсниками. Ему хотелось такого же, но его личные проблемы лишь отталкивали остальных и его самого же от этих мыслей. Психолога в академии не было, хоть и часто хотелось к кому-то пойти и вылить душу. Хотелось развлекаться до утра, а потом спать весь день просыпаясь в 3 часа дня, попивая кофе и наблюдая за видом за окна. Присев далеко от остальных, Кавех забился в углу библиотеки. Он читал книги по архитектуре древних народов. Записывал на страницах графитом его мысли, и подчеркивая им же термины которые он должен был выучить к следующему курсу, попутно исследуя глазами людей вокруг. Он сидел за небольшой полкой, где его никто не увидит, вдыхая пыль с книжек, что валяются тут несколько лет, ведь на его курсе «Кшахревар» почти не было студентов. Соответственно и друзей у него тоже не было. Все ходили группами или парами, помогая друг-другу. Дочитывая последнюю мятую страницу, он с грохотом закрывает книгу, откладывая ее на край стола. Он достает конспект и продолжает чертить свою работу, которую нужно сдать к следующей неделе. Все давалось очень тяжело, графит ломался, линии были не ровные, от чего ему приходилось стирать все до дыр на бумаге. С большим вздохом он ладонями массирует лицо, начиная плакать. Очередной приступ. Потянувшись за салфеткой в сумке, он бьется уголком стола и это лишь разжигает в нем больше слез и чувство ничтожности. Оборачиваясь по сторонам, он понимает что его так никто и не замечает, поэтому он тихо сидит в стороне и горько плачет, что слышны лишь тяжелые прерывные вздохи. Ему едва хватает воздуха, и он решает быстро собрать вещи и сбежать из корпуса подальше в свой кампус. Спрятаться под одеялом и реветь во весь голос. Вставая с места, на другой стороне стола, где то вдалеке, к нему подсаживается парень. Он не обращает внимание на Кавеха, и проводит пальцами по слуховому аппарату, выключая его. На своем курсе он его не видел, да и ему было все равно, он хотел побыстрее свалить с этого уголка и убежать. Выходя из-за полки, сероволосый парень оглядывает его и продолжает смотреть на его спину как он уходит. Краем глаза он заметил красное лицо Кавеха и его быстрый, неравномерный шаг. Следующий день и все на том же месте блондин садится за стол, аккуратно раскладывая на столе бутылку воды, линейку, графиты и раскрытую книгу на странице примеров зданий. Он отчетливо разглядывает стиль построек, их края и читает описание попутно отчерчивая линии. Все тот же парень заходит в библиотеку, но в этот раз он обращает на него внимание, тот мечется по сторонам, ища свободное место, но не находит нужного — везде слишком ярко светят лампы, много отвлекающих людей, где то стул сломан, где то пошарпанный стол. Кавех высверливает его взглядом, ровно до того момента как не встречается с ним глазами. Он опускает голову и продолжает чертить. Он слышит стук обуви и чувствует напряжение. К нему снова подсаживается сероволосый парень, в том же месте, подальше. Оба сидят в тишине, слышны лишь глухие голоса студентов и тихое шерпанье карандашом. Они сидят все это время, почти не обращая внимания на друг друга, ровно до того момента пока Кавех не срывается на испорченную работу, раздирая ее на пополам. Он шипит и снова закрывает лицо руками, тихо всхлипывая. Потерев глаза, он осматривает обстановку и замечает пристальный взгляд на себе парня рядом. Сначала он смотрит на него, потом опускает взгляд. Смотрит по сторонам и снова смотрит на парня. Он делает так несколько раз, пока его это не начинает раздражать. Его выжигают взглядом, и ему стыдно, ведь кто-то заметил его срыв. Он выдает громко: — На что ты пялишься?! — на этот голос почти все оборачиваются в сторону Кавеха. Он паникует, его глаза бегают из стороны в сторону, и он снова прячется за книжной полкой. Сероволосый парень все также смотрит на него в недоумении. Ему кажется это странным, тишина и взгляд давит, ему хочется собрать все вещи и уйти, пока не находит перед собой бумажку на котором красивым почерком написано «Я Аль-Хайтам» Он смотрит на парня, и тот снова пишет что-то на листочке. Следующий текст выглядит скромно, немногословно: «Я учусь на лингвистическом курсе. Даршан Хараватат» Они сидят в тишине, и блондин не понимает к чему это всё. Он умеренным голосом говорит: — Мы что, в детском саду? Скажи прямо, зачем вся эта макулатура? — Он тяжело вздыхает и принимает еще одну бумажку. «Я слабослышащий и невербальный.» Кавех тут же чувствует себя неловко, и вытаскивая еще один листочек, кривым почерком пишет: «Я Кавех. Учусь на архитектора. Даршан Кшахревар» Протягивая листочек, тот осматривает его и улыбается в ответ парню. Кавех смущается и пытается вернутся к работе, пока прямо на его чертежи не прилетает еще одна бумажка. Он оглядывается, но странного парня не замечает, лишь слышит в далеке звон обуви. Он боится раскрыть листочек, но все же это делает. «Я хочу быть твоим другом. Приходи на перерыв в аудиторию 57» Ему кажется, что его запугивают. Такой серьезный парень, под формой академии видны очертания мускул. Ему начинают мерещится странные возможные события: Его побьют? Вызовут к директору? Он накручивает себя, ведь перед знакомством нагрубил парню и ему стыдно. — Аль-Хайтам значит… Время близится к обеду, а значит что придется идти в аудиторию. Он закручивает волосы в пучок и дергает тяжелую дверь в класс. На доске мелом написаны странные слова, язык которого он не понимает. А потом смотрит на парня что сидит на самой последней парте. Он тихо читает книгу, попутно играясь с клячкой. Блондин поднимается к парте Аль-Хайтама и пристально осматривает его принадлежности. Тот замечает его над собой, что загораживает его книгу. Кавех машет рукой в знак приветствия, и сероволосый отодвигается, попутно забирая сумку Кавеха, откладывая ее в сторону рядом с собой. Как только тот присаживается, на стол падает еще одна бумажка. На этот раз она из другого материала, более плотного и шершавого. Он аккуратно ее разворачивает. «Аутизм — неврологическое заболевание последствия которого: задержка в развитии, повторяющиеся движения, проблемы с коммуникацией.» Кавех нахмурив брови, смотрит на Хайтама вопросительным взглядом, на что тот указывает на продолжение текста. «Аутист — человек страдающий аутизмом или расстройством аутистического спектра» Все подчеркнуто красной ручкой, и тыкая пальцем на это предложение, Хайтам показывает на себя, говоря «Это — я» — А… — Блондин запинается, ему нечего сказать. Он хлопает глазами, смотря на парня, который смято улыбается. Кавеха это вовсе не волнует. Он просто не понимает, почему он резко с ним решил познакомится. Был бы Кавех на месте Хайтама, он бы держался подальше от такого как он. Вспыльчивый, тревожный и неуравновешенный. Больше записок не приходило, а Хайтам уткнулся в чтение. Блондин же решил повторить за ним и продолжить свою работу с чертежами. На его удивление, в его компании и тихой аудитории ему было легче работать. На небольшие срывы парню было все равно, он лишь изредка поглядывал на парня, отдавая свою клячку, на что Кавех не обращал внимания и возвращал обратно. Время длилось к концу и, встав с места, Хайтам подал тому сумку обратно, и отдал в руку еще одну записку. Он помахал в знак прощания и продолжил читать книгу. Вернувшись в кампус, парень перебирал книги и тетради в своей сумке и на самом дне нашел ту самую записку. Он развернул ее, садясь на кровать. «Клячка — моя любимая вещь. Растягивать ее, тянуть и мять успокаивает. В следующий раз забери ее когда будет тревожно» Он скромно улыбнулся и сложил бумажку в выдвижной ящик, где лежали все прошлые бумажки. Они лежали в порядке дней. Он любил таким заниматься, но вовсе не понимал, почему их собирает. В душе становилось тепло от осознания, что кто-то с ним разговаривает, хоть и не вербально, но общение его устраивало. Две недели прошли слишком быстро. В одно и то же время они встречались в библиотеке, а после на перерыве они собирались в том же месте и занимались своими делами отдельно. У Хайтама появилась новая клячка, а старую Кавех оставил себе. Совет парня ему действительно помог, держа ее в руке, он машинально ее мял, продолжая писать конспекты и чертежи. Они не перекидывались словами, лишь махали друг другу при встрече и прощании. Бумажек больше не последовало, но блондин отдавал ему маленькие зарисовки домиков, они были аккуратными и скромными, он действительно старался над ними и вкладывал в них больше усилий чем на чертежи на сдачу. Хайтам спокойно забирал их себе, складывая в кошелек, запихивая их в каждый раздел для визиток. Возможно, рисунки уже размазались, а графит поплыл, а ему все нравилось держать их у себя. На следующий день Хайтама не было ни в библиотеке, ни на перерыве. Блондину было очень сложно сосредоточится на работе, он жал клячку до беления костяшек и пальцев, но его раздражало буквально все. Он разрывал листы, разбрасывая их по своей небольшой комнате, ломал графиты и вовсе забросил идею пытаться что-то сделать. Вечером, захотев прогуляться и зайти в ближайшую таверну, он, только переступив порог комнаты, увидел сероволосого, сидящего на полу держа в руках обломки чего-то. Кавех прикрыл дверь и сел рядом с Хайтамом, пытаясь поднять взгляд на него. Глаза были пустые, не такие как раньше. Он смотрел в пол, а его выдохи были дерганными. Держа обломки в руке, он передал их Кавеху, на что он смутился. Он разбирал их на частицы и только потом понял что это такое. Слуховой аппарат. Он не мог его спросить никак, а бумажек с собой не было. Он взял лицо Хайтама в руки и поднял на себя. В уголках скопились слезы, нижние веки были мокрыми. Он медленно произнес губами «Кто?» Повисла тишина. Парень то открывал рот, то закрывал, пытаясь неуверенно подобрать слова. Ему хотелось написать, но под рукой ничего не было, и он выдал тихое «Третьекурсники» Кавех почувствовал что-то в районе груди. Будто бы слышит, как его ребенок говорит первое слово, но вместо ребенка — его друг. Его голос приятный на слух. Сдержанный, четкий. Будто мелодия. Да, он услышал лишь одно слово, но этого хватило, чтобы запомнить его. Он берет Хайтама под руку и проговаривает "Веди" Они останавливаются у коридора на пятом этаже академии. В далеке стоят три парня, что разрываются хохотом, держа в руках провода, которые принадлежали слуховому аппарату Хайтама. Пытаясь подойти к ним, его останавливает парень, что держит его за запястья, пытаясь удержать от ненужных разборок. Лишь на секунду он останавливается, но отдирает руку и идет прямо, оставляя сероволосого стоять в стороне. — Чего смеемся, парни? Наверное, вам очень весело! — с натянутой улыбкой он подходит к компании, чьи эмоции сменяются с веселой на серьезную. Они оглядывают Кавеха с ног до головы, осматривая его странную блузку и короткие шорты, что было непривычно для курсантов вне своего кампуса. — А тебе что надо? — к нему вплотную подходит, как ему показалось, их «главный». На вид он совсем хиленький, одного роста с ним, но напряжение было не из лучших. — Да ничего, вертите в руках слуховой аппарат? Откуда взяли? Вы вроде все хорошо слышите. — Угадал. Не твоего ума дела, возвращайся обратно и не забудь подтянуть шорты, а то спутаем тебя с девушкой, не думаю, что тебе понравится исход такого поведения. Кавех бьет первым, ударяя ногой по самому мягкому месту старшего. Он тут же жалеет о содеянном, потому-что дальше его скручивает второй, а третий бьет по животу, от чего он падает на пол шипя от боли. — Кем ты себя возомнил, первокурсник? — с высока смотрит третий. — Нечего было твоему дружку молчать при виде нас. Мы ведь по хорошему пытались говорить. — Он аутист! — выкрикивает со злостью Кавех, что поднимаясь с пола, пихает парня в грудь. — Верно ты подметил, он действительно отсталый- Не договорив, ему прилетает кулак в нос, от чего он падает на кафельный пол, на который проливаются капли крови. Его тут же берут за волосы и тянут, вбивая его лицом в дверь. Он слышит хруст подбородка, а рот заполняется кровавой слюной. В глазах то темнеет, то он приходит в себя. Парни уходят, оставляя его одного валяться на полу от боли. Кавех оглядывается по сторонам, замечая за собой темную фигуру, которая медленно приближается к блондину. Он харкается кровью, оставляя ее в уголках губ, он тянется подтереть, но его останавливает чужая рука, что достает салфетку и промакивает его губы. Медленно и с осторожностью, проходясь по ним пальцем обернутым бумагой. Он тщательно вглядывается в глаза, что опущены на его губы. Кавех тянется вперед, но тот отходит вовремя и подает ему руку, не замечая его намерений. Подошел конец курса. Студентов выгоняют по домам, а Кавеху не останется выбора, как уезжать на все лето к своей маме. Перед тем как выйти из академии, его останавливают мудрецы, что просят зайти в кабинет директора. Он тяжело выдыхает, но соглашается, кажется, он догадывается что его ждёт за этой дверью. Заходя за порог, он видит трёх парней, что когда-то сломали слуховой аппарат Хайтама, и сам Хайтам, который в руках теребит клячку. Его приглашают присесть, и он садится рядом с сероволосым, как будто он уже привык сидеть рядом с ним. — Господин Кавех, не хотите поговорить и объясниться перед руководством, о том, как Вы избили третьекурсников, сидящих перед вами. Он смотрит на парней, которые ухмыляются, закусывая свои губы. Он переводит взгляд на Хайтама, у него новый слуховой аппарат, и его это радует. Он мизинцем поглаживает бедро парня и вздыхает чтобы начать речь. — Прошу прощения, но Вам бы лучше спросить самих третьекурсников о том, что они сделали. — Извините? — Эти три парня сломали слуховой аппарат господина Аль-Хайтама. Он пришел ко мне с обломками и мне не оставалось ничего, кроме как проучить их. — На лице Хайтама вырисовывается небольшая улыбка, которую тут же он сменяет серьезным выражением. — Надеюсь, Вы в курсе, что насилие в стенах академии запрещено, ни под каким предлогом. Одному из парней пришлось делать операцию, и виноваты тут Вы, ведь сломали ему нос. Кавех со всех сил пытается сдержать себя, он дергает ногой и впивается ногтями в колено, чувствуя прилив крови к голове. — Не хотите ли вы обсудить то, что они также избили меня? Ударив в живот, потянув за волосы и ударив лицом об стенку. — Извините, Кавех, но Вы это начали. Господин Хайтам мог бы обратиться к нам за помощью, и мы бы разобрались без последствий. — Ха, Конечно… — на выдохе отвечает блондин. Он думает, что его не слышат, и опускает свой взгляд на пол, не желая выслушивать этот бред и недовольство руководства академии. Он знает, что Хайтам не сможет. Парню даже некомфортно сидеть в этом кабинете и смотреть в лицо остальным. Он продолжает теребить клячку, смотря куда-то в пол. — Простите? — недовольная директриса давит на Кавеха. В его глазах видна злость, раздражение, а на колене остаются вмятины от пальцев, которые он сильно впивал в ногу. — Прощаю. Если хотите — выгоняйте меня из академии, все равно мне тут неинтересно. — и тут он лжет. Он интересовался архитектурой и любил ее изучение. Его мечта была стать успешным архитектором, но сейчас он готов забить на это всё, только бы Хайтам получил справедливость. — Благодарю за предложение, мы обсудим ваше отчисление. Но я вас не отпускала. — Ой, да какая разница? — разгоревшись ссорой, он ухудшает ситуацию. Он готов покинуть город, академию, уехать к матери и продолжить помогать ей, нежели заниматься своей жизнью. В моменты злости он не думает головой. Изо рта вылетают слова, которые не позволил бы себе в здравом уме. Он пожалеет об этом позже, но сейчас его это не волнует. Кажется, что вся жизнь сейчас развалится, а он не будет держать это. Пусть ломается, пусть падает на пол, пусть сыпется на маленькие песчинки, но он не готов выслушивать и терпеть такое безразличие к парню. — Подождите. — твердый голос Хайтама заставляет всех замолчать в комнате, а Кавеха застыть на месте обернувшись на серую макушку. Парень привстает с места и, вынув листочек из сумки, пишет небольшой текст, передавая его директрисе. Она медленно читает сняв очки, и замирает на несколько секунд смотря на Хайтама. — Вы уверены? — Да. — тихо бормочет парень, садясь на место. Все глаза уставились на Хайтама, будто впервые слышат его голос, особенно Кавех. Он любит его голос. Он не понимает, почему тот не хочет разговаривать. Или не может? Но почему? Речь у него хорошо поставлена, и лингвистику изучает, и много знает. Но по прежнему молчит. За все время нахождения с Хайтамом, его желудок начал скручиваться. Он все больше хотел быть рядом с ним, хотелось проводить каждую секунду, минуту, час вместе с парнем. Но его тревожила его немногословность. Записки уже надоели, иногда хочется взять — и поговорить. По душам. Словами, вслух, а не текстом. Он хочет уйти из академии и больше не видеться с парнем, ему тяжело. Ему не будет жаль, если его отчислят. Да, он влюблен в это дело, в учебу, но иногда это слишком тяжело. Тяжело, когда человек который тебе симпатичен, молчит. Тяжело, когда ты даже не слышишь его голоса. Тяжело, когда в этом месте, совсем без друзей, ты даже не можешь сказать и слова своему другу. — Господин Кавех. Со следующего курса, мы забираем вашу комнату в кампусе. Прошу, соберите свои вещи. Встретимся с вами через три месяца. — Но… — Он теряет дар речи, ему ведь нужна эта комната. Он не представляет как будет жить, если не будет оставаться в академии. Его дом… далеко за городом. А добираться до академии станет еще труднее. Возиться с конспектами, чертежами, проходить долгий путь от дома до академии заполнив все руки нужными вещами. Он снова разбивается по кусочкам, у него даже нет денег чтобы купить себе свое жилье. — Без «Но». Радуйтесь что вас не отчислили, хотя, раз вам тут не интересно — я всегда готова подписать заявление на отчисление. — Я вас понял. — он выходит за пределы кабинета, и уныло плетется до кампуса, уже представляя в голове как понесет весь свой хлам обратно домой. Как придется объясняться матери почему его выгнали. Сколько истерик у него будет, и сколько он еще так выдержит. Забрав все вещи, он выталкивается из-за двери и пытаясь запереть дверь натыкается на стикер что приклеен к его двери. Сразу кидая взгляд на почерк, узнает от кого он. Он сдирает бумажку со двери, и прищуривается чтобы в темноте увидеть надпись. «Предлагаю съехаться. Аль-Хайтам» А снизу красной ручкой написан адрес. Он сминает стикер, и выкидывает в сумку — не хочет мусорить в кампусе. Уже ночь, а Кавех не хочет уходить из таверны. Он заказывает еще один бокал вина, пока рассматривает свои чертежи. Глаза разбегаются, ему так грустно и одиноко в этом городе. Ему некуда идти, учителя его возненавидят, а в аттестате скорее всего пожизненно будет висеть метка про нарушения устава академии. Возвращаться домой к матери — стыдно. Он хочет чтобы она им гордилась, а не жалела что родила его. Да и сам он понимает, что такого никогда не случится. Никто не будет им гордится, если не сам он. И вот он здесь спивается в таверне где все работники косо на него смотрят, или ему так кажется. С каждым бокалом он начинает все больше плакать, слезы капают на чертежи размывая графит, оставляя неравномерные пятна на бумаге. А стакан все пустеет, оставляя на краях лишь темно-красные капли, что слишком быстро высыхают. Его жизнь закончена, и он винит себя за то, что когда-то познакомился с Хайтамом. Что заступился за него и лучше бы вообще он оставался один не отвечая ему на записки. Он злится на всех, а больше всего на себя. Время течет медленно. А он все сидит над чертежом и выжигает его взглядом, понимая что все это — впустую. Что он упустил свой последний шанс, и ему не остается ничего, как просто уйти на покой. Он встает из-за стола оставляя свои последние деньги рядом с бокалом, и закинув сумки на плечо уходит. На небе сегодня красиво, но возможно это его последняя ночь в живых. Он бродит по кварталам, смотря на красивые дома, ранее построенные каким-то крутым архитектором, но один дом его заманил больше всего. Он был в его любимом стиле, кажется что совсем простой, но чем дольше вглядываешься в детали, тем больше он тебя поражает. Перед дверью лежит небольшой коврик с надписью «Будь тише» Свет все еще горит в окнах, а прочитав табличку на доме, он вспоминает этот адрес. Быстро порывшись в сумке, он достает скомканную бумажку, и разворачивая читает красный шрифт. Сверяется с домом, и черт. Аль-Хайтам. Он стучит пару раз в дверь, но никто не отвечает. Проходит пол минуты, и он собирается уйти, как распахивается со скрипом дверь. Он оборачивается и видит его. Сероволосого первокурсника. Он не одет в форму академии, на нем лишь облегающая водолазка и шорты из хорошего материала. Хайтам прожигает его взглядом, будто глаза говорят «Что-то надо?» — Я могу… — запинается парень вдыхая воздух носом, что забит от слез. А Хайтаму слов больше не нужно. Он освобождает проход в дом, и жестом приглашает войти. Внутри всё еще лучше чем снаружи. Красивая мебель, подушки с вышивками. Большая винтажная полка с книгами, приглушенный свет, а в доме пахнет чем то приятным. Хайтам что-то написывает в блокноте и отдает листок блондину, попутно забирая его тяжелые сумки. «Твоя комната в конце зала, я буду спать на диване. Если что-то понадобиться — скажи.» Кавех говорит медленное «спасибо», и проходит в свою комнату. Ему не спится, хоть время перевалило за 3 часа. В доме тихо, даже слишком. Он разглядывает спальную: На столе стопки из книг и записей, на тумбочке рядом старый будильник. Шкаф на половину полон, и лишь некоторые полки освобождены для парня. Хайтам знал, что он придет. Может и не знал, но ждал — это точно. А тишина продолжала давить. Ему все также паршиво и грустно. Первый курс учебы и уже налажал, живет у не пойми кого, у человека, который даже не может с ним поговорить. На полке наклеен стикер, на котором есть расписание Хайтама. Ему досталась его комната, но тут так одиноко. Он выходит в душ, пытаясь не разбудить парня. Включив воду, он закрыв глаза просто скатывается по стенке вниз. Он прикрывает голову уткнувшись лицом между ног. В мыслях всплывают воспоминания со школы, как все было трудно, как по прежнему не было друзей. Все точно также, как сейчас. Только тогда был отец. Отец, который всегда был рядом, и если он плакал, тыкал его в плечо и умеренным голосом проговаривал слова, о том что все наладиться, и нужно оставаться сильным. — Прости, папа… — он подвел его. Сильным ему стать так и не получилось, а все продолжает рушиться. Ему хочется чьего то тепла, хочется быть с кем то рядом. Слушать слова поддержки, и лежать рядом в тишине, зато с мыслями что его любят и принимают. Он не замечает как засыпает, а просыпается уже в кровати, думая что все это был глупый сон, и он все еще ребенок, а отец его жив. Он потягивается и с тяжестью открывает глаза. Реснички слиплись от слез. Вокруг все так незнакомо, яркий свет окутывает квартиру, приятное постельное белье и мягкая подушка. Он разваливается на всю кровать, не понимая почему тут так свободно. Он встает в положение сидя, и завязывая свои пшеничные волосы, что на свету кажутся золотыми, в хвост, чувствует сильную боль в голове. Будто иголка застряла в его черепушке. А воспоминания встают на место. Алкоголь был лишним — проговаривает у себя в голове Кавех. Он скидывает с себя одеяло, не увидев белья. И с тревожными мыслями ищет хоть что-то, что можно на себя надеть. Он берет первую попавшуюся футболку, что ему слишком уж большевата, и находит свое белье под кроватью. Он немного приоткрывает дверь, и выглядывает осматривая гостиную. — Неужели никого нет? — тишина снова давит, он проходится по коридору и замечает Хайтама, что неподвижно сидит за кухонным столом читая книгу. Он подходит ближе, стуча по стене, пытаясь привлечь внимание парня напротив, полностью забывая что слуховой аппарат выключен. Хайтам перелистывает еще одну страницу, и только потом замечает перед собой парня, тыкая на кнопку аппарата в ухе. — Привет. — Кавех растягивает футболку вниз, чтобы прикрыть отсутствие штанов. Хайтам лишь снова смотрит на него пустым взглядом, не отвечая ничего в ответ. И тут Кавех понимает, вся эта затея — бред. Его улыбка падает, и он берет первую попавшуюся вещь чтобы кинуть его в сероволосого. — Почему ты со мной не разговариваешь? Будешь все также молчать? Зачем ты вообще со мной познакомился, если не можешь проронить ни слова? — он замахивается в Хайтама, но боится попасть ему в лицо, и не дай бог, в ухо. Вещь прилетает в окно, и отбиваясь от него падает на пол. Хайтам бросает взгляд на упавшую вещь, и снова пялится на блондина, не сменив эмоцию. — Хватит молчать! — Он забирает его книгу, и снова замахивается на парня. — Хватит. — Хайтам пристает с места, продолжая пялится на парня. У Кавеха дергается голос и он замолкает. — Хватит кричать. — он забирает книжку из рук парня, и подходит к нему вплотную пытаясь надавить на него всем телом и прижать к стене. Глаза Кавеха разбегаются, томный взгляд Хайтама его пугает, и он не в том положении сейчас чтобы перечить ему. Он поднимает взгляд на потолок чтобы не смотреть ему в глаза. — Я не немой, понятно? Почему ты себя так ведешь? — А почему ты- — Блондин затыкается ведь чувствует чужое дыхание на своих губах. В рот впивается язык, и он поддается его влиянию. Его руки падают на плечи сероволосого и чувствует как его поднимают прижимая вплотную к стенке. Кавех мычит сквозь поцелуй от того как ему приятно. Он обвивает рукой его голову, и продолжает отдаваться в поцелуй. Язык Хайтама, заставляет чужой двигаться в таком же темпе переплетаясь с друг другом. Он подкидывает парня чтобы еще крепче его взять, а ноги Кавеха скрещиваются на чужой спине, чувствуя что все его тело теперь не нуждается в стойке. Они падают на диван и Хайтам уже оказывается снизу, он стягивает чужую футболку и тянет Кавеха за шею за еще одним поцелуем. Блондин трется гениталиями, попутно пытаясь стянуть с парня штаны, тот не сопротивляется и поддается вперед. Они оба дышат глубоко, их дыхание перехватывает, и как только Кавех входит, Хайтам резко затихает. Он выдыхает стоном, который получается слишком громким, на что Кавех не останавливается а продолжает двигаться вперед-назад. Он падает всем телом на того, и целует шею до легких покраснений закусывая и оттягивая кожу. Мягкие стоны и теплый воздух выходящий из Хайтама издается тому прямо в ухо, и его это все больше возбуждает. Он входит всей длиной поддерживая голову сероволосого пока он извивается. Он трется животом об его половой орган, и продолжает слышать мягкие стоны, зная что он не остановится. На выдохе они оба кончают, вытягивая звук полный облегчения. Кавех падает на грудь парню, и тяжело дышит ему в ухо, облизывая ушную раковину. На диване все также остались двое, Кавех лежал с закрытыми глазами, хорошо устроившись рядом с Хайтамом, положив одну ногу ему на бедро. — Я не немой. — начинает первым Хайтам. — Я знаю. — тут же перебивает блондин. — Подожди. Дай мне договорить. — парень приподнимает голову с груди сероволосого и упираясь локтями на диван, он тщательно слушает. Не часто выдается такой момент вместе с Хайтамом. — Я не немой, но я не люблю много болтать. Хочу говорить по делу. — он хмурит брови и его лицо описывает то, что он действительно говорит серьезно. — Все эти листочки, не потому что я не хочу с тобой общаться, а потому что я по другому не могу. Кавех поднимается с дивана, присаживаясь рядом, смотря тому прямо в глаза. — Прости… — блондин тянет руку к щеке парня и поглаживает ее.

***

— А потом я ему говорю « Как называются шурупы с суицидальными наклонностями?» он отвечает «как?» а я ему «Саморезы!» — Запивая странную шутку вином, Сайно начинает смеяться во весь голос. — Ты идиот. — трет переносицу Тигнари. — Ну почему? Смешная же шутка вышла! — Но не перед пациентом который пытался наглотаться таблеток! Кавеху становится не по себе, и он ерзает на стуле, опустив голову вниз. Хайтам протягивает бумажку парню, и он ее читает. «Тебе не хорошо? Что случилось?» Взяв ручку у сереволосого, он долго что то пишет, но потом перечеркивает все и пишет одну строчку: «Шутка неприятная» Хайтам быстро ее прочитывает, и поднимает голову на пару перед ними. — Сайно, действительно не очень. — Ну чего вы парни… Я же просто пошутил. — Никто не посмеялся кроме тебя. — Тигнари чуть отсаживается от партнера кидая взгляд на Кавеха, что чуть не плачет и подтягивает свои рукава. — Так, нам наверное уже пора, мы пойдем. Счет на нас, хорошей ночи. — Тигнари берет парня под руку и выводит из таверны оставляя пару наедине. Хайтам складывает руки на груди, и тяжело вздыхает, слыша как Кавех шмыгает носом. Он не знает что делать в этой ситуации, но остается сидеть рядом в полной тишине. — Хочешь об этом поговорить? — прокашлявшись парень продолжает смотреть в пол. Кавех забирает свою куртку и встав со стула идет к выходу таверны, остановившись у двери. — Ты пойдешь? Идет неделя перед началом учебы, и Кавех все также молчит. Он не выходит из комнаты, все время спит и лишь к вечеру выходит в зал чтобы попить немного кофе. Хайтам тоже молчит. Он подозревает что-то неладное, но не мешает. Он переписывается с Тигнари о состоянии Кавеха, но тот разводит руками, и говорит что с ним нужно это обсудить. На его просьбу приехать, он отказался, ведь такие дела должен решать сам Хайтам. Он кидает телефон на стол и наблюдает над тем, как медленно двигается Кавех. Его волосы распушены, возможно даже есть колтуны. Он не видит его лица запрятанного за небольшой челкой, но знает что за ней большие синяки под глазами, и уставший вид. Он достает книгу, и читает там, где остановился. Слова в книге плывут, а звук посуды его сильно отвлекает, и он снова бросает книгу и сидит в тишине. — Ай! Блять… — на пол падает чайник проливая кипяток на ногу Кавеха. — Черт. Хайтам подхватывается с места, и поднимает парня с пола, который получил ожог. Он слышит громкий плач, и даже с его плохим слухом у него звенит в ушах. — Не трогай меня! — он отдергивает свою руку из чужой, и идет в ванную вставая под холодный душ оставляя Хайтама в полном неведении. Он медленно подходит к двери, и заглядывает, но так, чтобы Кавех его не увидел, иначе получит уже он. Он хмурит брови от тревоги, видя как блондин шипит от холодной воды что падает ему на ногу. По коже уже пошли волдыри, и он не знает что делать в этой ситуации. Кавех закатывает рукава чтобы не намочить их водой, и тот замечает яркие кровавые порезы. У него останавливается сердце, и снова начинает биться только быстрее в несколько раз в секунду. Он медленно подходит, и глаза Кавеха полные страха и слез смотрят на того. — Что это? — Хайтам берется за руку парня, смотря на порезы еще ближе. Они свежие, а некоторые уже зажившие, он не верит своим глазам что пропустил и не заметил что с Кавехом что-то не так. — Не твое дело. — блондин пытается оттянуть руку, но рука Хайтама только сильнее сжимается. В его глазах виден еще больший страх, будто он сильно налажал. Он никогда не видел парня таким серьезным, и злым? Он начинает реветь еще больше, и это напрягает Хайтама. Он отпускает чужую руку и выключает холодную воду. Он садится рядом с ним, смотря то на ожог, то на порезы, и решившись начинает раздевать парня кидая всю мокрую одежду куда подальше, а после снимает и свою одежду. Он поднимает парня и кладет себе на плечо меняя воду с холодной, на теплую. Ставя Кавеха на место, он наливает немного шампуня на руки и вспенив намазывает по всей длине волос блондина. Он берет расческу и пытается распутать колтуны парня, он осторожно оттягивает прядь и вычесывает ее под водой смывая грязь и остатки шампуня. Парень не удерживается на ногах, и тот успешно его ловит положив того всем телом на себя. Он пенит мочалку пропитанную мылом, и аккуратно проводит по всему телу особенно уделяя внимание порезам смывая с них засохшую кровь. Он убирает с лица волосы, и смотрит ему в глаза. Он выглядит таким несчастным, но он не понимает, что пошло не так, и в какой момент. Уже к ужину, волосы парня высыхают, руки перебинтованы, и ожог намазан успокаивающим целебным кремом. Хайтам подает на стол его любимое блюдо, на что Кавех лишь бросает взгляд и вертит носом. Он подсаживается ближе и взяв вилку в свою руку начинает его кормить, на что тот медленно открывает рот и разжевывает мучительно долго. После трапезы, Хайтам не спускает глаз с Кавеха что сидит укутанный в одеяло смотря в одну точку на стене. — Объясни, что происходит? — парень медленно поднимает взгляд на сероволосого и приоткрыв рот снова начинает плакать. — Тише, тише… — он осторожно заводит волосы за уши и целует в губы, быстро, но нежно. Кавех смотрит на него и тянется за еще одним поцелуем но прерывается на половине. — Все. Все что происходит, меня убивает. Сначала наши отношения, потом учеба, моя комната завалена чертежами и мне ничего не нравится! В голове каша и снова ненавистные мысли. А ты… — Я? Наши отношения? — Ты. Наши отно-шения… — он смотрит на Хайтама, и опускает взгляд, будто сболтнув лишнего. — Я не знаю что между нами. Последний раз как ты проявлял любовь… Я даже не помню когда это было! Они оба замолчали и сидели в тишине. Никто и слова не проронил, и лишь потом Хайтам попытался что-то сказать. — Я тоже не знаю что между нами. За окном начало темнеть, но света не хотелось. В тишине и тьме казалось все приватнее, будто каждый мог излить друг другу душу. Но в приоритете был Кавех. Хайтам прижал к себе Кавеха и пропустил пальцы через волосы, вытягивая их и обратно пропуская дотрагиваясь до скальпа. — Ты меня любишь? — Люблю. — Я тебя тоже. — И кто мы друг другу? — Парни. — Как Сайно и Тигнари? — Да. — Все будет хорошо. Я рядом. — Навсегда? — Навсегда.

***

Университет выпустил своих последних студентов. Кавех закончил курс, Тигнари, Сайно и Хайтам тоже. — Да черт возьми! Убери свои книги с пола, я продолжаю спотыкаться о них! — Снова кричит Кавех, и в этом доме снова бардак. Хайтам уже привык, хоть иногда жалеет что пригласил этого недоумка жить у себя. — Мой дом, мои правила. Когда за аренду будешь платить? Я плачу за нас двоих. — уткнувшись за книгой бормочет Хайтам, что не устраивает блондина. Он забирает книгу и кидает ее в сторону, пытаясь поговорить с парнем в сотый раз, на что тот выключает свой слуховой аппарат и спокойным взглядом наблюдает как с эмоциями Кавех пытается до него достучаться. — Мой проект снова не одобрили, я верну деньги как только смогу! Извините, мистер «я не собираюсь содержать тебя», я в отличии от некоторых тружусь над своими проектами а не просиживаю жопу в кабинете! Т-ты…? Ты снова выключил слуховой аппарат? Ну ты… — Парень замахивается случайной книгой, на что тот останавливает его руку, и целует в шею не останавливаясь. Книжка выпадает из рук и он отдается ему. Шрамы побелели, молчание прекратилось, а любовь осталась