в синем неоне

      Орущая на всю громкость музыка разъедала мозг изнутри, отчего звуки окружающего мира звучали эхом в ушах, перед глазами всё медленно плыло и покрывалось лёгким туманом. По крайней мере, теперь Денис точно знал, что выпивать двадцать неизвестных на название, но вкусных по цене шотов залпом без перерывов было не самой лучшей идеей для одиночного развлечения в Богом забытом клубе, который, по первому впечатлению, не был на то похож. Ещё не совсем поздно, только около 12-ти ночи, так что клуб, в который Коломиец однажды зашёл со скуки, даже не присмотревшись к вывеске с названием (и до сих пор не присматривается, идёт сюда, полагаясь на память своих ног), был ещё относительно чист. К тому же, это был будний день, так что хмурых торгашей наркотой, намалёванных школьниц и прочей мерзости было немного меньше, чем обычно. По крайней мере, Денис на это надеялся, сидя на углу барной стойки и поглядывая на танцпол в поисках тела, с которым можно нехило развлечься.       Потягивая стакан фруктового пива и щурясь от бликов прожекторов, выжигающих глаза, парень почти был готов уснуть. Однотипные треки в кооперативе с криками бухой толпы и чоканьем посуды для питья смешивались в кашу, напоминая что-то вроде белого шума. «И на кой хуй я сюда хожу?»: подумал Денис, допивая пиво залпом и с грохотом ставя стакан на стойку, от чего у Коломийца пронзило голову острой болью в висках. Смотря в одну точку и пытаясь сфокусировать зрение, Коломиец просидел так ещё несколько минут, забыв о том, где он находится и что происходит вокруг него. Он даже, возможно, не знает или совсем не помнит, что к нему пыталась подойти небольшая компания подвыпивших девушек, чтобы завести его в туалет и отсосать ему.       В сознание его привести смог только громкий треск стекла и остановившаяся музыка. – Эй! Какого хуя всё вырубили? – прозвучало где-то из середины танцпола. – А со светом что? Почему всё выключили? «Разве выключили? Вроде, светит…»       Пока отдыхающие во все глотки шумно возмущались о внезапном прекращении тусовки, Денис решил, что это отличная возможность осмотреться и понять, почему он вообще начал ходить в такое место месяц назад. Кто-то чертил дороги за дальними столиками, пока им сосали, кто-то уже спал на полу вдоль стенки (а спали ли вообще – не ясно), для кого-то держали пакет или принесённый из дома тазик, а кого-то вообще пытались затащить в туалет, закрыв рот. Сказать, что Денис совсем не удивлён – не сказать ничего. Подобный сброд он часто видит на работе, ему хватает.       Мимо его головы со свистом пролетает бутылка, разбившись о колонну поодаль от барной стойки. Посмотрев на осколки всего секунду, его глаза зацепились за парня, стоящего под синим светом прожектора. Почти в тот же момент снова заиграла музыка, которая уже проела мозг Коломийца насквозь, но звучала она уже намного тише. «Он под солями или что? Чего он так пялится туда?»       Смотря на тёмно-русый затылок парня, Денис беспричинно злился, наклоняя голову и вытягивая корпус вправо, пытаясь увидеть лицо заинтересовавшего его молодого человека. Тот почти сразу оглянулся на него, прищурив глаза и слегка улыбнувшись. Коломиец вздёрнул бровь, выпрямившись на месте и непонимающе захлопав глазами. Юноша развернулся к Денису полубоком, медленно помахав ему рукой в знак приветствия. Вялая пьяная улыбка так и не сходила с его лица, а неясность ситуации во взгляде Дениса только усиливалась. Осмотрев парня с головы до пят, Коломиец ухмыльнулся. Единственное, на что он обратил внимание – расстёгнутая до середины белоснежная рубашка, открывающая для осмотра подкаченный торс и небольшой кусок плеча. Для Дениса внешний вид парня ощущался, в какой-то степени, пидорским, но отторжения не вызывал, а лишь любопытство, постепенно начавшееся увеличиваться где-то в области ниже пояса. «Сука, не зря хожу сюда, оказывается.»       Пожирая и раздевая молодого человека глазами, Денис вспомнил о своём изначальном желании. Поднимаясь с места и запуская руки и карманы шорт, Коломиец не спеша направляется к парню. С каждым шагом сердцебиение усиливалось, дыхание становилось сбивчивым и вот между ними уже полшага. Смотря юноше прямо в глаза, Денис не мог подобрать слова. Единственное, что было в его мыслях, это фантазии о том, как втрахивает его в кровать на протяжении всей ночи. – Ты ведь… Свободен сейчас? – через силу выдавил из себя Коломиец, прикрывая ладонью свою ухмылку. – Для тебя – всегда! Я Иван, кстати, – с улыбкой отвечает парень, пожимая руку Денису и тут же выводя его из душного клуба.

***

      Сжимая двумя руками ягодицы Вани, Денис прерывисто дышал ему в шею, покусывая кожу и вбиваясь в него, пока тот, совершенно не стесняясь, протяжно и томно стонал. Ноги уже дрожали, в низу живота покалывало, опоясывающий жар ещё сильнее давил на голову. – Блять... Я сейчас... – пытался выговорить Бессмертных, обнимая, утыкающегося ему в плечо Дениса, за шею.       Ещё несколько тяжёлых толчков и Коломиец со сдавленным рыком изливается прямо внутрь Ивана, впиваясь пальцами ему в кожу на талии. Пытаясь восстановить сбившиеся дыхание, Ваня, шатаясь, усаживается, опираясь ладонями в плоский живот Дениса. Бессмертных хотел было потянуться вялой рукой к остаткам виски на прикроватном столике, но, почувствовав руку Коломийца на своём члене, машинально прикрыл рот рукой, поддаваясь тазом вперёд. Ему хватило одного только прикосновения, чтобы кончить. – Хах, ты такой чувствительный, – усмехнулся Денис, взяв пачку влажных салфеток со столика и вытирая свою руку и пенис Ивана. – Ахуенно трахаешься, кстати, – выпалил Бессмертных, поднимаясь с члена Дениса и сваливаясь рядом, приобнимая его за шею и целуя в щёку. – Ну, спасибо! Кинув смятую салфетку куда-то в сторону, он разворачивается к Ивану, кладя ладонь ему на щёку и поглаживая большим пальцем. – Ты красивый. И глаза у тебя красивые, как сапфиры, – шепчет Ваня, убирая мокрые волосы со лба Дениса, зачёсывая их пальцами назад. – Ты мультиков от Диснея пересмотрел? – А что, если да? – Вопросов нет. Я сейчас вообще ни о чём думать не могу. Видимо, слишком много выпил... Мозг вообще не варит, – бурчит Денис, потирая глаза. – Ты спать хоть хочешь?       Опустив руку, Денис замечает, что Иван уже сопит, уткнувшись лицом в подушку. Вздохнув и удостоверившись, что, снятые предварительно очки, всё ещё на столике, он какое-то время смотрел на Бессмертных, накручивая его волосы на палец. Смотря куда-то сквозь сонное тело, Коломиец поворачивается на другой бок, допивает остатки виски, роняет стакан на пол, закрывает глаза и почти сразу засыпает вслед за Иваном.

***

Следующий день, 9:14 утра       Не открывая глаз, Бессмертных еле усиживается на кровати, автоматически хватаясь руками за гудящую голову. В висках давяще пульсирует, душный воздух в комнате душит, тело всё сильнее ноет с каждым движением. Смутно вспоминая вчерашний отдых, Иван поворачивается в сторону, где, казалось, совсем недавно лежал Денис. Щуря сонные глаза, он берёт в руки записку, оставленную Коломийцем. «Доброе утро. Надеюсь, ты в порядке и выспался. Просто хотел тебе сказать, что вчера ты очень много выпил в том клубе и мне пришлось помочь тебе добраться до дома. Всё было прилично и без хуйни, не переживай! Если понадобится моя помощь или ещё что – звони! Я Денис, кстати, если ты не помнишь.» – «Без хуйни», значит... – пробормотал сам себе Ваня, уставившись на номер телефона, подписанный на обратной стороне листа, и хмурясь от боли в пояснице и ниже.

***

Три с половиной года спустя...       Стоя в ванной, склонившись над раковиной, Бессмертных рассматривал своё опухшее, раскрасневшееся после сна лицо. Ополоснув своё лицо прохладной водой и вытеревшись полотенцем, он не спеша направился на балкон, по дороге, посмотрев на календарь, прикреплённый к холодильнику магнитами. «Уже два года... Дерьмово...»       Хмуро вздохнув и выйдя на балкон, Ваня открыл окно, облокачиваясь на подоконник и смотря на темнеющий Питер. Подставив своё лицо навстречу ветру, он прикрыл глаза, погрузившись в размышления. «После того раза полтора года дружили, а теперь... Всё стало таким пустым и бессмысленным. Как будто чужие, хотя, казалось бы, только вчера друг другу искренне улыбались. Во что всё это превратилось? Мы совсем говорить перестали. Может, я сделал что-то не так? Как он, вообще, на меня тогда повёлся?»       Утопая в вине к себе, Бессмертных не сразу заметил приближающихся шагов Дениса. Почти бесчувственно смотря на Ваню, Коломиец пробарабанил фалангами пальцев по косяку. Обратив на себя внимание своего парня, он входит на балкон, не закрывая за собой дверь и оставляя левую руку за спиной. Подойдя ближе, он приобнимает за талию, улыбаясь, коротко целуя в щёку и губы, утыкаясь лбом Ивану в висок. – С годовщиной тебя, – бормочет Денис, надевая на шею повернувшегося к нему Вани серебряную цепочку без подвески. Коломиец прижимается к губам Бессмертных своими, держится за цепь, смотрит ему в глаза, прекращая наигранно улыбаться. – Если бы я хотел, я бы задушил тебя этой цепочкой. Нам вдвоём слишком тесно в огроменной квартире.       Иван лишь смотрит на него, пытаясь найти во взгляде Дениса хоть каплю любви, которая была между ними. Но, по итогу, всё безуспешно и Коломиец молча уходит, предварительно чмокнув Ваню в шрам над левым уголком губ. Проведя пальцем по своему шраму, Бессмертных невольно улыбнулся.       Выйдя из балкона и закрыв за собой дверь, Ваня зашагал к Денису, сидящему на диване в гостиной, переключающему каналы по ТВ, хотя обычно он этого не делает. – Хочешь посмотреть что-то вместе? – спрашивает он, не поворачиваясь.       Ничего не говоря, Бессмертных сел рядом. Долистав до начала фильма «500 дней лета», Коломиец отложил пульт в сторону. На протяжении всего просмотра, они ни проронили ни слова. Иван изредка поглядывал на Дениса, заглядывая тому в глаза, поглаживая его по щеке и утыкаясь в его шею головой. Тот же в ответ лишь сильнее прижимал парня к себе, поглаживая по плечу. – Ты помнишь, за что ты полюбил меня? – спрашивает Бессмертных, когда главные герои «Лета» в последний раз сидели вместе на злосчастной лавке. – К сожалению...

***

Два года назад...       Солнце нещадно резало глаза, даже тень от кроны дерева не спасала. Коломиец уткнулся в телефон, то ли пытаясь запомнить время, отображающееся на экране блокировки, то ли просматривая висевшие уведомления. «И зачем я только предложил ему в парк пойти? Могли бы дома посидеть или в кафе. Там и то прохладнее было бы… Блять, лавка, вроде, в тени, почему зад так жжёт?»       Оторвав глаза от экрана, Денис встретился взглядом с Иваном, который, явно, уже очень долго смотрел на него. – И давно ты так на меня пялишься? – Минут 20, может быть... – ответил Бессмертных с мягкой улыбкой.       Коломиец машинально улыбнулся в ответ. Опустив взгляд ниже глаз Вани, он заметил маленький шрам над левым уголком верхней губы. Не совсем понятно, чем именно эта деталь так привлекла внимание Дениса, но от одного только взгляда на этот шрам в его голове возникла мысль: «Красивый...»       Немного уходящий вглубь кожи, того же цвета, что и всё тело, мило изгибающийся при улыбке, превращаясь в новую ямочку. С одной стороны, в этом не было ничего особенного, ведь у всех, например, есть шрамы на левом плече, от сделанной когда-то в роддоме прививки от туберкулёза, но в случае с Иваном, это было что-то совсем иное. Иное и в то же время притягательное, вызывающее желание провести по этой отметине подушечкой пальца, притянуть к себе и нежно поцеловать. Коломиец изо всех моральных сил боролся с этим желанием. Даже когда Ваня со смешком отвернулся, устремив глаза в небо. «Только не отводи взгляд, пожалуйста!»       Хотелось поднять руку ладонью кверху, мягко взять Ваню за подбородок и повернуть к себе. Было до ужаса смешно даже подумать, что новым и, казалось бы, таким глупым смыслом в жизни Дениса станет какой-то рубец, возникший когда-то от детского желания стать похожим на персонажа комиксов DC. Сделав глубокий вдох, Коломиец решил сделать попытку отвлечься от нескончаемого потока мыслей. Но в какую-то бы сторону не смотрели его глаза, сколько бы раз он не заглядывал в свой телефон, чтобы проверить уведомления, сколько бы раз он не считал пропрыгивающих мимо воробьёв, Денис, будто бы на автопилоте, всё равно стремился рассмотреть эту выемку в чужой коже.       Слегка развернув корпус, Коломиец потянулся пальцами к щеке Ивана. Только Бессмертных повернул голову в его сторону, как он тут же «воткнулся» в ладонь Дениса, немного раскрасневшись и замерев, боясь шелохнуться. Денис, медленно поглаживая шрам подушечкой большого пальца, то и дело, поджимал губы, кусал их, борясь с желанием выплеснуть все чувства, сказать о том, что он даже не думал, что такие отметины могут быть настолько красивы. Опустив ладонь на шею и поставив свободную на вторую щёку Бессмертных, Коломиец, с негромким вздохом, притянул Ваню к себе, прижимаясь губами к рубцу. А Иван только и смог, что схватиться за джинсовую куртку Дениса, сжимая её в своих руках, пока тот не желает отлипать от него. – Денис, мы же на улице, – шёпотом выдавил из себя Бессмертных, стараясь не засмеяться в голос.       Тут же перескочив с отметины на губы, затыкая Ваню, Коломиец приоткрыл глаза, наблюдая за реакцией парня. Тот, на удивление, был спокоен, неловко отвечая на поцелуй, ослабляя хватку на джинсовке. – Я не очень-то умею толкать речи, поэтому, думаю, ты понимаешь, на что я надеюсь. Но, если ты вдруг не готов или вообще не хочешь, то скажи сразу, я пойму, – начал объясняться Денис, отстранившись.       В ответ Бессмертных лишь улыбнулся и чмокнул Дениса в губы, коротко кивая. Продолжение следует...