Жажда и некоторые непреодолимые обстоятельства

      Ласт уже редко, даже в мыслях, именовал себя Сансом. После «переезда» в другой, тихий мир, скелет жил… спокойно. К нему никто не приставал, никто не пытался зажать в тёмном переулке (и, соответственно, не был за это бит), Ласт мирно работал в библиотеке и попивал в перерывах кофе в соседней кофейне. Даже начал писать книгу.       В тот прекрасный момент, после срыва, что притушили Эррор с Блу (ужасно, он разрешил им всё это чёрт, хотелось бы повторить), Ласт очнулся в объятиях Свапа, укрытый пальто разрушителя. Было страшно, но ужас потух спустя три вздоха — после смерти брата и всего мира нужен ему этот мир без брата, — было так всё равно на себя. По-честному, на себя было плевать уже больше десятилетия… монстр держался и не показывал этого никому, но с собой-то нужно быть честным?       Так что в тот день Ласт просто устроился поудобнее в чужих объятиях и наслаждался, пока не прибили, как он ожидал. Тем более, совсем рядом Эррор стучал спицами, что предвещало очередной шедевр, ха. Правда, разрушитель быстро шокировал его отвлечённым монологом об Андерновелле, а после — поставил перед фактом, где будет жить монстр, заинтересовавший его парня. Ну… это странно? Скелет скорее ожидал смерть в нитях, а не... заботу?        А после Эррор, призвав свои нити, проследил — Ласт даже не смутился, — как скелет явно нехотя выпутался из чужих объятий и медленно оделся. А после его выкинуло через портал в небольшой домик на окраине леса, приказано говорить всем, что сюда его перекинул Блуберри, и мешочек золота сверху. Ласт хотел бы полежать и потосковать, но не с его, пусть и успокоившейся немного, но жаждой.       Так что первым делом он обыскал дом в поисках документов, после полез разбираться в них… незаметно для себя обустроился, нашёл работу — прижился. И спустя полторы недели вечной беготни, что заставляла внутри морщиться от нежелания так активничать, Ласт вернулся домой и услышал шум на кухне. Насторожился было, прислушался, и понял — ему знаком этот голос. Внутри заныло от тоски, но он улыбнулся и пошёл на звук.       Там стоял Блуберри и что-то готовил. Выключил огонь на плите, обернулся и засиял звёздами в глазах, повиснув на Ласте. Блу говорил-говорил-говорил. О том, что хотел бы придти раньше, но пришлось очень упорно прятать свой интерес к этой вселенной от друзей-напарников, ворчал на нежелающего никуда выходить до окончания марафона Андерновеллы Эррора, о ленивом брате… Незаметно для себя, Ласт спокойно обнял собеседника в ответ, на что тот просиял ещё больше и попросил принести скатерть — теперь у них будет свидание, никуда монстр напротив не сбежит. Незаметно для себя, Ласт порозовел и отвёл взгляд, за что схлопотал неожиданный поцелуй в скулу.       Тихий вечер перешёл в неделю аккуратных ухаживаний за Ластом, что неожиданно смущало, даже упоминания Эррора не тревожили, ведь Блу честно предупредил — тот и сам зайдёт, но никто не уверен зачем и когда. Проворчал что-то про цундере.        Закончилось всё, неожиданно для Ласта, в постели, и монстр, неожиданно для себя, снова позволил собой обладать.       Эррор пришёл через два дня после ухода Блу, постоял мрачной тенью, ограбил шкаф на предмет шоколада, удушающе поцеловал и свалил.       Ласт ловил себя на мысли, что ему приятно — не взирая ни на что, эти двое находили время на скелета, что в целом ничем особым-то не отличался. Разве что пытался написать книгу на том же рабочем месте. Библиотекарь он или где?       Завоёвывали его медленно, но уверенно. Хотя сам Ласт и не понимал совершенно, чем именно он приглянулся своим… партнёрам? Даже в мыслях было страшно-сладко их так называть… но чем дальше — тем проще.       Воспоминания копятся. Борьба за шоколад с Эррором (который зачем-то приносил и хранил плитки на кухне Ласта). Совместная готовка с Блуберри. Просмотр документального фильма о солнечной системе — Эррор притащил, и даже сидел внезапно рядом с Ластом, которого сосредоточенно тискал Блу. Полуобнажённый скелет рядом, которого лапал его парень, разрушителя будто бы не волновал, однако стоило позволить магии выйти из-под контроля, как синие нити обхватили розовое тело. Эррор явно наслаждался зрелищем и ощущениями через магию. В тот день Ласта затискали до потери сознания просто поверхностными прикосновениями и ощущениями от тех самых нитей.       Не то чтобы скелет был против. Ему нравилось ощущать себя, если не важным, то хотя бы интересным. Интересным настолько, что Эррор иногда, словно забываясь, прикасался к Ласту напрямую, а не магией, и даже не уходил в перезагрузку. Ласт оказался достаточно сильно влюблён в Блу, чтобы прощать ему практически все шалости, а после проникся и молчаливым присутствием разрушителя. К тому же стоило монстру сказать «нет» — и от него отставали. Например, когда он увидел на другом конце улицы местного Папайруса и не смог даже заставить себя поесть последующие два дня… Блу, который сначала хотел отвлечь партнёра от переживаний лёгкими приставаниями, только молча кивнул на отрицательный возглас и повёл на кухню. Берри не успокоился, пока Ласт не съел половину тарелки каши, а после увёл нервного монстра спать. И лежал рядом, пока тот не уснул.       Проснулся Ласт опять под стук спиц с пуфика неподалёку — Эррор приобрёл привычку затаскивать в дом комфортные для себя предметы. Его посверлили взглядом из-за стёкол очков и кивнули на тумбочку у кровати, где лежали бутерброды с компотом. Разрушитель смотрел очень внимательно и грозно; явно сам запихает еду в Ласта, если тот заартачится.       По итогу, мало того, что за состоянием его магии следили, так ещё и пытались заботиться о психике.       Когда Ласт пытался морить себя голодом (неосознанно, скорее от бессильного отчаяния), им занимался Блу — Эррор тяжело переносил попытки не просто вырваться, а убиться об его нити, что было бы странно, будь монстр в них навязанным партнёром. При этом разрушитель, совершенно не стесняясь, хозяйничал на кухне и варил полюбившийся Ласту компот, когда того выворачивало даже от мысли поесть. Да, у его монстров не было возможности присутствовать постоянно, однако они старались.       Осенью Ласта заставляли надевать тёплую одежду, даже если до этого вязаных свитеров и шапок не было в наличии вообще — в скелета кидались новыми вещами прямо через порталы. Заботливый Блуберри притаскивает ему крупы и заготовки. Заставлять себя жить, невзирая на прошлое. Как ни странно, никого, кроме себя, в этом прошлом монстр не винил.       И потому в благодарность — он боялся верить, что всё это из бесконечной любви, что цвела в его душе — Ласт старался отвечать тем же. Было тяжело, право, но если он не может хотя бы нормально питаться и одеваться, чтобы порадовать этих монстров, то есть ли смысл жить вообще? Даже когда не было сил встать с кровати, скелет вставал и одевался, шёл на работу и писал сказки для маленьких существ — монстров и людей — чем восхищал Блу, искал новые схемы для вязания и записывал новые рецепты…       И Ласт был почти счастлив. Даже плевать на то, как со стороны выглядели их отношения, это только их дело. Да, все взаимодействия не идеальны. Да, Эррор скорее угрожает, нежели заботливо выглядит. Да, Блуберри немного перегибает время от времени, но чувствовать себя важным монстру это не мешает. И это — самое главное.