Pour up

Хенджин понял, что что-то не так, когда его старший брат начал приносить домой деньги всё чаще и чаще. Лишённые родителей, они жили почти в бедности, еле сводя концы с концами. У самого Хенджина было несколько работ: он занимался доставками днём, а ночью работал кассиром в магазине, пытаясь при этом хоть как-то успевать делать уроки. Брат тоже бегал туда-сюда, но постоянную и нормальную работу так и не смог найти. В отличие от Хенджина, он не хотел заниматься таким, а предпочел найти то, что принесёт им много денег. Хенджин тогда и не думал, чем это может обернуться. Через некоторое время брат вдруг начал покупать много еды домой, водить Хенджина по магазинам и делать ненужные покупки. На все вопросы Хенджина он просто отвечал, что наконец-то нашёл хорошую работу с помощью своего друга. Всё это вызвало много подозрений у младшего, но внезапные перемены в качестве их жизни не могли не радовать. Хенджин со временем убедился, что всё же что-то не так, когда брат начал возвращаться домой с побоями и ссадинами. Он отмахивался, говоря, что попал в обычную драку, но Хенджин больше не верил ему. Не мог же он случайно подраться почти каждый день. Хенджин узнал, что брат связался с наркоторговцами уже когда было слишком поздно и брат погряз в долгах. Они могли потерять свой дом — единственное, что осталось от родителей. Они могли попросту умереть в один день. Хенджин понял, что победить зло можно с ещё большим злом, когда познакомился с Хан Джисоном. Они были почти одного возраста, но их жизни кардинально отличались друг от друга. Хан случайно нашёл его рядом с магазином, где работал Хенджин, после того, как его избили, чтобы донести послание его брату. Время тикает, и они должны всё оплачивать. Тогда Хан предложил помочь ему, если Хенджин согласится присоединиться к «организации» некого Чана. Все долги были оплачены, но пути назад больше не было. Он никогда не забудет, как убил человека первый раз в жизни и какие кошмары его мучили после. Но всё это проходит, как только ты входишь во вкус. Потом уже люди начинают умирать от твоих рук как комары, а сны становятся крепкими как никогда. И вот спустя пять лет, Хенджин работает наёмным убийцей. 🗡️ Хенджин поправляет свои солнцезащитные очки, хотя уже почти ночь, и издалека следит за тем, как черная машина останавливается перед входом отеля и из неё выходят двое мужчин. Один из них выглядит намного старше; Хенджин даже знает точный возраст и ещё много чего ненужного о нём. Второй — это молодой человек, что виснет на плече первого, всё время шепча что-то на ухо. Любовник или мальчик по вызову— это совсем не важно, Хенджин привык к такой картине. Это самые подходящие обстоятельства для него, чтобы выполнить свою работу, ведь эти люди часто выбирают дешёвые отели, подальше от всех, чтобы утешить себя. Ему только остаётся успешно добраться до их номера. Хенджин одет в чёрный костюм, как и охранники, что пришли вместе с ними. Проскользнуть внутрь было совсем не сложно; с годами он уже научился быть ловким и незаметным. Хенджин решил подняться по лестнице, так он сразу поймёт, какой этаж ему нужен, как только увидит охранников, что шатаются там. Долго подниматься не пришлось, они нашлись на третьем этаже. Только двое, похоже, они совсем не дорожат своим любимым боссом. Хенджин бесшумно и быстро справляется с ними, бросая бессознательные тела на лестницу, и тут же подходит к нужной ему двери. Хенджин делает глубокий вдох и начинает быстро стучать по ней. — Шеф, сейчас же откройте, срочный вопрос, я быстро, — волнительно, но не слишком громко заявляет Хенджин. Это почти всегда работает. Через несколько секунд дверь открывает тот самый парень, что был с ним. Мужчину в комнате пока не видно. Тот почти одного роста с Хенджином, у него чёрные волосы, и он одет в шелковистую рубашку и классические штаны. Может быть, всё же любовник. Слишком роскошно выглядит уж. — Что-то не так? — удивлённо спрашивает тот, а потом глупо хихикает, — мы вообще-то тут немного заняты. Хенджин немного грубовато толкает его внутрь, полностью не закрывая дверь за собой, и говорит: — Выйди, — Хенджин больше всего не любил ненужных жертв. Он хотя бы знал, что тех, кого он убивает, настоящие ублюдки, без которых в мире ничего не изменится, но вот таких, можно сказать, «невинных» людей он не трогал. Очень часто он даже не убивал свою цель, ведь их нанимали ещё и для того, чтобы просто похитить людей или выполнить какие-то задания "заказчика". Это было ему больше по душе. — Что? — парень удивлённо охает. — Говорю, что тебе лучше выйти отсюда и свалить как можно быстрее, — уже раздражённо бросает Хенджин, смотря на него. И где, чёрт возьми, этот ублюдок? — Кто я, по-твоему? — вдруг взгляд парня меняется, и на губах появляется опасная ухмылка. — Ну, не знаю, мальчик по вызову или вообще его муж, мне поебать, тебе лучше уйти сейчас же, если хочешь остаться в живых, — ему уже надоедает этот парень, поэтому он достаёт револьвер, чтобы тот понял, что Хенджин не шутит. Но Хенджин не успевает припугнуть его, когда нужный ему мужчина выходит из ванной в белом халате. Вот и рыбка. — О, ты позвал друга? Красивый, — мерзко улыбается тот, как только видит Хенджина, и развязывает халат. Видимо, ещё не заметил пистолет в другой руке. — Прости, любимый, но сегодня и навеки вечные ты только мой, — молодой парень в два шага оказывается возле него и одним резким движением режет ему горло. Откуда он, чёрт возьми, взял нож? Хенджин в шоке, он как будто в замедленной съёмке поднимает пистолет на парня, который теперь стирает кровь об белый халат и довольный улыбается. Этого он точно не ожидал. — Так ты тоже был нанят, чтобы убить его? — наконец догоняет Хенджин. Есть ли смысл сейчас убивать его? — Видимо, ты один из парней Чана. Зачем сейчас направляешь оружие на меня? Всё закончено, — тот ещё и достаёт телефон, делает несколько снимков лица, наверное, чтобы доказать, что именно он убил его, — прости, но эти деньги сегодня заберу я. Первый день на работе и всё такое, я должен оставить хорошее впечатление, — он смеётся, как сумасшедший и спокойно идёт к двери. — Кстати, он прав, красивый, — убийца пробегает взглядом по Хенджину, опять возвращается к его лицу, подмигивает и уходит. Хенджину требуется больше минуты, чтобы прийти в себя и самому свалить оттуда. И он уже думал, что его больше ничем не удивить. В этот вечер он вместе с Джисоном узнаёт о таком явлении, как Ким Сынмин, новом наёмном убийце Пак Ён Джуна. 🗡️ Ким Сынмин, 25 лет, и … всё. Ничего. Даже ловкие руки Джисона не смогли откопать для них информацию про него. Хенджин теперь хотя бы знает его имя, но всё же интересно, откуда он взялся и как сумел его обхитрить. Парни Чана, конечно, не были единственными людьми, которые занимались такими делами в Корее — убивать и похищать людей на заказ, — но на удивление, за все эти годы, Хенджин ещё не сталкивался с другими во время работы. Очень странное совпадение. — Или, может быть, этот Сынмин захотел сделать себе имя? — предполагает Минхо, который тоже присоединился к ним с Джисоном, чтобы узнать больше об этом новом феномене. Или просто потому, что ему всегда скучно, и он любит либо доставать других, либо лезть в чужие дела. — Вполне возможно, но интересно всё же, откуда он появился. Люди не просыпаются в один день и решают стать убийцами. А такие люди, как Ён Джун, не нанимают кого попало. Он был слишком ловок для новичка и слишком сильно наслаждался этим, — от воспоминаний, кровь Хенджина уже начинает кипеть. Тогда в номере он был поражён, но когда уже вернулся обратно на базу, начал сильно злиться. У него украли улов из-под носа. Это унизительно, не только перед этим идиотом и его коллегами, но и перед самим собой. — Да, это точно, — подтверждает Хан, жуя свой любимый солёный арахис, — может быть, он с опытом, но только недавно присоединился к ним. Просто они хорошо постарались скрыть всю информацию о нём. Всё же, мы должны быть внимательнее, мы не можем дать этому случиться снова. Так мы потеряем не только деньги, но к нам больше никто не обратится, если мы не будем доводить наши дела до конца. Репутация — это всё. Хенджин сильнее сжимает кулаки. Вероятность того, что они снова встретятся — крайне мала, но всё же он не спустит ему с рук ещё одну такую выходку. Ким Сынмин уж точно не захочет с ним связываться. Но, видимо, у судьбы совсем другие планы для него, потому что их пути начинают пересекаться всё чаще и чаще. Ким Сынмин почему-то всегда оказывается на месте преступления. Он мелькает перед глазами Хвана, когда тот следит за кем-то или когда заранее осматривает местность. Когда Хенджин присутствует на каких-либо мероприятиях, чтобы собрать нужную информацию или следить за кем-то ещё, Ким Сынмин каким-то образом оказывается и там. Их глаза встречаются всё чаще, и каждый раз на вежливом и милом лице, маска, которую Сынмин использует для других, на секунду появляется оскал специально для Хенджина. И с каждым разом всё больше хочется разбить рожу этой суке. В этот раз демоны в голове Хенджина побеждают, когда они снова встречаются в уборной дорогого ночного клуба. Сынмин одной своей улыбкой как будто, машет красной тряпкой перед ним, отчего хочется всеми силами врезаться в него и швырнуть в сторону. — Что ты опять тут делаешь, блять, — Хенджин одним резким движением прижимает его к двери кабинки, прижимая локоть к тонкой шее. — А что тебя смущает, милый? Мне же тоже надо кормить семью, — мурлычет Ким и почему-то сам прижимается всем телом к Хенджину. Что у этого парня на уме? — Какую, нахер, семью? — усмехается Хван. — Я не могу понять, почему ты всегда ошиваешься вокруг меня и там, где у меня заказ. — Во-первых, я знаю, что почти все большие шишки обращаются к вам, и если им показать, что есть тот, кто сможет выполнить их работу намного быстрее и аккуратнее, то я получу их деньги вместо тебя, — радостно отвечает тот, как будто рассказывает другу хороший способ сварить рамен. — А во-вторых, многие обращаются к вам для того, чтобы вы похитили кого-то. И поверь, — Сынмин шепчет, пытаясь приблизиться ближе к уху Хвана, но рука на шее давит сильнее, — на каждый такой заказ найдётся человек, который захочет этого человека мёртвым. — Так ты тоже пришёл за Пак Чеболом сегодня? — бесится Хван. Чан, конечно, запретил трогать Сынмина — им не нужны проблемы с другими, но он так хочет впервые его не послушаться. — Эм, нет, — задумывается на секунду Ким. — Сегодня у меня кто-то другой на десерт. Но на удивление они оба сейчас рядом друг с другом, но в разных комнатах, так что если ты меня отпустишь, мы сможем оба успешно выполнить работу и получить любимые денежки. Давай оставим эти ролевые игры на потом, милый. Хван ещё немного смотрит на большие, яркие глаза напротив, пытаясь понять его мотивы или возможную ложь. Но в одном он прав: время тикает. Если он не готов задушить Сынмина здесь и сейчас, то нет смысла тратить больше времени на него. Он отпускает парня и осторожно отходит назад. От него можно ожидать всё. — Ой, спокойно, я тебе ничего не сделаю. Точнее, я с удовольствием бы сделал вещи намного приятнее, чем резать на куски, но ты пока не готов к этому, милый, — Сынмин театрально поднимает руки и, оборачиваясь, выходит из уборной. Хван лишь улыбается на это и выходит следом. Их визит в VIP-номера клуба обещает быть весёлым. Стройная фигура ленивыми шагами скользит по тёмным коридорам клуба, и Хенджин мысленно чертыхается из-за того, что не может оторвать взгляд от этого. Ким, чёртов Сынмин, красивый, если признаться себе и только себе. Длинные ноги, тонкая талия и широкие плечи. Слишком изящно и элегантно для человека, которого, наверное, возбуждает вид крови. Хенджин особенно задерживает взгляд на ногах Сынмина, не только из-за того, что они такие красивые, а потому что хочет понять, как он прячет свои любимые ножи там. Хенджин видел их всё чаще и чаще в руках Сынмина. Запомнился особенно один из ножей: серебряный, с выгравированным Цербером на рукоятке. Поражает бесстрашие и безбашенность этого парня, что не носит с собой пистолет, а только режет глотки ножом. А ведь до сих пор жив. Живучая тварь. Из мыслей его вынимает громкая музыка клуба. Они должны пройти через огромную толпу людей, чтобы добраться до нужного места. Минута, и он уже теряет Кима из вида. Чёрт. Хенджин тут же спешит выбраться из толпы потных и пьяных людей, которые даже в спешке успевают полапать его и схватиться за что угодно. Хенджин находит Сынмина только через полчаса. Как только он открывает дверь номера, он видит труп Пак Чебола на полу и довольное лицо Сынмина, который чистит свой нож, на этот раз, об костюм мужчины. — Упс, я случайно, — снова эта слащавая улыбка. — Видимо, в этот раз деньги опять получу я. Даже как-то неловко уже. — Да, только вот моя цель — совсем другой человек, милый, — смеётся Хенджин, делая акцент на последнем слове. — В эту игру могут играть двое. Ты просто убил совсем другого человека, и за это тебе только его жена скажет спасибо. Так что, тебе лучше держаться от меня подальше и не воровать моих клиентов. А то, отрежу твои красивые пальчики, твоим же ножом. Хенджин никогда не забудет выражение лица Сынмина в тот момент. Но вот только он не понимает, что этим зажёг огонь их соперничества. 🗡️ Хенджин поправляет галстук, делает глубокий вздох и заходит внутрь банкетного зала, который находится в одном из люксовых отелей страны. Место огромное и буквально веет роскошью. Дорогой декор, золотистые стены и пышные занавески. Здесь находится более сотни людей, и все по особому приглашению. Все кроме него. Поэтому он должен не выделяться, быстро найти нужного человека и свалить вместе с ним. Мужчина старше 60, среднего роста, седые волосы, противная улыбка. Половина присутствующих здесь подходили под эти описания, но Хенджин запомнил это лицо, когда с Джисоном просматривал все его фотографии, предварительно их запоминая. Осталось найти его среди толпы. Он наигранно вежливо улыбнулся официанту, взяв бокал шампанского в руки, и хочет сделать глоток, быстро пробегаясь по лицам людей, пока вдруг глаза не попали в капкан двух холодных, внимательно смотрящих на него. Хенджин словно смотрел в зеркало: бокал шампанского, похожий костюм, маска на лице, еще один неприглашенный гость и одна цель на двоих. Хотя нет, Хенджин должен доставить мужчину в штаб живым, а Ким Сынмин не оставлял никого живого после себя. Разве что Хенджин – маленькое исключение. Значит, его опередили, но по тому, что Ким спокойно стоит в конце зала и притворно мило болтает с какой-то девушкой, которую, наверное, использовал, чтобы попасть сюда, он тоже не нашел его. Хенджин должен действовать быстро. Он не может проиграть Сынмину. Но сегодня судьба не была особо любезна с ним, потому что он уже пятнадцать минут бродил от угла в угол и нигде не мог заметить того, кого искал. Хван опять бросил взгляд на Сынмина, тот стоял все еще на своем месте со скучающим выражением лица. Хенджин не сможет спросить ни у кого другого, где мужчина, это было бы подозрительно, хотя он один из организаторов сегодняшнего вечера. Поэтому он уверенными шагами направляется в сторону Кима. Кто, если не он, пристально следил за их целью? — Сынмин, рад тебя здесь видеть, - вежливо поклоняется Хенджин, пытаясь создать для других иллюзию того, что они только что знакомятся. — Хенджин, взаимно, как проходит вечер? - язвительно спрашивает Сынмин. Хенджин видит балкон позади парня и думает, что они могли бы нормально говорить там, вдали от всех, если бы не была огромная вероятность того, что кто-то из них полетит вниз, от туда же. — Не очень весело, если честно, не знаешь где можно найти развлечения? — Знаю одно место, которое может тебя заинтересовать, но очень боюсь, что ты оттуда больше не вернешься, - мило улыбается Ким, и если бы Хван своими глазами не видел, как тот ловко режет глотки людям своими любимыми ножами, то никогда бы не поверил этому парню. — Как мило с тво... — Заткнись, - резко перебивает его парень, и выражение его лица резко меняется. Хенджин уже хочет отвечать на грубость, когда тот бросает взгляд на дверь, - наш господин только что вошел внутрь, кивнул кому-то и ушел. Хенджин знает, что они не могут подраться здесь, поэтому просто кивает парню, и они оба направляются на выход. Охота уже начнется там. Когда они выходят в коридор, то отходят еще немного вглубь, подальше от охранников. — Он или решил покинуть здание или встретиться с кем-то здесь, надо быстро найти этого ублюдка, - то, что Сынмин так легко мог делиться своими планами с ним, одновременно льстило и оскорбляло Хвана. Ким совсем не сомневался, что в нужный момент может прикончить своего вечного соперника, лишь бы преуспеть. Но этого пока не случилось. Дело доходило от обычных оскорблений, до ножевого ранения и сломанного носа. Но пока что они оба живы и никто из них не отступит. Оба быстро идут по коридорам, пытаясь найти хоть какой-то источник света или звуки, пока дверь неподалеку не открывается. Их не должны здесь видеть, поэтому Сынмин открывает первую попавшуюся дверь и толкает Хенджина внутрь. — Что ты делаешь? - недовольно спрашивает Хван, удивляясь, что комната вообще была открыта и пуста. — Прячу нас, не видишь? Сынмин цокает и направляется к балкону. Хенджин следит за фигурой и задерживается на длинных ногах, прекрасно зная, что где-то под этими брюками спрятан любимый нож Кима, с серебристой гравировкой цербера. — Опа, вот это нам везет, он там, прямо в комнате напротив, - Хенджин тоже бежит туда и убеждается, что там именно тот, кто им нужен. Мужчина разговаривает с кем-то, активно жестикулируя руками. Хорошо хотя бы знать, что он все еще в отеле. Сколько там людей? — Черт, кто-то из охранников выходит на балкон, - рядом чертыхнулся Ким. — Тогда зайдем внутрь, - Хенджин уже хочет поворачиваться, но его ловят. — Нет, он нас уже заметил, лучше не показывать, что мы прячемся, или следили за ними. Поцелуй меня, быстро. — Что ты несешь? — Лучше они подумают, что мы двое озабоченных на балконе, чем что пришли за головой их шефа, - Сынмин закатывает глаза, как будто говорит очевидное какому-то идиоту. Как же Хенджину хочется иногда его задушить голыми руками. Свернуть эту красивую и длинную шею. — Ты совсем свихнулся? — Если ты меня не поцелуешь сейчас же, я перережу тебе гребаное горло. Сынмин злобно рычит и тянет Хвана на себя, цепляясь за воротник его рубашки. Целует сразу глубоко и грязно, проникая языком внутрь. Хенджин краем глаза видит, как охранники из-за окна смотрят на них, и прижимает Кима в поручень балкона сильнее. Но почему-то с каждой секундой все планы и волнения отходят на второй план, когда Ким так старательно вылизывает ему рот, и зарывается пальцами в его волосы, оттягивая. Хенджин хочет поверить, что это из-за адреналина, кровь так кипит в нем, и не хватает холодного воздуха на балконе, но его руки сами сжимают тонкую талию парня сильнее. — Начни срывать с меня одежду, - шепчет Ким, делая вид, что целует шею, а потом на самом деле кусает мочку, прежде чем продолжить, - чтобы мы смогли медленно зайти обратно в комнату, и это смотрелось так, будто мы идем весело провести вечер. — Разве этот спектакль и вправду нужен? - Хенджин целует шею парня, отмечая, как ему нравится запах его одеколона, и начинает снимать его пиджак с широких плеч. — Ну не знаю, ты слишком хорошо играешь свою роль, даже успел возбудиться, - и поднимает колено мучительно медленно между ног парня, - Тебе так привлекаю я или то, что в любую секунду может пролететь пуля в лоб? — Как сказать, может быть оба, - Хенджин подхватывает Кима за упругие ягодицы и несет внутрь комнаты. Он уже во всю потерял голову от этого парня, совсем забыв, что он должен был сделать. В чем заключалась его миссия. — Спасибо, милый, ты спас мне жизнь, - мило мурчит Ким, как только его бросают на кровать, и стонет сильно от укуса, как в ту же секунду слышится выстрел от комнаты напротив. Хенджин замирает и хочет быстро встать с кровати, но, бросив взгляд на спокойно лежавшего парня с красными от поцелуя губами и довольной улыбкой, то все понимает. — Так ты просто хотел отвлечь меня? — Я бы сказал, больше с помощью нас хотел отвлечь их, чтобы мой человек мог закончить свое дело. У меня, кстати, появился ученик , разве это не замечательно? Первый улов малыша, я горжусь, - весело говорит Сынмин. - И целоваться с горячим мужчиной и зарабатывать большие бабки, вот это я поймал джек пот. — Я тебя убью, - Хван хватает за шею парня и вправду хочет задушить этого засранца, но тот только блаженно закатывает глаза. Совсем сумасшедший. — Заманчиво, но нам обоим стоит валить отсюда. Но обещаю, в следующую нашу встречу, я дам тебе сделать со мной все, что ты захочешь, милый, - Сынмин ловко бросает парня с себя и быстро бежит прочь. Хенджин не может поверить, что дал себя обмануть. Ким Сынмин еще заплатит за это. А пока что у них ничья. 🗡️ Хенджин не может перестать думать о Сынмине. Но в этот раз мысли радикально отличаются от привычных ему размышлений об этом психе. Он не думает о том, как обхитрить его, как отомстить или как убить его и наконец-то зажить нормально. С его появлением в жизни Хенджина, словно всё изменилось. Азарт, яркие чувства и потрепанные нервы – вот что Сынмин принёс в его жизнь. И теперь к этому всему добавилось ещё что-то новое. Возбуждённость. В голове крутится их поцелуй, нежная кожа, эти проклятые вздохи и та обстановка, в которой они оказались. Воображение снова и снова пытается собрать эти кадры как пазл, пережить все эти чувства, задержаться подольше, но всё обрывается, когда он вспоминает тот выстрел. И снова злость – на него, на себя. Надо было покончить с Сынмином ещё при их первой проклятой встрече. Хенджин решает возвращаться домой. Всё для завтрашнего дня уже подготовлено им и Джи. Он слишком устал морально и хочет поскорее оказаться дома и отдохнуть. Он уже давно живёт один в небольшом лофте. Небольшое пространство с самыми необходимыми вещами. Хенджин всё равно мало времени проводит там, так что ему совсем не принципиально, роскошная ли это квартира или просто место с кроватью. Иногда там бывает одиноко, поэтому легче проводить свободное время на базе с такими же людьми, как он. Кто ещё может быть в его жизни? Иронично, что и с братом они почти не общаются. У того уже есть семья и дети, и Хенджин просто каждый месяц переводит деньги на его счёт. Они почти не видятся, только иногда переписываются – Хенджин не хочет подвергать их опасности. Он совсем не держит обиду на брата, из-за которого у него сейчас такая жизнь, пока сам брат живёт нормально и счастливо. Это был его выбор. Он тоже мог уйти и начать всё сначала, но он уже погряз во всём этом. От себя не убежишь. Хенджин открывает дверь лофта, и его встречает темнота. У него было только одно окно, и его обычно закрывали тёмные шторы. Хван на ощупь находит выключатель. Как только лампы освещают комнату, он видит фигуру, спокойно сидящую в кресле. Хенджин усмехается, но даже не спешит доставать пистолет. Гостей так не встречают, даже нежеланных. — Как ты сюда попал? — Я прекрасно умею вскрывать замки, удивительно, правда? — довольно улыбается Сынмин. — И что ты здесь делаешь? — почему-то его присутствие даже не настораживает Хенджина. — Я чувствую себя немного виноватым после нашей последней встречи, — Хенджин на это заявление только удивлённо поднимает брови. — Не подумай, что из-за убийства и обмана. Я был очень рад получить свои деньги. Просто было как-то некрасиво, оставить тебя там, таким возбуждённым. — Ты издеваешься? — Хенджин смеётся над этими словами и, наконец, снимая куртку, шагает вперёд. — Решил всё-таки перерезать мне глотку? Надоел уже? — Я бы так не эстетично не убивал своего любимого соперника, — Сынмин корчится, как будто его обвиняют в том, что он чёртов убийца. — Но я знаю, как доказать тебе, что у меня к тебе хорошие намерения. Его взгляд цепляется за Хенджина как крючок и не даёт убежать, пока длинные и изящные пальцы начинают снимать с себя штаны. Как только они падают на пол, он их подбрасывает в сторону и оборачивается. — Видишь, мои малыши сегодня не со мной. А без них я никто. Это достаточно для тебя, чтобы ты перестал тупить и сделал уже что-нибудь со мной? — и снова этот сумасшедший взгляд. Взгляд, который говорит о том, как ему всё нравится. Взгляд, который приглашает взять его, и Хенджин будет полным идиотом, если откажется от этого. Он в два шага оказывается возле Сынмина и притягивает его к себе для грубого поцелуя. Наконец-то. Он снова в его руках, и ничего в этот раз не сможет остановить его наслаждаться Сынмином. Он целует развязано, мокро, даже их языки толкают друг друга, пытаясь первыми добраться до цели. Это не должено ощущаться так хорошо, но тело уже давно не слушается его. — Трахни меня у стены,- Сынмин резко перерывает поцелуй, чтобы снова нанести удар. — Чем тебе не угодила моя кровать? - не то чтобы его просьба слишком абсурдная, но все же неожиданно. — Я же не знаю, когда ты в последный раз менял постельное белье,- хмыкает Ким, снова потираясь об него. Ну конечно, такой кровожадный, и такой чистоплотный. Что ж, Хенджин не откажет ему в этом. Его сердце бешено колотится в груди, когда он толкает Сынмина к стене. Тот немного больно ударяется, но только довольно мычит на это. Сынмин целует его так, словно умирает с голоду, и Хенджину ничего не остается, как позволить поглотить себя. Впервые у них совсем другая борьба, впервые Сынмин сам сдается в его руки, ведь награда в этот раз совсем другая. Руки Мина скользят под рубашку Хенджина, от чего у него по всему телу пробегает холодок. Он оставляет на коже легкие, как перышко, прикосновения, прежде чем добраться до груди и зажать один из сосков ловкими, дразнящими пальцами. — Снимай, - грубо требует он и не дает Хенджину возможности ответить, прежде чем сдергивает рубашку с него через голову и швыряет на пол. Теперь Сынмин не отрывается от Хенджина ни на секунду, когда и он снимает свою рубашку и швыряет ее через всю комнату. В его движениях есть какая-то безбашенность, как будто он больше не может ждать, когда они станут одним целым. Это безумно, то, как ногти Сынмина царапают его спину, оставляя вмятины на коже, когда Хенджин целует его, отдавая все, что у него есть, потому что это то, о чем Сынмин, кажется, просит прямо сейчас — и он с радостью выполнит свое задание. Следом стягивают и штаны Хенджина, которые сползают до лодыжек, когда они натыкаются друг на друга, прижимая Сынмина спиной к стене. Хенджин снова сводит их члены под боксерами и покачивает ими вместе. Сынмин запрокидывает голову назад, ударяясь о стену, и стонет громче, чем Хенджин когда-либо мог вообразить себя. — Тебе это так нравится, - хрипит Хенджин. - Почему мы никогда не делали этого раньше? Черт, Сынмин, ты... — Поменьше болтай, - перебивает Сынмин. Он поправляется, чтобы больше не сползать по стене, и запускает пальцы в ткань боксеров. Он поддерживает зрительный контакт с Хенджином, снимая их, и тот сглатывает, чтобы сдержать слюноотделение. Сынмин выходит из них, отбрасывая ногой всю одежду в сторону, а затем притягивает Хенджина к себе для долгого, до синяков, поцелуя. Когда он отстраняется, Хенджин ошеломлен, но Сынмин не дает ему времени прийти в себя, прежде чем он поворачивается лицом к стене. — Подготовь меня, Хенджин,- Старший ругается себе под нос. Он шлепает Сынмина по заднице, затем выдавливает из себя стон, прежде чем подойти к кровати и начать рыться в сумке, в поисках смазки и презервативов. Сначала он разрывает фольгу, и Сынмин оборачивается через плечо, оценивая его. — Не пользуйся презервативом. Хочу почувствовать тебя. — Ты не рискуешь ложиться на мое постельное белье, но дашь мне проникнуться в тебя без презерватива? — Ты думаешь я не знаю с кем ты спал или нет. Скажу, грустная у тебя личная жизнь. Еще одна причина, почему я решил пожалеть тебя и ,- Хенджин больше не хочет слушать эту дичь, поэтому быстро возвращается к нему и тут же сует свои пальцы в рот Сынмина. — Меньше поболтай, - шепчет на ухо Хенджин те же слова,- и да, последний раз я мыл руки, когда еще был в базе. Сынмин только мычит непонятно на эти слова, но все же послушно облизывает пальцы. Как только он вынимает мокрые пальцы из его рта, Сынмин оборачивается и недовольно приподнимает бровь, он заставляет себя смотреть на его лицо, а не на обнаженное тело и прислоняется к стене, приглашая Хенджина взять себя. У него сейчас произойдет короткое замыкание. Он должен был знать, что все же Сынмин пришел прикончить его. — Боже, если ты немедленно не оттрахаешь меня у этой стены, то знай я и с кухонными ножами очень хорошо справляюсь,- снова угрожает ему Ким. На данный момент Хенджин, вероятно, мог бы написать роман о Ким Сынмине, но конца этому было бы не видно. Ему пришлось бы каждый день добавлять по главе, заполняя страницы новыми вещами, которые его удивляли. Ему требуется полсекунды, чтобы закрыть рот и привести в порядок свои мысли, прежде чем он снимает презерватив и поливает пальцы смазкой. — Ты уже режешь меня, даже без ножа, - бормочет он, прижимаясь всем телом к Сынмину, еще сильнее вдавливая его в стену, и проводит сухой рукой по изгибу его упругой задницы. Сынмин что-то мурлычет, выгибая спину, чтобы прижаться к руке Хенджина, и он сжимает ее еще раз, прежде чем один палец, покрытый смазкой, входит в него. Сынмин шипит, и Хенджин остановился, чтобы дать ему привыкнуть, ведь в нем так туго. Сынмину может быть нравится боль, или он может выдержать все что угодно, но сейчас не хочется торопиться и повредить его. Хочется мучительно медленно и нежно. И если это будет бесить Сынмина, то еще лучше. Он ждет, пока Сынмин расслабится, привалившись к стене, прежде чем добавить ещё один палец, всё это время целуя его в шею и проводя свободной рукой по спине, слегка царапая кожу. Сынмин в ответ сжимается вокруг пальцев Хенджина, снова цепляясь за стену изо всех сил. Он прижимается щекой, приоткрыв рот и не делает ничего, чтобы скрыть сдавленные стоны, которые вырываются из него. — Давай же, быстрее, - рычит он, но звучит не так резко, как он хочет, чтобы это прозвучало. Сынмин в таком состоянии умоляет слишком мило, чтобы показаться требовательным, и Хенджин дает ему все, что он хочет. Когда он начинает активно растягивать Сынмина, открывая пальцы ножницами, его колени подгибаются, и Хенджин свободной рукой еле поддерживает его. — Осторожно, детка, если ты не хочешь, чтобы я взял тебя на полу. Его я вот очень давно не мыл. — Только попробуй, и мыть его будем твоей кровью, - фыркает Сынмин, но его голос срывается на последнем слоге, когда пальцы Хенджина находят его простату. — Блядь. Хенджин чувствует, что здравый смысл покидает его в мгновение ока, прямо за дверью, даже за границей. Это одновременно самый странный и самый горячий секс в его жизни. Он растягивает Сынмина, пока тот не начинает хныкать, выдыхая ломаные варианты его имени, и Хван впитывает все это. — Готов, милый? — Был готов еще с нашей первой встречи, - хрипло произносит Сынмин, и Хенджин медленно вынимает пальцы, наслаждаясь ощущением, как Сынмин сжимается вокруг него, в попытках снова почувствовать заполненость. Он наливает еще смазки на пальцы и берет свой член в руку, двигая ими несколько раз, прежде чем расположиться вплотную к спине Сынмина. — Стой ровно, хорошо?, - Хенджин шепчет ему на ухо. Он хватает Сынмина за бедро одной рукой, чтобы удержать его на месте, а другой вводит себя внутрь. Тепло сразу же переполняет его — оно потрясающее, лучше всего, что Хенджин испытывал в своей жизни, и он стонет, погружаясь в него дюйм за дюймом, бездумно касаясь губами любой открытой кожи, до которой может дотянуться. Сынмин прижимается к стене, тяжело и сокрушенно дыша, умоляя его продолжать. — Ты меня убьешь в конце концов, - рычит Хенджин. - Ты точно меня убьешь. В тебе так хорошо, Сынмин. Сынмин запрокидывает голову и поворачивается, чтобы Хенджин мог поцеловать его, что он и делает, проводя рукой по щеке, прежде чем полностью оказаться в нем. Он проглатывает протяжный стон Сынмина и отводит бедра назад, выходя из него, прежде чем снова войти. Темп неуклюжий, но Хенджина это не волнует. Он поднимает ногу Сынмина и поворачивает его так, чтобы он мог погрузиться поглубже во всеохватывающее тепло. Сынмин вскрикивает, пытается противостоять его толчкам, но не может угнаться за ним, поэтому он смиряется и вжимается в стену, царапая краску, как какое-то животное. Хенджину это нравится, это сводит его с ума, и поэтому он ускоряет темп, покрывая небрежными поцелуями шею Сынмина сзади, его спину, плечи — он касается всего, до чего может дотянуться. Он хочет отметить Сынмина, сделать его своим, хотя они не должны этого делать. Они не принадлежат друг другу; это же просто временное помутнение разума.. Но вот так — когда Сынмин выдавливает из себя "Джин" и "быстрее", когда они оба связаны без каких-либо барьеров, оставляя все, что у них есть, друг для друга, - кажется, что это нечто гораздо большее, чем просто секс. — Я почти... почти близко, - с трудом выговаривает Сынмин. Он такой развратный — раскрасневшийся, мокрый и дрожащий, едва способный держаться на ногах без помощи Хенджина, и такой всецело доверчивый, голый и без своих ножей. В этот раз ждет последнего удара от него. Хенджин обхватывает член Сынмина одной рукой. Он тяжелый и дергается, когда он обхватывает его пальцами. Хенджин сам стонет, покусывая затылок Сынмина, и начинает поглаживать ее, неумолимо быстро. Его толчки повторяются по той же траектории, прерываясь по мере того, как Хенджин сам близится к краю. Хенджин дурак, если думает, что они могут двигаться в любом темпе, кроме безумного. Хенджин гонится за ним, дергая запястьем, убеждаясь, что Сынмину это нравится, пока тот не вскрикивает, и жидкость не покрывает его пальцы. Сегодня Сынмин сдается первым, позволяет взять реванш за прошлый проигрыш, и Хенджину чертовски нравится это вознаграждение. Вид того, как Сынмин разваливается на части, приводит его к кульминации, и Хенджин почти теряет сознание, когда он изливается в него. После этого они несколько мгновений молчат, переводя дыхание и позволяя своим мозгам вернуться к реальности. Хенджину, наверное, следовало бы отстраниться, но ему нравится это — чувствовать себя так близко к Сынмину, так явно быть вместе. Тем не менее, он отпускает его бедро и прижимается к нему. — Ладно, я доволен, ты не разочаровываешь Хван,- еле дыша, озвучивает Сынмин. Хенджин наконец выходит из него и Сынмин поворачивается к нему лицом. — А что будет дальше? - спрашивает Хенджин,- или это была одноразовая акция? — Ох, мне вот кажется, что мы идеально подходим друг другу. Кто еще согласится быть с нами, такими сумасшедшими. Я нужен тебе, а ты мне,- Сынмин впервые улыбается слишком искренно и мило, тыкая пальцем в голую грудь Хенджина. — И ты перестанешь воровать моих клиентов? - надо испытать удачу. — Никак нет, все же это моя работа, и тебе это чертовски нравится.