вкус смерти

у каждого был смысл жить. смысл был в чем-угодно. или в ком-угодно. Кто-то жил ради любимого человека, кто-то ради себя, кто-то ради какой-то благой цели, кто-то для маленьких радостей и удовольствий. а ради чего жил я? и вообще существовал и существую. живут не ради, а потому что родили родители - как говорили мне. каждый пытался жить и радоваться новому дню. радоваться, что до сих пор открываешь глаза на утро после долгой ночи. каждый пытался ухватиться за смысл своего существования. но мое существование было глупой ошибкой. моя жизнь очень тривиальная. я не жаловался на жизнь, возможно она не на столько была и плоха. никто не знал о моей жизни, о моем прошлом,о моих целях, намерениях. я жил нормально до тех пор, пока окончательно не потерял самого себя. хотя и каждый раз пытался покончить жизнь суицидом, я все равно жил. жил и не жаловался. каждый мог сказать о своей жизни что-то плохое, о чёрных и белых полосах жизни, но ведь не каждый мог это рассказать с улыбкой на лице и сказать, что сейчас все хорошо. на самом деле плохо. мир давно скатился, а люди продолжают жить и радоваться как дети, которым в руки сунули телефон или новую игрушку. иногда одним лишь грубым, случайно оброновшимся словом можно испортить жизнь человеку и убить в нем все хорошее. далее этот человек вполне возможно распространит свою злобу на других людей, друзей, и так далее... не каждый способен нейтрализовать свой негатив и простить все накопившиеся за жизнь обиды. обычно нас не спрашивают, хотим ли мы жить, а значит выбора у нас по сути нет и раз нам дали право на жизнь. а раз дали, то стоит воспользоваться им. я не ценил жизнь, как и она не ценила меня. я за многое должен извиниться в своей жизни.. и за многое должен простить. первое, за что должен извиниться и вообще перед кем, так это перед чуей. что я молча ушёл с мафии и взорвал его машину. я не знаю, злиться ли на меня чуя, готов ли простить. знает ли причину? осаму бы многое хотел ему сейчас сказать. хотел даже сейчас пойти в магазин за пачкой сигарет и за бутылкой вина или шампанского, направится домой прямиком к чуе, ворваться домой и попросить напоследок с ним выпить и закурить. и поговорить в последний раз. в последний раз увидеть голубые глаза, которые так красиво переливаются на лунном свету, которые так родны ему. зарыться пальцами в рыжие волосы и прижать к себе и постоять хотя бы минуту. дазай давно имел к чуе небольшую симпатию, но никогда бы не сказал. но ему было достаточно просто видеть, что его напарник , или уже бывший напарник, накахара чуя в порядке. что с ним все хорошо. он не знал о чувствах Чуи, да и в своих не до конца разобрался. просто хотелось видеть его. хотелось извиниться перед всеми сразу и вообще за своё существование. жизнь любого человека чего-то стоит, но не моя. я не знаю, что будет дальше, после смерти. не знаю, будет ли кто-то вспоминать меня, будет кто-то грустить или плакать? я думаю нет. я никому не дорог настолько , что нужно оплакивать мою могилу навзрыд, или хотя бы сидеть и часами разговаривать около. возможно в моей жизни был период фрустрации. я чувствовал подавленное состояние и камень на сердце. я фланировал по улицам йокагамы и пытался разобраться а том, что я хочу и что буду делать дальше. выживу ли этой ночью вообще. на улицах стояла какофония. споры детей, которые что-то не поделили, музыка из кафе, чьи-то голоса и антимонии, звуки проезжающих машин. меня радовало, что у других все хорошо. но жаль, что не у меня. я хотел быть счастливым. я стремился к счастью всю свою жизнь. я бесцельно прогуливал по улицам уже который час. я не выглядел очень презентабельно, что мой вид пугал людей. люди косо засматривались на меня. а кто не испугается бледного высокого шатена, который полностью в бинтах, а на руках бинты были с пропитанной кровью. а также с большими синяками под глазами? я на миг прикрыл глаза и оказался в поле. я даже не понял, как дошёл до него. это ж надо так задуматься то! рядом стоял небольшой заброшенный дом именно около которого и начиналось поле и все заросли. в доме давно никто не жил, что несколько досок с дома весели на ниточке и будто вот-вот упадут. я зашел на территорию дома и обошёл. взади дома был небольшой двор, заросший бурьяном, старая скрипучая детская качель, которая слегка покачивала от ветра и маленькая пустая песочница. песка там не было. я не стал гадать где он и куда дели. хотя тут и были слухи. слухи о том, как тут жила семья. мать, отец и маленькая дочь. мать сошла с ума и ее в психиатрическую больницу увезли, а отец из-за потери жены спился, начал принимать наркоту и тоже, видимо, поехал крышей. начал избивать маленькую дочь, а та скончалась. так и похоронил в этой детской песннчице. но это лишь слухи. резко подул ветер. он был не настолько тепл, но и не настолько холоден, но заставил мурашек пробежаться по телу. а ведь я был одет в одну немного кровавую рубашку и в тёмные брюки. классика. плащ остался где-то. я услышал чьи-то шаги. а может это смерть пыталась меня забрать? шаги становились громче, кто-то подходил ко мне все ближе и ближе. я насторожился. — дазай? ты придурок. - послышался довольно знакомый мне голос. на сердце снова появилась небольшая тревога, сердце забилось быстрее. я слышал каждый стук своего сердца. человек, что заговорил со мной, стоял сзади. примерно в шаге от меня. мне хотелось повернуться и обнять того, но я сдерживал себя. — чууяяя. как я рад тебя видеть. - могло прозвучать как сарказм, но я не врал. мне правда сейчас не хватало кого-то рядом. присто чьего-то присутствия. ветер снова подул. мои волосы извивались из-за ветра. листья шелестели. начало темнеть. нагнетающая обстановка. — что ты тут делаешь, скумбрия? - чуя нахмурился. его хвост сзади будто вот-вот расплетется, резинка почти съехала с хвоста на самый конец, а ветер или лишнее движение могло скинуть резинку до конца. он смотрел на дазая изо спины и не отводил взгляд. — яя.. ищуу где бы, как как бы сдохнууутьь. - был честен я. я не стал врать, сейчас мне это было вовсе не зачем. я всегда был врунишкой. с самого детства. я врал на каждом шагу, даже когда видел, что люди знали правду, я делал вид, что врал. я был странным и меня с детства водили по врачам-психологам. я смысла в этом не видел, но ходил. — снова за старое. придурок. - сказал чуя. за все это время он смотрел на небо и не оборачивался, чтобы увидеть меня. он не хотел меня видеть? я пытался сделать так, чтобы я забылся в жизни Чуи, что аш запомнился сильно. я слегка вздрогнул, когда почувствовал что-то у своего виска. что-то больно напоминающее пистолет. чуя решил убить меня? смешно. возможно его подослал Мори или возможно он сам на это решился. я не стану гадать, я просто хочу, чтобы он поскорее нажал на курок и я наконец уже покоюсь с миром где-нибудь на небесах. или глубоко пол землёй, в аду. по моим расчётам прошло минут 5 как мы так стоим. я не мог ждать, я ждал, пока пуля окажется в моей голове. — чего ты ждешь? убей меня, чуя-кун. чуя громко дышал, но молчал. и тихо шмыгал. нет, он не плакал, просто пошмыгивал носом, будто давая знать о своём присутствии. не давал забыть. ему никак не хотелось стрелять. убить дазая и вправду оказалось заданием от Мори, а чуя не мог придать портовую мафию. портовая мафия течёт у него в венах, он там вырос и будет подчиняться до последнего вздоха. но зачем это Мори? когда дазай ушёл из мафии, Мори не стал его убивать. а ведь он оказался предателем. Мори не стал, ведь он знал, что дазай ещё нужен, что он пригодиться. если бы ушёл кто-то другой, то Мори явно казнил бы сразу, как узнал и даже не пощадил. вот такой он, Мори Огай, босс портовой мафии. меня будто окунуло в прошлое. первая встреча с чуей, первое задание, первые тренировки. как мы стали напарниками, наш двойной чёрный. столько воспоминаний с этим человеком, с обладателем рыжих волос. я не знал, что сказать и как сказать. да и с чего начать вообще. я просто хотел бы поблагодарить его за все то, что было нами пережито. я был готов умереть от его верных худых рук. мне всегда хотелось сказать чуе простую, но многозначную фразу. фразу "я люблю тебя. " только знал я, что чуя совсем не так её воспримет. я люблю чую как бывшего напарника и как просто человека. мне не нужен чуя в постели, я не был зависим от этого, мне нужно лишь его присутствие и пустые разговоры с ним, как раньше. мы так были близки с ним, когда были напарниками,но сейчас мы стали чужими людьми, знающими друг-друга наизусть. — я не могу. - выкрикнул чуя. он припустил дуло и тут-то я обернулся. я увидел то самое лицо, которое снилось мне ночами. приходило в кошмары, мучило меня. всплывало в моих воспоминаниях. то лицо, которое хотелось рассматривать вечность. чуя не изменился ни капли. может стал только выше на сантиметра два так. больше изменений я на заметил. те же голубые светлые глаза, которые даже при плохом освещении светились ярко, те же губы, небольшой нос, очертания лица. те же рыжие волосы, которые стали чуть короче и это было заметно. — почему же? - ответил я спустя только секунд 30. я правда не понимал по какой причине чуя просто не мог прострелить мне мою пустую голову. — осаму, я не могу. ни как не могу. - голос Чуи стал тише и серьёзней. он смотрел на меня очень пристально и почти не моргал. мне казалось, что он вот вот расплачется как маленький ребёнок и побежит ко мне в объятия. но чуя не такой. он не даст себе плакать при ком-то. никогда. я слегка присел и стал на равне с ростом Чуи. наши лица были на одном уровне и довольно близко к друг-другу. мне хотелось обнять его как после долгой разлуки и простоять так всю ночь. хотелось защитить от всего этого мира и чтобы чуя всегда нуждался во мне. я знал, что этого никак не произойдёт. я знал, что не выживу до завтра. — ты многое значил для меня когда-то. и многое значишь сейчас. - чуя был искринен и очень грустный. сам не свой. он будто показал свою другую сторону. не ту, что знают и привыкли видеть все. я потянулся ближе и прямо к губам накахары. получу по заслугам, зато сделаю то, что хотел сделать очень давно. выполню мечту прямо перед смертью. я легонько коснулся его губ своими, чуя не сопротивлялся. он только пытался углубить поцелуй. я проник языком в его рот, проходясь по всём зубам и сталкиваясь с языком. стало жарковато и напряглось всё тело. мои руки оказались на талии Чуи. я не мог поверить, что всё таки это случилось. случилось то, чего не должно было случаться. я думал, что мог лишь днями о таком думать, но точно не совершать. и вот это происходит и я не сплю. не сплю, наверное. я целовал так, что не хватало воздуха. я отстранился, как чуя полез это повторять, даже почти не давая отдышаться и набраться воздуха. это повторялось ещё и ещё. ещё и ещё. мы целовались, мои мечты? мои мечты сбываются, это не сон. я был ещё в здравом рассудке. я мог понимать происходящие, но потихоньку это чувство я терял. я не знал, что творится в моей голове в эту минуту, но я знал одно.. мне впервые хорошо. я никогда не думал, что смогу целоваться с чуей. мы целовались в первый и в последний раз. моя рука взяла руку Чуи , в которой был пистолет и поднясла прямо к голове.. к виску. чуя не успел одуматься, как я нажал на курок. выстрел был не сильно громкий. я упал с глухим грохотом на землю. в ушах звенело, но я всё ещё что-то слышал и мог немного дышать. я терялся. я обретал свободу. я понял, что хочу всё ещё жить. я принял решение окончить жизнь именно так. но этого ли я хотел? к этому я стремился всё эти годы. мне всегда казалось, что суицид - единственный выход. и я слишком поздно это понял. мне казалось, что если я покончу жизнью, то верну контроль над ней. это казалось решением всех проблем.я рано опустил руки. всё шансы внести изменения исчезли. чуя упал на землю передо мной в шоке. будто на его глазах виднелись слезы. я хочу быть рядом сейчас, я не должен был так делать. мне хотелось его сейчас обнять очень крепко и не отпускать. это был конец. конец всего. я понял, что не хочу умирать. последнее, что я видел это испуганное лицо Чуи и вдалеке чей-то знакомый силуэт. вдалеке стоял Мори и глухо хлопал в ладоши, наблюдая за нами. на его лице виднелась слабая улыбка, та самая, которую не спутаешь ни с кем, которую увидишь даже среди тысячи похожих лиц.