Гора: вода и бабочки

Хуже смерти, лишь её ожидание. Когда-то, Кочо услышала это от кого-то или прочла в книге, и она была согласна с автором этих слов на все сто. После небольшого представления устроенного для Азуми, прошло несколько часов, за которые она успела немного поспать. Даже во сне время двигалось медленно, словно насмехаясь. Голова немного болела от грызущих мыслей, из-за чего не получалось сосредоточиться на плане побега. - Утро вечера мудренее, это точно... - немного расстроенно проговорила девушка, ибо придуманный за несколько секунд в чрезвычайной ситуации план, имел много недочётов. Начиная от того, что у неё нету клинка ничирин, чтобы противостоять демонам и заканчивая самым важным: как вывести людей из этого места? И окончательно забивали гвоздь в гроб удачного исхода её плана то, что она не знает: где именно все они находятся, что будет за дверью выхода, сколько людей их охраняют, как свести на нет магию Зеккена и много других "мелочей". - Гадство... - закинув голову назад, Кочо совсем потеряла настрой. За дверью послышались приближающиеся шаги. - Боже, если этот придурок хочет продолжения, я ему селезёнку вырву... - раздражённо охнула девушка. Позор от вчерашнего танца до сих пор "грел" уши. Взглядом Кочо сверлила то окошко, что сейчас должно открыться. И, если это не Гию, она не рада этому гостю. Хотя, Кочо знает звук шагов Томиоки. За годы службы и проведенного вместе времени она изучила почти все его повадки и привычки. Как он ходит, в каком темпе, как дышит, сколько раз моргает. Неожиданно, это открытие ввергло в шок. Она что... следила за ним? - Нет-нет, это просто моя наблюдательность... - саму себя убеждала девушка, всё также ожидая незванного гостя. Звук отодвигающейся щеколды оповещал о том, что гость достиг двери. По ту сторону двери стоял Сузума, с немного заплаканными глазами. - Оплакивали тех, кого собственноручно убили? - Кочо не упустила шанс задеть врача. - Я потерял хорошего друга, госпожа Кочо. Но, если вам интересно, то да, я оплакивал их всех... - халат, который Сузума не снимал с первого момента их встречи, был белоснежно чистым, не смотря на все те зверства, что он творил. - Это в корне меняет дело! - Привычно натянутая улыбка совсем не подкупала, это понимала и сама Кочо. Сил притворяться уже не осталось. - Я понимаю вашу злость, госпожа Шинобу, клянусь, понимаю. У меня через несколько часов будет важное совещание, и я бы хотел перед ним с вами немного поговорить. Знаю, знаю, - развёл врач руками, - моё общество вряд ли радует вас, но, я бы хотел объясниться. И кое-что предложить. Кочо внимательно слушала. Она солгала, если бы сказала, что ей не интересно. Сузума сначала сделал паузу, ожидая одобрения на продолжение разговора, и, поняв, что девушка слушает, продолжил: - Я хочу спасать людей. Но не как в прошлом, а с помощью продвижения медицины вперёд. Последние несколько веков медицина хорошо развивалась, но этого мало. Это черепаший темп, не более. А человечество с каждым днём движется вперёд, и чтобы сделать жизнь безопаснее, чтобы у людей было больше шансов на то, чтобы встречать завтрашний день, я начал свой путь. Каждый день мир выявляет новые болезни и вирусы. А благодаря этой работе, жизнь миллионов людей будет спасена! Вы не в курсе, но несколько дней назад я провел операцию. Первую операцию в мире на сердце. И успешно! Жизнь девочки спасена! Мы нашли новый способ победить смерть, хотя бы на одном из многих миллионов полей битв с ней. Эти жертвы... Они не напрасны. Смерть тех людей станет прочным фундаментом для общего блага. Кочо внимала его словам, совершенно обескураженная. Человек за дверью, вовсе не походил на психа или безумного учёного. Нет... В этом и заключалось самое страшное. Холодный расчёт, вера в свои слова и желание пройти этот путь до конца, вот что внушало настоящий ужас. На вид Сузума был похож на тех самых добрых стариков из мифов, сказок и легенд, что читала Кочо в детстве, но нутро его было хуже всех тех демонов, с которыми она сталкивалась. - Вы хотя бы себя слышите? Не смейте себя сравнивать с врачами! - То, что этого человека называют врачом, по истине задевало сердце девушки, - Вы были призваны спасать жизни, а не лишать! Сколько судеб вы так переломали?! - Девушка и не заметила как снова перешла на крик, пока врач слушал не перебивая. - Вы используюте медицину и это призвание, лишь из-за собственной жестокости! Вам плевать на то, что будет в будущем, вам плевать на прогресс медицины! Вы лишь свои шкурные интересы преследуете. И за всё, что вы сделали, вы будете гореть в аду. - Кочо наконец взяла себя в руки, а то Сузума мог бы догадаться, что она видела то, что по идее не должна была видеть. - Вы знаете, что в Талмуде есть одно выражение, сейчас вспомню... - Сузума сделал задумчивое лицо, положив руку на подбородок. - Точно, вспомнил: "Tov she-barofim le-gehinom", это значит: "лучшие из врачей попадут в ад". - Вы этим себя успокаиваете по ночам? Мне тошно называть вас врачом, потому что вы не пытаетесь победить смерть, вы её верный вассал. Вы давали клятву Гиппократа, вы давали клятву служить и защищать людей. Сколько клятв вы нарушили за свою жизнь? - Кочо обнаружила себя уже стоящей напротив двери, совсем не помня как встала с пола. - Несколько веков назад, люди сжигали девушек из-за цвета их волос, а сегодня люди строят плавучие дворцы! Немыслимо! Несколько веков назад, по глупости своей, люди сжигали тех, кто утверждал, что у мужчин и женщин одинаковое количество рёбер, хотя ничто не мешало пересчитать, а сегодня мы проводим операции на сердца, а лошади очень скоро останутся в прошлом, замененные машинами. Поймите меня правильно, госпожа Шинобу, этот мир неумолим в своём стремлении вперёд, и нам нельзя от него отставать. - И для этого мы должны убивать людей? - Все те, кого мы забрали для опытов, являются людьми из... - Сузума задумался, в попытке найти правильное слово. - Из? - Из низкого социального класса. Алкаши, дебоширы, преступники, работницы публичных домов, дети рождённые в следствии прелюбодеяний, немощные старики... Слова въедались ей под кожу, вызывая отвращение к человеку напротив. Кочо хотела спросить, к кому из них он относит Кию, но быстро опомнилась. - Глупость ваших взглядов не заслуживает ничего, кроме презрения и осуждения! Кто вам дал право решать кому жить, а кому умирать? Как вы можете служить человечеству и добиваться для него светлого будущего, если вы ненавидите часть этого человечества? И в чём причина? В том, что они другого социального класса? Что они не все образованные? В чём заключается вина детей рождённых от измен? Ответьте, Сузума, вы бы положили своего сына под нож, как тех детей? - Мой сын добровольно положил своё сердце и тело на алтарь благополучия будущего. - И что бы он сказал, если бы увидел кем вы стали? Что вы сотрудничаете с теми, кто его убил? Как бы он отреагировал? - Я придерживаюсь мнения, что цель оправдывает средства. Вам же известна поговорка про омлет? Я делаю это не ради себя, как вы полагаете, а для будущего мира. Я хочу его исправить, неважно как. Что это за мир, где родителям приходится хоронить своих детей? Что это за мир, где близкие умирают у тебя на глазах от какой-то заразы, а ты ничего не можешь с этим поделать? - Правда в том, Сузума, что вы ужасный повар! Человек, не брезгующий убивать ради своих целей, сам будет убит самой ужасной смертью. Вы пытаетесь совместить науку и личный интерес, а их союз всегда коварен. - Но что вы скажете про конечный результат? - Голос бывшего какуши был таким спокойным, будто они обсуждали не жизнь и смерть, а погоду, - Да, мы пожертвовали несколькими людьми ради экспериментов, но посмотрите какие плоды они дали! Разве жизнь горстки сравнится с жизнью миллионов? - Спросите это у семей тех, кого вы убили. Радуются ли они тому, что вы нашли способ спасать жизни других, ценой жизни их родных? Уверена, ответ вас разочарует. - Что ж... это вполне нормально, что у людей не сходятся взгляды на одну и ту же позицию. Я понимаю вашу точку зрения и полностью её уважаю. Сузума смирился с тем фактом, что юную девушку не получится уговорить в праведности своих действий. В ней говорила юношеская воля к справедливости, а её, как ему известно, в мире нет. Она поймет это очень скоро. - И, полагаю, глупо будет предлагать вам работать с нами. - Вы меня оскорбляете. Я не клятвопреступник. - Не поймите не правильно, я не предлагал вам полную свободу действий. Я хотел бы просто показать вам процесс. Показать вам, какие плоды приносит наша работа. В самом начале нашего пути, некоторые, ровно в такой же степени как и вы осуждали нас, теперь они работают с нами. Рука об руку. Я весьма наслышан о ваших подвигах на поприще медицины, вы - великолепны. Не смотря на ваш возраст, вы лучше многих других разбираетесь в этом ремесле. И это заслуживает уважения. - В вашем уважении я не нуждаюсь. - Отходя назад на своё прежнее место, Кочо махнула Сузуме рукой. - Как бы там не было, моё предложение будет в силе до завтрашнего восхода солнца. К сожалению, больше я оттягивать неизбежное не смогу. Мои коллеги и так недовольны вашим особым положением здесь... Кочо догадывалась, что будет после завтрашнего восхода, но нужно было подыграть. - И что будет после завтрашнего восхода? - Развернувшись, спросила девушка. - Вас отправят на опыты. Как-то забыл совсем про конкретику, поэтому расскажу поподробнее. Мы ставим эксперименты над людьми. Проводим операции, делаем пересадки конечностей и органов, и много других интересных вещей. И скажу сразу, если вы согласитесь на моё предложение, не думайте, что вам позволят сбежать или оставаться с чистыми руками. Вы тоже будете работать, как и все мы. Но отдача ваших трудов, будет просто невероятной, я в этом уверен. Так что... Подумайте хорошенько, госпожа Кочо. Вы юны и талантливы, нет необходимости умирать из-за глупых принципов. Глупых принципов... Кочо знала так много хороших людей, что умерли из-за нежелания изменять своим принципам и это вызывало наивысшую степень уважения. А этот человек, напротив, готов пожертвовать принципами, кодексом и всем остальным ради своих целей. Это злило. Лучшие мертвы, а худшие живы... От несправедливости маленькое сердце девушки сжалось ещё сильнее. Но у неё ещё будет шанс вывалить свою злость, а сейчас... - У вас точно должны быть задокументированные записи ваших работ. Я могу прочитать несколько? - Кочо решила выяснить, какие именно опыты они проводят. Просто врачебный интерес, успокаивала себя девушка. После этих слов, Сузума заметно приободрился. Глаза стали чуть более живыми, а не стеклянными как пару секунд назад. - Конечно! Я сейчас же попрошу принести вам пару записей. Прочтите и обязательно сообщите о своём решении завтра. - Только, смотрите, чтобы документы были из "неудачной" серии экспериментов. Все. Сузума ухмыльнулся. Она не так просто... Судить по удачам и неудачам, совершенно разные вещи. Правда, у Сузумы нет "неудачных" экспериментов. Абсолютно каждый эксперимент, в чём-то, да помог продвинуть их знания и опыт вперёд. - Конечно... Как скажете. Надеюсь, вы будете беспристрастны в своей оценке. Кочо фыркнула в ответ, желая лишь того, чтобы он уже убрался отсюда. Словно на зло ей, Сузума за мгновение до того как закрыл окошко, обратно его открыл. - Совсем забыл... Ваш друг доставил нам очень большие проблемы, госпожа Шинобу. Господин Томиока убил людей моего коллеги, и, его самого тоже... Насколько мне известно, за прошлую ночь Гию-сан убил 17 человек. Шинобу слушала это с открытым ртом, не веря своим ушам. Гию? Убил людей? Что? Вопросы кружились в голове словно рой. - Кодекс корпуса запрещает убийство людей, так что... - Не вам говорить про кодекс, Сузума, - Кочо встала на защиту своего товарища по оружию. - В любом случае, это дело дойдет до императора, и его объявят в розыск. А также, мне придётся лично донести это до господина Убуяшики. Кочо молча слушала обвинительный приговор близкому человеку. Гию стал за всё то время, почти родным. Невозможно представить их в отдельности друг от друга, столь часто Кагая ставил их в пару. Хоть собеседник из столпа воды такой себе, но девушка была довольна. Кочо знала, что дело доведённое до императора, всегда заканчивается одинаково - казнь. Зачастую, суд японской империи сам приговаривал виновного к наказанию, будь то лишение свободы или же смертельный приговор, лишь изредка прибегая к тому, чтобы дело лично рассмотрел сам император. Было поверье, что император всегда рассудит "более" справедливо, с чего Кочо всегда закатывала глаза. Он такой же человек как и все, что он может рассудить более справедливо? Тем более, некомпетентный. Ну, впрочем, не исключено, что суд пытался выслужиться перед имперским двором. Шинобу совсем не обратила внимания как Сузума ушёл, оставив её наедине со своими мыслями. Вся голова была забита Томиокой и его выходкой... Во что она его впутала? Во что он ввязался ради неё? Последнее, чего хотела бы Кочо, так это чтобы из-за неё была разрушена ещё одна судьба... Сначала сестра, потом трое цугуко, а теперь и Гию... Воспоминания о последней цугуко волной обрушились на голову. Кочо не забывала всех тех, кто погибал у неё на руках. Но их голос... Он всегда забывался. Даже голос Канаэ Шинобу вспоминает с трудом. Вроде бы, он был мягким и словно весенний ветерок лёгким. Вина за сломанные судьбы близких всегда была для Шинобу непосильной ношей. Может, они и простили её, но простить саму себя... Кочо никогда не сможет. - Смотрите, мастер, я наконец-то овладела 9 стилем дыхания! - Её воробьиный голосок разнёсся по всему поместью. Кочо помнит как гордилась ею. Хоть Иоко и не владела её дыханием, но Кочо всё равно приняла её в качестве своего цугуко. Младше самой Кочо всего на полгода. А потом, Шинобу отправила её на одиночную миссию, с которой какуши вернули лишь её правую ногу и кисть. Забыть это всё было бы блаженством, но так эгоистично по отношению к ним. Ко всем людям, которых она потеряла. А теперь, в круг "жертв её ошибок" вписался и Гию. Да, она хотела быть спасённой, но не такой ценой. Не ценой того, что близкий ей человек стал убийцей. Зная Гию, эти "достижения" будут преследовать его всю оставшуюся жизнь... Если, она, конечно, у него будет. Каждый сустав трещал от тяжести состояния, в котором находилась девушка. Страх, разочарование, злость, обида... - Терпение... Всё будет хорошо. - успокаивать себя выходило всё сложнее. Девушка и сама потеряла веру в эти слова. Минут через 30 кто-то постучался в окошко. Кочо занятая своими тяжёлыми думами, вовсе не услышала звука прибывших шагов. - Если скажу, что никого нет, вы уйдёте? Отодвинув окошко, Азуми бросил на девушку беглый взгляд. Чёрт! Это была самая странная ситуация в его жизни. - Сузума приказал тебе передать эти документы. Азуми закинул через отверстие несколько штук папок. Каждая папка - один эксперимент. - Слушай... Насчёт вчерашнего, я не знаю что произошло... - Я тут работаю! Вот что произошло, идиот недалёкий! Азуми опять покосился на неё. Точно сумасшедшая... Хотя, чего он ожидал? Что этом месте кто-то будет в своем уме? Более, ничего не сказав, охранник закрыл окошко и удалился, оставив девушку одну. Встав с места, взгляд девушки был прикован к лежащим под дверью бумажкам. Сердце колотилось. Страх и жалость к тем несчастным переполняли душу. Медленно подойдя к бумагам, Кочо взяла их на руки и уселась, уткнувшись спиной к двери. Всего было пять папок. В каждой папке по несколько бумаг, описывающих эксперимент, и несколько фотографий. Кочо пару раз видела фотографии, и всегда удивлялась им. Раньше люди тратили часы а-то и года для таких фотографий... А сейчас, они вроде нажимают какую-то непонятную кнопку, и фотография сама нарисовывается! Кочо бы хотела, чтобы и её так "нарисовали". Первая папка ознаменовалась гордым названием "Эксперименты с гипертермией". Эксперимент номер один. 10 декабря 1910 год. Пациент 112 был помещен в резервуар с холодной водой, чья температура достигала минус шесть градусов по Цельсию. Продержав подопытного в таком состоянии ровно 60 минут и 30 секунд, температура подопытного понизилпсь до тридцати градусов, после чего пациент 112 потерял сознание. Стремительная смерть подопытного наступила уже после того, как эксперимент был завершён, так как температура тела продолжала падать, что привело к остановке сердца. Эксперимент номер два. 12 декабря 1910 год. Пациент 87 был помещен в резервуар с холодной водой, чей градус достигал минус пять по Цельсию. Подопытный продержался в резервуаре 94 минуты и 15 секунд, после чего наступила стадия переохлаждения. Сразу после изъятия из холодной воды, пациент 87 был переведен в другой резервуар, уже с горячей водой, чей градус достигал плюс тридцать по Цельсию. Подопытный продержался в горячей воде 25 минут, после чего начались сильные судороги, а через три минуты и двадцать секунд изо рта подопытного пошла пена. Через 5 минут и 13 секунд, сердце подопытного остановилось. При первом погружении в резервуар, биение пульса и сердца участились. Было зафиксировано 120 биений пульса и сердца в минуту. Вызвано это тем, что организм пытался нормализовать температуру тела. Эксперимент номер три. 16 декабря 1910 год. Пациент 110 был помещен в резервуар с холодной водой, чей градус достигал минус семь по Цельсию. Однако, пациент потерял сознание уже на тридцать пятой минуте эксперимента и был немедленно извлечён из холодной среды. После, 110-й был помещен на просторную кровать с одной женщиной. Пациент провёл в постели с обнаженной женщиной 70 минут, после чего пришёл в сознание, а температура тела повысилась до нормы в 35 градусов. Цель эксперимента была в том, чтобы выявить наилучший метод отогревания. И исходя из этого эксперимента, было выявлено, что резкие перепады температуры бывают смертельны для людей. А постепенное отогревание, напротив, влечёт за собой положительный эффект. В дальнейшем, планируется ещё три таких эксперимента, для закрепления результата. Оставшуюся часть документа, Кочо читать не стала. Дальше шли записи итогов вскрытия, подробного описания сути самого эксперимента и его пользы. А в самом конце документа, в его левом нижнем углу, было написано: Общий результат эксперимента: Положительный. Кочо с презрением смотрела на последнее предложение. Настолько циничного отношения к людям, она даже от демонов не видела. - В каком месте результат эксперимента положительный? У вас же два человека умерло... - Шинобу смотрела на фотографию убитых. Все фотографии былы чёрно-белым, но Кочо уверена, что на первом снимке, человек полностью посинел от холода, сидя в ванне. Худощавый мужчина тридцати лет смотрела с умоляющими глазами на людей, что собрались вокруг него и записывали ход эксперимента. В его глазах читалась обида... Ведь, как это возможно, что человек может быть настолько жесток к другому человеку? На второй фотографии, 112-й лежал на полу, в позе эмбриона. Вероятно, пытался согреться перед смертью... На третьей фотографии, мужчина под кодовым названием 87 уже был в горячей ванне. Исходящий от горячей воды пар затмевал некоторые углы фотографии, вызывая ощущения некачественной съёмки. Фотографии, где 87-й был в резервуаре с холодной водой, почему-то не было приложено. На четвертой фотографии, он уже лежал на столе. Мёртвый. Остекленевшие глаза смотрели мёртвым блеском через фотографию, прямо в душу девушки. Убийца в перчатках держал его голову чуть приподнятой, чтобы зрители лицезрели всю "прелесть" их работы. 110-й лежал на кровати, весь синющий от холода. Рядом, прижавшись к нему всем телом, лежала женщина, полностью ногая. Первая фотография была где оба лежали без одеяла, а на второй фотографии, они уже лежали укрывшись шерстяным пледом. - Ублюдки... - выругалась девушка, откладывая первую папку. Вторая папка называлась: "Пересадка головного мозга". От одного названия, Кочо бросило в дрожь. - Пересадка чего? - Не веря глазам, Кочо перечитала название ещё раз. В основном, медицине её научила сестра, которая в свою очередь, обучилась этому ремеслу у родителей. Так как родители сестёр погибли слишком рано, у Канаэ остались их записи работ, с которых она и черпала свои знания. Потом, чтобы углубиться в медицину, сёстры обучились у мастеров, так как на дневниках родителей далеко не пойдёшь. Тем более, они были фармацевтами, а не хирургами. И ни один врач, ни времён античности, ни времён средних веков и даже сейчас, в век резкого скачка технологий, когда люди строят машины, фотоаппараты и пароходы, пересадка мозга, по мнению девушки, так и осталось чем-то из разряда фантастики. Кочо сама много раз копалась в мозгах умерщвленных охотников, но так и не посмела на рискованный опыт. Врачебный интерес требовал ответа на вопрос: "Что будет с двумя людьми, чьи мозги поменять местами?". Будут ли они прежними? Или, их разум и воспоминания тоже перейдут вместе с мозгом в чужое тело? Но Шинобу строго придерживалась медицинской этики и никогда бы не пошла на поводу любопытства. А эти люди пошли... Боясь посмотреть в самый конец документа, где стоит результат, Шинобу задумалась: - Чёрт! У них что, получилось? Пересадка мозга возможна? Эксперимент номер один. 11 февраля 1911 год. Пациент 45 и пациент 229 были отобраны для эксперимента по пересадке головного мозга. Так как до сегодняшнего дня такая операция не проводилось в современных условиях и считалась невозможной, доктор Сузума, доктор Акихиро и доктор Ханна Хайтауэр лично приняли участие в данном опыте. Зеккен изъял души подопытных, чтобы в случае непредвиденных обстоятельств, тела не отреагировали на ход операции. После вскрытия, доктор Сузума изъял мозг 45-го, а доктор Акихиро 229-го. Во время операции, давление подопытных резко вскачило вверх. После удачного возвращения органа на прежнее место, давление немного стабилизировалось, но полностью положительного эффекта это не дало. Сразу после окончания операции, Зеккен вернул души подопытных на место. 45-й и 229-й умерли через несколько минут, из-за кровоизлияния в мозг, так и не придя в сознание. Доктор Сузума приказал отложить опыты с пересадкой мозга до конца текущего года, пока он не придумает верный способ для положительного результата. Общий результат эксперимента: Нейтральный. - Нейтральный?! - Кочо от злости сжала бумагу настолько сильно, что порвала её насквозь. Смотреть на фотографии мертвых было тяжело. Два тела лежали на соседних столах, со вскрытыми скальпами. А рядом стояли три убийцы, в халатах врачей. За 6 лет, что Кочо изучает медицину, она прочитала столько медицинской литературы, что такой цифры, мир ещё и не придумал. В каждой из этих книг, была история про нескольких энтузиастов, что проводили опыты по пересадке органов. Будь то сердце, мозг или лёгкие. И ни один эксперимент не увенчался успехом. Но, в отличии от этих монстров, те врачи проводили свои опыты исключительно с одобрения подопытных. Объясняя им, что риск велик, но находились те, кто соглашался на это. Скорее всего, из-за того, что терять им было нечего. А тут, группа "людей" у которых есть возможность убивать безнаказанно, ставят бесчеловечные опыты на других людях, без добровольного согласия с их стороны. Кочо даже "опытами" это называть не хочет, ибо стойкое ощущение, что они просто проверяют, отчего могут умереть люди. Как дети, которым дали в руки абсолютную власть, и они пользуются ею совсем не по назначению. Ещё три такие папки... Кочо не уверена, выдержат ли её нервы и дальше такую жестокость... За дверью послышалась какая-то возня. Кочо напрягла слух, чтобы ничего не упустить. Прильнув к двери, Шинобу затаила дыхание и начала слушать. - Здравствуйте! Вы господин Азуми? - Робкий голос разнёсся по коридору. - Привет... Да, это я. - Усталость в голосе мужчина скрыть никак не мог. - А... Меня направили вас подменить! Пост принял! - Отлично! Вы что-то поздно... Обычно, смена приходила до рассвета, а сейчас уже почти обед, что-то случилось? - Нет, господин, просто нескольких из наших отправили помогать господину Ичиро, поэтому чуть задержались в перевалочном лагере. - Ясно... Значит, вот, будешь охранять эту дверь, но завтра в этом уже необходимости не будет, так что, удачи тебе. Кочо надеялась, что Азуми расскажет парню про недавний инцидент, но шаги мужчины становились всё дальше и тише. Но... - Господин, если не секрет, кого мы тут охраняем? Я слышал, что тут есть демоны, но мне сказали, что мы с ними работаем... А кто тогда в камере? - Какая-то сумасшедшая! - Голос стал громче и чуть энергичнее. Когда речь заходит о ней, у Азуми что-то ломается внутри. Он ведь почти влюбился... - Сначал танцевала для меня, и весьма интимно, надо заметить. А потом начала буянить и кричать, что работает тут. Так что, будь осторожнее, и вообще не обращай на неё внимание. Тебе же лучше. - Ясно... Спасибо, что предупредили! Звуки за дверью прекратились. Ни голосов, ни шагов, ничего. Тишина. Прошёл час. Может больше. Кочо сидела притаившись, раздумывая над недочётами плана. - К чёрту! Буду решать вопросы по мере их поступления! Однако... Самое важную деталь своего плана, Кочо решила подкорректировать. А именно: - Сначала выберусь отсюда сама, а потом позову остальных столпов на помощь... Ояката-сама точно поможет! "Платье", что выделили ей доходило чуть ниже колен. Отрезав ножом кусок ткани, её роба доходила уже до бёдер. - Гадство... На что только не пойдёшь ради свободы... Обмотав этим куском всё своё лицо так, что от головы можно было увидеть лишь макушку, Кочо стала стучаться в дверь. Безостановочно. Парень, что находился по ту сторону, совсем не торопился подойти и спросить, в чём дело. Шинобу уже начала терять надежду, как шаги охранника стали слышны сквозь удары её маленьких кулачков. - Что вам надо? - Не открывая окошко спросил прибывший. - Окно открой, эти папки нужно вернуть на место! - Кочо сделала томный голос, чтобы от её голоса, и нотки не просочились. - Какие папки? Мне не докладывали ничего об этом... - волнений в голосе было валом. - Хорошо... Я сейчас под дверь высуну фотографии, можешь проверить. У меня бы их не было, если бы господин Сузума не дал их лично. - А... Хорошо, пожалуйста, высуньте фотографии, я проверю. Кочо вытолкала через тонкую щель фотографии. Этот кретин начинал действовать на нервы... - Хорошо, я вам верю... А вы можете отойти от двери к дальней стене? Кочо закатила глаза... Что это за охранник вообще? - Хорошо! Вот, раз, два, три! Я у стены. Окошко медленно открыли, и из-за него в внутрь камеры заглянул юноша лет 20. Его "модные" усики говорили о том, что с девушкой он рядом не стоял ни разу в жизни. - Аа... Отлично... Что дальше? И что с вашим лицом? Так как "маска" девушки имела небольшое отверстие у правого глаза, Шинобу могла видеть его лицо, и то, что он весь в поту от страха. Господи... Что за мужчины пошли... - Тебе какая разница что у меня с лицом? Ты лучше скажи, как ты у меня с рук папки возьмёшь, гений? - А вы скиньте их рядом с дверью, я подцеплю их чем-нибудь... - Господи... - Быстро подойдя к двери, девушка высунула папки ему прямо в лицо. - Боже! Что вы делаете? Я же просил не подходить к двери! - завопил парнишка так, что у девушки уши заложило. - Кретин! Я тут работаю, тебе ясно? Быстро отдал документы обратно в архив! Кочо понятия не имела, есть тут отдельный архив документов или они лежат где-нибудь в ящике у Сузумы. - Ага, к...конечно! Сейчас отдам... Закрыв окошко на засов, юноша побежал непонятно куда. - Сейчас... Было страшно, Кочо бы не стала отрицать. От её действий зависит так много... Взяв тот самый дугообразный магнит, который она прихватила когда возвращалась в камеру, Кочо приложила его к окошку. На полпути, магнит сам "долетел" до него. Магнит был настолько сильным, что приходилось его держать обеими руками. Двигая магнит против часовой стрелки, засов с той стороны окошка понемногу стал подниматься в след за ним. Когда засов наконец-то был выдернут, окно в камеру было открыто! - Отлично! Быстро встав на кувшин, прямо как в прошлый раз, Кочо открыла дверцу и вышла из камеры. Сердце опять начало отбивать барабанную дробь. Девушка заметила, что в последнее время начала слишком много переживать... Проскочив уже знакомый коридор, Кочо стояла в помещении с камерами. Сейчас, в помещении было светло, а не как в прошлый раз. Но это ещё хуже... Слишком хорошо будет видно жертв их пыток. Кинув взгляд на лежащую Кию, Шинобу поспешила в следующий коридор, как её кто-то окликнул. - Пожалуйста... Спасите нас... Умоляю... - из одной камеры выглядывал мужчина преклонного возраста. Его умоляющию глаза говорили о том, что с ним тут творили все возможные варианты истязаний. - Я вас спасу, обещаю... Потерпите немного, - кинув на старика беглый взгляд, Шинобу поспешила прочь. Нельзя терять время, каждая секунда на счету. А их она спасёт потом. Обязательно спасёт! Стоя напротив двери в отделение "врачей", Кочо глубоко вдохнула, и уверенно шагнула за неё. Пусто. В коридоре, как и в прошлый раз никого не оказалось. - Всё складывается слишком хорошо... - подозрительно протянула девушка. Полусидя, Шинобу подкралась к первой двери, надеясь заглянуть внутрь, как дверь в кабинет открылась, и из него вышла Амаюта. Кочо на полусогнутых ногах, и Амаюта в белом халате смотрели друг на друга несколько долгих секунд. - А... - протянула Амаюта, а её глаза расширились настолько, что могли выпасть из орбит. - На помо... - не успела она закричать, как Кочо ударом локтя по лицу отправила её обратно в кабинет. Упав на пол, женщина быстро оклемалась, пытаясь встать. - Стерва! - Прошипела "врач" и взяла молоток со стола. Кочо хотела её вырубить сразу, но, увы, не вышло. - На! Получай! - Размахивая инструментом, женщина совсем потеряла рассудок. Вещи со стола и шкафов падали на пол, разбиваясь и трескаясь. Но попасть в миниатюрную девушку никак не получалось. Кочо боялась, что на их битву сейчас стянется весь персонал. Отскочив к одному и шкафов у стены, Кочо взяла какую-то ёмкость и швырнула её в сторону разбушевавшейся Амаюты. Удар пришелся прямо по лицу, отчего она потеряла равновесие, и споткнувшись об какой-то хлам на полу, упала навзничь. Звон в ушах мешал сосредоточиться над ситуацией. - Чёрт! Чёрт! Нас могли услышать... Конечно, план у нее был таким с самого начала, украсть одежду врачей и выйти в открытую, но этот барадак она не планировала. Быстро взяв себя в руки, девушка подбежала к Амаюте. Сняв с неё одежду и халат, Кочо быстро переоделась в форму персонала, а на саму Амаюту накинула свою робу. - Повезло тебе дрянь, что у меня совесть есть... - промолвила Кочо, ведь она действительно могла оставить её тут голой. По размеру, халат совсем не подходил, поэтому Шинобу отрезала рукава ножницами, а после затянула их, чтобы скрыть срез. Медленно высунвув голову из кабинета, Шинобу оглянулась по сторонам. Вроде никого. Закрыв дверь, столп потопала в сторону двери, за которой была лестница, что вела вниз. Вроде, там и должен быть выход. Новая смена не должна знать её в лицо... Наверное, получится выйти прямо перед ними. Кочо взяла дверную ручку, как по всей лаборатории послышался вой сирен. - ТРЕВОГА! ТРЕВОГА! ЗАКЛЮЧЁННЫЙ СБЕЖАЛ! - Твою мать! - Выругалась девушка, а сердце ушло в пятки от неожиданного воя. Со стороны, откуда она пришла послышались шаги бегущих в её сторону охранников. - Дерьмо! Кочо решила вернуться в кабинет, где лежала Амаюта. Шинобу предвидела такой исход, хоть и надеялась на иной. Амаюта лежала за кроватью, связанная лоскутами какой-то занавески. Дверь в крыло для персонала открылась привычным лязгом, что стало оповещением того, что охранники уже здесь, прямо за дверью кабинета. - Где она? Вы её нашли? - Кричал охранник, что должен был её охранять. Первый его день, а он уже оплошал... Вдруг, из кабинета вышла девушка в халате врача, с ангельским лицом. Такую красоту, он никогда в жизни не видел. Но весь ангельский образ испарился, стоило ей открыть рот. - Вы что, совсем идиоты? Как вы могли её из камеры выпустить?! - Крики врача давили всем присутствующим на уши. Ни один мужчина не мог поднять голову и посмотреть ей в глаза. - А... Госпожа, простите... меня не было рядом... Я относил документы в архив... И она испарилась из камеры... - виновато процедил мужчина. - Я вас всех отсюда нахер поувольняю! Дилетанты! А ну быстро взяли её под шкирку и обратно в камеру засунули! За вас работу вашу делаю, кретины! Протирая "раненную" голову, голос у девушки чуть не сломался от этих криков. Вой сирен наконец прекратился. Двое мужчин взяли лежащую на полу женщину под руки и увезли обратно в камеру. Остальные ждали от неё указаний, не зная что делать дальше. - А вы, что уставились? А ну марш работать! - Да... Так точно, госпожа врач! То есть, госпожа... - все четверо мужчин побежали в разные стороны, оставив девушку в гордом одиночестве. - Мать твою... Чуть не попалась... - сердце Шинобу сделало несколько кульбитов, пока она выходила встречать "гостей", не зная, поверят они ей или нет. Но всё прошло успешно! Эти идиоты приняли её за врача, а Амаюту забрали в камеру. Правда, Кочо не знает, как долго продлится её шалость, поэтому стоило торопиться. В кабинете, где Кочо слушала разговор Сузумы и Ханны, уже никого не было. Вероятнее всего, именно её он и потерял сегодня. Обратно подойдя к двери, за которую она так и не успела заглянуть, Шинобу невесть откуда взявшейся смелостью шагнула за неё. Лестница ведущая вниз была пуста, но внизу, на первом этаже было видно нескольких охранников, что переговаривались между собой. Вид их был немного перепуганным, скорее всего из-за сирены. Их первый рабочий день, они точно не забудут. Шинобу уже хотела спуститься вниз, как из дальнего коридора первого этажа, показалась знакомая фигура. Зеккен! Он шёл рядом с мужчиной, который был полностью одет в черную мантию, а на шее висел крест. В японской империи, христианство не было широко распространено, но даже для тех нескольких сотен людей, император построил церкви, снабдив их всем необходимым. Священники тоже входили в их число. - ... хорошо, так и передам ему, господин Зеккен, - священник говорил на ломанном японском, что тоже выдавало в нём иностранные корни. - А вы не хотите подождать? Сузума бы тоже хотел присутствовать на похоронах. Не то чтобы мне не плевать... Ну, вы его знаете... - держа руки в карманах своего черного плаща, вид у демона был немного уставшим. - Увы, хоронить нужно до того, как сядет солнце, а ещё у меня служба сегодня, так что, нет... - Как скажете. Она на третьем этаже, попросите ребят вам помочь спустить её, у меня есть несколько важных дел. - Конечно. Всего доброго. Когда Зеккен удалился куда-то, лицо священника сделалось расслабленным. Видать, ходить рядом с демоном не входило в его список любимых дел. - Господа, пожалуйста, помогите спустить гроб, - священник обратился к охранникам, на что откликнулись несколько мужчин. - Они поднимаются сюда! - В голову пришла весьма рискованная мысль, но если получится... Всё выйдет даже слишком легко. А если Кочо столкнётся с Зеккеном, без меча ей не справиться... - Ладно! Пожалуйста, пожалуйста... Лишь бы получилось... - прикрыв глаза взмолилась девушка. Шагнув обратно в коридор, девушка стала открывать все двери в попытках найти где лежит труп. Наконец, открыв нужную дверь, Кочо заметила гроб. Гроб из красного дерева в дальнем углу морга, куда Кочо уже заходила в прошлый раз. Быстро подбежав к гробу, Шинобу заглянула внутрь, где лежала женщина, которую вчера она видела. Она и есть Ханна Хайтауэр. - Ладно... Выбора нет... Вытащив труп и волоча его по земле Кочо старалась прислушиваться к шагам. Они вот вот должны подняться на третий этаж, поэтому действовать надо быстро. Положив женщину на выдвижной стол для кремации, Кочо в последний раз взглянула на неё. Мирно спит... - Простите, пожалуйста... - зажмурив глаза, Кочо резко вспомнила, что это за человек перед ней лежит. - Хотя, нет, не простите! Гори в аду, тварь! Шинобу затолкнула стол в печь, и закрыла толстую дверь на засов. - Чёрт! Она же в платье... - запах горящей ткани и тела быстро ударил в ноздри. Услышав приближающиеся шаги и голоса, Кочо быстро легла в гроб. На гробу были застёжки, но Кочо знала, что их закрывают лишь после так называемого "отпевания". А она выскочит из него сразу после того, как окажется на свободе. Дверь в морг открылась, и Кочо услышала как вошедшие выругались из-за запаха. - Чёрт возьми... Какая вонь! - И не говори, - от того, что этот человек зажал нос, голос его сделался тонким. - Так, давайте ребята, берите гроб, и пошли отсюда. Священник подошёл к гробу и открыл его. Миловидная девушка лежала в мирной позе, а на губах была лёгкая улыбка. - Ээ... Вы что, положили её в гроб в одежде врача? - оглянулся священник на охранников. - Я не знаю... У нас сегодня здесь первый день, так что... А вообще, думаю, ей пофиг в чём её будут хоронить. Она же мёртвая... - Охренеть... - для священнослужителя, язык у него был немного грешным. - Я думал она будет постарше... Твою мать, тридцатилетняя женщина выглядит на 15 лет... Куда этот мир катится... Спаси и сохрани... Священник закрыл дверцу гроба, и приказал вынести её. - Отлично! Всё идёт по плану... - молвила девушка у себя в голове. Об осторожности, эти неандертальцы, наверное, никогда не слышали. Спускали её по лестнице совершенно не заботясь о том, что будет с "трупом" внутри. - Я вам все почки отобью... - прошипела Шинобу, когда её лоб ударился о крышу гроба.

***

Голова раскалывалась от неудачного падения. Эта тварь охотница каким-то образом вышла из камеры... - Вот дерьмо... Где я? - Оглядываясь по сторонам, Амаюта не понимала, что это за место. - Камера? - Наконец догнав, что она находится в так называемой камере для "особых" гостей, Амаюта закричала на всю глотку. - АААААА! Откройте дверь! Сейчас же! - Лупя по железному строению со всей дури, Амаюта не заметила, как её кулаки оказались в крови. - А ну молчать! - Парень с дебильными усами заглянул в камеру через окошко. - Ты что, кретин? Дверь открыл быстро, я тут работаю! - Ага, конечно, а я император Японии! - Я тебя нахер кастрирую! Открой, быстро! Сейчас же! Амаюта всегда скрывала, что у неё боязнь замкнутых пространств. Она всегда стеснялась этой проблемы, а сейчас, её худший кошмар воцарился в жизнь. - Пожалуйста... Откройте... - слёзы девушки капали на пол, вызывая жалость у парня напротив. - Нет... Простите, пожалуйста... - охранник захлопнул окошко и отошёл на свой пост. - Что за день вообще... - ему здесь совершенно не нравится работать. За дверью послышался протяжный вопль девушки, из-за чего парень прикрыл уши.

***

Даже через толстое дерево, Кочо почувствовала, что они вышли из того здания. Ветер хлыстал такой силы, что замёрзнуть можно за несколько секунд. - М...мы... Что... В это холодрыгу будем ей могилу рыть? - чуть прикрикнул один из несущих, стуча зубами от холода. - Нет, сынок! Могила уже вырыта. Мне нужно лишь помолиться за её душу. Правда, потом, вам придётся закапывать её обратно. - Твою же мать... - тихо выругался мужчина, так, чтобы его никто не слышал. - Вооон под тем деревом. Видите? - священник указывал пальцем, подтверждая, что им осталось совсем немного. - Да... - почти хором ответили охранники. Нож был на готове. Убить она их не убьёт, но вот ранить... Запросто. - Фух... Ладно... Вперёд! - Кочо уже хотела открыть крышу гроба и выскочить, как...

***

- Тупой святоша... - Зеккен его терпеть не мог, и это чувство было взаимным, он понимал. Сузума ему потом все уши прожужжит из-за этого. Он лично хотел присутствовать на похоронах, но из-за того ублюдка столпа всё пошло наперекосяк. - Весьма смело, столп! - Зеккен делился мыслями сам с собой. Говорить особо не с кем, а Кикко в это время спит. Зеккен был искренне удивлён, когда до него дошли вести, что столп убил Ичиро и его людей. Он сам хотел его когда-нибудь прикончить, но впервые, за него, его работу сделал охотник. Даже он в своё время не был на такое способен. - Эй, что за тревога была? - В этом длинном и вонючем коридоре, на глаза демона попался молодой человек. - А... Э... Понимаете, господин... - вид демона пугал, поэтому ничего членораздельного охранник вымолвить не мог. - Там, какой-то особый пациент сбежал... - Особый пациент? - Зеккен удивился от услышанного. Девушка столп сбежала? - Но её быстро вернули в камеру, можете не переживать. - А похоже, что я переживаю? - Зеккен любил пугать персонал, но его шалости далеко не заходили. Просто шутки. - А... Ну... Я... - Да хорош, успокойся, я пошутил, - Демон похлопал его по плечу и удалился в сторону камеры столпа насекомого. Интересно, как она выбралась оттуда? Когда Зеккен прибыл на место, он увидел, что пост охранял новоприбывший парень, с дурацкими усами. - Мать моя женщина... Приятель, усы свои дебильные сбрей! Они же верный отпугиватель женщин... - Зеккен искренне посоветовал, что он делал весьма редко. - Здравствуйте, господин! Хорошо... Так и сделаю... - отсалютовав ему, охранник встал в стойку "ровно". Он понятия не имел, как нужно здороваться с демонами... - Приятель, мне в качестве приветствия нужна кровь девственницы... А вот это никуда не годится... - Я... - растерянно посмотрел он в глаза демона, - Я сейчас посмотрю, есть ли где-нибудь... - Да тут целый кабинет с их кровью. Можешь спросить у врачей, они подскажут. - Хорошо... Сейчас принесу вам кровь девственницы... - Давай, беги, - Зеккен смотрел в след удаляющемуся охраннику, слегка хихикая. - Боже... Что за идиоты... Подойдя к камере, Зеккен открыл окно и на своё удивление, увидел там не Шинобу, а Амаюту, которую он терпеть не мог. - Зеккен! - Амаюта подбежала к окну вся заплаканная. - Хорошо, что ты здесь! Вытащи меня отсюда, умоляю... Демон был ошеломлен. Ну что за девушка... Этот столп самый удивительный человек с которым ему пришлось столкнуться! Засунуть сюда эту тварь, а самой сбежать... Зеккен рассмеялся от сложившейся ситуации. Искренне. - Что? Что смешного? Зеккен! Не обращая на неё внимания, Зеккен закрыл окно на засов и отправился искать столпа насекомого, провожаемый под крики Амаюты. - Хм... Шинобу, а что, если я сделаю так? - Хлопнув руками, Зеккен активировал свою технику.

***

Рука прошла сквозь крышу гроба, а по телу пробежала дрожь, словно электрический разряд. - Что... - не понимая, что происходит, Шинобу пыталась дотронуться до крышки, но руки упрямо проходили сквозь неё. Хотя, может, это обман зрения? Темно же, как в гробу. Буквально... Вставая с лежачего положения, на свой ужас, голова Кочо прошла сквозь красное дерево, и она могла видеть всё, что происходит за стенами своей "коробки". - Нет! Нет! Только не это.... Пожалуйста! - Кочо оглядывалась по сторонам, пытаясь понять что происходит. Люди вокруг её совсем не замечали. Хотя кричала она очень сильно. Сейчас бы она точно хотела, чтобы они её услышали... Взгляд упал на приближающуюся могилу, что была выкопана полностью, а рядом стояли три лопаты, воткнутые в землю. Даже душа почувствовала тот удар сердца, что испытало тело при виде этого ужаса. - Вот дерьмо... Нет, нет, только не сейчас... - слёзы наворачивались от осознания того, сейчас произойдет. В реальность превратится один из самых худших её кошмаров... Положив гроб рядом с могилой, священник зачитал какие-то молитвы. Кочо всеми силами пыталась привлечь их внимание, но, как и в прошлые разы, люди её совсем не замечали. Недалеко от места захоронения, виднелось здание, в котором её держали. "П"-образное строение было высоко в горах, о чём свидетельствовали облака до которых буквально рукой можно дотянуться. Шинобу уже не смогла найти в себе силы сдерживаться и заплакала... - Гадство... Вот почему я полезла в этот чёртов гроб... Могла же другой путь найти! - Проклинала девушка своё решение. Не видя слёз плачущей души рядом, священник приказал опустить гроб в землю. - Гию... Помоги... - всё, что осталось ей, это надеяться на помощь столпа воды. От этого было ещё больнее. Она и так доставила ему проблем сделав убийцей, а теперь ещё и это... - Канаэ... Канао... Аой... Суми... Нахо...Киё... Простите меня... пожалуйста, простите... - слёзы не останавливались ни на секунду. - Всё, закапываем! - Священник дал отмашку, после чего мужчины начали закидывать гроб землёй. Вид этой картины увёл землю из под ног, хотя, она и так её не чувствовала... Молча наблюдая за этой картиной, Кочо потеряла последнюю надежду. Всё. Теперь точно всё. Её торопливость, свела её в могилу. Причём буквально. Последняя горстка земли полетела на могилу, что находилась под косым деревом, чьи голые ветки напоминали костлявые пальцы смерти, что нависла прямо над ней. Правда, весной это дерево расцветёт и будет весьма красивым. А она, заживо будет похоронена под красивым деревом. «Разве может быть хуже?» - задавалась вопросом столп насекомого.