Личная жизнь(одержимость)

Теплая летняя ночь. В воздухе витает запах тлеющих обугленных дров. От воды тянет прохладный ветерок. Группа, разместившись в небольших курортных домиках на берегу японского моря, праздновала окончание самого масштабного в их жизни концерта. Все пили, танцевали и пели, в одном из, снятых компанией, домиков. Атмосфера была невероятно теплая, приятная и весёлая. Кристофер, как самый старший, следил за обстановкой. Его главной задачей было смотреть, чтобы младшие не перепили и в случае чего помочь добраться им до своего номера и уложить спать. Ликс — клавишник, парень с длинными белоснежными волосами, спотыкается и летит прямо в объятия Бана. Лидер усмехается, помогая пьяному блондину, усесться рядом. — Ёнбоку, больше не наливать, — просит у остальных Чан. А тот в свою очередь смотрит на него с обидой и пихает в плечо. Все смеются с такой реакции парня. Со своего места поднимается басит, тихонько подходит к кудрявому парню и что-то шепчет ему на ухо. Ян поднимает на него глаза и быстро кивает головой. Джисон удовлетворённо улыбается и выходит из комнаты. — Куда это наша рок звезда улетела? — замечает Ким. — Я пойду, поищу его, — подрываясь с места, бормочет Чонин. Натягивает на себя вязанную полосатую толстовку и неуклюже спотыкаясь направляется к двери. — Ага, только не громко воркуйте там, голубки, — с неоднозначной ухмылкой, проговаривает Ли Минхо и опракидывается на спину, придавливая гитариста — Сынмина своим весом. Тот протяжно воет, а затем шлёпает того по щеке в отместку. Все опять смеются. Чонин вышел на улицу. Тут так свежо и прохладно, если прислушаться можно услышать пение цикад. Парень, прогулочной походкой, направился вдоль небольших пристаней, высматривая лохматую макушку басиста. Летний влажный воздух забирался под одежду, заставляя вокалиста слегка подрагивать от холода. Небо дарило ему звёзды над головой, казалось они так близко, что рукой дотянуться можно. Всё это создавало слишком чарующую, Чонин бы даже сказал, интимную атмосферу. В хор цикад постепенно вливалась мелодия. По мере приближения к последней пристани, звук становился всё громче и уже можно было услышать пение Джисона. Ян не может улыбку сдержать, медленно подходит к парню, становится рядом и закрывает глаза. Слушает. Улыбается. Пальцы быстро перебирают струны гитары. Так приятно слышать французский, особенно из уст Хана. Чонин чувствует, как его аккуратно берут за руку и тянут присесть рядом. Он приземляется на пристань, неотрывая взгляда от самого прекрасного, по его мнению, музыканта. Джисон растягивает последнюю ноту, так сладко, так аппетитно, что во рту пересыхает. Молчит. Смотрит прямо в глаза. Много можно прочесть в них, но не каждый сможет это сделать. А Чонин может и читает. Слегка краснеет, но взгляд не отводит. — Можешь спеть для меня? — полушёпотом просит старший. Ян кивает и подбирает ноги под себя. Хан берёт на пробу несколько аккордов. убедившись что звучит правильно, плавно перебирает струны. Звучит вступление и Чонин начинает петь. Сначала совсем тихо, неуверенно, после более плавно и чуть громче. Гитарист тихо вступает более низким голосом, как будто пытаясь поддержать Ини. Их голоса идеально гармонируют. Глаза они друг от друга не отрывают, смотрят с таким теплом, что кажется мир сейчас начнёт плавится. — Чони, знаешь, что сегодня за день? — доигрывая последние аккорды, шепчет Хан. Ян вопросительно на него смотрит, пытаясь понять, забыл ли он про что-то или даже не знает о чём тот говорит. Джисон смотрит как волны бьются о деревянную пристань, заставляя её слегка подрагивать. — Три года назад ты впервые спел для меня. Мы были в студии. Я работал над новой песней. -Don't cry in public? -Да. Ты делал свою домашку и тихонько начал подпевать.- Парень прикрыл глаза, пытаясь воссоздать воспоминания. — Можно сказать меня это весьма тронуло, твой голос идеально подходил для этой песни. — Прошло уже три года… -задумчиво протянул кудрявый парень .- Похоже я окончательно потерялся во времени. Басист, аккуратно тянет его прилечь к на колени. Гладит мягкие волосы, любуется расслабленным лицом, сгибается и целует в лоб, вызывая этим действием ели заметный румянец на лице парня. — Можешь привстать на секунду? Чонин приподнимается на руки. Их лица так близко к друг другу, что Хан чувствует теплое дыхание на своих губах. В следующий момент получая невесомый поцелуй. Такой нежный и мягкий, что сердце замирает. — Повернись спиной и закрой глаза, пожалуйста. Ян послушно выполняет его просьбу. Морской ветер приятно обволакивает его лицо, играя в кудрявых волосах. Дыхание слегка сбивается, когда он чувствует как что-то ложится на его грудь, когда руки касаются его шеи. — Можешь смотреть. Чонин опускает взгляд и его сердце резко падает. Он даже вздохнуть не может, просто открывает рот и поворачивается обратно к Джи. Тот смотрит на него с улыбкой, кладёт руку на щеку, поглаживая её. -Это же…- шепчет вокалист. — Да. Я давно хотел подарить тебе нечто подобное. На глазах младшего проявляются слёзы, он аккуратно проводит пальцами по подвеске в форме сатурна. — Это так приятно, Сони. Меня сейчас разорвёт изнутри. Хан смеётся, перехватывает цепочку из рук парня, притягивая его ближе. — Теперь у нас есть парные вещи. Как тебе такое? — он соединяет в ладони две подвески — свою, чёрную со стразами и белую, которую он долго выбирал для Ини. — У меня нет слов. — выдыхает Чонин. Тянется ближе к басисту и целует его в щеку. Тот поворачивает лицо и ловит губы младшего своими, кладя тонкие пальцы на затылок парня. Нет, он определённо сошёл сума. Целует будто в последний раз. Так нежно, но глубоко и страстно, что голова кружится начинает, а тело потряхивает. Музыканты отстраняются друг от друга. Хан останавливает взгляд на своей личной одержимости. Ян глубоко дышит, прикрыв глаза. Его губы слегка припухли от долгого поцелуя, уши покраснели. Джи уверен, что может слышать, как загнанно бьётся сердце парня. От этой картины, его тело обдаёт волной тепла, с низу живота прямо в голову. — Что же ты со мной делаешь, Ян Чонин…- шипит басист, опрокидывая парня на спину. Снова целует, но теперь с напором, жарко и мокро. Прикусывает нижнюю губу, оттягивает, посасывает, затем отпускает и снова впивается. Джисон чувствует как на его затылок ложатся руки, как они путают волосы, как оттягивают его от мягких губ парня. Чонин отстраняет рокера, дыхание переводит и шепчет: — Только не здесь, не сейчас …- держит басиста за волосы, не позволяя тому снова наброситься на себя. — Я не собирался делать, что-то непристойное. Это просто поцелуй. — улыбается и убирает руки со своей головы. Увлекая расслабившегося парня в очередной поцелуй. Нежный, медленный и сладкий, оставляющий приятное послевкусие летней ночи.