транквилизатор.

часам к восьми вечера, пацаны уже были заняты своими делами, почти не замечая мельтешений друг друга.  солнце начинало постепенно закатываться за горизонт, не так пекло и можно было выдохнуть полной грудью, ловя вечернюю прохладу с чуть влажным воздухом.  саня, упёртый как баран, уселся с удочками на берег. действительно рассчитывал на какой-то улов - показывал, руками разводя в стороны каких монстров он ловил в "своё время". однако, пока его самого только комары ловили. было слышно, как он их о голые участки тела шлёпает и ругается, что заебали уже. оно и понятно, этих насекомых тьма была вокруг, особенно под фонарями, которые ребята положили возле себя. хоть волком вой, никуда от них не деться. от гвоздики с ванилью толку никакого не было уже, хоть искупайся в этих вонючих маслах.  фил палатки ставил, как единственный трезвенник на этой попойке. космос тому поначалу попытался помочь: то светил, регулярно дергаясь, то колья вбивал вот только не туда, куда надо и криво. в конце концов оставил валеру одного с этим нелёгким и таким благородным делом.  витька отлить отошёл и всем заявил, что если не вернётся через пару минут, то всё своё барахло из дома завещает холмогорову , как самому адекватному по мнению русого во всей компании и нуждающемуся.  только даже через пять минут пчел не вернулся.  заблудился "в трёх соснах" и орал чтоб кто-нибудь фонариком хоть светанул на тропинку.  — да блять, я два раза ебнулся об какие-то кочки, — с горем пополам уселся к костру, с максимально страдальческим видом.  — бляха не орите, всю рыбу шугаете мне, — белый рыболов усидчиво смотрел на поплавок, сгорбившись. по голосу его можно было единогласно прийти к выводу, что долго тот явно не просидит. правда не удачу свою спишет на то, что парни громкие слишком.  — под ноги смотреть надо, шмель, — бросил через плечо филатов, проверяя своё сооружение на устойчивость. — и с собой взять фонарь, чтоб не падать.  космос, хлопнув витька по плечу с усмешкой поинтересовался:  — ну ты самое то главное - облегчил ношу? вот нахера ты так далеко ссать упёрся, как будто тебе есть че стесняться и мы не знаем как хер выглядит. ладно б ещё тут бабы были, я б понял может быть, — на "может быть" кос сделал особый акцент.  все захохотали, а пчёл только глаза закатил всем видом показывая свое превосходство над этими быдланами. невозмутимо откупорил ещё одну банку пива.  витя больше всех крутился сидел — извелся окончательно. ноги задрал повыше к себе , его вообще как будто сильнее остальных кровососы любили, атаковав особенно сильно.  он до крови разодрал укусы, которые зудели невыносимо. сидел шипел то ли от того что щипит и болит, то ли от того , что чесаться меньше не стало ни капли.  космос не выдержал, дал звонко пчелкину по рукам.  — вить уймись, а. потом болеть же будет. давай лучше помажу?  — да оно всё равно не помогает, чем ты там помажешь? — он ноги к огню переместил поближе и сделал пару глотков осушив до дна банку. глаза зажмурил от противных газов во рту.  — во всяком случае оно лучше будет, чем так оставлять.  не дожидаясь ответа, холмогоров встал и ушёл к линкольну. вынул из бардачка что-то вроде классической "звёздочки", что ядрено пахла, стоило только открутить маленькую крышечку.  — повернись, боец раненный. я ее у отца взял. помогает, сто процентов говорю.  космос сел перед пчелкиным на корточки и стал мазать, получая в ответ шипение через зубы. тому якобы "жжет" и вообще эта дрянь воняет слишком.  — а вот не надо было раздирать до такого состояния, посмотри, оно у тебя кровит пиздец.  — я теперь как дед воняю блин космос, хуйня какая!  кос бы может сейчас, будь они наедине и поцеловал и погладил. только вот ребята не давали полную волю действиям и приходилось ограничиваться немым диалогом - обмениваясь многозначительными взглядами друг с другом, которые к счастью были понятны только этим двоим.  фил, к тому времени закончил ставить спальные места и присел рядом, томно выдыхая и протирая лицо рукой.  — о, космос, дай потом тоже мазнуть. невыносимо уже, ей богу. комариный атас просто.  — да без проблем, я почти закончил. и к сане сходи предложи. а то неизвестно насколько его там сразят к концу "рыбалки".  как только фил отошёл, прихватив с собой бальзам от укусов, холмогоров к уху витиному поближе наклонился и шепнул негромко, всё время по сторонам посматривая.  — пойдём отойдём, пока они заняты. скажу че.  пчёлкин кивает, поднимается и отходит первый, за ним космос.  шли просто прямо, в противоположную сторону от той, откуда приехали. не спеша никуда и поначалу в полной тишине.  — я в машине посплю, ладно? ненавижу насекомых, а их наверняка в палатке дохера и больше будет, — пчёл сует руки в карманы и идёт чуть виляя, пиная на дороге жёлуди.  он пытался скрыть лезущую на лицо упрямо улыбку. давно уже хотелось от них свалить, а после алкашки это желание только усилилось. язык развязался.  — я тебе кресла разложу, чтоб удобнее было, может сам как парни улягутся к тебе приду.  космос остановился, когда понял, что от места «лагеря» они отошли на достаточно безопасное расстояние.  развернулся посередине тропинки и с пару секунд просто смотрел вите в глаза. градус играл на сознании и расстояние между губами довольно быстро сократилось до минимума.  космос целовал развязно, прижимал пчелкина к себе за поясницу одной рукой, а другой зарылся в волосы на затылке, чуть сжимая, не давая двинуться. впрочем отстраняться и без того не хотелось никому. от этих поцелуев оба получали нехуевые толчки адреналина раз за разом. особенно находясь на природе и понимая, что не одни. если спаляться мало хорошего будет.  витя обнял холмогорова, одаривая между тем мимолетным касанием губами к его щеке и виску. тот же неторопливо перебирал влажные кудри, убирая некоторые пряди за уши.  — витюх, — кос позвал негромким шёпотом на ухо, зарываясь руками под чужую майку, — надо было всё таки нам с тобой ехать одним.  — ну это всё твоя "бригада", — пчелкин само собой просто язвил, на деле понимал, что космос выбрал бы его. в любом случае.  — к чертям её, вить, — космос ко лбу пчёлы своим жмётся, — я ж только тебя...  ему не даёт закончить предложения звонкий голос фила:  — пчёл, космос! вы куда свинтили!?  — идём!  холмогоров выдыхает в губы напротив и в последний раз касается коротким поцелуем, после заговорчески шепчет на ухо: — ночью договорим. я тебе космос покажу.