Номер Пять + Номер Восемь = ♡

Пятый телепортируется в свою комнату, пытаясь уйти от только что произошедшей ситуации. Клаус заходит через пару секунд, и Пятый закатывает глаза, когда он садится рядом с ним. —Ты должен сказать ей. Будь уверен—говорит Клаус, когда поднимает сжатые руки в кулочки на уровне ключиц. Пятый смотрит на брата снизу вверх—Ни за что. —Я думаю, она тоже влюблена в тебя—сказал он, подбадривая своего брата. Пятый снова закатывает глаза, более заметно—А, если нет? —Ладно, неважно, переоденься и, по крайней мере, подумай о том, чтобы сказать ей—указывает Клаус, когда подходит к двери, чтобы выйти. Он кивает Клаусу и падает обратно на кровать, когда тот выходит из комнаты. После нескольких минут раздумий Пятый решает переодется, как сказал Клаус. И не признаваться ей сегодня, или, по крайней мере, вероятно, никогда. Он не хотел разрушать дружбу. Как только Пятый поменял пижаму на рубашку и штаны, он начал надевать галстук, слыша знакомый свист и оборачивается, чтобы увидеть Айви в милом черном платье с волосами, заплетенными в косу. Боже, как же мило она выглядит. —Привет, хорошо выглядишь—говорит Пятый, смотря в пол, когда лицо начинает пылать. —О, спасибо, засранец в гольфах—ухмыляется Айви, когда Пятый закатывает глаза, и она продолжает—Могу я тебе кое-что сказать?—сказала она, нервничая. Он с беспокойством смотрит на неё и жестом приглашает ее сесть рядом со мной. Он всегда защищал и заботился о ней, и он знает, как мысли о том, как он может потерять ее, раздражает—В чем дело, ты в порядке? —Да, я в порядке, всё хорошо—она выдыхает, сама не замечая, что задерживает дыхание, и он жестом просит ее продолжать. Она думает о том, как выразить словами то, что собиралась сказать. Думая, что это может всё испортить, можно было с уверенностью сказать, что она в ужасе—Я, э-э, я вроде как влюблена в тебя? И я пойму, если ты меня не любишь как девушку... — ее прерывает знакомый звук вместе с вспышкой, и она остаётся одна в его комнате. Паника захлестывает ее, когда она выходит из комнаты и видит Клауса и Эллисон снаружи, и они следуют за ней до комнаты с вопросами. —Как всё прошло?—спрола Эллисон, когда Айви захлопывает дверь перед их носом и запирает ее, используя свои силы, чтобы на всякий случай никто не зашел, придвинула к ней стул. Переоделась в спортивные штаны и свободную футболку и сворачивается калачиком в своей постели, когда слезы, которые она сдерживала, льются наружу, и вскоре ее подушка становится мокрой. Зачем было вообще пытаться? Недолго думая, Айви встает и направляется в свою ванную, хватая лезвие бритвы. Не осознавая что делает, снимает крышку с нее и проводит по руке, сильно надавливая лезвием на кожу. Прежде чем она осознает, что сделала, ее окружает красная лужа, каплями стекающая с левого запястья и просачивающаяся на кафель в ванной. Она задыхается от слёз, которые прекратили литься, когда понимает, что произошло, но уже слишком поздно. Она скатывается на пол по стене, сознание то приходит, то уходит. —Пятый?—говорит так громко, как только может, зная, что он ее не слышит.