Шум

Это началось внезапно. Хотя нет, наверное, это было логичным следствием произошедшего.

***

Первый месяц он метался в агонии, борясь с мыслями о суициде по вечерам, каждый раз с утра пряча пистолет в новое укромное место и закрывая открытые настежь окна. Он даже пару раз находил себя сидящим битый час на окне во тьме ночи, но вовремя возвращался обратно в кровать. Он не мог в это поверить. Он отказывался верить. Этого не могло произойти. Шерлок, всегда разгадывающий загадки повышенной сложности на раз-два и всегда выходящий сухим из воды, не мог так просто взять и проиграть. Взять и исчезнуть. Взять и... И превратиться в ночной кошмар. Однако, день ото дня пустующее кресло напротив доказывало обратное. И эти часы, пока он сидел в кресле в компании ноутбука и приевшихся обоев, были ужасны. Походы к психологу помогали, но не сильно. Он бы сказал, что почти совсем не помогали. Сколько же раз он прокрутил в голове воспоминания об их расследованиях, о раскрытых убийствах, утренних чашках кофе, вечерних мелодиях на скрипке и бесячих просьбах подать что-то, лежавшее в метре от Шерлока! Столько же, сколько прокручивал в голове сломанную, будто разбитое зеркало, картинку, состоящую из бетона, телефона, прижимаемого к уху дрожащими руками, и длинной фигуры на крыше здания, неумолимо превращающейся в не совместимую с жизнью позу тела на асфальте. Велосипед, крики людей, ужасный звон в ушах. Его до сих пор донимал этот звон, пять раз на дню возникая вместе с головной болью. Чтобы не думать, Джон начал ходить на свидания, считая, что надо начать с чистого листа. Но оказалось что начать новую жизнь, всё ещё не покончив со старой - дело непростое. А для него - невозможное. Он просто не мог бездумно целовать красивых женщин, пока картинка неживого Шерлока была так свежа в его голове и давила на психику тяжёлой плитой. Да и себя он запустил. А женщины с инферналом с синюшными мешками под глазами встречаться не будут. Тем более при том, что он постоянно начинает им жаловаться на умершего лучшего друга. И ничего не может с собой поделать. Сирены скорой помощи, асфальт и бездыханное тело. Каждую ночь этот короткометражный хоррор мучал его до холодного пота и боли в желудке. И вот, когда, наконец, понимание захлестнуло с головой, появился он. Шум.

***

Было обычное воскресное утро. Джон только проснулся и спустился вниз к миссис Хадсон чтобы попросить обезболивающего. Если есть, конечно, так как этой ночью он не только не спал, но ещё и довёл себя пару раз до срыва. Голова болела нещадно, гудя висками. Казалось, у него весь мозг жарило огнём, он такого странного ощущения раньше не испытывал. Миссис Хадсон заваривала чай и, кажется, что-то напевала. — Доброе утро! – пролепетал Джон, стараясь не напугать хозяйку. Хотя у него опять ничего не вышло и старушка всё-таки вздрогнула. — Джон! Ох, ну так до инфаркта доведёшь! — Извините, миссис Хадсон. Я ещё хотел спросить, а у вас есть какое-нибудь обезболивающее, голова раскалывается, а на улице такой дождь, что я до аптеки только на лодке добраться и смогу, и то не уверен. Домовладелица рассмеялась и пошла куда-то к шкафчикам. Вскоре ему была вручена коробочка Нурофена. — *Бедный, совсем не спал наверняка опять...* — Да, миссис Хадсон, к сожалению. Домохозяйка как-то странно на него покосилась, но тут же улыбнулась. — *Ох, они такой парой были красивой, Шерлок - настоящий негодяй!* Джон хотел было возразить и вновь объяснить Хадсон что он не гей, как понял, что всё это время домовладелица не размыкала губ. Лишь улыбалась. По спине прошёл холодок, голова заболела с двойной силой. Видимо его сомнения отразились на лице. — Всё в порядке, Джон? *Бедняга, совсем из реальности выпадает* Ну вот теперь то ему точно не показалось! Последнюю фразу она действительно не говорила. Да и звучит это скорее как... Как её мысли! Что, чёрт побери, происходит? Вечером того же дня Джон уже абсолютно точно был уверен, что может читать мысли, особенно после визита Майкрофта. Столько слов за секунду он от того никогда не слышал. А учитывая, что при этом Холмс-старший не открыл рта, то было очевидно. Очевидно что Джон Хэмиш, мать его, Ватсон совершенно слетел с катушек. Опытным путём было вычислено, что мысли он слышит вне зависимости от зрительного контакта. Значение имело только то, насколько близко источник мыслей был к нему. И чем дальше, тем тише и неразборчивей были мысли. Всё как с обычными словами. Вначале чужие мысли тихо сопровождали разговоры, лишь изредка давая о себе знать, будто бы только в определённые периоды времени. Иногда это было даже смешно и увлекательно. Например в общественных местах, когда Джон таки стал вылезать из кровати, что всё ещё случалось не так уж часто. А по честному - крайне редко. Зато к тому времени мысли стали громче и назойливей.

***

Кафе возле дома на Бейкерстрит пустовало по утрам, все лишь брали кофе и еду на вынос, Джон никуда не спешил. Как и очень милая пара возле окна. Рыжеволосая девушка и кудрявый парнишка. — Хей! Правда! Вот получу премию в конце месяца, тогда увидишь! И вообще! Меня очень уважает наш рабочий состав! — Ага, верю, верю! *А знали бы они, что на тебе трусы с Бетменом, зауважали бы вдвойне* – Рыжуля засмеялась заливистым заразным смехом. — *Ты про мои трусы подумала, негодяйка!* Да я тебя сейчас! – паренёк подхватил смех, а потом начал щекотать любимую. Иногда Джона очень удивляло, как точно знают друг друга некоторые люди, даже угадывая то, о чём думает собеседник лишь по выражению лица. Подобное он встречал всё чаще. Это было очень интересно. Наверное, будь Джон учёным, взялся бы за изучение подобных случаев и утонул бы в этом с головой. — *Это там не... Точно, Джон Ватсон? О, тот самый!* Джон глянул в сторону источника звука. Бармен. Майк вроде. — *Пф, как почувствовал, что я о нём думаю. Бедный, тяжело ему наверное без своего бойфренда* Да почему все думают что Шерлок его любовник! Что за помешанные! А ведь он не допускал чего-либо такого... Они даже за руки не держались! Да и окружающие той сцены в бассейне с желетом, напичканым взрывчаткой, не видели! — *Что он на меня пялится? Ну... Вроде по выражению лица я ему не нравлюсь. Жаль конечно, но тогда что ему от меня надо? Может...* Сер, вам что-нибудь подсказать из меню? – тут Джон вздрогнул, так как голос Майка оказался абсолютно другим, ниже и грубее чем то, как звучали его мысли. Подобное он замечал впервые. — Нет-нет, спасибо, не надо. – чёрт, надо быть аккуратнее. Джон отвернулся, смотря в окно, при этом стараясь игнорировать воркование влюблённой парочки и различать что там думает Бармен. Всё же узнать как к нему относятся люди было бы неплохо, раз уж у него появился такой дар. — *Интересно, что же там у этого гения случилось, что он с крыши шагнул. В газетах вроде писали что он оказался тем ещё мерзавцем. Но вон, тот же Скотланд-Ярд отрицает... Может его этот Джон бросил на самом деле?* Ватсон всем телом ощутил изучающий взгляд бармена на себе, но таки удержался от того чтобы крикнуть нахалу, что они не пара и никогда вместе не были. — *Да нет, слишком невинно выглядит. Разве такой бы вышел в кафе, если бы был причиной смерти своего любовника? Бред.* – Майк наконец перестал на него пялится –*Странно это всё. Явно опять что-то недоговаривают по телеку. Хотя пара из них хорошая была. Жалко что так всё закончилось. Хотя ему мои соболезнования не сдались, не буду сувать нос не в своё дело.*

***

Однажды он действительно утвердился в том, что голос и мысли у некоторых людей по звуку различались. Пришедшая к нему на приём женщина тридцати лет мыслями говорила совсем как подросток, да и, как оказалось, миссис Хадсон в голове звучала чутка младше и плавнее чем на самом деле. С каждым днём он находил новые элементы, сопровождающие его недавно обретённые способности.

В тот день он наконец решился посмотреть телек. Почему-то его одолевали абсолютно нелогичные мысли о том, что без Шерлока весь Лондон тут же погрузится во мрак, бандитизм раздуется до невообразимых размеров и поглотит все каналы. Конечно же этого не произошло. Всё было как обычно. О несчастных случаях и убийствах кричали только новости, продолжая между кровавыми историями рекламировать сопливые мелодрамы, которые Джон, кстати, любил, но сейчас включать даже не пытался. Однако нет, кое что всё же произошло. Теперь он мог читать мысли ведущей. Казалось бы, ведь она на самом деле так далеко от него, однако почему-то это работало. Но у ведущей мыслей особо не было, бедняга наверняка переживала под камерами, а вот когда он переключил канал и попал на Колесо Фортуны... Вот тут началось веселье. Участники друг друга поливали негативом, хаотично перебирали самые глупые варианты решения, а некоторые, наверное зрители, размышляли о домашних делах, невыключеных утюгах и прочем.

***

Он опаздывал из-за недосыпа и его чуть не уволили. Миссис Хадсон с него денег не просила, да и обещалась не сдавать комнату больше никому, сейчас её это устраивало (хотя Джон был уверен, что в этом замешан Майкрофт). Однако еду покупать на что-то надо было, да и он хотел съехать с Бейкерстрит, чтобы обстановка не напоминала о Шерлоке. Поэтому пришлось начать принимать разные таблетки, чтобы наладить сон хотя бы немного, так как работать стало ещё сложнее, когда он просто не мог подумать в тишине пару секунд, ибо озабоченый своей болячкой пациент перебирал в голове все виды смертей, что он себе прогнозировал, или вспоминал насущные проблемы. Не говорить же в конце концов как Шерлок, чтоб они прекратили так громко думать!?

***

Вскоре слушать чужие мысли ему наскучило, а от вечного шума в ушах уже гудело в голове. Со смерти Холмса прошло пол года. Он начал ценить тишину ещё сильней и очень хорошо понял Шерлока, всегда ворчавшего когда кто-то слишком громко думал. Может у того тоже был подобный дар? Это многое объясняло. И вот, так как телевизор он уже выносить не мог, как и свидания, чтобы занять чем-то время, Ватсон стал всерьёз увлекаться стрельбой. На войне в Афганистане он очень хорошо освоил базу, да и с Шерлоком растерять навык было трудно, однако уже в первый день в клубе он ясно понял, что стремиться ему есть куда. С его новой способностью было не трудно узнать, что почти все в клубе прошли очень трудный путь, как и он сам. Ещё одним немаловажным фактором было то, что все участники клуба тоже приходили сюда выпустить пар, а потому почти не думали, что для Джона сейчас было очень ценным. Ватсон к тому моменту чётко проследил, что именно когда людей одолевали неудержимо сильные эмоции, то мысли переставали мельтешеть и затихали.

Я без тебя потерял свой покой,

Я разучился жить без войны.

Где же города этого надменный герой,

Помоги мне ожить, это сможешь лишь ты.