Перекрёстки судеб

В первую очередь я решила направиться к Малфоям. У нас всегда были хорошие отношения, мы прикрывали друг друга в нужные моменты, и я знала, что здесь меня примут. Поэтому, не раздумывая, я трансгрессировала к Малфой Мэнору. Меня встретил домовой эльф, молча кивнул и впустил внутрь. Я направилась к кабинету Люциуса, уверенная, что найду его там, но, подойдя ближе, замерла. Дверь была приоткрыта, и оттуда доносились приглушённые, напряжённые звуки. Тяжёлое дыхание, глухие удары, сдавленные стоны. Любопытство взяло верх, и я заглянула внутрь. То, что я увидела, заставило меня замереть. Люциус Малфой сидел на массивном столе, его мантия была распахнута, светлые волосы в беспорядке спадали на лицо. Между его разведённых бёдер стоял мужчина, высокий, с тёмными волосами и резкими чертами. Его руки крепко держали Люциуса за талию, пальцы вцепились в кожу, а губы оставляли следы на бледной шее. Их движения были резкими, требовательными, наполненными голодом. Документы, чернильницы, книги — всё было смахнуто на пол. Запах пота и перегретой кожи смешивался с ароматом дорогих благовоний, делая воздух в комнате почти удушающе тёплым. Я почувствовала, как моё лицо слегка нагревается. Мне следовало уйти. Тихо и незаметно. Но в этот момент я наступила на что-то хрупкое, и раздался резкий треск. — Блять, — выдохнула я, понимая, что только что выдала себя. Люциус и его любовник дёрнулись, как будто их окатили холодной водой. Их тела моментально оторвались друг от друга, Люциус сдёрнул мантию, пытаясь прикрыться, а мужчина с проклятьем метнулся к своей одежде. В воздухе повисла гнетущая тишина. — Беллатриса, — голос Люциуса звучал с нажимом, ледяной, но в глубине его всё ещё таилась прерывистая хрипота. — Что ты здесь делаешь? Его любовник воспользовался моментом и, даже не взглянув на меня, быстро проскользнул в коридор. Я медленно перевела взгляд на Люциуса, который всё ещё тяжело дышал, явно злясь не столько на меня, сколько на сам факт моего появления. Я скрестила руки на груди, пожав плечами. — В гости пришла к старому другу, — лениво проговорила я, но затем, не удержавшись, добавила с усмешкой: — Похоже, не совсем вовремя. — Не вовремя, — сухо согласился он, натягивая манжеты, словно этот жест мог вернуть утраченный контроль. — Что ж… Раз уж ты здесь… Пойдём в гостиную, чаю попьём. В гостиной мы заняли места в противоположных концах комнаты. Люциус устроился в своём любимом кресле, скрестив руки на груди, а я удобно расположилась на диване, забросив ногу на ногу. Повисла тишина, наполненная напряжением. Только потрескивание огня в камине нарушало её. Люциус смотрел на меня оценивающе, словно взвешивал, что сказать. — Как там Сириус Блэк? — вдруг спросил он. Я медленно подняла на него взгляд. Он уже знал. Не догадывался — знал. Я ощущала это кожей. Он догадался, где я жила последние недели. С кем. Люциус лениво откинулся назад, продолжая наблюдать за мной с неприкрытой насмешкой. Я сощурилась. — Ты гей, — бросила я, прищурившись. Люциус даже не вздрогнул. Лишь чуть наклонил голову, словно размышляя, стоит ли вообще тратить время на гнев или проще признать очевидное. В итоге он выбрал второе. — А ты спишь с Сириусом Блэком, — спокойно заметил он. Я на мгновение замерла, но быстро взяла себя в руки. В уголках моих губ мелькнула лёгкая усмешка. — Один-один? — Да, — кивнул он, слегка приподняв бровь. Я задумчиво постучала ногтями по подлокотнику кресла. — Никому? — Да. Пауза. Тишина заполнила пространство между нами, но теперь в ней не было прежнего напряжения. — Хорошо, — наконец, проговорила я. — Отлично, — отозвался он. Мы снова замолчали, но теперь молчание было другим. В нём больше не было напряжения — только молчаливое понимание.