Господин Хранитель

      Утро выдалось холодным, почти стылым, но то были всего лишь отголоски отступающей ночи. На рассвете, стоило солнцу только показаться из-за горизонта, Шэнь Юань вошел в хижину Шэнь Цзю и замер перед запертыми дверями спальни. Не то почувствовав, не то заслышав его приближение, Му Цинфан вышел к нему сам, прикрывая за собой створки бумажных дверей. Выглядел он уставшим, но достаточно спокойным для кого-то, кто провел ночь у постели больного. От сердца отлегло. Юань склонил голову и, отступив, по-хозяйски предложил сесть за столик. Лишь спустя несколько мяо он вдруг вспомнил, что в этой жизни не являлся хозяином дома. Впрочем, Цинфан, кается, не заметил странностей и просто сел рядом.       — Благодаря помощи господина Хранителя состояние шисюна стабильно. К утру ему и впрямь стало лучше, — сказал Му Цинфан, сложив руки в благодарном жесте, а потом достал из рукава несколько тонких бумажек. — Скоро он должен очнуться. Однако, боюсь, силы вернутся к нему не сразу. Пару дней я буду посылать с учениками восстанавливающие отвары. В случае беды, прошу вас, сожгите один из талисманов. Это даст мне знать, что шисюну нужна помощь целителя.       Юань принял талисманы и благодарно кивнул, пряча их в воротник верхнего ханьфу. Нечто столь ценное он не хотел беспечно потерять, тем более скоро…       — Собрание Союза Бессмертных, — шепнул Юань. — Шэнь Цинцю воспротивится вашей заботе и, восстановившись, пожелает посетить его.       Му Цинфан кивнул.       — В этом мы не сумеем ему помешать. Даже глава Юэ бессилен перед желаниями этого человека. Особенно он.       — Судьбы не избежать, — рассеянно шепнул Шэнь Юань, опуская взгляд. — Этот знает. Надеюсь лишь, что мои намерения не станут для вас сюрпризом. Ло Бинхэ будет одним из участников состязаний, а потому этот Шэнь не останется в стороне. На этот раз, сколь бы не был велик риск, в трудный момент я буду рядом.       Му Цинфан опешил и нахмурился. Тревога явственно читалась в его внимательном взгляде.       — Это опасно. На собрании будут присутствовать тысячи совершенствующихся. И не всякий из них чист помыслами. Что если недоброжелатели решат пленить такое редкое существо и…       Шэнь Юань разбито улыбнулся. Все-таки Му Цинфан был добрым в каждой своей жизни. Честный, хороший человек, который заслуженно вознесся, обретя истинную божественную силу.       — Даже если так, — перебил Юань мягко. — На этот раз Собрание Союза Бессмертных станет жестоким испытанием, где лучше бы не появляться неподготовленным ученикам. И Бинхэ… Судьба готовит ему дурное. Этот ничтожный обязан быть рядом, несмотря ни на что.

***

      Через пару дней в орден вернулся Юэ Цинъюань. Получив весть о нападении на школу и отравлении лорда Цинцзин, он, кажется, так перепугался, что даже оставил конный экипаж на учеников и отправился в путь на мече, не останавливаясь на ночлег. Может, именно поэтому в бамбуковую хижину он ворвался в таком встревоженном состоянии.       Шэнь Юань не стал мешать братьям разговаривать. Глава Юэ и впрямь был взволнован, и будет славно, если прежде они поговорят с глазу на глаз. Поэтому, убедившись, что Бинхэ занят учебой и не получит никаких увечий в его отсутствие, Шэнь Юань призраком замер в паре чжаней от хижины. Он не собирался подслушивать — лишь надеялся дождаться Юэ Цинъюаня и… просить об одолжении? Предупредить об опасности? Насколько сильно Шэнь Юань мог изменить реальность в отсутствии Системы?       Примерно палочку благовоний спустя из хижины вышел глава ордена. Он был хмур и даже опечален. Его тревога о Шэнь Цинцю всегда вызывала у Юаня горькое чувство сожаления, но сейчас у этих людей все еще был шанс объясниться. И славно, если Цинъюань узнает об этом прежде, чем умрет.       — Глава Юэ, — окликнул Юань негромко, прежде чем покаянно склонить голову и вновь взглянуть на приблизившегося мужчину. Они замерли друг напротив друга и стояли молча несколько секунд. Знал ли Цинъюань, по чьей вине отравили его милого сяо Цзю?       — Господин Хранитель, — ожил он, наконец. — Благодаря вам шиди Лю остался жив. Цанцюн приносит благодарность за спасение лорда. Кроме того, вы помогали сяо… Цинцю очистить тело от яда. За это я благодарю вас от своего имени.       Шэнь Юаня передернуло. За прошедшие годы они ведь даже не общались толком, но вдруг этот человек решил высказать благодарность. Это было почти так же, как в прошлой жизни, хотя в этой Цинъюань вовсе не знал его. И почему в его мире он вознесся так поздно?       — Пытаясь переменить судьбы, этот ничтожный подверг мастера Шэня опасности. Вам не следует благодарить меня. И пришел я не в ожидании вашего «спасибо». Глава Юэ… Позвольте поговорить с вами о грядущем.       Юэ Цинъюань тут же подобрался. Лицо его стало серьезным, приобрело выражение опасения, будто теперь он и впрямь совсем не доверял. Что ж, Юань знал этого человека очень хорошо. Намереваясь спасти своих братьев и свой орден, он жизнь положит. Указав на тропинку, теряющуюся в зарослях бамбука, Шэнь Юань кинул короткий взгляд на лицо собеседника и пошел в указанную сторону. Разговор был не для посторонних ушей.       Только когда отошли достаточно далеко и от хижины, и от общежитий, и от учебных классов, остановившись у небольшого пруда, Шэнь Юань остановился, слыша, как тихой поступью следует за ним Юэ Цинъюань.       — На собрании Альянса, во время состязаний, разверзнется Бездна, — прямо сказал ангел, присев на колени у самой воды. Не нужно было глядеть на главу ордена, чтобы понять, как сильно он ошарашен услышанным. — Ее откроет ледяной демон священной крови, чтобы пробудить в ребенке… в участнике соревнований его сущность священного демона.       Юэ Цинъюань молчал. Шэнь Юань вполне мог его понять, учитывая, что полубожественное существо только что скинуло на него знание о грядущей катастрофе.       — Кто-то из адептов… запечатанный демон? — пораженно прошептал мужчина. Юань кивнул, набрав в ладоши немного холодной воды. Она чувствовалась так приятно, что хотелось умыть лицо.       — Однако я говорю все это не для того, чтобы Цанцюн отказалась участвовать в соревнованиях, — строго сказал ангел, наконец поднявшись и взглянув Цинъюаню прямо в глаза. В этом теле, слишком маленьком и низком, он, однако, был сильно ниже его. — У меня есть две… три просьбы. Не откажите в их исполнении.       — Чего вы хотите? — спросил Цинъюань. Выглядел он сейчас как настоящий глава ордена на переговорах. Юань слабо улыбнулся. Видеть эту картину ему приходилось так давно, что заныло от ностальгии сердце.       — Первая просьба: оставьте в ордене всех детей, силы и знаний которых еще не достаточно для сражений с демоническими созданиями Бездны. Вторая просьба: позвольте официально сопровождать делегацию от Цанцюншан. На этих состязаниях я должен быть рядом с ребенком, которого призван защищать.       — Ло Бинхэ? — кивнул Цинъюань и нахмурился, раздумывая. — Ваши просьбы осуществимы. Однако боюсь, что во время соревнований Хранителю не позволят проникнуть под купол, сочтя присутствие сильного полубожественного существа нечестным по отношению к другим участникам.       — Будет достаточно присутствия в ложе мастеров. Там, благодаря духовным орлам, мы сразу узнаем, когда ученикам понадобиться помощь.       — Хорошо, — кивнул Юэ Цинъюань с серьезным лицом. — Я сделаю то, о чем вы просите. Какова третья просьба?       Шэнь Юань вздохнул. Наконец, то, что он считал самым сложным: разговор по душам. Разговор на тему, которую Юэ Ци игнорировал десятилетиями в обеих вселенных. Но в этой вселенной, в этом варианте развития событий, Шэнь Цзю должен услышать правду до того, как погибнет.       — Пожалуй, ее будет исполнить сложнее всего, — горько улыбнулся Шэнь Юань и подошел совсем близко, кончиком пальца коснувшись рукояти Сюаньсу. — Я знаю два мира, где Юэ Ци не рассказал своему Сяо Цзю правду. В первом — демон, отрубивший Шэнь Цзю конечности, рассказал ему все о твоей связи с мечом. Он бросил перед ним осколки Сюаньсу и тем свел его с ума. В том мире Шэнь Цзю в отчаянии убил себя осколками твоего меча. Во втором мире он погиб намного раньше: во время искажения ци еще до нападения демонов на Цанцюн. Тогда он умер в неведении и одиночестве.       Лицо Юэ Цинъюаня стало похожим на бледную восковую маску. Взгляд был устремлен куда-то вдаль, теряясь в стеблях бамбука за холодным прудом. Шэнь Юань помолчал несколько секунд, давая ему возможность переварить информацию. Узнать о потенциальной смерти своего брата вот так… Вряд ли это то, что можно легко принять. Однако, не давая Цинъюаню сказать и слова, Юань сразу продолжил:       — Глава Юэ, третья моя просьба состоит в том, чтобы ты рассказал Шэнь Цзю правду о своем мече. И о причине, по которой ты не сумел прийти за ним вовремя. Сердце его хрупко, и до сих пор он несет на себе бремя сомнений. Не зная истины, этот человек всю жизнь считал себя… недостойным. Потому — раскрой ему правду. Вы оба нуждаетесь в этом.       Затихли. Слабый ветер колыхал стебли бамбука. Кувшинки на пруду тихо шелестели своими лепестками, оставляя на поверхности воды едва различимую рябь. Юэ Цинъюань склонил голову, пряча глаза. Только что ему резанули по старой, не успевшей закрыться ране, да еще и так, попросив о чем-то настолько личном, что тревожило его в течение всей жизни.       — В этом мире судьба сяо Цзю столь же печальна? — прошептал вдруг тихо Юэ Цинъюань.       В голосе его была слышна надежда, но обнадежить его Юань не мог. Слишком мало он знал о том, как повернутся события в этом варианте вселенной. Но все же кивнул. Бинхэ не воспылал особой любовью к Шэнь Цинцю, хотя и относился к нему спокойнее, чем в оригинальном «ПГБД».       — Я сделаю все, чтобы Цанцюн и ее лорды остались живы, — сказал Шэнь Юань, глядя серьезно. — Глава Юэ может быть уверен, что ни одна из двух судеб Шэнь Цинцю больше не сбудется. Мы уже изменили кое-что: в этом мире лорд Байчжань выжил в пещерах Линси и готов встать на сторону Шэнь Цинцю. Все остальное… я возьму на себя, а вы, глава Юэ, выполните эти три мои просьбы. И с разговором не стоит тянуть. На это у вас есть всего три года.       Юэ Цинъюань кивнул, а потом, опомнившись и чертыхнувшись, вдруг сложил руки в уважительном жесте и глубоко — слишком глубоко для главы ордена — поклонился. Шэнь Юань этого не ожидал: вздрогнул, отойдя на пару шагов назад, отвел взгляд.       — Этот Юэ благодарит Хранителя за то, что он уже сделал, и за то, что собирается сделать ради защиты ордена.       Что ж, еще один важный разговор состоялся. Юань сделал все что мог. Все остальное — на состязаниях Союза Бессмертных. Самое сложное, самое душераздирающее. Готовить себя к этому во второй раз, оказывается, ничуть не легче. В этом мире Шэнь Юань снова собирался столкнуть Ло Бинхэ в Бездну.

***

      Подготовка к собранию Альянса велась в этот раз более усиленно, чем помнил Юань по прошлым своим жизням. Очевидно, Юэ Цинъюань уже собрал лордов, раздав указания, а потому уже скоро списки участников от школы изрядно поредели. Серьезно отнесся к этому и Шэнь Цинцю, выдвинув в кандидаты лишь двух учеников: Ло Бинхэ и Мин Фаня. Нин Инъин предстояло остаться в ордене. Слезы ее так и не тронули сердца учителя.       После отравления тот стал жестче и смурней, будто вновь был тем Шэнь Цзю, которого Юань увидел несколько лет назад, придя с Ло Бинхэ на Цинцзин: не сдерживаясь, осыпал детей наказаниями, гнал прочь Му Цинфана и других пиковых лордов. А увидев впервые после нашествия демонов Шэнь Юаня, лишь отвернулся. С тех пор как он чуть оправился, они не разговаривали и не искали друг с другом встречи. Шэнь Юань… таил чувство вины: именно по его просьбе Шэнь Цинцю выбрал быть отравленным Неисцелимым. Сожалел ли он о случившемся? Злился ли?       Шэнь Юань не знал, но, надеясь смягчить его злость, каждую ночь тайно приходил к нему в спальню, зажигал принесенные Му Цинфаном благовония и насылал сон без сновидений, избавляя Шэнь Цзю от кошмаров. В последнюю ночь перед отъездом, воскурив благовония, Шэнь Юань вновь коснулся точки на лбу спящего пикового лорда, отправляя мягкий импульс энергии. Заметив неровный ток ци, он вздохнул, сел удобнее на край кровати и, коснувшись груди, решил еще и прочистить закупорившиеся меридианы, иначе о спокойном сне можно будет только мечтать. Шэнь Цзю проснется уже через полстражи.       Однако стоило прикрыть глаза, своей энергией выравнивая ток ци в чужом теле, как чужая рука схватила за запястье, больно сдавив кожу. Шэнь Юань едва успел вздохнуть, замерши на месте. Шэнь Цзю смотрел на него с недоверием, напряженно сжимая пальцы, однако спустя какое-то время, ощутив в себе холодную чужеродную ци, отпустил.       — Я не хотел пугать тебя, — сказал Юань, приподнимая ладони в жесте невинности. — Прости.       — Зачем ты только?.. — хрипло прошептал Шэнь Цзю и снова упал головой на подушку. — Никогда больше не подкрадывайся ко мне в собственном доме.       — Мне жаль, — невпопад сказал Шэнь Юань, чувствуя, как сжалось что-то в груди. — Это из-за меня ты оказался отравлен. Даже предполагая, что это случится, я все же попросил тебя уберечь Ло Бинхэ от опасности.       — Это был мой выбор, — жестко сказал Шэнь Цзю. — Никто не заставлял меня защищать ученика.       Шэнь Юань невольно улыбнулся, хоть и вышла эта улыбка скорее грустной.       — Именно поэтому — спасибо. В будущем… я найду, как отплатить тебе.       — Просто избавь от своего зверька поскорей. Каждый раз, как вижу его, хочется треснуть по лбу.       Юань растянул губы в улыбке и снова коснулся рукой, намереваясь закончить свое дело. Поток энергии вновь хлынул в тело Шэнь Цинцю, прочищая его духовные вены и наполняя их чистой, холодной ци.       — Судьба уже решила все за нас.

***

      Собрание Союза Бессмертных приближалось с неумолимой скоростью. Месяц прошел незаметно. Ученики усердно тренировались и с живым нетерпением ждали соревнования, и только их учителя, предупрежденные о серьезности ситуации, были непривычно суровы к будущим участникам. Жестко готовил учеников и лорд Цинцзин, едва оправившийся от отравления. Каждое утро Шэнь Юань наблюдал, как Ло Бинхэ бегал на износ вокруг пика, посещал занятия, а после полудня до устали тренировался с мечом.       Несмотря на то, что Ло Бинхэ был явно загружен, а еще изрядно уставал, нагруженный помимо прочего и бытовыми обязанностями пика, сброшенными на него Мин Фанем, Шэнь Юань был даже рад, что его муж потренируется перед жесткими условиями Бездны. Там, глубоко в темном царстве, ему пригодится любой опыт, что получит он под руководством такого хорошего учителя, как Шэнь Цинцю.       В ночь перед отъездом, взбудораженные поездкой, Бинхэ и Мин Фань не спали. Не смог спать с ними и Шэнь Юань, наблюдая из окна общежития горящий в бамбуковой хижине огонек. Шэнь Цинцю не спал тоже. Мучился ли кошмарами или готовил детям защитные талисманы — вряд ли можно было сказать наверняка. Но когда даже к рассвету свечи в его домике не погасли, Шэнь Юань тихо выскользнул из общежитий и, коротко постучавшись, прошел сквозь тонкую дверь хижины.       Внутри было жарко, но по полу гулял сквозняк. Шэнь Цзю сидел за своим рабочим местом, пустыми глазами глядя в лист бумаги. В руке его застыла кисточка, и чернила с нее лениво капали на лист. Шэнь Юань едва слышно вздохнул, тем самым привлекши его внимание. Лорд Цинцзин нахмурился и положил кисть на подставку, прежде чем поднять взгляд на гостя.       — Не спится? — мягко спросил Юань, присев напротив и удобно сложив за спиной крылья. Взгляд Шэнь Цзю мельком скользнул по белым перьям.       — Этот мастер будет отсутствовать в секте не одну неделю, да еще и заберет с собой старшего ученика. Мне не на кого оставить бумаги, — вздохнул устало мужчина. Учитывая, что лист перед ним был пуст и испорчен чернилами, работать у Шэнь Цинцю не получалось. — Как погляжу, тебе не спится тоже.       Шэнь Юань светло усмехнулся, по старой привычке прикрыл рот рукавом.       — Этот ничтожный может признаться, что взволнован, — шепнул он, нервно сгибая и разгибая пальцы. — Мне известны судьбы многих людей, но собственная судьба, к сожалению, от меня сокрыта. Возможно, на этой встрече Альянса я в очередной раз погибну.       — В очередной раз? А… Да, ты говорил, что помнишь свою земную жизнь, — нахмурился Цинцю. — И все равно не рассказал, что именно произошло и как именно ты погиб.       — Это случалось не один раз, — нервно хихикнул Юань, но тут же сделался задумчивым и почти серьезным. — Ты хочешь знать?       — А ты готов рассказать?       Юань передернул плечами, заметив, как встревоженно пошевелились за ними и крылья. Стало неуютно. Как сказать о том, что прошлую жизнь он прожил за чужого человека? За Шэнь Цзю, погибшего от искажения ци. Но пятнадцать лет!.. Пятнадцать лет он молчал, скрывая истину и лишь наблюдая, как его маленький муж растет и взрослеет, не зная о его существовании.       Юань хотел бы поделиться.       — В прошлой жизни Ло Бинхэ был моим мужем, — едва слышно прошептал он, чувствуя, как к горлу подкатил ком. Его и впрямь так тревожила невозможность поговорить об этом все это время? — Ему… многое пришлось пережить. И однажды его разумом и сердцем завладел демонический меч. Бинхэ впал в безумие. Я развеял свое ядро, чтобы привести его в чувство.       Шэнь Цинцю молчал. Брови его сошлись у переносицы, а по взгляду было ясно: он зол, разгневан даже, и Юань мог предположить, почему этот человек испытывает такие эмоции. Его несговорчивый, бунтарский характер не принимал слепого самопожертвования.       — Звереныш, — выплюнул Цинцю в сторону.       — Ло Бинхэ тосковал. Пять лет он оплакивал меня, прежде чем старый друг помог мне возродиться при помощи Цветка Росы Луны и Солнца. В новом растительном теле я прожил долгую жизнь, но все равно умер раньше супруга.       — Поэтому теперь ты следуешь за ним в новой жизни в качестве Хранителя?       — Не знаю, — слабо улыбнулся Юань, переведя взгляд на окно, за которым уже всходило холодное утреннее солнце. — Может, я так сильно желал быть с ним, что небеса дали мне второй шанс?.. Но они жестоко пошутили, сокрыв от него мое существование.       Стало тихо. Шэнь Цинцю затих, глядя на раскрытый веер на своем столе. Юань сильнее укутался в свою призрачную накидку. А раньше ему казалось, что это тело не способно мерзнуть вовсе. Может, все дело в тревоге о следующем дне?       — Этот ничтожный не хотел расстроить тебя, — сказал ангел, взмахнув крыльями и поднявшись с помощью потока воздуха. — Прости. Когда… когда выдвигаемся?       — С началом часа змеи, — рассеянно сказал Шэнь Цзю, тоже поднявшись на ноги. Поддавшись порыву, он дернулся вперед, протянул руку и коснулся локтя Юаня. Тот вздрогнул, почувствовав прикосновение. В этом теле тепло чужих рук было для него редкостью. — Постарайся не умереть.       Ангел замер, медленно обернулся, а потом ласково накрыл руку Шэнь Цзю ладонью. Холодная и сухая, она казалась лучшим утешением. Юань так скучал по ощущению ласковых прикосновений все это годы, что от такого простого жеста тоскливо сжалось сердце. Цзю, этот жесткий, скупой на эмоции человек, неожиданно проявил заботу к существу, которое едва ли можно назвать существующим. Пятнадцать лет в теле, что видит лишь дюжина человек. Это, оказывается, так угнетало.       Коротко сжав пальцы на костяшках лорда Цинцзин, Шэнь Юань, повинуясь неясному порыву, вдруг дернулся вперед и заключил Шэнь Цзю в нежные объятия. Крылья сложились коконом, окутывая чужие плечи и пряча их двоих словно в отдельное пространство. Заклинатель замер, не смея пошевелиться.       — Спасибо, — слабо шепнул Шэнь Юань в ткань светло-зеленого ханьфу мужчины.       — За что? — спустя несколько мгновений тихо спросил Цзю. Юань улыбнулся в его плечо и промолчал.       Вдруг чужая холодная и сухая ладонь сдвинулась и утонула в белом пухе. Пальцы перебирали тонкие мягкие стрелки перьев, касались нежной кожицы возле косточек. Это было похоже на массаж, и Юань почти замурчал от приятных ощущений. Шэнь Цзю тут же испуганно отнял руку.       — Неприятно?       — Наоборот, — ответил Шэнь Юань. — Кроме тебя их никто не трогал. А они, оказывается, очень чувствительные.       — Красивые крылья, — шепнул горный лорд, наконец отстранившись.       Может быть, Юаню только показалось, но глаза Шэнь Цзю были слегка влажными.

***

      Когда подошел час змеи, процессия пика Цинцзин спустилась к лестнице, ведущей к подножию Цанцюншан. Там уже ждали некоторые лорды со своими учениками, Шан Цинхуа распоряжался насчет повозок и лошадей, бегая со своим обычным нервным выражением. Шэню Юань присмотрелся к нему, надеясь отыскать признаки странного поведения, но этот лорд Аньдин лишь испуганно отпрянул, извинился и ушел прочь. Совершенно точно не Самолет, Стреляющий В Небеса!       Он относился к ангелу-хранителю как и большинство других лордов: с опаской и осторожностью. Наблюдал краем глаза, но не смел сказать и слова. Все-таки, никто не хотел идти против воли главы школы и избалованного им лорда второго пика.       Шэнь Юань держался с ними рядом, молчаливо следуя к повозке. Горным лордам полагались некоторые привилегии, и у Шэнь Цзю даже получилось выбить для себя отдельный экипаж, куда не было доступа Чжанмэнь-шисюну. Впрочем, вряд ли это огорчило кого-то, кроме него самого.       В дороге отдыхали по мере возможности. Шэнь Цзю — потому что не спал всю ночь, Шэнь Юань — потому что знал, что следующие дни будут насыщенными и трудными. В ближайшие несколько дней поспать не удастся, а в Бездне о сне не стоит даже заговаривать: разорвут мелкие демоны, почуяв минуту уязвимости.       По прибытии стало шумно. Остановленный вовремя лордом Цинцзин, хранитель некоторое время просидел в повозке, а когда вышел, оказался окружен толпой знакомых из прошлой жизни заклинателей. Многие из них были мастерами орденов средней и мелкой руки, видимо, любопытствующие до неожиданного гостя собрания Альянса, а некоторые так и остались неузнанными. Возможно, в прошлой жизни им даже не довелось встретиться.       К счастью, никто не осмелился подойти и заговорить. Отпугивая нежелательных собеседников, стоял по правое плечо Шэнь Цинцю со своим злым, холодным взглядом, а потому желающих резко поубавилось. Впрочем, аура злодея не остановила глав великих орденов. Поднявшись в ложу, откуда должны были наблюдать за своими учениками учителя, Юань вынужден был ответить на некоторые вопросы лао Гунчжу. Стараясь быть доброжелательным и не вызывать подозрения, Юань все же отказывал ему в ответах на провокационные вопросы и уж точно не собирался объявлять цель своего пребывания здесь. К счастью, Юэ Цинъюань тоже не стал лезть, позволив хранителю представить ситуацию так, как тому было удобно.       Спустя некоторое время наконец началась официальная часть. Как и в прошлом, в основном это были реверансы, так что Юань отделился от толпы, выбравшись на балкон, чтобы дождаться начала «торжества» в спокойной, мирной обстановке. И это случилось в первую ночь соревнований. Повалили первые монстры, начали появляться в воздухе сигнальные огни, а тревожные талисманы в рукавах учителей вспыхивали один за другим.       Оказавшись в толпе, Шэнь Юань положил руку на плечо Шэнь Цзю, наблюдавшему при помощи духовного орла за действиями своих учеников. Приблизившись к самому его уху, он шепнул:       — Скоро прервется связь. Я отправлюсь на помощь Бинхэ, а ты… оставайся в барьере. Не иди за мной.       Лорд Цинцзин вздрогнул и резко развернулся, поймав Юаня за руку. В глазах его на мгновение отразился ужас, но тут же скрылся за привычным строгим выражением. На глазах других бессмертных он старался держать себя в руках. Но встревоженный окрик все равно покинул его гортань:       — Подожди! — в пальцах он сжал чужое тонкое запястье, доставая из ножен меч. — Я пойду с тобой.       — Неисцелимый, — одним словом осадил его Юань и поймал взгляд подошедшего было Юэ Цинъюаня. Тот возложил свою большую ладонь на плечо младшего брата и уверенно кивнул.       Шэнь Юань слабо, обреченно улыбнулся. Ему вдруг подумалось, что это может быть последний раз, когда они видятся в этой жизни. В бездне ангелу не выжить. Его расчленят и сожрут с потрохами уже в первый месяц пребывания в том жутком месте. Шэнь Цинцю же… продолжит жить.       — Вы хорошие люди, — сказал Юань, прежде чем загрести крыльями побольше воздуха и сорваться вниз с платформы.       Больше он не обернулся. Только крылья хлопали за спиной, приглушая восклицания оставшихся на платформе заклинателей и глав великих школ. Все внимание Юаня было сконцентрировано на полете. Он все еще не чувствовал себя уверенно в воздухе, хотя давно понял, как работают крылья. Теперь они двигались сами по себе, не требуя осознанных движений мышц под оперением, но сами они казались столь ненадежными, что пробивал холодный пот. Меч был бы более привычен. И лучше, если бы прямо сейчас у него и впрямь был меч. Сражаться с ледяным демоном голыми руками… Вряд ли выйдет из этого что-то путное.       Ло Бинхэ нашелся глубоко в лесах, окруженный толпой младших учеников других школ. В этой жизни, отстраненно заметил ангел, хотя растил Ло Бинхэ не добрый шицзунь, а все тот же «тиран»-Цзю, юноша все равно оказался более мягким. Он согласился протянуть им руку помощи. Хотелось бы верить, что это благодаря вмешательству Юаня. В конце концов, в этой вселенной у главного героя не будет причины ненавидеть своего учителя: в Бездну его столкнет совсем другой человек.       Опустившись в глубокую траву между деревьями, Юань тут же прибился к группе заклинателей, выждал, пока адепты заметят атаку, а потом сразу же установил защитный барьер. После этого ему оставалось лишь следовать за Ло Бинхэ. К счастью, совсем скоро к группе присоединился Лю Цингэ, который встал на их защиту. Он лишь коротко кивнул Юаню, выразив благодарность, и вступил в битву.       Некоторое время ничего, за исключением бесконечного нападения сотен тварей, не происходило, но время утекало с каждым мгновением. Раздался громкий, устрашающий скрежет. Содрогнулась земля, загрохотали камни, падая с предгорий. Началось. Зарево пожарища быстро пожирало местность, огненно-рыжий цвет Бездны залил небо.