Мальчик с уродливыми шрамами

Колени поджаты к груди, дыхание прерывистое. Нил знает, что он опоздал. Знает, что отец ждёт его. Сидя в подъезде, он оттягивает неизбежное. Джостен мечтает, чтобы Натана там просто не оказалось, чтобы он исчез, растворился в воздухе — что угодно, лишь бы не видеть его лицо. Тянуть время — плохая идея, и Нил это понимает. Вздыхая, он всё же поднимается. Трясущимися руками достает ключи и медленно, всё ещё надеясь, что отец спит, открывает дверь. В квартире оказывается темно и тихо. Нил облегчённо выдыхает. Неужели ему не придётся иметь дело с этим пьяным уёбком? Он тихо разувается, даже не включая свет. Вдруг раздается охрипший голос. — Где ты был? — спрашивает он. Голос звучал трезво, и это пугало больше всего. Отец никогда не расставался с бутылкой. Значит, алкоголь, вероятно, закончился, а денег на новый у него не было. Отец был в ярости. Нил вздрогнул и прижался к стене. Вдруг включился свет, и перед ним возникла фигура отца. Натан, скрестив руки, облокотился на стену и повторил вопрос. — Где ты, блять, был?  Нил сглотнул. Трезвый отец внушал гораздо больше страха, чем обычно. Но врать Джостен умел, и у него это всегда неплохо получалось. Он подавил страх, стараясь сосредоточиться на главном — на лжи. — Я остался на дополнительные занятия в школе, — совершенно спокойно отвечает Нил, пряча страх глубоко внутри. — Дополнительные занятия? — переспрашивает отец. Джостен кивает, надеясь, что ложь окажется достаточно правдоподобной, чтобы избежать подозрений. Он сохраняет нейтральное выражение лица и снова отвечает: — Учителя хотят, чтобы я улучшил свои оценки, поэтому заставляют оставаться на дополнительных. Отец молчит. Нил, уверенный в том, что его ложь сработала, просто ждет, пока отец разрешит ему уйти в свою комнату. Но вдруг Натан строгим тоном спрашивает: — Куртку тебе тоже учителя подарили? Нил замирает. Сердце бешено бьётся в груди. Ему хочется ударить себя по голове чем-то тяжёлым. Он всё ещё в куртке Эндрю. Как он мог быть таким идиотом? Почему не снял её перед тем, как войти? Натан, конечно, не имел понятия о том, какие вещи носит его сын, но заметить, что куртка не его, было слишком просто — по аккуратности, чистоте и общему, явно не дешевому, виду. Нил не уследил за этим и знал, что получит за это наказание. Отец схватил его за воротник, грубо притягивая ближе. — Откуда у тебя эта чертова куртка?! Нил знал, к чему всё это ведёт, поэтому больше не боялся. — Не твоё дело. Пощечина. — Значит, не моё дело?! Ты шляешься где попало ночью, и это не моё дело? Джостен лишь усмехается. О, он переживает. Ещё как переживает. У него ведь кончилась выпивка, а оставшиеся деньги — у Нила. — Не можешь провести и несколько часов без своей буты.. Удар головой о стену.  — Закрой свой ничтожный рот, пока я не выбил тебе все зубы. Где деньги, малолетняя мразь?! — Натан срывается на крик. — Я не виноват, что ты тратишь их на бухло. У меня свои деньги, и ты их не заберешь.  Нил знает, что он выводит отца из себя. Но его язык без костей, и он с этим ничего не сделает. Натан сначала проходится кулаком по носу Нила, а затем его поглощает гнев и жажда новой дозы алкоголя. Джостен оказывается на полу, не в силах выбраться из мёртвой хватки отца. После каждого удара, как неисправная пластинка, Натан не перестаёт спрашивать, где деньги. Нил молчит и не собирается ничего говорить. Ему всё равно, где он достанет деньги и достанет ли вообще, но от него он их не получит. Оставив Нила истекать кровью на полу, отец переместился в его комнату, перерывая всё там. Джостен знал, что он ничего не найдёт. Все деньги были у Эндрю. Он не был уверен, что это самая лучшая идея, но лучше так чем они бы оказались у его дерьмового папаши. Нил пялился в потолок, чувствуя как кровь течёт по его лицу. Это было мерзко и невыносимо больно. Слёзы медленно стекали вниз по его щекам. Больно, но привычно. Не найдя денег и там, разъярённый отец вернулся и пнул Нила ногой в живот. — Бесполезный мусор, — бросил отец, натянув куртку прежде чем скрыться за дверью в неизвестном направлении.  Убедившись, что он не вернется, Нил прижался к куртке и в миг снова оказался в теплых объятиях Эндрю. От него снова пахло сигаретами и лимонным пирогом Бетси. Нил снова пытался почувствовать себя в безопасности, только вот Эндрю тут не было, а он истекал кровью. Нил с трудом поднялся. Всё невыносимо болело, и кружилась голова. Приложив все усилия, Джостен направился в ванную. Отражение снова бросилось ему в глаза — такое противное. Его стошнило прямо в раковину. Нил отдышался и прополоснул рот, пытаясь избавиться от неприятного привкуса. Дрожащими руками он открыл шкафчик за зеркалом и достал аптечку, принимаясь вытирать кровь и обрабатывать раны. Нил старался игнорировать своё отражение, но надолго его не хватило. Зеркало разбилось на тысячи осколков. Нил упал на пол, жадно глотая воздух и рыдая. Ногти впились в его и без того повреждённое лицо. Он начал кричать от боли, но не останавливался: ногти продолжали царапать. Нил упал на спину, всё ещё продолжая рыдать. Немного успокоившись, он обнаружил в руке телефон, из которого раздался знакомый голос: — Нил?