Последнее утро

Тик-так, тик-так»… Алиса почему-то всегда предпочитала механические часы, а не новомодные электронные, хотя скучный серый браслет с логотипом «Vmeste» всё-таки носила. А время смотрела все равно на механических. Дорогая вещь, с тройным циферблатом. Один на местное время, другой на время Земли, а третий… Третий все ещё показывал три часа утра по времени одной планеты в рукаве Лебедя, где служил ее Коля Герасимов… Мелькнула дурацкая мысль ему позвонить. И тут же ушла, потому что звонить нужно было слишком многим. — Вы помните, что сотрудники Vmeste и сама компания не сотрудничают с военными? — Алиса это больше сказала, чтобы сказать хоть что-то полковнику непонятного возраста. Бледный, с непривычным для землян позвоночником, словно обтянутым кожей. Конечно, он был скрыт форменным кителем, но Алиска работавшая с жителями водной планеты долгое время, знала об этом. В том все и дело было, что замешаны не военные и не полноценная военная операция, хотя вряд ли Сергею Викторовичу это понравится. Пусть Алиса и была готова. — Мы можем связаться с Сергеем Викторовичем, Алиса Игоревна, — полковник улыбнулся, а Алиса неожиданно подумала, что ему эта улыбка идёт. Пусть и гаденькая. Она все пыталась в полутьме разглядеть имя у него на кителе. Глот, Клот, Длот? — это не решение военных проблем. — Это чисто гуманитарная миссия, как вы и проводили во Внешнем рукаве, да и вряд ваш Сергей Викторович будет против. С его-то историей. Вы можете поговорить со всеми, кто вам нужен, Алиса Игоревна, час по общегалактическому у вас есть. Тик-так, тик-так. Шансов отказаться и улететь прямо сейчас — никаких, да и не станет Алиса Селезнева отказываться, хотя обидно чуть ли не до слез. Не за то, что много уже сделано. Не за то, что многое Алиса в своей жизни уже не успеет. За то, что чужой человек, основываясь на записях в личном деле и парочке ее собственных высказываний, сейчас фактически сказал, что ее не жалко! Одна из лучших конструкторов галактики, без пяти минут кандидат технических наук, и орден Трудовой Славы ей дали не за красивые глаза… Но когда Алиса Игоревна перестанет быть ей?! Той, несчастной, злой девчонкой Алисой, которую за каким-то чёртом понесло в тот притон?! Чего она добилась?! Парочки недель (или больше) непонятного кайфа и непонятных же поступков?! Дикого отходняка в одной из больниц?! Разочарованного взгляда родителей? За последнее обидно до сих пор. У Алисы также дрожат пальцы, номер в видеофоне не записан, но она помнит его наизусть. Равно как и адрес узла связи. Полковник… Глот, всё-таки Глот, тактично выходит, услышав гудки, а Алиске очень хочется, чтобы взяли трубку. Трубку берут. Но это не мама и не папа… — Змееныш! — голос максимально весёлый, к ее ситуации очень не подходящий, но Алиса сама не замечает, как улыбается в ответ дурацкому Весельчаку У, с которого все и началось. — А мы думали, не позвонишь уже. Мама твоя с федеральной инспекцией улетела, жду завтра, а папа дней через десять будет, на Нептуне кто-то обижает маленьких пингвинов… А ты чего, змееныш? Случилось что? Случилось, ещё как случилось, но кому об этом говорить? Весельчаку У? Преступнику и пирату, из-за которого папа с мамой чуть не развелись сначала, а потом сошлись прекрасной тройной семьёй? Жаль только, без Алисы, которой надоели родительские ссоры и выяснение отношений. Настолько надоели, что домашний, залюбленный ребенок предпочел по непонятным местам таскаться, чем по-нормальному поговорить с Кирой Людвиговной и Игорем Константиновичем. Самое веселое то, что они Алиской, своей маленькой змейкой, были разочарованы. И считали ее поступок предательством. Как там мама говорила? Избалованная девчонка? Безответственная эгоистка? Или это уже папа? А этим Весельчаком У вообще не были разочарованы. Алиска юная сначала на все была готова, лишь бы родителям доказать, что она не пропащая совсем. А потом поняла, что это ей и не надо. В конце концов, ее тоже предали и бросили. Но сейчас неожиданно понимает, что ей с родителями поговорить очень нужно. Если она не вернётся, то… — Эй, змееныш! Не молчи! Хочешь контакты их скину, а? Алиска, что случилось-то? — Ничего, ничего. — Алиса натягивает улыбку, но смахивает с лица набежавшие слезы. — Передай, что я их люблю. И меня извини, если что. Алиса давно не подросток, но абсолютно по-подростковому закрывает звонок и блокирует этот канал связи. Не вышло, не получилось попрощаться с родителями по-человечески, но хоть с дурацким Весельчаком вышло хотя бы извиниться. Кто теперь? На Земле семь вечера сейчас, значит, можно набирать цифры на браслете и подключаться к личной системе связи компании «Vmeste» и к личному видеофону Сергея Викторовича. Связаться? Объяснить ситуацию? В чем-то Коля, наверное, и прав в отношении ее начальника. Как щенка бездомного Алиску подобрали и дали огромные возможности. Именная стипендия, летняя стажировка, общение, оборудование, но вот ничего Сергей Викторович за это с нее не требовал. Алиса как-то поговорила с ним на эту тему, а он сказал, что лишь хотел дать умному ребенку шанс, которого не было в свое время у него. Который ему после той истории с Птицей пришлось вырывать буквально, а умный ребенок предоставленным шансом грамотно воспользовался. Вот и все, и никаких подковерных интриг. У Алисы просто по жизни талант влипать в неприятности, а непонятное чувство долга и желание помогать привили родители. Глупо, что в итоге эти качества ее и довели… вот до такого. Тик-так, тик-так. У нее полчаса. Потом краткий инструктаж, повторение сценария, и небольшой космолет доставит ее на планету рукава Лебедя, где инженер Селезнева должна будет кое с кем поговорить и кое-что обезвредить. Действительно, гуманитарная миссия, никаких военных. За исключением того, что это как бы их обязанность должна быть. Но полковник военной полиции Глот решил не рисковать вверенным личным составом, только страховка. Тем более, что на переговорах почему-то требовалась именно она. Хотя почему «почему-то»? Местная система сигнализации и связи на планетарном заводе — работа Vmeste и лично Алисы. Этим преступникам просто хочется забрать, что нужно, и улететь… Алиса знала, куда нажимать и что сделать. Алиса понимала, что ее убьют, как только она это сделает. — Коля? — пальцы всё-таки набирают последние цифры. Алиса сама виновата во всем, сама. Нет, если бы она спокойно училась на Земле, не работала бы во Vmeste, то эта ситуация все равно случилась бы, но не было бы так мучительно больно понимать, что она фактически одна. И если можно хотя бы записать сообщение человеку, который несколько лет был с ней рядом, то Алиса хочет это сделать. Интересно, Коля что-то сохранил на память о ней? Подарки какие-нибудь? Совместные фотографии? Те сувениры с военного конкурса? Алиска спросила бы, но на планете Коли сейчас глубокая ночь. Не надо никого будить. — Коля, я люблю тебя! — снова хочется плакать, и Алиса в очередной раз вытирает набежавшие слезы. — Ты был прав, знаешь? Только Сергей Викторович тут ни причем. Пираты взяли заложников на заводе точного оборудования. И… Там требуется моя помощь. Коль, я знаю, что ты скажешь. Что без меня разберутся, что меня используют… Знаешь, может быть. Полковник Глот больше склонен пожертвовать мной, чем своими ребятами, и я его понимаю. И я не могу отказаться. Я понимаю теперь тебя, Коля… То, о чем ты мне говорил. Мной легко играть, правда. Но я это делаю не потому, что чувствую себя виноватой до сих пор, нет. Так надо! — так надо, но Алисе страшно до чёртиков и очень хочется на Землю, в Петербург. Или на красные планеты. На ледяные гиганты хочется, да куда угодно, только не на ухоженный, цветущий Кеплер. Кажется, именно сейчас Алиса понимает, что жизнь она интересная, и расставаться с ней очень больно. — Я просто хочу сказать… Коль, спасибо. За все спасибо. Если бы не ты, то я бы жизнь так и не полюбила, а сейчас… Пожалуй, я не хочу умирать. И если я вернусь, если не умру, то все будет по-другому. Но в любом случае, ты лучшее, что со мной случалось. Я люблю тебя, Коля. Я люблю тебя. «Сообщение отправлено». Ну и хорошо, ну и прекрасно. Если она выживет, то сначала она полетит к Коле и поговорит с ним по-нормальному. А потом к родителям. Не факт, что все будет, как раньше. Да ничего не будет, как раньше, но хотя бы поговорят тоже, как взрослые люди, а не бегать друг от друга будут по всей галактике. Если она выживет, она закончит новый проект. Купит ту куртку, которую хотела. Назовет сына Юрой, а дочку Валей. Да, детей у нее пока нет, но появятся, если выживет. А если не выживет, то проект доведут до ума во «Vmeste». Родители смогут ей гордиться. А детей так назовет Коля. Вместе же имена выбирали… — Алиса Игоревна, вы готовы? — Да, полковник. А что там… За время суток будет? Полковник Глот равнодушно пожал плечами. — Кажется, утро.