Бандит

      Чимин понятия не имел, где именно находился дом Юнги, а спрашивать кого-то было подозрительно. На самом деле, если бы Чимин попытался у кого-то узнать что-то о Юнги, то он всё равно бы не узнал ничего нового. Все слишком боялись связываться с этим странным парнем. Зато разных слухов гуляла уйма, но Чимин их и так знает.             Так что Чимину не пришло в голову лучшей идеи, как после уроков проследить за Юнги.       Для начала он посмотрел его расписание, прикинул, в какой части школы тот будет находиться, и как это близко к выходу из школы. После последнего урока Чимин сразу рванул к выходу. Рядом со зданием стояли скамейки, на которые Чимин сел, делая вид, что ждет кого-то. Бодро бежали домой любители зайти с друзьями в кафешку и зависнуть там до вечера, обречено мельтешили выпускники, понимая, что дома кроме домашки им еще к экзаменам готовиться, хихикая выходили подружки не разлей вода, спешили домой спортсмены, чтобы забежать на перекус, а потом вернуться в школу на тренировки… Многие из учащихся уже покинули классы, а Юнги всё не было.       Школьный двор стал пустеть, осенние листья размеренно падали с деревьев. Чимин поежился от неожиданно дунувшего ветерка. А Юнги всё не было. Чимин уж было начал нервничать и думать, что он его просто проглядел, за этой толпой школьников, как тут показался виновник его дум. Сонный, потрепанный, он вышел на крыльцо, посмотрел на небо и чему-то радостно усмехнулся. Чему? Невольно Чимин тоже поднял глаза.                   Рванные облака плыли по серому небу с разной скоростью. Те, что побольше и посерее еле двигались, надо было долго смотреть, чтобы заметить в них изменения, а те, что попушистее и белее, быстренько бегали от одного грузного облачка к другому, меняясь в своих взлохмаченных формах. «Такие же лохмы, как и у Юнги», подумал про себя Чимин. Он так и не понял, чему так порадовался этот странный человек, но опустив голову, увидел его физиономию прямо перед собой.       - Кого ждешь? – без всяких приветствий начал Юнги.       - С чего ты взял, что я кого-то жду? – огрызнулся Чимин. Он был недоволен провалом своего не самого хитроумного плана.       - Я видел тебя с окна третьего этажа. Сидел так, глазенки таращил на людей. Фу, боже, - Юнги харкнул под ноги младшему.       - Чего? – Чимин поднялся со скамьи и тем самым встал впритык к Юнги.       - Давай выйдем за школу, - это было не предложение, а приказ.       От такого спокойного и собранного человека у Чимина холодило душу. Еще пару минут назад усмехался непонятно чему, глядя в небо, а сейчас уверенно идет впереди. Что вообще творится у него в голове? Чимин молча следовал за старшим. Вышли за школьные ворота, отправились через небольшой сквер к пешеходному мосту и спустились к узкой улице. Чимин редко здесь ходил, да и пока рассматривал пейзаж, пытался вспомнить, когда вообще в последний раз здесь бывал. Погруженный в свои размышления, он не заметил, как Юнги резко остановился, из-за чего впечатался в него как в столб.       - Ауч, ты нормальный? – недовольно шикнул Чимин.       - Ты меня что ли караулил? - развернувшись лицом к Чимину, произнес Юнги.       - Чего? – Чимин не мог понять, как этот огрызок пришел к таким умозаключением. А самое главное, что он прав!       - Ебать, уши почисть, глухоебистый. Меня, говорю, выслеживал?       - У тебя совсем с головой проблемы? Как ты вообще до этого додумался, - Чимин, как мог, пытался скрыть нарастающую панику за ответной агрессией. Как он узнал? Тэхен не мог разболтать, да ему и не за чем. Но больше Чимин ни с кем не делился своими планами. Откуда Юнги знает?       Юнги никак не стал отвечать. За его молчанием последовал точный удар кулака в живот. Чимин даже не сразу понял, что произошло, но резкая боль заставила сложиться пополам и упасть оземь. Больно, очень больно. А это Юнги сделал всего лишь с одного удара. Слухи о невероятных драках этого бешенного пса больше не казались Чимину просто слухами.       - А теперь слушай. Либо ты отвечаешь на мои вопросы, либо… А другого варианта, собственно, нет, - Юнги был раздражен, что отпечатывалось в его голосе.       Чимин не знал, что говорить. Живот скрутило и его вырвало прямо под ноги, но Юнги на это даже не поморщился. Он ждал ответа.       - Ну, просто стало интересно, где ты живешь, - ничего лучше Чимин не придумал.       - Чел… Ты реально долбоеб, - Юнги откровенно ахуел.       Чимин лишь жалостливо улыбнулся и снизу вверх посмотрел на стоящего перед собой драчуна. Стоять на коленях перед врагом было неприятно, но мысль получить еще раз в живот не позволяла выкобеливаться.       - Ты реально бесстрашный. А что будешь делать у меня дома?       - Я не думал об этом, окей? – тихо через боль отвечал Чимин.       - Какой же ты припизднутый, вот ей богу. Как ты вообще можешь быть лучшим учеником школы?       Чимин ничего на это не ответил и лишь опустил голову. Отчего то стало так обидно. Это несправедливо! Почему он чувствует себя так отвратительно? Стало потрясывать.       - Ладно, отдыхай. Я пошел, - и Юнги реально пошел дальше по дороге. Чимин смотрел ему вслед и чувствовал, как на глаза стали наворачиваться слезы, но гордость не позволяла пролить хоть одну. Лег на землю и перевернулся на спину. По небу всё также плавно плыли рванные облака, ветерок всё также игрался с сухой листвой, всё было как и всегда. А в душе так тоскливо. Сколько Чимин так пролежал, он не знал, но прошло порядком времени, чтобы Юнги, наблюдающий за ним из-за кустов, начал волноваться.       - Эй, идем, - слегка толкнул ботинком лежащего.       - Куда? – Чимин от неожиданности резко поднялся, о чем пожалел, как только потемнело в глазах.       - На кудыкину гору - выдохнул старший.       На этот раз Чимин шел с опаской, внимательно следя за действиями врага. Чем дальше они шли, тем беднее и хуже выглядели дома. Наконец, они дошли до самой окраины поселка городского типа и оказались на заброшенной улице. Некоторые дома стояли покосившиеся от времени, у некоторых домов не было ничего, кроме стен, а пару были сожжены. Юнги спокойно подошел к одному двухэтажному дому и открыл дверь, пропуская Чимина вперед прямо в темный коридор.       - Юнги, прости меня, что я решил за тобой следить. Я больше не буду тебя трогать. И директору скажу, чтобы отстал от тебя. Но не надо мне ничего ломать… - страх за собственную жизнь полностью поглотил Пака.       - Ты ебанько? – устало прозвучало со стороны.       Юнги толкнул Чимина вперед, закрыл за собой дверь и направился прямо по коридору. На ощупь найдя еще одну дверь, кивнул Паку проходить. А что оставалось делать младшему? Он пошел, куда ему указали и оказался в комнате, где на одном журнальном столике (и возле него) лежали всяческие инструменты, на другом столике стоял старенький квадратный телевизор, на стульях разбросана одежда, а напротив телевизора заместо дивана находился замасленный матрас, на котором лежал морщинистый мужик лет сорока и смотрел какие-то новости.       - Бать, я с другом пришел.       «Бать? Это его отец? С другом? Когда я перешел из категории «груша для битья» в категорию «друг»?».       Батя вскользь посмотрел на перепуганного так называемого друга своего сына и продолжил смотреть новости по телику. Юнги пошел в следующую комнату, а Чимин хвостиком за ним.       «Он серьезно привел меня к себе домой? А может он в какой-то преступной организации состоит и этот мужик не отец ему, а просто кличка такая? И не дома я у него, а на их базе?». Чимина переклинивало от страха. Зайдя следом за Юнги на кухню, он тут же взял его за рукав:       - Этой твой отец? – шепотом и с испугом в голосе спросил младший.       - Ага.       - Мы у тебя дома?       - Ага.       - Ты меня не убьешь?       - Ахпахпахаха, - по кухне раздался звонкий смех.       Из соседней комнаты батек решил поинтересоваться:       - Он тебе смешной анекдот про хуй рассказал, что ли? Если да, то пусть мне тоже расскажет.       - Нет, - кричал в ответ своему отцу Юнги, - он просто клоун.       Чимин недовольно посмотрел на стоявшего напротив парня, но сделать ничего не мог. Хоть и было неприятно, что назвали клоуном, но пререкаться как-то не хотелось.       Обстановка заметно разрядилась и дышать чуть-чуть стало легче. Оглядев кухню, Чимин обнаружил, что и она выглядела пустовато. Грубый стол из дерева, два табурета, небольшой старенький холодильник, на котором стояла электрическая плитка с двумя конфорками, рядом раковина, возле которой стоял стул с посудой.       «Что у них за прикол использовать стулья заместо всей остальной мебели». В углу было что-то похожее на кусок от кухонной гарнитуры. Сверху два угловых шкафчика и снизу один комод. Как раз в одном из этих шкафчиков Юнги достал две кружки, две ложки, сахарницу, один пакетик чая и хлеб.       - Я не оторву тебе ноги, если ты сядешь на стул. Обещаю, - насмешливо произнес Юнги, всё ещё посмеиваясь с напуганного личика.       Чимин кинул многозначительный взгляд, но присел и стал наблюдать за действиями старшего. Во всем была такая неторопливость и спокойствие. В детстве Чимин любил наблюдать, как кухарка копошится на кухне, готовя всякие изыски. Любил смотреть как няня что-нибудь делает по дому. Когда родители устраивали дома вечеринки, на которые съезжались родственники и друзья, Чимин любил наблюдать за поведением своих родителей. Кажется, Чимин всегда бы человеком, который смотрит. Но был ли человек, который смотрел на Чимина?       - Птаха, как этот хуёнышек в школе себя ведет? – резко в дверном проеме возник отец Юнги и с невозмутимым голосом задал вопрос Чимину. От неожиданности Чимин чуть не свалился с табуретки. Ростом отец был чуть ли не в два раза выше сына, да и комплекцией крепче. «Значит, Юнги в мать пошёл».       - Да бать, как обычно. Недавно послал нахуй директора. Он сказал к экзаменам готовиться, - Юнги спокойно с долей усталости решил ответить заместо Чимина, уже заваривая чай на двоих, поставив кружки на подоконник.       - Пташку тоже подбиваешь на хуйню всякую? – несмотря на достаточно резкие на первый взгляд реплики, голос отца не выражал недовольства или злости. Просто констатировал факты. Да и вообще речь отца, как и мимика, не обладала особой выразительностью.       - Не, пташка меня к экзаменам готовить будет. Птааашка, бери чаек, - Юнги понравилось прозвище, которое отец дал Чимину. Он тянул его нараспев и наслаждался реакцией обладателя.       «Пташка? Серьезно!?». Чимин выдавил из себя вымученную улыбку, что насмешило Юнги. Отец фыркнул и ушел к себе.       - Почему «пташка»? - недовольно пробурчал себе под нос Пак, осторожно отпивая горячий чай. К его удивлению Юнги не выкинул чайный пакетик, а положил его на небольшое блюдце на подоконнике. Видимо, несчастный пакетик будет завариваться еще несколько раз. Следом Юнги порезал черный хлеб на несколько кусков и один протянул Паку:       - Потому что ты маленький, пуганный и миленький. И у тебя клювик, - указательным пальцем старший показал на свои губы.       - Клювик? – Пак отзеркалил движение старшего, указывая пальцем себе на губы. Шок. Просто шок. Никто еще не сравнивал его с животным миром.       - Клювик, ехехехеехе, - очень довольно похихикивал себе Юнги.       - Н-да… Ты чего такой радостный?       - Ты сегодня убираешься дома.       - Чего?       - У тебя словарный запас на 50% состоит из слова «чего».       - Зато у тебя богатая нецензурная лексика, - возмутился Чимин.       - Спасибо, я знаю, - гордо заявил Юнги.       - Это бы не комплемент, - глаза сами собой закатились. – Что ты про уборку говорил?       - Если хочешь уйти отсюда без травм, уберешься у меня дома, - в глазах мелькнуло коварство.       Чимин решил никак не возражать. Будет ему уроком, чтобы в следующий раз не цепляться к Юнги. А Мину это было только на руку. Они молча разделили скудный обед и Мин отправился на второй этаж, пока Чимин начал убираться на первом. Отец пошел куда-то по своим делам. Чимин пробыл в доме «друга» до вечера.       - Долетишь до дома? Или крылышки устали за сегодня работать? – дразнился Мин.       - Дойду пешком как всякий нормальный человек, - ехидно-недовольно улыбнулся       Чимин и пошел было домой, слыша за спиной смех, а потом звук закрытия двери. Чимину понадобилось пройти сто метров, чтобы понять, что он не знает, как отсюда добраться до своего дома.       - Блять.       Ничего не попишешь, придется возвращаться и просить помощи у Юнги.